Глава 32

Бип. Бип. Бип.

Боже, я ненавидела этот звук. Я хотела, чтобы он прекратился. Все, чего я, на самом деле, хотела, так это спать дальше. Я хотела заснуть на очень-очень долгое время.

Я не знала, где я, и что происходит. Мое тело чувствовало боль и слабость, словно я вся была каким-то огромным, пульсирующим синяком.

Где бы я не была, я лежала на кровати. Это я могла сказать с точностью.

«Ладно, Хедли», - сказала я себе. - «Разберись с этим шаг за шагом».

Потребовалось несколько минут, чтобы мой ум медленными темпами разобрался в чем дело.

Я попала в автокатастрофу. Это было все, к чему пришел мой мозг. И еще этот дурацкий писк.

- ...думаете, она будет в порядке?

Я напряженно прислушивалась к голосу. Я не узнала его, но он казался странно знакомым.

- Я не знаю. - Следующий голос казался уставшим и немного грустным. - Она сильно пострадала в этой аварии. Ее диафрагма дернулась, когда она ударилась о землю, что сразу же стало причиной ее смерти. Как ей удалось выжить, я даже не знаю. К тому же, у нее три сломанных ребра, перелом руки, разрыв аппендикса и тяжелое сотрясение. Удача не на ее стороне.

Ладно, значит, меня точно сбила машина. Значит, я была в больнице. Это объясняло пискливый звук.

Но кем были эти люди в комнате?

- Она скоро проснется?

- Трудно сказать. Может да. Может нет. Сейчас это, на самом деле, зависит от нее.

Я услышала сопение и тихий всхлип, в то время как другой человек заговорил, и я сразу поняла, кто это.

- Что ж, я оставлю вас одних, - сказал другой человек. – Если что, зовите, не стесняйтесь.

Все, что я слышала в течение нескольких минут - это как открылась дверь, бормотания, а затем, как она закрылась.

Я изо всех сил пыталась издать какой-нибудь звук, чтобы сообщить им, что я в порядке и могу проснуться, но было легче сказать, чем сделать.

Казалось, что мой язык покрыт наждачной бумагой и приклеен к нёбу.

Когда мне, наконец, это удалось, прошло, наверное, полтора часа.

- М-М-Мам...

Кто-то сразу же приблизился к моей постели. - Хедли? Ты слышишь меня, милая?

- Мама...

Я старалась открыть глаза, было ощущение, словно на вершине моих век лежат кирпичи, и когда у меня, наконец, получилось, все вокруг было расплывчатым.

Обеспокоенное лицо моей мамы появилось в поле зрения, и облегчение затопило меня. По крайней мере, я все еще могла видеть.

- Ох, слава Богу. - вздохнула мама, на ее глаза наворачивались слезы. - Мы думали, ты никогда не очнешься.

- Ха-ха... – выдавила я из себя.

- Как ты себя чувствуешь? – торопливо спросила мама. - Мне позвать медсестру? Тебе нужны обезболивающие? Ты…

- Микаэла, дай ей вздохнуть.

Папа встал со стула возле двери и присоединился к маме возле кровати.

- Привет, папочка, - сказала я, заставив себя улыбнуться.

Я сразу же сморщилась от жгучей боли. Мое лицо, должно быть, было в порезах.

- Привет, милая, - сказал папа, слегка улыбнувшись.

Мама и папа выглядели измученными. Мамины глаза налились кровью, а лицо было бледным, и выглядела она так, словно не спала несколько дней. У папы был болезненный вид.

- Сколько я была без сознания? - осторожно спросила я.

Мои глаза ощущались вялыми, как будто я снова сейчас засну.

- Три дня, - ответил папа, проводя рукой по лицу. - Три очень долгих дня.

Три дня. Я была без сознания три дня?

Я быстро сделала подсчеты в голове - ну, настолько быстро, насколько я была способна - и почувствовала, как страх нахлынул на меня.

Меня сбили в субботу, верно? Это означало, что сегодня вторник.

Вторник.

Я старалась как можно лучше рассмотреть свою забинтованную руку, но она была так сильно обернута бинтом, что я не смогла увидеть свое запястье.

Боже. Это было не хорошо.

- Арчер - удалось мне выдавить. - Где Арчер?

Мама с папой обменялись взглядами, и никто из них не казался слишком счастливым.

- Мам! Пап! Где Арчер?

Мой голос был слишком слабым и хриплым, но я ни за что не позволила бы им проигнорировать меня.

Когда мама с папой не ответили, я начала паниковать.

Что, если Арчер покончил с собой? Что, если он действительно сделал это вчера? Если это так, то это полностью моя вина.

- Хедли, успокойся, - примирительно сказала мне мама, протягивая руку, чтобы погладить мои волосы. – Ты ведь не хочешь перенапрячь себя. Ты только что пришла в себя. Ты же не хочешь, на самом деле, увидеть этого мальчика, не так ли?

- Хочу! - Мой голос повысился как минимум на две октавы. - Мне нужно увидеть его!

Сердечный монитор, к которому меня подключили начал дико пищать.

- Ладно, Хедли, я позову его, - быстро сказал папа, выглядя явно встревоженным.

Он без лишних слов вышел из комнаты, украдкой бросив на меня взгляд через плечо.

С дрожащим вздохом я закрыла глаза. Я старалась сдержать свои губы от дрожи, и слезы, которые едва не покатились из глаз. У меня не очень-то получилось.

Мне нужно было увидеть Арчера. Я должна была знать, что он в порядке. Услышать, что кто-то сейчас говорит об Арчере - это одно, но увидеть его своими глазами - это совсем другое.

- Хедли, милая...ты в порядке? - спросила мама, с тревогой глядя на меня.

Я проигнорировала ее. Очевидно, что я не была в порядке.

Где же папу черти носят? Если бы Арчер был уже здесь, то найти его не заняло бы много времени, верно?

Я пыталась отвлечься, оглядывая больничную палату. В ней не было ничего особенного. Она была покрашена чисто в белый цвет. Жалюзи закрывали вид на город. Я была подключена к множеству аппаратов, которые пищали в случайном порядке.

Как только дверь в палату открылась, я заметила, что на тумбочке возле кровати сидит маленький плюшевый пингвин.

Пингвин?

Папа осторожно шагнул в комнату, за ним вплотную вошел человек, которого я, буквально до смерти, хотела увидеть.

Арчер выглядел не очень хорошо. Но каким бы совершенно истощенным он не казался, я была так рада увидеть его, что, на самом деле, начала плакать.

- Арчер.

- Хедли, - мягко сказал Арчер, его голос был тихим. - Привет.

- Давай дадим им минутку, Микаэла, - пробурчал папа, протягивая руку и кладя ее на мамино плечо. - Хедли никуда не денется.

Мама бросила на меня тревожный взгляд и не двигалась с места. – С тобой все будет хорошо?

- Мам. – вздохнула я, закатив глаза. – Я буду в порядке. Прошу тебя.

Она наклонилась и поцеловала меня в лоб, а затем папе пришлось практически вытаскивать ее из комнаты. Это, правда, было довольно шокирующе. Мама не проявляла ко мне таких сильных чувств с тех пор как мне было семь или вроде того.

Атмосфера в комнате стала напряженной, как только дверь захлопнулась, оставляя нас с Арчером одних.

Арчер на мгновение уставился на меня, как будто не мог поверить, что я, на самом деле, проснулась, а потом сделал несколько робких шагов вперед.

Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но прежде чем он сумел произнести хотя бы слово, я остановила его.

- Если ты собираешься сказать то, что я думаю, то не нужно – сказала я – Не стоит этого делать.

Арчер прерывисто вздохнул и бросил на меня недовольный взгляд. - Я не собирался извиняться, если ты об этом.

Я приподняла бровь. - Ты не собирался?

Он покачал головой, подходя ближе к кровати. - Нет. Я собирался сказать, что, если ты еще раз сделаешь со мной что-то подобное, я лично тебя убью.

О. Это было обнадеживающе.

- Было так плохо? - нервно спросила я.

- Ты не представляешь. - Арчер уселся на стул рядом с кроватью и провел рукой по волосам. - Так получилось, что тебя поместили в палату рядом с моей бабушкой. Я видел, как они со спешкой врываются с тобой внутрь...И слышал, как говорят, что ты мертва.

Я сделала глубокий вдох и сглотнула слезы. Если бы я начала плакать, то, вероятно, не смогла бы остановиться.

- Как Виктория? – заботливо спросила я

Арчер проигнорировал мой вопрос.

- Я практически начал прыгать от радости, когда они начали кричать, что ты вернулась, - признался он.

- Даже если бы я осталась мертва, с тобой бы все было хорошо, - сказала я ему правду. - Ты бы отлично справился и без меня.

Арчер выглядел потрясенным, когда посмотрел на меня. Он поднялся на ноги и подошел ближе, наклоняясь, чтобы провести пальцами по моей щеке. Его голос был низким, когда он заговорил. - Нет. Не справился бы.

Было трудно оторвать от него взгляд, когда он был так близко. Я очень хотела поцеловать его, но не могла подняться, чтобы сделать это самой.

- Ты не знаешь, какого было смотреть на тебя в таком виде. Это было... – ему было трудно подобрать нужное слово. - Больно. Я просто продолжал думать, что это моя вина, потому что меня не было там с тобой, что я мог бы оттолкнуть тебя в сторону от машины, и я понял, что мне просто хотелось немного больше...

- Немного больше чего? – прошептала я, когда он замолчал.

Он начал краснеть и выглядел чуточку смущенным. Но он сделал глубокий вдох и продолжил.

- Времени. Я хотел больше времени с тобой, - сказал он, его голос надломился. - Времени, чтобы сказать тебе, что...что я по-новому отношусь к пингвинам.

Я начала смеяться, что оказалось огромной ошибкой с моей стороны. Мои ребра сжались еще сильнее, чем раньше, из-за чего я согнулась от боли.

- Какого…? Пингвины?

Я смеялась и плакала одновременно, но мне было совершенно наплевать. Я никогда не думала, что услышу что-то подобное из уст Арчера.

Я сразу же поняла то, что он имел в виду.

Это объясняло маленького плюшевого пингвина, сидящего на тумбочке. Это объясняло, почему он так покраснел и почему был так смущен.

В тот вечер, когда я потащила его в Центральный зоопарк к вольеру с пингвинами, я знала, что он был серьезен, когда сказал, что любовь — это нечто за пределами человеческого понимания.

У него было ужасное мнение по поводу этого слова и не удивительно. Тот факт, что немного раздражающая, маленькая я изменила это, было за гранью понимания.

Этих слов было достаточно, чтобы все то, из-за чего я чувствовала себя ужасно, стало абсолютно бесполезным.

Смерть был прав. Может быть, эти 27 дней повлияли на Арчера так же сильно, как и на меня.

- Черт возьми, Хедли, перестань смеяться! - в ужасе воскликнул Арчер. - Ты навредишь себе еще больше!

- Я в порядке! В порядке, - захрипела я, пытаясь прочистить горло. – Просто, это было...смешно.

- Вот я здесь, раскрываю перед тобой свою душу, а тебе хватает наглости смеяться надо мной! - пробормотал он, закатив глаза, теперь выглядя очень расстроенным. - Это много значит для меня, Джеймисон!

Поверьте, мы с Арчером уже спорили, даже при том, что я попала в аварию практически со смертельным исходом.

- Я знаю! Знаю. Просто...я не знаю, я просто...я имею в виду, ты...

Я бросила попытки объясниться и вместо этого поманила его ближе, достаточно близко, чтобы я могла поцеловать его. Это было неловко и, честно говоря, немного странно, но мне было плевать. Думаю, что и Арчеру тоже.

- Похоже, мы увязли в этом надолго, не так ли? – отстраняясь и тяжело дыша, спросил Арчер.

- Может быть, - сказала я. - Может быть, нет. Такое ощущение, что мы несчастные влюбленные. Я имею в виду, я фактически умерла, добиваясь тебя.

Он сразу же все понял.

- Нет, - сказал он, качая головой. - Мы не Ромео и Джульетта. Мы ни в коем случае не несчастные влюбленные. Мы сами творим свою судьбу.

Думая обо всем, что произошло, я поняла, что он прав. Арчер не должен был жить, а я не должна была вернуться назад во времени, чтобы спасти его. Но посмотрите, где мы теперь.

- Ты прав, - согласилась я. - Думаю, мы сами творим свою судьбу...пингвин.

- Теперь ты будешь использовать это против меня, верно?

- Конечно.

- Дерьмо.

Потому что если мы действительно сами творим свою судьбу, то я собиралась убедиться, что то, что показал мне Смерть сбудется. Будущее, где мы с Арчером женаты и у нас есть маленькая девочка, казалось очень приятным после всего, что случилось с нами.