Глава 2

Я не пой­му, отче­го и постель мне кажет­ся жест­койИ оде­я­ло мое на пол с кро­ва­ти сколь­зит?И поче­му во всю дол­гую ночь я сном не забыл­ся?И отче­го изне­мог, кости болят поче­му?Не удив­лял­ся бы я, будь неж­ным взвол­но­ван я чув­ст­вом...Или, под­крав­шись, любовь тай­но мне коз­ни тво­рит?Да, несо­мнен­но: впи­лись мне в серд­це точе­ные стре­лыИ в поко­рен­ной груди пра­вит жесто­кий Амур.Сдать­ся ему иль борь­бой раз­жи­гать неждан­ное пла­мя?... Сдам­ся: покла­жа лег­ка, если не давит пле­чо.Я заме­чал, что пла­мя силь­ней, коль факел колеб­лешь, -А пере­стань коле­бать - и зами­ра­ет огонь.Чаще сте­га­ют быков моло­дых, ярму не покор­ных,Неже­ли тех, что бразду в поле охот­но ведут.С норо­вом конь, - так его уди­ла­ми туги­ми сми­ря­ют;Если же рвет­ся он в бой, стро­гой не зна­ет узды.Так же Амур: силь­ней и сви­ре­пей он гонит строп­ти­вых,Неже­ли тех, кто все­гда слу­жит покор­но ему.Я при­зна­юсь, я новой тво­ей ока­зал­ся добы­чей,Я побеж­ден, я к тебе руки про­стер, Купидон.Неза­чем нам враж­до­вать, я мира про­шу и про­ще­нья, -Честь ли с ору­жьем тво­им взять без­оруж­но­го в плен?Мир­том чело увен­чай, запря­ги голубей¹ мате­рин­ских,А колес­ни­цу под стать отчим² воин­ст­вен­ный даст.На колес­ни­це его - три­ум­фа­тор - при кли­ках наро­даБудешь сто­ять и лег­ко пра­вить упряж­кою птиц.Юношей пленных воследЮношей поведут и девушек пленных³, Спра­вишь тор­же­ст­вен­но ты вели­ко­леп­ный три­умф.Жерт­ва послед­няя, сам с моей недав­нею ранойНовые цепи свои плен­ной душой поне­су.За спи­ну руки загнув, повле­кут за тобой Бла­го­нра­вье,Скром­ность и всех, кто ведет с вой­ском Аму­ра борь­бу.Все устра­шат­ся тебя, и, руки к тебе про­сти­рая,Гром­ко тол­па запо­ет: «Сла­ва! Ио! Тор­же­ст­вуй!»Рядом с тобой Соблаз­ны пой­дут, Заблуж­де­ние, Буй­ство, -Где бы ты ни был, все­гда эта вата­га с тобой.Ты и людей и богов поко­ря­ешь с таким опол­че­ньем.Ты без содей­ст­вия их вовсе ока­жешь­ся гол.Мать с олим­пий­ских высот тебе, три­ум­фа­то­ру, будетРуко­плес­кать, на тебя розы кидать, весе­лясь.Будут и кры­лья твои, и куд­ри гореть в само­цве­тах,Сам золо­той, поле­тишь на золо­че­ной оси.Мно­гих еще по доро­ге спа­лишь - тебя ли не знаю!Едучи мимо, ты ран мно­го еще нане­сешь.Если бы даже хотел, удер­жать ты стре­лы не в силах:Если не самый огонь, бли­зость его - обо­жжет.Схож с тобою был Вакх, поко­ряв­ший зем­ли у Ган­га:Голу­би возят тебя - тиг­ры вози­ли его.Но коль участ­вую я в боже­ст­вен­ном ныне три­ум­фе,Коль побеж­ден я тобой, будь покро­ви­те­лем мне!Вели­ко­ду­шен - смот­ри! - в боях твой род­ст­вен­ник Цезарь⁴, Победо­нос­ной рукой он побеж­ден­ных хра­нит.

------------------1. Голу­би были посвя­ще­ны Вене­ре.[...голу­бей мате­рин­ских. - Колес­ни­ца Вене­ры запря­же­на была белы­ми голу­бя­ми. (Овидий 1963).]2. Отчим - оче­вид­но, Марс, воз­люб­лен­ный Вене­ры.[Отчим. - Речь идет, по-види­мо­му, о Мар­се, воз­люб­лен­ном Вене­ры, супру­гом кото­рой мифы назы­ва­ли чаще все­го Вул­ка­на. (Овидий 1963).]3. В три­ум­фе за колес­ни­цей победи­те­ля вели, по обы­чаю, плен­ных.4. Цезарь - Окта­виан Август, при­над­ле­жав­ший к дому Юли­ев, выво­див­ших свой род от Энея и его мате­ри Вене­ры.[...твой род­ст­вен­ник Цезарь... - это может быть и зна­ме­ни­тый Гай Юлий Цезарь и Окта­виан Август. Рим­ские цеза­ри гор­ди­лись сво­им боже­ст­вен­ным про­ис­хож­де­ни­ем от Вене­ры, мате­ри и Аму­ра и Энея, осно­во­по­лож­ни­ка рода Юли­ев. (Овидий 1963).]