10

Меня будит птичье пение где-то совсем рядом. Наверное, на яблоне за окном какая-то птаха сидит. В бабушкином саду их много живёт. Зря я форточку не закрыла. Холодно мне как-то.Натянув одеяло на голову, переворачиваюсь на живот. И утыкаюсь носом в свою подушку. Странная она, какая-то. Узловатая. Сбилась за ночь, видимо. Зато как пахнет. М-м-м, вкусно. Аромат мёда, хвои, дыма, с древесными нотками... Запах самого нереального мужчины из всех мною встреченных.Вдохнув полной грудью, чувствую, как щемит сердце восторгом и нежностью, как сжимаются в возбуждённом спазме внутренние мышцы, и по венам проносится жаркое тепло. О-о-о-ох. Мне такое снилось... Такое... Снилось?!Резко распахнув глаза, я переворачиваюсь на спину, откинув с головы одеяло. И с настоящим облегчением вижу залитый солнечным светом выход из пещеры. И снова разведённый костёр. Минувшая ночь мне не пригрезилась. Словно в подтверждение этой радостной мысли тело отзывается приятной ломотой в каждой мышце и красноречивым саднящим ощущениям в интимных местах.− Чонгук, − зову хрипло своего любовника. Куда он делся? Надеюсь, не бросил меня тут одну?Чонгук на мой зов не спешит отозваться, но со стороны озера я слышу громкий всплеск.Может, он опять тонуть собрался?И хоть предположение это довольно абсурдное, меня с лежанки подрывает буквально мгновенно. И уже через минуту я выбегаю, как была, босая и растрёпанная, на берег озера. Чтобы тут же и застыть, потрясённо раскрыв рот. Над тёмной гладью воды стелется белый туман, пронизанный солнечным светом. И приближающаяся фигура обнажённого Чонгука выглядит тёмной и призрачной, но такой горячей, что слюнки текут.− Иди ко мне, Лис, − зовёт, протягивая руку и окидывая меня таким жарким голодным взглядом, будто к нему королева красоты вышла а не растрёпанная сонная я.− Ага, сейчас. Помыться мне, конечно, хочется, но там же холодно, − зябко передёргиваю плечами.− Я согрею воду. Не замёрзнешь.− Как ты её согреешь? - вытягивается моё лицо.− Магией, малыш. Снимай уже эту рубашку, хочу увидеть тебя голенькую, − плотоядно улыбается мой искуситель. И сам при этом подходит ещё ближе, совершенно не стесняясь своей наготы. И своего весьма возбуждённого состояния.Мамочки, как это ночью в меня помещалось?Очень хорошо помещалось, если вспомнить. И двигалось ещё лучше.О-о-ох. От тянущего ощущения внутри я даже ноги крепко сжимаю.А я, может, не такая раскрепощённая? Одно дело в темноте кувыркаться, а другое голой в озере посреди леса купаться.− Ты что стесняешься? - совершенно верно определяет Чонгук причину вспыхнувшего на моих щеках румянца. Расплывается в довольной улыбке.− А что? Нельзя? - с вызовом вскидываю голову.− Можно. Так ты ещё обворожительней. Теперь я хочу тебя голенькую и смущённую. Ну иди сюда, ягодка моя.Вот... Вот... медведь озабоченный.И вот почему я не могу ему отказать?Потому что ты сама этого хочешь,Лалиса.Не купаться голышом в смысле, а одного конкретного обаятельного наглеца. Если не внутри, потому что там уже мозоль, то хотя бы рядом. И нечего тут отнекиваться. Решила брать всё от вашего совместного времени, так не трать это время впустую.Потоптавшись на месте и закусив губу, я решительно хватаюсь за края рубашки и тяну её вверх.− Ты прекрасна, как рассветная заря, знаешь это? - хрипло бормочет Чонгук, когда я отбрасываю рубашку на один из валунов.Когда на тебя так смотрят, когда так восхищённо пожирают глазами, невозможно не чувствовать себя самой желанной и красивой. Медленно выпрямившись и распрямив плечи, отчего грудь поднимается выше, я обольстительно улыбаюсь и иду к нему. Плавно, от бедра, и красиво покачивая попой. Я умею, оказывается.Только войдя в озеро чуть не сбиваюсь с шага, настолько оно ледяное.− Ты обещал, что согреешь воду, − напоминаю Чоннуку, неотступно следящему за каждым моим шагом.− Угу, обещал, − кивает мужчина, облизывая губы. Стремительно чертит что-то пальцами в воздухе, не глядя, подставляет ладонь, и на ней внезапно зажигаются огненные шарики. Их-то он и роняет в воду. С отчётливым шипением шарики катятся по водной глади в разные стороны. Один из них почти достигает ошеломлённо замершей меня. И все одновременно погружаются в воду.То, что она стремительно потеплела, я чувствую буквально сразу. Но это попросту не укладывается в моей голове. Я только что видела самую настоящую магию. Магию! И несмотря на весь мой восторг, этот момент меня и напрягает немного. − Ты говорил, что у тебя магии сейчас нет, потому ты портал на Землю открыть не можешь. А теперь... значит, можешь?Я даже умудряюсь спросить это нейтральным тоном, не показывая, как расстроена этим предположением.− Нет, не могу пока что, − обжигает меня потемневшим взглядом оборотень. - Для портала нужно гораздо больше сил, чем я успел накопить за ночь. Поэтому наши планы остаются прежними. Мы купаемся, завтракаем и уезжаем отсюда. Озеро холодное, поэтому действия заклинания хватит максимум на полчаса и только в радиусе трёх метров. Помыть тебя мы успеем, а вот все прочие радости лучше перенесём на берег. Не хочу, чтобы ты простыла, − деловито сообщает Чонгук, не выдержав ожидания и шагая мне навстречу.Обхватив за бёдра, он, как ребёнка малого, тащит меня на глубину.− А может я не хочу всех остальных радостей? Ты мне там мозоль уже натёр своим усердием, − ворчу для порядка, при этом обнимая за шею и едва справляясь с желанием поцеловать бородатую щеку. − Правда? - сочувственно заглядывает Чонгук мне в лицо. И внезапно расплывается в предвкушающей ухмылке. - Надо зализать, и всё пройдёт.