34 глава

Дом утопал в мягком свете рассвета. Ветер едва тронул занавески, воздух пах солью и утренним морем.Розэ стояла у окна, наблюдая, как лёгкие волны бьются о берег Чеджу. Прошло несколько дней с их последнего разговора, и Джису всё чаще пропадала по делам. Тишина становилась почти осязаемой — в ней звенели мысли, воспоминания, недосказанные слова.

Она не знала, где Джису, но знала — та всегда возвращается неожиданно.И сегодня, когда солнце только касалось горизонта, внизу послышался знакомый шум мотора.

Розэ нахмурилась, выглянула наружу и увидела, как на территории дома кипит работа. Несколько мужчин в форме что-то строили за садом, где раньше был пустой участок земли.Джису стояла чуть поодаль, в белой рубашке, с закатанными рукавами. Волосы собраны, на губах — сигарета, взгляд — сосредоточенный и усталый, но в нём читалось что-то новое.

Когда она подняла глаза, их взгляды встретились.На лице Джису мелькнула тень улыбки — редкая, настоящая.

— Ты уже проснулась, — сказала она, когда Розэ вышла во двор. Голос был хриплым, будто от недосыпа.— А что происходит? — Розэ подошла ближе, щурясь от солнца.— Просто сюрприз.

Она не добавила ничего больше.

⸻

К полудню всё было готово. Деревянные ворота, просторная конюшня, запах свежих досок и сена. Воздух был наполнен теплом и чем-то... живым.Джису открыла дверь и жестом пригласила Розэ войти.

Розэ остановилась на пороге, глаза расширились. Внутри — три стойла, мягкий свет от ламп, и в дальнем — белая лошадь с гладкой гривой. Та тихо фыркнула, будто приветствуя.

— Это... — голос Розэ дрогнул. — Это всё для меня?Джису кивнула.— Чтобы тебе не было скучно, пока я решаю дела.

Розэ сделала шаг вперёд, не веря. Пальцы коснулись тёплого бархатистого носа животного, и на глазах выступили слёзы.— Она прекрасна...

Джису прислонилась к двери, скрестив руки. Её лицо оставалось спокойным, но взгляд был мягче, чем обычно.

— Ты любишь лошадей.

Розэ повернулась к ней, поражённая.

— А откуда ты знаешь? Я ведь никогда не рассказывала...

Джису затянулась сигаретой, выпустила дым в сторону, будто набираясь храбрости.

— Когда я приехала в Австралию... задолго до того, как мы познакомились. Я часто приезжала в одно место на окраине. Тогда я не знала, кто ты. Просто виделa девушку, которая каждый день приходит в конюшню, разговаривает с лошадьми, кормит их морковкой, поёт им под нос.— Ты... ты следила за мной?— Наблюдала, — спокойно ответила Джису. — Тогда я просто не понимала почему. Наверное, потому что ты казалась... слишком живой.

Между ними повисла тишина — теплая, но хрупкая.Розэ подошла ближе, остановилась напротив Джису.

— И ты запомнила это?— Я запоминаю всё, что мне важно.

Розэ опустила взгляд, чувствуя, как сердце сжимается.

— Спасибо. Это... лучший сюрприз, что мне когда-либо делали.

Джису улыбнулась краем губ, затушила сигарету и мягко коснулась её плеча.

— У лошади ещё нет имени. Придумай.

— Луна, — тихо ответила Розэ, гладя белоснежную гриву. — Она как свет посреди темноты.

— Подходит, — сказала Джису и вдруг, почти неуловимо, добавила: — Как и ты.

Розэ подняла глаза, встретившись с её взглядом.Мир вокруг будто исчез. Только дыхание лошади, солнце в просветах досок, и две женщины, стоящие слишком близко.

На миг Джису потянулась ближе, но, словно опомнившись, отстранилась.

— Я должна ехать. Дела.— Конечно, — тихо ответила Розэ, но в голосе прозвучала грусть.

— Я оставлю тебе Луну, — сказала Джису, надевая перчатки. — Она хотя бы не даст тебе скучать, пока я снова прячусь от мира.

— А кто будет прятать тебя от самой себя? — едва слышно прошептала Розэ, но Джису уже повернулась, делая вид, что не услышала.

⸻

Вечером, когда солнце опустилось за горизонт, Розэ сидела в конюшне, прижавшись щекой к мягкой шее Луны.Лошадь тихо дышала, а в её ушах звучал голос Джису:

"Ты казалась слишком живой."

И где-то вдалеке, в свете фар, Розэ видела, как уезжает машина.Джису снова уходила в ночь — туда, где не было её, но откуда она всегда возвращалась.

А в воздухе остался только запах сена, табака и чего-то, что напоминало любовь, которой они обе не умеют назвать.