Глава 27. Пропавший дневник

— Вы уверены? Такого не может быть!

Голос короля Дариона Эстмана Радигаста, обычно низкий, ровный и холодны  сорвался на едва слышимый, но острый, как сталь, шепот.

Сдержанность, которой он правил своей жизнью и своим королевством на протяжении более пятидесяти лет, дала трещину. В его обычно непроницаемых глазах читалось не просто беспокойство, а первобытный ужас — страх, что мир, созданный и оберегаемый усилиями многих поколений на протяжении тысячелетия, может вновь разбиться на кровавые осколки.

С самого момента вступления на трон он осознавал колоссальное бремя своей ответственности, но даже в самых мрачных пророчествах не подозревал, что оно проявится так скоро, да ещё и в такой форме.

" Как и где найти эту девушку с Алой магией? Жива ли она? А может, сейчас она живёт в неприступных землях другой империи? Осознание того, что бедствие, описанное в древних текстах, начнётся на территории его королевства Иридесценс, а девушка - ключ к спасению может находиться на другом конце света, причиняло королю нестерпимую головную боль, давящую на виски ледяными тисками.

Наследницы этой пугающей магии не проявляли себя уже более двухсот лет — словно навсегда растворились из этого мира .

«Нет, такого не может быть! Я найду её в любом случае. Хех… Мир будет спасать какая-то маленькая девочка, ещё ничего не понимающая о жизни . Как иронично… Она должна стать сильной. Ради будущего всего мира», — пробормотал король.

— Полностью, до последней пылинки, обследуйте это место! — ровным и холодным, вновь обретённым голосом, почти приказал король.

Советник, стараясь не выдать смятения, вздрогнул. Лёгкий холодок  пробежал по всему его телу.

Дарион Эстман Радигаст, последний раз взглянув на  дневник и листы с переводом, немного задумался, а затем, словно приняв неизбежное решение, добавил:

— Я собственноручно навещу это место.

— Как пожелаете, мой король! Ваше слово — закон!

— И ещё, моё прибытие должно быть полностью скрытым. Никто из посторонних не должен знать. Не дайте населению повода для паники.

Король понимал, что, скорее всего, многие даже не знает подробностей той великой, ужасающей войны, но любая паника , как искра в сухом лесу — ни к чему хорошему не приведёт. Незнание всего мира о той войне было самым загадочным: как будто после смерти Эстрель — имени, которое он узнал сегодня, читая дневник — многие существа потеряли память, а само мироустройство словно сильно изменилось. Несмотря на то, что это была самая ужасная война за всю историю, у большинства даже не было сведений о ней, и каждая крупица информации, каждая мелочь, теперь казалась бесценной реликвией.

Королю нужно было увидеть всё своими глазами и понять, насколько всё серьёзно.

Советник, быстро сообщив ректору королевской академии о предстоящем визите короля , спешно собрал необходимый отряд телохранителей из числа проверенных, неразговорчивых воинов. Вскоре все они, окутанные мерцающим синим светом, через телепорт покинули замок и переместившись в совсем другие, более дикие земли.

Это была заброшенная часть академии — место, где уже почти полвека не раздавался шум студенческих голосов и не горел свет знаний.

Она представляла собой царство безмолвия и забвения. Дикие, живучие растения-сорняки, цепкие лианы и колючий кустарник пробивались повсюду, покрывая землю плотным, зелёным ковром, прорастая сквозь трещины в камне. Стены многих зданий были разрушены временем и непогодой, а среди руин, где когда-то звучали лекции по высшей магии, теперь можно было встретить жужжащих насекомых, щебечущих птиц и даже пугливых диких животных. Всё это создавало жуткое впечатление диких, постепенно поглощающих человека джунглей, и никто даже не задумывался, что в этих руинах могут происходить события, способные изменить судьбу мира. Король и его свита ступили на этот проклятый, таинственный порог.

Ректор Королевской Академии Иридесценс, Лиарт Вейн Асториан, стоял на каменной террасе . Его фигура, облачённая в строгую мантию глубокого сапфирового цвета, выделялась на фоне серого неба. Вокруг него — десяток высокопоставленных магов, преподавателей и стражей, каждый из которых хранил молчание, словно предчувствуя важность грядущей встречи. Все взгляды были устремлены к восточным вратам, где вот-вот должен был телепортироваться монарх.

И вот, в сопровождении самых лучших магов-телохранителей в центре — величественная фигура короля Иридесценс, Дариана Эстмана Радигаста, облачённого в тёмно-золотое одеяние с гербом королевства на груди. Его лицо было сосредоточенным, взгляд — проницательным, а походка — уверенной.

— Приветствуем короля Иридесценс — Дариана Эстмана Радигаста, — произнёс ректор с безупречной вежливостью, его голос был ровным, но в нём чувствовалась скрытая тревога. Все присутствующие синхронно склонили головы, выражая глубокое почтение.

— Для нас огромная честь, что вы решили навестить эти места, — добавил Лиарт, делая шаг вперёд.

Король кивнул, окинув собравшихся внимательным взглядом.

— Услышав о случившемся, я не мог остаться в стороне, — начал он, голос его звучал твёрдо, но с оттенком обеспокоенности. — Вы же понимаете, что это касается не только моего королевства. Это угроза всему миру. Мы не можем позволить, чтобы история повторилась. Расскажите мне всё. Когда и при каких обстоятельствах вы обнаружили следы этих тварей? Насколько вы уверены, что это именно они? Не исключено, что здесь происходило нечто иное.

Ректор на мгновение задумался, затем указал в сторону древнего прохода, ведущего к южному крылу заброшенной части академии.

— Ваше величество, прошу следовать за мной. Я покажу вам место, где были обнаружены следы. Это заброшенная часть академии, здесь давно никто не заглядывал. Однако, несмотря на запустение, местность была полна жизни — до недавнего времени. Теперь же всё иначе.

Они двинулись вперёд, сопровождаемые телохранителями. По пути ректор продолжал:

— Это произошло в последний день перед началом учебного года. Мы готовились к приёму новых студентов, и я лично осматривал территорию, планируя строительство дополнительных учебных корпусов. Тогда-то я и наткнулся на аномалию — участок земли, где всё было мёртвым. Ни звука, ни движения.

Король нахмурился:

— Кто ещё знает об этом? Адапты? Преподаватели?

— Лишь несколько старших профессоров, специализирующихся на древней истории и магических катастрофах. Они сразу поняли, с чем мы столкнулись. Адаптам ничего не сообщалось — мы не хотели сеять панику. Сразу после обнаружения мы активировали непроходимый барьер, чтобы изолировать зону.

Лиарт замедлил шаг и остановился — Мы пришли ваше высочество .

Пепельная равнина, где когда-то были сады и учебные корпуса, теперь представляла собой выжженную пустошь. Несколько обугленных зданий стояли, словно чёрные призраки прошлого. Земля была иссушена, треснувшая, будто сама жизнь покинула её. Каменные фигуры животных застыли в неестественных позах в последний миг перед гибелью. Ни одного звука, ни дуновения ветра — только гнетущая тишина.

— Хоть одно из существ вы нашли или поймали? — спросил король, не отрывая взгляда от разрушений.

— Да, ваше величество. Мы зафиксировали их присутствие. Удалось даже заснять одно из них на видео. Но удержать их невозможно — они способны менять форму и избежать из любых ловушек . А данный момент у нас нет технологий, чтобы сдержать их. Мы запросили оборудование из столицы, но...

— Вы позволили ему уйти?! — голос короля стал ледяным, в нём звучала ярость.

— Нет, ваше величество! Мы не дали им шанса. Как только поняли, с чем имеем дело, мы уничтожили их . И не только его — всего было двадцать особей. Мы действовали быстро и решительно.

Король молчал, затем медленно прошёлся по мёртвой земле, осматривая каждый угол. Он задавал уточняющие вопросы: о магических следах, об остатках энергии, о реакции барьера. Его лицо оставалось непроницаемым, но каждый жест выдавал напряжение.

— Это не случайность, — наконец произнёс он. —  Мы должны быть готовы. Если они появились здесь — значит, где-то ещё они уже пробуждаются.

Он бросил последний взгляд на выжженную землю, затем повернулся к ректору:

— Удвоить охрану. Усилить барьеры. И, Лиарт... если хоть один адапт узнает об этом раньше времени — последствия будут необратимы.

— Понимаю, ваше величество, — тихо ответил ректор.

Король кивнул и, не оборачиваясь, покинул проклятую зону, оставив за собой ощущение надвигающейся бури.

Добравшись обратно в замок, король Дарион едва успел снять дорожный плащ, как на него обрушился водопад дел. Величественные залы наполнились гулом голосов: влиятельные особы ожидали аудиенции, гонцы приносили вести из дальних провинций, а советники уже выстроились в очередь с докладами о насущных проблемах народа. В воздухе витала напряжённость, как перед грозой, и король чувствовал, что день будет долгим.

Но среди всех забот его разум был занят другим — дневником. Тем самым древним манускриптом, переведённым с забытых языков, в котором, хранились тайны . Когда наступил вечер и замок погрузился в мягкий полумрак, Дарион наконец позволил себе уединиться в личной библиотеке. Он сел за массивный дубовый стол, освещённый лишь трепещущим светом свечей, и протянул руку к стопке листов, где должна была лежать переведённая версия дневника.

Но листов не было.

Король нахмурился. Он точно помнил, как велел положить их сюда. Сначала он подумал, что их могли переложить, но после тщательного осмотра стало ясно — страницы исчезли. Он резко позвал советника.

Вскоре в комнату вбежал главный советник — пожилой мужчина с проницательным взглядом, обычно спокойный и собранный. Но сейчас его лицо выражало тревогу.

— Ваше высочество, — начал он, стараясь говорить уверенно, — мы обязательно их найдём. Возможно, кто-то по ошибке перенёс их в другое место. Или, в крайнем случае, мы переведём текст снова.

— Как здесь может что-то пропасть? — голос короля стал холодным, как лёд. — Что с охраной?

— Никто не покидал свой пост! — поспешно ответил советник, но в его голосе уже звучала неуверенность. — Замок охраняется денно и нощно. Ни одна мышь не проскользнёт незамеченной.

Но в душе советника росло беспокойство. Он знал: если листья действительно исчезли , это не случайность. Кто-то проник в самое сердце замка, минуя все преграды, и забрал то, что не должен был видеть.

— Приведи мне сам дневник! — потребовал король, вставая из-за стола. Его тень, отбрасываемая свечами, казалась гигантской и грозной.

— Сейчас, ваше величество, — пробормотал советник и поспешил прочь, почти бегом направляясь к архивам. Он обшарил полки, проверил тайники, даже заглянул в личные покои переписчиков. Но дневника нигде не было. Капли пота стекали по его вискам, руки дрожали, а сердце стучало в груди, как барабан тревоги.

«Кто же мог украсть?» — думал он, с каждым шагом всё больше теряя надежду. Он знал, что доступ к дневнику имели лишь избранные. И если один из них оказался предателем…

Наконец, с тяжёлым вздохом, он вернулся к королю. Дарион стоял у окна, глядя на ночное небо, затянутое облаками. Он не обернулся, но почувствовал приближение советника.

— Мой король… — голос советника дрожал, как осенний лист на ветру. — Я не могу найти дневник.

Молчание повисло в комнате, густое и давящее. Король медленно повернулся, и в его взгляде было то, что заставило советника опустить глаза.

— Приведите тех, кто переводил дневник, — приказал король ровным, но напряжённым голосом. — Думаю, они смогут вспомнить хотя бы части его содержания.

Через десять минут в зале появились двое учёных, которые нашли словарь и занимались переводом дневника. Они шли с осторожностью, будто опасаясь каждого шага. Один держался прямо, но в глазах читалась тревога; другой слегка покачивался, словно пытаясь удержаться на ногах.

— Говорите мне всё, что вы помните о дневнике! — король устремил на них взгляд, полный ожидания и скрытой тревоги. — Я хочу знать каждый нюанс, каждое слово, каждый знак.

Учёные словно растерялись. Один из них побелел до самой кожи, губы его дрожали, а второй, не выдержав напряжения, внезапно упал в обморок. Воздух в комнате будто окаменел от внезапного молчания и тревоги.

Тот, кто ещё оставался в сознании, с трудом поднял голову. Глаза его блестели от слёз. Он задыхался, пытаясь подобрать слова, но наконец едва слышно прошептал:— Простите, ваше высочество… я не помню содержания дневника. Помню только, как держал его в руках… Как будто кто-то стер мою память. Я знаю, что это невозможно… и всё же… память ушла. Король отпустил их  понимая, что задержать из не имеет смысла.

Король наблюдал за ними, сдерживая бурю эмоций. Голова его гудела от усталости и напряжения, мысли сливались в хаотичный поток, который он никак не мог упорядочить. «Всё в бестолку…», — пронеслось в его голове. Он развернулся, начал ходить по комнате, шаги гулко отдавались по мраморному полу. Каждая мысль рождала новую тревогу, каждое движение словно приближало его к краю безумия.

Наконец, он с тяжёлым вздохом сел на диван. Он пытался сосредоточиться, но мысли всё ещё путались. Его взгляд случайно упал на ножку стола, и что-то маленькое привлекло внимание. Король наклонился и увидел маленький, аккуратно сложенный листок. Он поднял его, сердце заколотилось сильнее, дыхание сбилось.

"Мир существует благодаря им обоим. Исчезнув один, память уходит.Если убрать их обоих, всё исчезнет."

Король сжал листок в руках и внимательно всматривался в надпись, словно надеясь, что при ближайшем взгляде слова станут понятными. Он читал и перечитывал строки снова и снова:

"Мир существует благодаря им обоим. Исчезнув один, память уходит.Если убрать их обоих, всё исчезнет."

Но смысл оставался непостижимым. Что это значит? Кто эти «они»? Какая память исчезает и почему? Почему от этого зависит весь мир?

Он перечитывал каждую строку, проговаривал слова вслух, пытался разобрать их по частям, но чем больше он вглядывался в буквы, тем более туманной становилась мысль. Король ощущал, как разум словно вязнет в вязкой мгле, каждое новое прочтение не проясняло, а лишь множило вопросы.

— Чёрт… — пробормотал он, сжимая листок так, что пальцы побелели. — Что это вообще значит? О ком идёт речь?

Он перебирал все свои знания, все события последних недель, всех людей, которых видел, все книги и свитки в своей библиотеке, пытаясь найти логическую цепочку. Но всё было как будто покрыто плотной завесой неизвестного: слова листка не поддавались расшифровке, не соединялись в понятный смысл, а лишь оставляли чувство тревоги и беспомощности.

Король вставал и снова ходил по комнате, листок всё ещё в руках, взгляд метался по стенам, мебели, книгам, но каждая деталь казалась теперь бессмысленной, ничтожной перед лицом этого странного послания. Сердце билось всё быстрее, а разум нередко возвращался к одной мысли: если не понять, что значат эти слова, последствия могут быть катастрофическими.

— Кто… кто они? — тихо шептал король сам себе, почти вслух, но никто не мог дать ответ. — Что за память? Что значит «всё исчезнет»?

Внутри него росло чувство надвигающейся опасности, но понимания пути к решению не было. Листок оставался крошечной зацепкой, хрупкой ниточкой в огромной паутине неизвестности. И чем больше он пытался понять, тем сильнее ощущал бессилие перед этим странным, пугающим посланием.