Глава 37 (Макс)

МаксИгра сегодня была неудачной, я получил сразу несколько травм. Ловил удары здоровяков из «Гризли» словно новичок. Был рассеянным, явно позабыл о своей главной задаче. После игры я некоторое время провел в раздевалке. Уже приняв душ и переодевшись, сел на лавку и провалился в мысли.

— Это невероятно! – воскликнула Перри, наваливаясь на металлическую оградку пирса и рассматривая местную достопримечательность – гору Рейнир.Свет закатного солнца окрасил гору в розово-красный цвет. Такое привычное для меня явление заставляло Перри трепетать от красоты.– Это случается практически каждый день, – усмехнулся я, располагаясь сзади и обнимая ее.Небо было чистым, голубым, так и не скажешь, что вчера в городе свирепствовала снежная буря. На пирсе прогуливалось много людей, люди радовались праздничным выходным.– Не порть момент, Зверь, дай мне насладиться видом.– Еще красивее здесь летом, когда проходит Фестиваль водных фонарей.  В следующем году мы обязательно поучаствуем в нем.Перри обернулась, ее бровь изогнулась в удивлении.– Но это будет больше чем через полгода, – сказала она.– И? Ты думаешь, мне шайбой отбило голову и я не умею считать?Она растерялась и покачала головой.– Просто я думала, что...Не в силах выслушивать это, я мягко обхватил ее подбородок и заткнул сладкий говорливый рот поцелуем. Перри прикрыла глаза, ее руки скользнули под мою расстегнутую куртку и легли на грудь. Когда нам обоим стало недоставать воздуха, я отстранился и сказал:– Лучше не думай. – Именно эту фразу я сказал ей в тот день, когда она появилась в «Скале» и сразу же начала надоедать мне. Перри тоже вспомнила этот момент, сейчас она улыбнулась и прижалась к моей груди щекой.– Тебе не холодно? – спросил я.– В самый раз.

Я часто вспоминал время, проведенное с Перри в Такоме. Мне нравилось, что моя семья приняла ее. Я думал, проблемы будут с Джой, но, как оказалось, Перри могла очаровать кого угодно, даже мою своенравную сестру, в этом была сила Митчелл.Сегодня я искал ее взглядом на трибунах, надеялся, что она появится, ведь сегодня игра. Но ее не было. Не посещала она и тренировки команды. Вот и сейчас я ждал ее в раздевалке, когда большинство парней уже ушли. А я надеялся, что она придет. Я хотел дать ей время, но в самом деле, сколько же еще ей нужно времени?Даррелл был прав в одном. Я ненавидел его и мечтал обойтись с ним так же, как он обошелся со мной. Но когда я понял, что его девушка – это та незнакомка из бара, Милашка Митчелл, которая давно нравилась мне, то пришел в еще большее бешенство, ведь чертов ублюдок и тут обставил меня.Все было слишком сложно. И сначала я старался держаться от нее как можно дальше, ведь понимал, что она не должна быть втянута в это дерьмо, но чем сильнее я отталкивал ее, тем упрямее в своих попытках приблизиться ко мне становилась она. А когда Митчелл подкинула мне проблем своими статьями, я пришел в ярость и увидел ее с другой стороны. Тогда она уже не казалась невинной жертвой обстоятельств. И я действительно подумал, раз она сама нарывается, что плохого в том, если мы переспим?Идея с самого начала была дерьмовой. И я уже не понимал, чего действительно хочу: отомстить Дарреллу или заполучить Митчелл себе. Я запутался и просто доверился чувству. Так она оказалась голой в моей кухне.Сейчас я видел эту ситуацию полностью, если бы я не был таким придурком, то с самого начала просто завоевал бы Перри, не из мести, разумеется. Потому что с того самого момента, как я заметил ее на трибунах в первый день ее работы, лишь она одна имела значение. Плевать на Даррелла, к черту Адель, я покончил с ними давно и не должен был опускаться до их уровня. Мне следовало сразу признаться себе, что я без ума от рыжей вздорной чудачки, которая не знала слова «нет» и смогла растопить мое сердце. Мне стоило принять это и не искать причин для нашего взаимодействия. Важна была лишь Перри, только она одна, даже важнее чертова хоккея. И я не могу ее потерять. Она нужна мне, а я нужен ей.– Зверь, ты, конечно, и дальше можешь сидеть здесь и пялиться в стену, но тебя там вроде как ждет твоя красотка, – усмехнулся Басс, натягивая на себя футболку.Услышав это, я подорвался, забрал вещи и вышел из раздевалки.В моей руке зазвонил телефон. Я увидел, что это неизвестный номер, и скинул вызов.Настроение упало мгновенно, ведь меня ждала Адель. Не Перри. Не мой любопытный Утконосик.– Это становится ненормальным, – зажимая переносицу, устало проговорил я.– Макс, подумай.– Я давно все обдумал. Хватит преследовать меня, ты выглядишь жалкой!– Как ты можешь? Нас столько связывает. Прошлого не вернуть, но мне жаль, что я обошлась так с тобой. Перестань уже наказывать меня! – воскликнула она.Я посмотрел в глаза девушки, которую когда-то любил, но сейчас она не вызывала во мне ничего, кроме раздражения от ее постоянных разговоров о том, что у нас все еще что-то может получиться. Это невозможно, мое сердце уже было занято другой. У нее были рыжие волосы, которые при ярком свете блестели и переливались красным. Ее большие зеленые глаза выдавали ум и хитрость обладательницы. А еще в них крылась загадка, я никогда не знал, что взбредет ей в голову в тот или иной момент, но я готов был разгадывать ее вечно.Я дал ей достаточно времени подумать, я пойду и заберу ее домой, она ведь моя. Давно моя.– Ты как была эгоцентричной стервой, так и осталась ею. Сколько бы мы ни встретились, сколько бы раз ты и сказала, что любишь меня, ничего не изменится. Пойми уже, что я не наказываю тебя, потому что ты для меня никто, посторонний человек, который не стоит моего внимания! Когда до тебя это дойдет?– А она, значит, стоит?Мы оба понимали, о ком говорит Адель.Я заметил парней. Басс, Назаров и Уингейт стояли у раздевалки, даже не скрывая того, что подслушивают нас. Я взглянул на Адель и наконец позволил этому чувству обрушиться на меня. Я знал с самого начала, но не хотел признавать. Я опасался, что Перри обойдется со мной так же, как Адель. Но Митчелл была не такой, она вздорна, легкомысленна и по-детски наивна, но она не расчетливая подлая стерва, она совсем не похожа на Адель.– Она стоит всего гребаного мира! Я люблю ее. Давно люблю, и жаль, что мне не хватило смелости признать это раньше. Черт, да я даже с тобой такого никогда не чувствовал, Адель. – Осознав, что сказал это вслух, я нахмурился. Адель помрачнела, и ее глаза наполнились слезами, которые она всеми силами старалась скрыть. Я знал, что она привыкла добиваться своего любыми методами, она приехала в этот город за мной. Но я никогда не буду с ней, потому что я занят. – Мне нужно идти.Я бежал по коридору к машине, телефон в моем кармане снова зазвонил.Неизвестный номер.– Слушаю.– Мистер Пауэлл, добрый день, это владелец квартиры Пол Хоган, я хотел сказать вам лично, потому что ваша девушка как-то странно отреагировала. Во избежание проблем я не верну предоплаченную вами сумму, она не была указана в договоре...– Погодите, почему вы решили, что мне нужно вернуть деньги за аренду квартиры? Речь шла о квартире, за которую я доплатил владельцу, Перри ни за что не взяла бы деньги, а я просто не мог допустить, чтобы она жила в трущобах.– Ваша девушка же съезжает.Мое сердце упало в пятки. Куда она могла съезжать? К Дарреллу? Нет, она не вернулась бы к нему.– О чем вы?– Разве вы не знаете? Она сказала, что покидает город. – Даже не дослушав, я скинул вызов и побежал к «Роверу».Если я все верно просчитал, то сейчас она должна быть на работе.Подъехав к зданию телеканала, я заметил ее. Она стояла на парковке и разговаривала по телефону.Меня накрыло облегчением от осознания того, что я успел.Я вышел из машины и направился к ней.Перри продолжала разговаривать с кем-то по телефону. Ее рыжие волосы были распущены, прядки покачивались от легкого ветра. Она была в укороченном шерстяном пальто и выглядела чертовски сексуально. Как я мог так долго терпеть? Нельзя было отпускать ее.Я выхватил телефон из ее руки, сбросил вызов и, надавив на ее затылок, поцеловал ее. Она широко раскрыла глаза и замычала, пытаясь оттолкнуть меня от себя.– Пауэлл, придурок! Что ты делаешь? – Она выхватила телефон из моих рук и нахмурилась. – Я разговаривала с Кирби, она терпеть не может, когда кто-то бросает трубку!– Блондинка переживет, нам нужно поговорить.– Не о чем разговаривать, – фыркнула она.– Выслушай, и если после этого ты захочешь уйти, то я не стану мешать.Она сузила глаза и сложила руки на груди, Перри выглядела так, словно давно все решила: что бы я ни сказал, она уйдет. Это было как сломанные ребра во время игры. Но я не привык отступать, даже со сломанными ребрами.– Мне жаль, что так вышло. Жаль, что я позволил прошлым обидам влиять на мою жизнь. Жаль, что втянул в это тебя.– Ну еще бы! – фыркнула она.Я улыбнулся, Перри это не понравилось.– Тебе смешно?Я покачал головой.– Раньше я думал, что быть с тобой – это пытка для любого, но когда ты ушла, я понял, что самая настоящая пытка – это быть без тебя. Не видеть твоей улыбки, не слышать твоего голоса, смеха, постоянного тихого пения.– Хватит, Макс. То, что ты говоришь, – полный бред! Тебе не запудрить мне мозги. Ты просто лжец и подлец!– Ты знаешь, что все не так, знаешь, что все было реальным, но злишься на меня настолько, что отвергаешь это.Она нервно взглянула на часы.– Зачем ты оплатил мне квартиру? Хотел держать свою игрушку под боком?– Конечно, нет. Я не мог допустить, чтобы ты жила в плохих условиях. На самом деле я хотел, чтобы ты продолжала жить со мной.Она почесала нос, отвела взгляд. Но я заметил, как ее глаза начинают блестеть от наполнявших их слез.– Доплата мимо договора – это нарушение закона, как он пошел на это?– Я не солгал, когда сказал, что он фанат «Дьяволов». – Я обхватил ее лицо ладоням, чтобы она наконец посмотрела на меня. Как я и говорил, ее глаза наполнились соленой влагой. Это убивало меня. – Перри, ты завладела моим сердцем. Мне казалось, что если я признаю это, то все исчезнет. Как было с Адель. Но сейчас все иначе. Я не перенесу, если потеряю тебя. – Ты использовал меня, – тихо сказала она.– Возможно, – пожал плечами я. – Возможно, так и было. Я хочу быть честным с тобой. Я так запутался и не понимал, чего хочу на самом деле. Но сейчас понимаю. И если бы ты дослушала меня, то знала бы, что я старался всеми способами оправдать мое влечение к тебе, потому что так было проще, потому что опасался повторения ситуации. Я сделал только хуже, ведь с того дня я постоянно хотел тебя. Твой запах, твой голос, твои веснушки свели меня с ума. Ты самый приставучий, назойливый и говорливый человек, которого я когда-либо встречал, но все это засело мне в голову, спряталось под моей кожей и требует только одну девушку. – Я вздохнул. – До тебя в моей жизни был только хоккей. И впервые я не могу сконцентрироваться на игре, я вообще не помню о хоккее, потому что постоянно думаю, что если не сделаю это, то пропаду.– Не сделаешь что?Я аккуратно обернул руку вокруг ее талии и повел к машине.– Не сделаешь что, Пауэлл?Я улыбнулся. Она была очень нетерпеливой, я обожал это и не собирался ломать это в ней, как делал Даррелл. Когда дошел до машины, потянулся к музыкальному проигрывателю и включил одну-единственную песню, ту самую, что играла в вечер нашей первой неудачной встречи в баре «У Микки».Перри удивленно ахнула и прикрыла рот рукой.– Нет. Нет. Нет, – залепетала она.– Когда-то давно ты сказала, что если не будет играть эта песня, то ты не ответишь «да».– Макс! – закричала она. Перри вдруг начала притопывать на месте, словно не могла справиться с эмоциями. Она прижала руки к лицу и зажмурила глаза.Как полагается, я встал перед ней на одно колено, вынул маленькую зеленую коробочку из кармана куртки и раскрыл ее перед ней. Перед тем как ехать к студии, я побывал в ювелирном и выбрал самое красивое кольцо с одним круглым камнем, которое, как мне показалось, подойдет Утконосику больше всего.– Перри, я люблю тебя. Когда ты появилась в «Скале» с Дарреллом, я почувствовал такую тяжесть внутри. Месть была лишь поводом, оправданием, ведь я боялся признаться себе, что потерял голову от случайной девушки, танцующей под песни семидесятых в сальном прокуренном баре на окраине Лос-Анджелеса. Я не могу представить своей жизни без тебя. Будь моей навсегда?– О боже. – Перри стала вытирать слезы со щек, которые градом катились из ее глаз. Я опешил. Кажется, она не была рада моему предложению. – Я не могу!– Ты можешь, – настаивал я. я.– Ты торопишь события.– Не вижу смысла откладывать неизбежное, и потом, я же не вынуждаю тебя идти под венец завтра.– Вдруг это ошибка, Макс? Ты не думал об этом?– Ошибкой будет отпустить тебя. Ошибкой будет не обеспечить тебе ту жизнь, которой ты достойна. Ошибкой будет притворяться, будто я не люблю тебя, будто не становлюсь счастливым от одной твоей улыбки, будто ты не единственная девушка, с которой я впервые чувствую такое помешательство.– Звучит безумно.– Ты делаешь меня безумным, но это безумие мне нравится.Перри нахмурилась.– А как же Адель?– Она в прошлом, я закончил с ней много лет назад. Между нами ничего нет и не было после того, как я разорвал помолвку.– Вдруг она решит бороться за тебя? – У нее нет никаких шансов. И у любой другой тоже их нет, потому что мое сердце будет у тебя, Утконосик.– Ты просто... Я ненавижу тебя! И эта песня из восьмидесятых, а не семидесятых! – закричала она.Я рассмеялся:– Я выучу весь ее чертов альбом наизусть и альбомы подобных ей. Моя голова станет картотекой для песен трех твоих любимых десятилетий, только скажи «да».– Да! – Перри дождалась, пока я надену ей кольцо на палец, а после закричала и набросилась на меня, обвивая мою шею руками. Я прижал к себе любимую и запутался носом в ее волосах.– Макс, я тебя люблю, – прошептала она.– Не больше, чем я тебя.Мы поцеловались. Я прижимал ее к себе, ощущая то самое единственное чувство, которое способно растопить даже многовековой ледник. Я люблю ее. И теперь она моя. Я подхватил ее на руки, Перри обвила ногами мою талию, цепляясь за меня, словно я был ее спасательным кругом.– За нами наблюдают, – прошептала она.Я взглянул на окна студии. Люди, работники, прилипли к окнам и смотрели на нас. Я заметил странного щуплого друга Перри, он улыбался и что-то выкрикивал нам. Услышать это было невозможно. А еще была девушка, ее подруга, которая несколько лет назад пожелала мне закончить карьеру сломанными ногами и приписала эти слова Перри. Всю ее перекосило от злости.– Твоя подруга не слишком рада.Перри захихикала:– Донна всегда мечтала обойти меня. Я должна ненавидеть ее, ведь фотографии и статьи – это ее рук дело. Но на самом деле я ей благодарна. Если бы не она, то я не висела бы на тебе, как обезьянка.Я громко фыркнул:– Ты в любом случае висела бы на мне, как обезьянка. И никто не помешал бы мне взять свое, ясно?Она улыбнулась, целуя мой нос.– Абсолютно.Я был счастлив.– Поехали домой.– Куда угодно, Зверь.