7

Курчавые от природы волосы, после душа становятся ещё непослушнее, а тело приятно покалывает от горячих капель; но всё становится ещё приятнее, когда сзади приникает другое тепло.Уверенные руки обволакивают тонкую талию, а губы прикасаются обжигающим поцелуем к шее.  - Я выполнил своё обещание.Удивленно отреагировав на хриплые слова, Мелисса разворачивается в кольце рук лицом к Булаткину, который непоколебимо следит за взглядом карих глаз.- Обещание?Он кивает головой, подтаскивая ближе прикрытое халатом тело. Её курчавые волосы завлекают его внимание, и заставляют растянуться в улыбке.- Ты чертовски хороша. Женщины наверняка ненавидят тебя за твою красоту. Совсем неожиданно и осторожно тёплая ладонь касается щеки, рисуя нежные узоры. Большой палец обследует каждый миллиметр, особенно важное внимание уделяя губам. Пухлые и мягкие: именно такими они чувствуются под его пальцами. Паника с головой накрывает затуманенный рассудок Мелиссы, поэтому она осторожно отстраняется и прочищает горло.- И так...Обещание. Блондин раскрывает шире балконные двери, призывая зайти в номер.Облачённая в бархат большая коробка, рядом с которой стоит ещё одна- чуть меньше, и картонный пакет.Густые брови хмурятся, а карие глаза внимательно изучив предметы, перемещаются на их обладателя.Он прочищает горло, прежде чем сообщить:- Я обещал тебе платье, но моя знакомая заявила, что у неё есть один особенный наряд, который сведёт всех с ума. Булаткин остановился, расплываясь в улыбке.- Я её уверил, что ты и так валишь всех наповал, но она уже меня не слышала. - Ох.Это всё, что послужило ему ответом. Осторожно, словно к зоне отчуждения, она подходит к бархатной коробке, развязывая шелковую ленту.- Стой. Рука Мелиссы замирает, в то время как сам Булаткин подходит ближе.Брюнетка выпрямляется, разворачивается к нему лицом и улыбчиво вздергивает бровь.- Не хочу видеть тебя заранее. Лицо осторожно склоняется к её улыбающимся губам, глаза не хотят упустить ни одного её выражения, а руки магнитом тянутся к талии. - Сразишь меня наповал, Мел?Шепотом касается губ, вызывая ответный вздох.Мелисса наконец поднимает обездвиженные руки, обхватывая крепкую шею. Её глаза внимательно изучают его лицо в этой близи, но останавливаются на самой нужной детали. Губы.Поцелуй вместо слов. Кажется только так она сможет подобрать нужный ответ. Так гармонично и свойственно её губы никогда не сочетались с другими. Никогда чей-либо вкус не был настолько пьянящим, а сейчас о чьём-то другом и думать противно. Длинные пальцы скользят по непослушным прядям волос, а пальцы другой руки стараются уделить внимание абсолютно всем частям её тела.- Не выпрямляй их, ладно? Мне нравится.Гронская мучительно стонет.- Ты испортил момент, Егор. Упрёк лишь смешит его, и в последний раз коснувшись её не остывших губ- он уходит.Два следующих часа пролетают мучительно и волнительно.Не в первый раз она будет выступать, но в первый раз будет выступать, борясь с желанием улыбаться одному из присутствующих в этом зале . Беспрерывно ему улыбаться. Отражение в зеркале поражает саму его обладательницу . Шикарный костюм, неряшливая прическа, ни грамма косметики и невесомые босоножки от самого дорогого дома мод.Только сейчас вспоминая о пакете, Мелисса аккуратно склоняется над ним, вытаскивая коробку Gucci. Чёрный кожаный клатч источает собой роскошь и уверенность, но горло сжимается натиском дискомфорта, когда помимо одной коробки, в пакете виднеется ещё одна: бордового цвета, известного бренда украшений. Мелисса в растерянности вынимает плоский, маленький футлярчик, распахивая от удивления рот и расширяя глаза.Ожерелье из желтого золота, с бросающимися в глаза бриллиантами, и в эстетическом сплетении.Этот мужчина заставляет её чувствовать себя не такой твёрдой и независимой. Его аура манит, а уверенность подавляет её собственную гордость. Его слова заставляют дрожать, а прикосновения отнимают у лёгких весь кислород. Мелисса аккуратно изымает из футляра украшение, вновь подходя к зеркалу. Не надеть его - будет неблагодарно по отношению к тому, кто очень внимательно отнёсся к обещанию, о котором сама Гронская забыла в ту же минуту, как только услышала.Спустя ещё час, по правую руку от отца, Мелисса наконец ловит взгляд тех самых глаз, которые заставляют её чувствовать себя самой красивой. Булаткин, облокотившись о барную стойку и удерживая в правой руке стакан, безотрывно наблюдает за Гронской, которая старается поддерживать разговор с собеседниками и отцом. - Мелисса сегодня будет представлять собственное дело. Уверяю вас: она самая большая моя гордость. Дай Бог каждому такого ребёнка, как мой. Гронской с гордостью смотрит на брюнетку, которая стыдливо улыбается собеседникам. Чрезмерная похвала и внимание всегда становятся для неё неудобством. - Отец, я отойду за водой. Если что, телефон при мне.Гронская осторожно кивает женщине, благодаря за разговор и устремляется к цели.Булаткин всё ещё сконцентрирован на ней. Чрезмерное внимание- это то, что она ощущает на себе в данную секунду. - Охренеть, она одета, как королева Англии. Интересно, тут хватило десяти миллионов, или больше ? Где-то из-за спины доносится шипение. Щеки Гронской краснеют, а ладони потеют от волнения. - Мне пожалуйста воды с лимоном и льдом. Обращается к парню, как только подходит к барной стойке. Молодой брюнет неотрывно смотри на Гронскую, словно та богиня красоты.- Ещё секунда, и ты будешь до конца жизни мыть полы. Улыбаясь, и не оборачиваясь к парню сообщает Булаткин, стоящий слева от Мелиссы. - Простите. Парнишка мешкается, заставляя Гронскую приподнять брови.- Эм...Вы не могли бы повторить мне чего желаете? - Вода с лимоном и льдом. Мелисса оглядывается по сторонам, собирая с сотню заинтересованных взглядов, что слишком сильно коробит.- Извините, а у вас нет ручки с листочком? Спрашивает у парня, который неуклюже кивает, волнительно протягивая брюнетке нужные вещи.- Благодарю.Улыбка не делает легче, потому что от неё бармен становится лишь краснее и взволнованнее. Мелисса тяжело вздыхает.Быстрые, но безупречно выведенные слова появляются на бежевом листе записной книжки, который она отрывает, закончив писать. Брюнет как раз во время протягивает фужер, вновь принимая светлую улыбку Мелиссы.- Спасибо. И не волнуйся, он не уволит тебя. Здесь я решаю.Булаткин перестав улыбаться, стирает с лица притворное спокойствие.Все эти голодные взгляды раздражают его, каждый из которых лишь усиливает жадность по отношению к ней. Гронская принимает фужер, протягивая в ответ записную книжку и ручку, но сложенный пополам листочек оставляет при себе.Карие глаза вспыхивают, следует им пересечься с голубыми, но увидев в них злость, Гронская ещё сильнее сжимает бёдра. Желтый лист , словно задутый ветром- попадает в сжатый кулак татуированной руки, и сделав первый глоток ледяной воды- она уходит. «Кабинет 7, рядом с лифтом и ресепшн.»Всё.И совершенно ничего!Неведение ситуация бесит его, а её немногословие и избегающее поведение повышает уровень бешенства всё выше. Смяв в кулаке бумагу, Егор взглядом находит родителей, что усердно заняты общением с не слишком приятными людьми. Две минуты.Столько ему хватает, чтобы захлопнуть дверь кабинета номер семь со злостью. Гронская, склонив голову набок и сложив ногу на ногу- покачивает висящей босоножкой.- Сражён?Насмехаясь спрашивает, в ответ на что блондин вспыхивает.- Взбешён. И в тот момент, когда её рот открывается для очередной реплики- он его накрывает своим. Жадно.Губы, словно расплавленный свинец, который теперь соединяется воедино; языки переплетаются в борьбе, а руки хозяйственно расправляются с одеждой. - Ты сам это сделал.Шепчет, расстегивая пуговицы на белой рубашке.Булаткин с силой толкает дрожащее тело к столу. Губы вновь припадают к шее, на которой обещано было не оставлять ни следа.- Ты помнишь свои обещания?- Я их отменяю. Пусть каждый ублюдок видит, что ты не будешь с ним трахаться. Такие рыки вызывают в ней смех, но резкий стон вырывается, когда руки его сжимают плотные ягодицы. - Смеёшься надо мной? Булаткин наклоняется к уху, мягко целуя, а потом прикусывая мочку.- Будешь смеяться, если я возьму на себя твою роль? Девушки будут только рады, а дамы за сорок- затопят зал слюнями и прочей влагой. Теперь её очередь рычать.Грубо сдергивая с сильных плеч рубаху, она тут же хватается за пряжку ремня Gucci. Собственный костюм приходится снимать полностью, ведь всё настолько слито и гармонично, что слегка приподнять подол не выйдет. Подола здесь и нет.Только чёрные кружевные трусики-танга остаются на смуглом теле. Булаткин замирает лишь на мгновенье, прежде чем броситься вперёд. Ладони, сжимающие до боли упругую грудь, вызывают приятную боль. Жадные губы втягивают в себя все её стоны.- Даже не представляешь на какой я грани. Дрожащие пальцы Мелиссы стягивают вниз боксеры. Легко придвигая его ближе к себе, она шире разводит ноги.Длинные ноги, в наснятых босоножках, окольцовывают крепкие бёдра, а руки обхватывают талию.Булаткин рычит в момент, когда её влажность касается его разгоряченной плоти.- Нет, Мел. Стой.Он лезет в карман, и лишь найдя пакетик контрацептивов, расслабляется.- Я на таблетках, а анализы пришли на прошлой неделе. Я уже знала тогда, что не смогу пройти мимо тебя ещё раз и не зайти в твою постель.Блондин улыбается, но улыбка получается вымученной.- Дело не в этом. Я верю тебе, но я не хочу подвергать нас обоих этой проблеме. Он касается её сжатых губ, осторожно смакуя.- Потом я тебя всё расскажу.С этим словом они становятся одним целым. Плавные движения, и она улетает, забыв о каких-то неважных в данную секунду нюансах.Его губы жадно втягивают в себя её нежные, а бёдра размашисто толкаются вперёд, доходя до самой глубины. Руки ни на секунду не прекращают ласки, но зародившееся чувство собственника убивает нежность. Ему важно знать, что она не станет играть с ним в треугольник или более развитую фигуру геометрической прогрессии.- Мелли, - О чёрт!Изящное тело начинает двигаться в унисон, а затем зарождено подрагивать.Финал достигает брюнетку , сопровождая громким криком. Булаткин наносит последний толчок , изливаясь внутри, но не в неё. Жадные вздохи, словно нужен глоток воды, разгоряченные лица и новые отметены на её лебединой шее. Вот он финал.Булаткин только успевает открыть рот, чтобы вновь заявить свою позицию, когда на столе начинает жужжать телефон.Мелисса спешно отвечает.- Да пап, я буду через три минуты. Я отошла в номер, чтобы переобуть туфли, а то те жутко неудобные.Блондин расплывается в усмешке, смотря на всё ещё обутые на её длинных ногах те самые босоножки. И сейчас, в одних босоножках, кружевных трусиках и в том ожерелье, что он выбирал- она бесподобна. Мелисса отшвыривает телефон, быстро ныряя в дорогую одежду. И именно вспомнив о таких деталях, она останавливается напротив Булаткина, который пытается самостоятельно застегнуть запонок.- Я чувствую себя шлюхой. Выпаливает, но слишком спокойно. Булаткин застыв, забывает о запонках и растерянно упирается глазами в задумчивой лицо Гронской.- Что?- Да. Ты...Нет, мы. Мы просто доставили удовольствие друг другу, и всё могло бы сойтись на одном разе. Я не завожу отношений, если ты не понял, но и затянувшиеся интрижки мне не нужны. Для меня секс бывает максимум два раза, потому что есть те, кем за один насытиться нельзя. Булаткин распахивает рот.- Так вот что я хочу тебе сказать: Никогда больше не смей покупать женщине шмотки,  или украшения за такие деньги. Да, ты можешь хоть сморкаться долларами, но не приучай шлюх ожидать такой красоты от всех мужчин. И высказав всю свою тактику, она уходит. Булаткин всё ещё стоит с открытым ртом.