Глава 13. Химера

Глава 13. Химера и ее богатый внутренний мир.Глава 14. Химера и ее богатый внутренний мир.

В лесу пахло мховой сыростью и развороченной грибницей. Где-то вдалеке тоскливо заухала сова, хотя солнце еще не скрылось за горизонтом.

Я замерла, прислушиваясь к шорохам, стараясь дышать максимально бесшумно.

*Одна. Впервые одна.*

До этого Инар всегда был рядом. Даже когда я думала, что его нет - он был. Подсматривал исподтишка, готовый вмешаться. Как тогда, с ядовитым пауком, когда он "случайно" оказался в нужное время в нужном месте. Или когда я чуть не потерялась в тумане, а он "проходил мимо".

Но не сейчас.

Сейчас я шла за тварью, которая вполне может поохотиться на меня.. И эта мысль заставляла кровь стыть в жилах, а сердце - колотиться как сумасшедшее.

Где-то впереди треснула ветка.

Я слилась с тенью дерева, задерживая дыхание, вжимаясь спиной в шершавую кору, словно пытаясь стать её частью. Волосы на затылке встали дыбом от напряжения.

*«Торопиться нельзя, - пронеслось в голове. - Ошибиться нельзя».*

Химера - это не шутки. Полная острейших зубов пасть, когти как кинжалы, шкура, не пробиваемая обычным оружием. Один промах - и я стану обедом для твари, которую послали убить.

*«Инар, ты точно не перепутал меня с опытным охотником?»*

Я вытащила пузырёк с зельем ускорения, сняла зубами пробку, сделала маленький глоток. Горечь обожгла язык, но почти сразу по телу разлилось тепло. У меня только одна попытка. Химера очень проворная, и мне понадобится вся скорость, на которую способно эльфийское тело, плюс магический бонус от зелья.

Тварь была близко.

Она шла неторопливо, змеясь между деревьев, не ведая об опасности. Её бок вздымался в ровном дыхании. Она была сыта - об этом говорила медлительность движений и капли крови на морде, ещё не засохшие полностью.

Значит, не торопится. Значит, я могу выбрать момент.

Но когда я выскользнула из тени, когда напрягла магию, захватывая нити серебристой паутины, когда уже тянулась, чтобы ударить...

Она меня увидела.

Весь её расслабленный вид исчез в мгновение ока. Тварь отскочила, вздыбив гриву, и оскалила клыки размером с мой палец. В глубине глотки заклокотало рычание, от которого у меня по спине побежали мурашки.

*«Твою мать!»*

Я швырнула в неё первую сеть из нитей - но она с лёгкостью ушла в сторону, даже не напрягшись, только с любопытством скосила на меня янтарный глаз. Моя магия рассыпалась в воздухе, не достигнув цели.

*Проклятье.*

Она изучала меня.

И я изучала её.

Кто первым совершит ошибку - тот и умрёт.

Я слышала, как колотится сердце в ушах, громом отдаваясь в висках. Чувствовала, как течёт магия по венам - холодная, упругая, живая. С каждым движением нити становились слабее, как истончающаяся пряжа.

*«Не тяни, Рейн, - скомандовала я себе. - В долгом бою ты проиграешь».*

Мои силы ограничены, а её - кажется, бесконечны. Она может часами кружить вокруг меня, выматывая, ослабляя, чтобы потом напасть, когда я буду слишком измотана, чтобы дать отпор.

Нужно было решать.

Я отвела взгляд, будто уступая, опуская плечи, как делают побежденные.

Она заметила и перешла в наступление - мышцы напряглись, хвост хлестнул по воздуху, когти впились в землю, готовясь к прыжку. Глаза сузились, концентрируясь на добыче.

И в этот момент я сделала то, чему учил Инар.

*Рвануть вперёд, к противнику, на шаг раньше, чем он этого ждёт.*

Нити вспыхнули у меня под кожей, как раскалённая проволока, обжигая изнутри. Я услышала собственный хриплый вдох, как сквозь вату. Мир сузился до одной точки - уязвимого места химеры, там, где броня тоньше всего, где шкура мягче, где пульсирует живое сердце.

И пробила её насквозь.

Магические нити прошли через плоть как через масло, разрывая ткани, сосуды, кости. Тело химеры дёрнулось в судороге, как от удара молнии. Я отшатнулась, избегая хлестнувшего в последней агонии хвоста, который мог сломать мне ребра одним ударом.

Чёрная кровь хлынула из раны, растекаясь по земле, впитываясь в сухую подстилку из хвои и листьев.

Химера дёрнулась еще раз, застыла, а потом обмякла, рухнув на землю тяжелой тушей.

Я тяжело выдохнула, утирая пот со лба, чувствуя, как дрожат колени от напряжения и схлынувшего адреналина.

*«Чёрт побери, у меня получилось!»*

А теперь - самое сложное.

Я достала нож и приступила к разделке.

***

Кровь тёплая и вязкая, она пульсирует из перерезанных артерий, заливает руки до локтей. Сладковатый металлический запах забивает ноздри, смешиваясь с вонью внутренностей.

Она заливает пальцы, пропитывает рукава, впитывается в землю, окрашивая её в темно-бордовый. Даже на волосы попала, прилипла к коже липкими струйками. По лбу ползет капля пота, но я не могу ее смахнуть - руки по локоть в кровавом месиве.

*«Делай свою работу, Рейн. Не вздумай шататься, не вздумай ослабеть».*

Я вспоминаю всё, чему меня учили яИнар и Таирнаэль. Где и как нужно разрезать. Как извлекать нужные ингредиенты, не повредив их. Как не испортить хрупкие железы, как выламывать когти, чтобы они остались целыми.

Клыки - целыми, вырезать с частью челюсти. Когти - осторожно выкрутить и вырезать основание. Железы - не повредить оболочку, иначе яд выльется и испортит все остальное.

- Каталог химерологии, страница двенадцать, - бормочу я, как заклинание, пытаясь вспомнить схему расположения органов. - Внутренние органы расположены по нисходящей... Желчный... где же ты, зараза?

Я чувствую, как слабость накатывает волнами, туманя сознание. Магический резерв почти на нуле - всё ушло на атаку.

Магия уходит из меня, оставляя пустоту и звон в ушах. Я сжимаю зубы и отбрасываю очередной кусок мяса в сумку, стараясь не задеть когтями мешка, который может порваться.

Инар... Он бы сказал, что я справилась. Или что я опростоволосилась?

Мне смешно. Наверное, это напряжение отпускает. Или гордость за то, что не опозорилась перед первым настоящим заданием.

Где-то в ветвях шорох, тихий, почти не различимый.

Я застываю и смех обрывается так же внезапно, как и начался. Рука сама тянется к кинжалу на поясе.

Лес не должен шуметь. Не сейчас.

Все живое давно уползло прочь, почуяв запах химеры и магии.

Я сгребаю всё в мешок одним резким движением, и встаю, чувствуя как кружится голова и земля уходит из под ног.

Тварь мертва.

Но я - нет.

И это значит, что нужно уходить.

***

В тени, выше, на ветке, неподвижно сидит Инар.

Дождинка была увлечена сражением и разделкой твари и не заметила его.

А вот он всё видел со своего насеста.

Видел, как Рейн двигалась. Как сделала первый удар. Как справилась.

И как теперь она едва держится на ногах.

Он наблюдает, но не двигается.

Она должна дойти сама.

Только если она упадёт... Только тогда он выйдет из тени.

Но она идёт, шатаясь, вытирая кровь, рывками перебирая ногами по корням.

И этого - достаточно.

Инар улыбается ей вслед с гордостью - она справилась, и значит, он хорошо поработал.

***

Я почти у дома, когда небо вдруг становится сизым, тяжелеет, и первые капли дождя начинают падать мне на лицо. Смывают кровь. Охлаждают горящую кожу.

И тут же что-то внутри отзывается - нити. Полусонные, истощенные почти до предела, они вдруг вспыхивают ярче. Натягиваются. Звенят, как струны арфы под прикосновением невидимых пальцев.

Каждая капля как крохотный всплеск силы. Дождь - и магия просыпается, словно узнает что-то родное.

Мир вокруг меняется. Становится ярче, четче. Капли замедляются, и я вижу в каждой из них тончайшую нить серебристого света - почти невидимую, но я *могу* её поймать. Дотянуться. Вплести в свою ткань.

*"Дождинка"* - так назвал меня Инар в первый день. Будто знал что-то, чего не знала я сама.

Не задумываясь, я позволяю рукам двигаться, переплетая капающую с неба силу с остатками собственной. Нити скользят между пальцами, как живые, сами находят путь, вяжутся в узоры.

Это не похоже на утомленную возню с магией в комнате - это танец, полет, свобода. Внезапная ясность, когда всё встает на свои места.

Вот она - та "река", о которой говорил Инар. Магия должна течь.

Пахну я, конечно, как дохлый крот. Нет, хуже. Как дохлый крот, три дня пролежавший в болоте, а потом искупавшийся в тухлых яйцах.

Мешок с ингредиентами оттягивает плечо, одежда пропиталась кровью, а руки липкие от каких-то мерзких внутренних соков химеры. И что хуже всего - они начинают засыхать.

Но впервые за день мне хочется смеяться. Под дождем, в крови, измученной - но в каком-то странном восторге. Мысли, обычно скачущие как блохи на раскаленной сковородке, выстраиваются стройными рядами. Я вижу *рисунок*. Всей картины, всей магии вокруг.

Я вскидываю руки к небу, позволяя дождю смывать грязь и кровь, подставляя лицо упругим каплям. Они бьют по коже, как крошечные молоточки, и с каждым ударом я чувствую, как возвращается сила.

Как будто сам дождь питает меня, впитывается не только в кожу, но и в самую суть.

Когда дверь открывается, я уже другая. Не та измученная девчонка, которая еле волочила ноги после боя с химерой.

Инар стоит на пороге, скрестив руки на груди. Как всегда невозмутимый, будто и не ждал меня последние три часа. Только в глазах что-то новое - он изучает меня внимательнее обычного.

Я кидаю мешок ему под ноги и стягиваю сапоги, из которых выливается дождевая вода вперемешку с кровью.

- Ну? - он окидывает меня взглядом с ног до головы, словно ищет что-то.

- Сдохла твоя тварь, - я говорю это буднично, пожимая плечами, хотя внутри разливается волна гордости. - Ещё и разделала по всем правилам. Но если тебе вздумается послать меня на такое снова - я бы предпочла дождливый день.

Я имею в виду, что было бы проще отмыться, но вижу, как дрогнул уголок его рта. Он понимает что-то ещё, чего не понимаю я.

- Ты заметила, - произносит он наконец.

- Что именно?

- Дождь. Как он влияет на твои нити.

Мои пальцы непроизвольно шевелятся, словно хотят уловить капли, всё ещё стучащие по крыше. Я знаю, о чём он. Как не заметить, когда измотанный до предела магический резерв вдруг начинает наполняться от каждого прикосновения воды?

- Это как... - я пытаюсь подобрать слова, но мысли снова разбегаются. Структура, которую я видела так ясно под дождем, рассыпается, когда я пытаюсь её объяснить. - Как будто я вижу новую пряжу. Более послушную, более гибкую.

Это звучит глупо, но Инар кивает так, словно я сказала что-то глубокомысленное.

- Ты ткачиха, - говорит он, забирая мешок с ингредиентами. - Твой природный резонанс - вода. Потому и нити у тебя серебристые, текучие. И вот ещё что... - он делает паузу, словно решает, продолжать или нет. - Твой странный ум, который никак не может усидеть на месте - это не недостаток для такого плетения. Ткачи с "обычным" мышлением работают по шаблонам. А ты видишь то, что не видят они.

Я смотрю на него, не понимая, комплимент это или очередная насмешка.

- То есть то, что я не могу сосредоточиться на чем то одном, и думаю обо всем одновременно - это плюс?

- Только когда ты научишься этим управлять, - он улыбается, по-настоящему, и эта улыбка преображает его лицо. - А теперь иди отмывайся. От тебя несёт так, что цветы на подоконнике скоро завянут.

Я фыркаю и направляюсь к лестнице. И только поднявшись на пару ступеней, оборачиваюсь:

- Спасибо, что не вмешался.

Он удивлённо вскидывает брови:

- О чём ты?

- Ты был там. Я знаю. Я *чувствовала*, - сама не знаю, откуда эта уверенность, но вижу по его взгляду, что попала в точку. - Ты сидел где-то наверху и смотрел, как я сражаюсь.

Инар несколько секунд смотрит на меня, будто пытается решить, солгать или сказать правду. Наконец кивает:

- Был. Но даже если бы ты начала проигрывать, я бы не вмешался. Самые важные уроки - те, что получаешь на грани жизни и смерти.

- Ты бы дал мне умереть? - тихо спрашиваю я.

- Нет, - он качает головой. - Я знал, что ты справишься.

И это странным образом греет душу больше, чем все остальные его слова.

Я подхватываю остатки сил и направляюсь в ванную комнату, ощущая, как с каждым шагом возвращается суетливая, непоследовательная часть моего сознания. Мысли снова начинают разбегаться, перескакивать с одного на другое.

Но теперь я знаю: это не проклятие. Это просто часть меня. И, может быть, именно эта часть помогла мне сегодня выжить.

За окном громыхает гром, и дождь усиливается, барабаня по стёклам, словно требуя впустить его.

Я закрываю глаза и прислушиваюсь к его ритму.

К ритму моей магии.