Часть 48

Волнение побуждает нервно ходить по кабинету трансфигурации и строить догадки о возможном соединении крестражей. Ксантиппа получила записку и согласилась встретиться со мной. За время нашей совместной работы я успела проникнуться к ней симпатией и печально думаю о прощании.

Проходя очередной ряд, с тяжелым вздохом сажусь за стол. Как мне сформулировать вопрос? О крестражах знают немногие. Пожалуй, это главный секрет Ордена, который способен изменить ход войны. Я понятия не имею, как разбивается душа, а слова директора об искреннем желании убить считаю поверхностным объяснением. Такие люди, как Лестрейндж и Нотт, не упрекают себя в морали, лишая жизни остальных. Тем не менее крестражей у них нет.

По словам профессора Дамблдора, Риддл нашел способ создать крестраж, когда путешествовал по различным странам, совершенствуя навыки темной магии. Ни одна обычная книга не содержит информации о расколе души, следовательно, он почерпнул знания из слухов и редких темномагических книг.

Удивительная взаимосвязь между нашими навыками. Обряд Жертвы тоже считают неизученным феноменом. Как ни парадоксально, он тоже связан с искренностью. Только крестраж требует смерти и ненависти, а Обряд желает любви и счастья. Справится ли жертвенная магия? По-видимому, чтобы создать крестраж, нужно подготовить заранее предмет и произнести проклятие перед убийством. А как в этом случае действует древняя магия? Вероятно, без заклинания не обойтись.

Щелчок замка отвлекает меня от размышлений, и я радостно подхожу к учителю.

— Дорогая моя, я читала вчерашний выпуск «Пророка», — она обнимает меня за плечи и подмигивает. — Альбус гордится своими львятами.

Улыбаюсь в ответ и отчаянно подбираю слова перед вопросом.

— Ксантиппа, простите, что отвлекаю вас в день отъезда…

— Это формальности, — мы садимся за парту, и Ксантиппа взмахивает палочкой, создавая заглушающие чары, — ты ответственно относишься к нашим занятиям и… — она поднимает палец и довольным голосом произносит, — теперь ты не дилетант, Гермиона, а ученый.

Случайно вспоминаю наш первый урок и понимаю значение последних слов. Ксантиппа искренне хвалит меня, и неудобная тревога понемногу уходит. Она никогда не отказывала мне в ответах и, надеюсь, поможет сейчас.

— Итак, милая, чем ты интересуешься на этот раз? — Ксантиппа снова подмигивает мне, но затем меняет выражение лица, становясь внимательным и серьезным слушателем.

Тщательно подбираю слова и спрашиваю:

— Способна ли древняя магия усилить «Репаро»?

Ксантиппа поднимает брови в вопросе, а затем коротко кивает. Мой вопрос звучит глупо, потому что ответ и так известен.

— Естественно, Гермиона, это же обычное восстановление сломанных предметов, — менторский тон возвращается, и я усмехаюсь её недоумению.

Понимаю свои напрасные попытки скрыть правду и конкретизирую вопрос:

— «Репаро» восстанавливает неодушевленные предметы, но если объектом будут… — делаю небольшую запинку и отвожу взгляд, — скажем… эмоции, чувства или… душа. Получится ли использовать это заклинание?

Наверное с минуту мадам как-то странно смотрит на меня, а затем задорно усмехается и, прищурившись, наклоняется ко мне.

— Милая, если хочешь обратить на себя внимание мальчика, то попробуй другие методы, — хмурю брови в непонимании, а гречанка смеется, — древняя магия не заставит человека почувствовать к тебе симпатию и не поменяет его эмоций.

Мерлин! Она меня неправильно поняла. Быстро качаю головой и убедительно машу руками в отрицании. В душе обижаюсь за её суждение обо мне. Неужели я кажусь ей такой легкомысленной? Хочется показать возмущение, но потом я изумленно сознаю, что будучи школьницей связалась с человеком намного старше себя, и к тому же у меня будет ребенок. От Тёмного Лорда. Возможно, я зря злюсь на Ксантиппу, её мнение недалеко от истины. Слизеринский змей нарушил все мои жизненные принципы!

— Нет, я имею в виду другое!

— Дорогая, не стесняйся, я сохраню твой секрет.

Мне стыдно продолжать разговор и терять время на своё оправдание, поэтому я перестаю отрицать и спрашиваю:

— Хорошо, Ксантиппа, рассуждая теоретически, можно ли направить Обряд Жертвы на восстановление метафизической величины?

Всё ещё улыбаясь, Ксантиппа опирается подбородком на руку и поджимает губы. Откровенной мольбой я прошу её дать положительный ответ, однако понимаю сложность подобной магии. Скорее всего, практическими знаниями в этой области никто не обладает. Наконец, Ксантиппа отвечает:

— Рассуждая теоретически, Гермиона, искренность способна творить чудеса!

***

Я проводила учителя до кабинета директора. Мы долго прощались, а я повторяла слова благодарности и почтения. Если бы не Ксантиппа, я не смогла бы спастись в рождественскую ночь и не помогла бы друзьям у дома Лоуренсов.

У меня нет гарантии на помощь Обряда Жертвы, но Гарри пока об этом знать необязательно. Сегодня первый учебный день, и не хочется думать о войне. Мы найдем способ избавить его от осколка чужой души.

По направлению в Большой зал я скрупулезно повторяю советы гречанки и на автомате ответно здороваюсь с учениками. Уже у входа задаюсь вопросом чрезвычайной дружелюбности окружающих.

— Гермиона! — меня догоняют Гарри с Роном, и мы заходим в зал.

И тишина.

Дежавю. Затем…

Всевозможные аплодисменты, овации и восклицания.

— Гарри! — вспышка маггловской фотокамеры Колина ослепляет нас, и я отворачиваюсь в сторону.

— Молодцы! — ученики выкрикивают поздравления, а мы медленно ступаем к своим местам у гриффиндорского стола.

— Рон! — Лаванда подбегает к другу, а я удивленно смотрю на их крепкие объятия.

Переглядываемся с Гарри и, по-видимому, оба изумляемся данной картине. Что ж, у каждого из нас своя судьба и собственное счастье.

***

— Невозможно получить двенадцать баллов по СОВ! — прислушиваюсь к разговору Невилла и Рона и кладу себе порцию жареного картофеля.

— У Перси двенадцать, поэтому возможно!

Раздумываю о своей подготовке к экзаменам и невольно задаюсь вопросом, что мне делать со сроками. Делаю глоток тыквенного сока и разделяю сочную мясную запеканку.

— Нам дают слишком мало времени для подготовки! — бедный Невилл, он так боится экзаменов.

Рон поворачивается ко мне, на секунду хмурит брови, а потом кивком показывает на Невилла.

— Гермиона, ты снова будешь помогать ему с уроками?

Смешиваю с горчицей помидоры и капусту. Положительно качаю головой, а Невилл с благодарностью и облегчением переводит взгляд на меня и… так же как и Рон, хмурит брови. Прочищаю горло соком и вопросительно смотрю на Невилла, но он сразу же отворачивается, словно боится, что я поменяю решение о помощи в учебе. Осматриваю стол и встаю перед дилеммой — телячьи отбивные или ростбиф? Допив сок, наливаю чай с корицей и продолжаю размышлять о СОВ.

Оценки в семестре не влияют на экзамен, поэтому меня мучает страх за возможность ошибки. Нужно увеличить время подготовки и взять книги из библиотеки.

— Я жалею, что выбрала прорицания в качестве дополнительного предмета, — Джинни сидит рядом с Гарри и листает учебник.

— Гадание на хрустальном шаре всегда вызывает скуку, — Рон кивает сестре и отодвигает пустую тарелку.

— К сожалению, данная дисциплина входит в список СОВ, — мои слова звучат не совсем ровно из-за кусочка стейка во рту, но ребята соглашаются.

Гарри допивает тыквенный сок и, переглянувшись с Джинни, тихо обращается ко мне:

— Хорошо, что к тебе вернулся аппетит.

— Что? — не уверена, правильно ли расслышала, потому что его слова перекрывает шорох от смены блюд.

— Наконец-то, — с довольным выдохом я смотрю на различные десерты.

Разбавляю чай с корицей лимонным сиропом и откусываю кусочек трюфеля. Однако рисовый пудинг и шоколадный эклер тоже выглядят аппетитными. Странное желание добавить соли в сладкое вызывает подозрение о возникновении новых вкусовых пристрастий. Я поднимаю голову, чтобы переспросить Гарри о его словах, но… встречаюсь со смешинками в зеленых глазах, а затем замечаю такое же выражение у Рона и Джинни.

— Что? — спрашиваю я.

— Ничего.

Не понимаю их реакцию и опускаю взгляд на свою тарелку. Мимолетный ступор.

Со злостью о собственной беспечности я кладу вилку рядом с тарелкой, полной еды, и сознаю нарушение обещания. Я хотела быть аккуратной и следить за поведением? Глупая!

Что ж, сочетание мяса, морепродуктов, риса, овощей, фруктов и сладких десертов определенно не привлечет внимания! Мерлин! Как я смею так глупо подставляться? Теперь мне понятно удивление друзей. Ранее у меня всегда были проблемы с нормальным питанием. Мне страшно ожидать от своего положения новых сюрпризов. Медленно опускаю руку и дотрагиваюсь до живота. Конечно, не так уж плохо, что ребенок требует улучшения аппетита.

К счастью, от дальнейших расспросов друзей отвлекает внезапное появление головы Ника из тарелки Гарри.

— Приветствую, мистер Поттер!

— Здравствуй, Ник, — друг кивает, а призрак поворачивается ко мне.

— Юная мисс, смею обрадовать вас новостью о возвращении леди Елены.

Перестаю ругать себя и хочу спросить про Седрика, но Ник исчезает, а мы с Гарри срываемся с места и выходим из зала.

— Как ты думаешь, Елене удалось помочь Седрику?

— Я надеюсь на это, Гарри.

Недалеко от выхода замечаем небольшую группу пуффендуйцев, а потом…

— Как ты сумел?

— Удивительно!

— Мы скучали!

— Невозможно!

Гарри подходит к толпе, а я резко останавливаюсь, не зная чего ожидать. Вдруг я совершила ошибку, и Седрик не хотел появляться в Хогвартсе? Он увидит Чжоу, и… я не задумывалась об этом. Не подумала о его чувствах.

Мне страшно подойти к нему и увидеть упрек. Ученики расступаются, и свечение становится заметнее. Наконец, мы встречаемся взглядами с Седриком, а он… улыбается. Хвала Мерлину, искренняя и довольная улыбка с нотой благодарности. Я машу ему и ответно улыбаюсь, а Гарри вступает с ним в диалог.

У нас будет время поговорить обо всем. Я обязательно найду Седрика позже, а сейчас мне нужно сосредоточиться на уроках.

***

Учителя активно готовят нас к сдаче СОВ. Конспекты заполнены дополнительными пометками, но я не могу забыть о главном задании, которое ждет меня впереди. Поможет ли «Репаро» в восстановлении души Риддла? Я не знаю похожих заклинаний, а Ксантиппа подсказку не дала. Спросить совета у преподавателей не могу, поскольку мы с Гарри приняли решение о неразглашении.

К моему возрасту Риддл уже создал собственное отпирающее заклинание. Возможно, были ещё. С хлопком закрываю очередную книгу и направляюсь к библиотечным стеллажам за новой. Профессор Снейп также сотворил «Сектумсемпру», обучаясь в школе. Быть может, я должна использовать новые чары, чтобы помочь Гарри, но как? Мне интересна методика, но не хватает практических инструкций.

До самого вечера я вчитываюсь в объемные тома и обреченно встречаю неудачу.

— Мисс Грейнджер, прошу вас вернуть на место книги и покинуть библиотеку, — сиплый голос мадам Пинс побуждает к печальному окончанию исследований.

Возвращаюсь в гриффиндорскую гостиную. Мне бы помогла лишь малая доля информации. Маленькая подсказка…

Резко останавливаюсь перед входом и решаюсь на отчаянный шаг. Меняю направление, разум потихоньку наполняется предвкушающим адреналином. В стенах Хогвартса я в безопасности. Риддл не сможет мне навредить, поэтому я могу рискнуть.

Теперь мы храним медальон в Выручай-комнате, поскольку в спальню вернулись ученики после каникул.

Трижды хожу вдоль стены, а затем осматриваю небольшую комнату. На всякий случай устанавливаю защитные чары и достаю из сундука шкатулку. Щеки горят от собственного поступка, а пальцы дрожат от неизвестности будущего. Любопытно узнать его реакцию. От данного сумасшествия меня спасает лишь уверенность в своей безопасности. Я лишь спрошу… Возможно, он и не ответит или вовсе проигнорирует меня, но всё-таки я надеюсь увидеть завтра его филина. Мерлин, помоги, пусть он ответит!

Достаю крестраж и сжимаю его в руках. Натягиваю цепочку и обвожу края медальона. Когда температура слегка меняется, я подношу артефакт к переносице. Правда, сразу же все слова и вопросы о заклинаниях теряются в ритме быстрого сердца. Вместо того, чтобы задать подготовленный вопрос, я зачем-то начинаю с угрозы:

— Я не позволю тебе причинить ему вред.

Интуиция шепчет, что он поймет мой намек о малыше. Я горжусь своей решимостью, однако теперь сложно надеяться на его помощь. Не теряя веры, сразу же спрашиваю:

— Какое заклинание из раздела восстанавливающих чар является самым сильным?

Чувствую холодок на цепочке и быстро убираю крестраж в шкатулку. Откидываюсь к стене и не сдерживаю нервного смеха. Действия удивляют своей глупостью. Волдеморт не прощает угроз и вряд ли ответит на вопрос. Представляю его удивление. Смех медленно превращается в хохот. Постепенно надежда на ответ сменяется желанием повернуть время вспять, чтобы избежать столь опрометчивых действий.

Уже лежа в постели, я с трудом заставляю себя забыть свой поступок. Подготовка к СОВ будет отвлекать меня от окружающей действительности. Определенно, мне нечего бояться, пока я в Хогвартсе… Данная мысль дарит покой, и я расслабленно отдаюсь сновидениям.