Голоса в тишине

Гудки. Долгие. Тягучие.Ощущение, будто между ними скапливается всё: страх, неловкость, стыд.Я звоню человеку, который уже однажды меня предал. Девушке, что с легкостью вписалась в ложь, опутавшую мою жизнь.Чувствую ли я угрозу?Да. Безусловно.Но выбора нет.

Погруженная в свои мысли, я даже не сразу замечаю, как в трубке раздается голос:

— Тесса? Ты что-то хотела? — голос Джейн сухой, удивленный. В нем будто сквозит подозрение: зачем ты лезешь туда, куда не звали?

— Джейн... прости... Наверное, поздно... Просто... мне не к кому больше обратиться, — голос срывается, дрожит. Слова путаются, язык словно чужой. Алкоголь делает их невнятными, но мне плевать. Главное — она ответила.

— Что случилось? Где ты? — её голос меняется. Тревога. Недоумение. Возможно, даже искреннее беспокойство?

— Я... я не знаю... Я просто не знаю, куда мне идти... — слёзы вновь подступают. Я ненавижу себя за это — за слабость, за доверие к чужим. И особенно за то, что делюсь всем этим с девушкой, которой не доверяю вовсе.

— Где твой брат? С тобой что-то случилось? — в голосе Джейн теперь уже явное напряжение.

Я закрываю глаза. Вдох. И всё-таки решаюсь:

— Они... они торгуют девушками. Невинными... красивыми... — ком в горле сдавливает голос. Воздуха будто нет. В пабе становится душно, пространство вокруг меня словно сужается. Я одна. Совсем одна.

Пауза.

— Тесса, — голос Джейн стал резким, чётким, будто отдала приказ, — отправь мне свою геолокацию. Немедленно.

Я сбрасываю звонок, судорожно разблокирую экран, пальцы соскальзывают, кнопки плывут перед глазами.Наконец — вроде получилось. Отправлено.Телефон падает на пол. Поднять его не могу — сил нет. Пьяная, уставшая, опустошённая. Стоит только встать — и я просто упаду. Не на что больше опереться. Даже на себя.

Я опускаюсь лицом на холодную поверхность барной стойки.Бармен будто слеп. Продолжает медленно протирать стаканы, делая вид, что не видит, как я разваливаюсь прямо на глазах.Плевать.Я теряю сознание.

⸻

Сколько прошло — не знаю.Сон тянет, сладкий и тяжёлый, словно вата на веках.

И вдруг — прикосновение.Тёплая, уверенная ладонь бережно трясёт меня за плечо.

— Тесса, проснись, — голос мягкий, почти материнский. Словно из далёкого детства. Я будто снова маленькая.Мама?.. Нет...

Я с усилием открываю глаза. Резкий свет, расплывчатое лицо.Щурюсь, пробую сфокусироваться.Это Джейн.Она пришла. Она действительно пришла.

Её руки обхватывают меня под локоть, и я почти повисаю на ней. Ноги не держат, каблуки как гири.Мы выходим из паба. Холодный воздух улицы бодрит, но не помогает.

Джейн открывает заднюю дверь машины, осторожно усаживает меня внутрь.Я не сопротивляюсь — просто падаю на сиденье, соскальзывая вниз.Мотор заводится. Это последнее, что я слышу, прежде чем снова проваливаюсь в темноту.

⸻

Головная боль — будто молотком по черепу.Пальцы шарят по постели в поисках телефона, но нащупывают только подушку и мягкое покрывало.Я с трудом приоткрываю глаза.

Светло. Просторно.Комната чужая. Неизвестная. И... дорогая.

— Где я?.. — голос хриплый, пересохший.

— У меня дома. Как видишь, — в дверном проёме появляется Джейн. Блондинка в шелковом халате с кружкой кофе в руке. Спокойная. Холодная. Непроницаемая.

Я медленно сажусь, зарываясь в простыни. Она исчезает, а через минуту возвращается с водой и таблеткой.

— Пей, — коротко бросает она и протягивает стакан.На её лице нет ни капли сочувствия. Скорее, усталость. Или равнодушие.И всё же... она пришла.Значит ли это хоть что-то?

⸻

— Позволь спросить. Что вчера, чёрт возьми, произошло? — её голос твёрдый, почти властный. — И как так получилось, что ты оказалась одна, посреди незнакомого района, пьяная в стельку?

Джейн садится на край кровати, скрещивает ноги и сверлит меня взглядом. Её глаза будто просвечивают насквозь, доставая до самых потаённых уголков моей памяти.

Я моргаю, сжимаю виски ладонями, пытаясь вытащить из хаоса хоть какую-то связную мысль. Клуб... Кейт... Поцелуй... Машина... Тот дом... Крис... Слова... Ужас... Бар... Всё всплывает кусками, без хронологии, будто фрагменты чужого сна.

— Ну же, Тесса, — голос Джейн становится острее. — Ты вчера говорила, что кто-то продаёт девушек. Думаешь, я забыла?

Глаза широко распахиваются. Вспышка памяти.Крис. Его голос. Эти отвратительные слова.Я резко опускаю голову, будто за преступление, которое не совершала, но в котором чувствую вину.

— Крис... — выдыхаю глухо. — Он сказал мне это.

— Крис? — Джейн вскидывает бровь. — Крис Бэл? — и в её взгляде — резкое, безжалостное презрение, как будто имя это оставляет во рту привкус яда.

— Да... Он же друг Дерека... — я перебираю пальцами край одеяла, как будто это может защитить меня от её реакции.

— О, милая, — усмехается она, криво, с усталой иронией. — Ты и вправду не знала? Серьёзно? — Она встаёт, проходится по комнате. В её походке — напряжение, но в голосе спокойствие, от которого становится только хуже. — Ты жила под одной крышей с Уайтом и до сих пор думала, что он святой?

Я молчу. Слова не идут. Только дрожь в теле и тошнотворное осознание: я действительно ничего не знала.И теперь, кажется, знаю слишком много.

— Ты и правда не знала во что вляпалась? — Она останавливается напротив, скрещивает руки на груди и смотрит на меня, как на наивную девчонку. — Милочка, ты не просто случайно оказалась рядом. Ты — кукла. С тобой играют. Уже давно.

Слова Джейн заставили моё сердце замереть на секунду.

Получается... брату действительно нужно от меня что-то?Мысль вспыхнула, как искра, и тут же распространилась пожаром. Голова пульсирует — то ли от похмелья, то ли от попыток осмыслить происходящее.

— Слушай, я не могу найти телефон. Ты не знаешь, где он? — спрашиваю почти безнадежно, слабо надеясь на обнадеживающий ответ.

Джейн пожимает плечами:— Нет. Когда мы приехали, его у тебя уже не было.

Она разворачивается и уходит в соседнюю комнату, а меня охватывает неприятное предчувствие.Наверняка оставила в клубе. Чёрт, надо же было так напиться...

Медленно сажусь на край кровати, замечаю, что на мне чужая мягкая футболка — видимо, Джейн переодела меня, пока я была без сознания. Становится чуть теплее от мысли, что в этом доме обо мне позаботились.

Я поднимаюсь, иду по холодному кафельному полу, погружаясь в тишину просторного дома. Всё вокруг — чистое, ухоженное, изящное. Высокие потолки, лепнина, запах дорогого парфюма. Этот дом скорее похож на музей, чем на место, где живут настоящие люди.

На кухне я нахожу Джейн. Она говорит с кем-то по телефону, но, заметив меня, тут же заканчивает разговор.

— Джейн, а где здесь ванная? — прошу, чувствуя себя потерянной, словно брошенный котёнок.

— По коридору, последняя дверь справа, — отвечает спокойно.

Я почти бегом направляюсь туда. Хочу смыть с себя весь этот вчерашний вечер, как грязный след.

Ванная ничем не уступает остальному дому — большая, светлая, с теплым светом и мрамором на полу. На полках расставлены баночки с дорогими уходовыми средствами, две зубные щётки...Живёт не одна.И тут же в голове вспыхивает ответ: конечно, Мартин. Он же её парень.

Меня пробирает дрожь, короткая и резкая.Я быстро умываюсь, стараясь не смотреть на своё отражение. Видеть себя — значит снова вспомнить всё. Не хочу. Пока нет.

Когда возвращаюсь на кухню, Джейн уже наливает себе кофе.

— Слушай... — начинаю неловко, чувствуя, как пересыхает во рту. — Не могла бы ты довезти меня до квартиры?Она поворачивается, смотрит внимательно, хмурит брови.

— Думаю, тебе лучше пока туда не возвращаться, — её голос становится твёрдым.В этом взгляде — не просто совет. В нём забота, перемешанная с горечью. Как будто она мысленно желает брату всё самое худшее.

— Но ты ведь живёшь с Мартином... Я могу помешать.

При одном упоминании его имени по телу снова пробегает неприятная дрожь.

— Ему всё равно. Он почти не бывает дома. Всегда "работает", — спокойно отвечает она, будто заранее отсекает все мои оправдания.

— А мои вещи?

— Съездим. Возьмём всё необходимое — и уедем, — коротко, уверенно. Она резко закидывает светлые волосы назад и добавляет: — Можешь собираться. Выезжаем прямо сейчас.

Через пятнадцать минут мы уже готовы.Мне пришлось снова натянуть вчерашнее платье и каблуки — ощущение, будто возвращаюсь в ночь, от которой так хотела убежать.Но на этот раз всё иначе. Я еду забирать свою свободу. Или хотя бы попытку на неё.