14 глава

Розэ проснулась от резкого звука. Голос Джису резал утреннюю тишину, как нож. Она сидела у окна, с телефоном в руке, и говорила так громко, что стены дрожали.

— Я сказала, нет! — её голос был стальным. — Я дала слово.

Розэ приподнялась в постели, ещё не до конца понимая, что происходит. Но каждое слово Джису ударяло прямо в сердце.

— Она просто женщина, Джису! — донёсся мужской голос из трубки. Тон был жёсткий, уверенный. — Если мы не начнём войну первыми, то её начнут Паки. Ты это знаешь.

Джису резко встала, пройдясь по комнате. Её пальцы так сильно сжимали телефон, что костяшки побелели.— Мне всё равно, — прорычала она. — Я обещала.

— Сколько стоит твоё обещание? — холодно бросил голос. — Паки уже сделали первый шаг. Если мы позволим им идти дальше, завтра они будут у наших ворот.

Тишина повисла. Розэ, затаив дыхание, наблюдала, как Джису борется сама с собой. В её лице читалось напряжение: между обязанностью лидера и тем странным, слишком человеческим чувством, которое связывало её с Розэ.

— Закрой свой рот, — наконец процедила она. — Решение моё. И точка.

Она сбросила звонок и с силой бросила телефон на стол.

Розэ не выдержала. Поднялась, накинула на плечи шёлковый халат и тихо спросила:— Это... из-за меня?

Джису резко обернулась. В её глазах горел огонь, но под ним — усталость.— Я пообещала, что не трону Паков. Я не нарушаю обещаний.

— Но твои люди... они не согласны? — осторожно спросила Розэ.

Джису усмехнулась без радости.— Они думают, что я мягкая. Что женщина, которую держу рядом, ослабила меня.

Эти слова ударили больнее, чем любая угроза. Розэ опустила взгляд. Она не знала, как ответить.

Джису подошла ближе, взяла её за подбородок и заставила поднять глаза.— Но они не понимают одного, жемчужинка. Я могу отказаться от войны. Но от тебя... я уже не могу отказаться.

И в этот момент Розэ поняла: обещание Джису стоило дороже, чем кровь и власть. Но именно это обещание могло однажды разрушить их обеих.

⸻

— Собирайся, — коротко бросила Джису, захлопывая чемодан.

Розэ нахмурилась. В её голове всё ещё звучали обрывки телефонного разговора, злые голоса и слова про войну. Она ожидала, что Джису поведёт её на встречу с мафиози, в очередной роскошный ресторан или хотя бы в казино, но уж точно не туда, куда они поехали.

— Ты серьёзно? — выдохнула она, когда перед ними вырос огромный замок Диснейленда в Париже.

Толпы детей, смех, воздушные шары, разноцветные костюмы персонажей. Атмосфера праздника. Никаких теней, никаких угроз. Будто другой мир.

— Разве... мафии ходят в Диснейленд? — Розэ не удержалась от вопроса, её глаза округлились.

Джису чуть приподняла уголки губ — её редкая, почти неуловимая улыбка.— Сегодня — да.

⸻

Они вошли в парк, и Розэ почувствовала, как с каждой минутой сердце наполняется детским восторгом. Магазинчики с сувенирами сияли огнями, пахло сладкой ватой, а по мостовой бегали дети в костюмах принцесс и супергероев.

На одной из витрин Розэ увидела стенд с ободками. Милые, яркие — с ушками Микки Мауса, с бантиками, с коронами. Она замерла, не веря, что её тянет к чему-то такому простому.

— Иди сюда, — вдруг сказала Джису.

Розэ послушно подошла. Джису взяла с витрины два ободка: один — золотой, с маленькой короной, другой — с чёрными ушками Микки.

Она протянула первый Розэ:— Принцессе — корону.

Розэ покраснела, но взяла. Когда она надела ободок, в зеркале на витрине отразилась девочка, которой было снова семнадцать, и которая хоть на миг могла забыть о тяжести мира.

А потом Джису сама надела на голову ушки Микки. Контраст был настолько нелепым, что Розэ рассмеялась впервые за многие недели — звонко, искренне.

— Ты... — она закрыла рот рукой, но улыбка не исчезала, — ты выглядишь слишком... мило для главы мафии!

— Тогда молчи, пока никто не заметил, — сухо ответила Джису, но её глаза сверкнули от удовольствия, что заставила Розэ смеяться.

⸻

Позже они зашли в фотобудку.— Давай, — Джису кивнула на сиденье.

— Что? Ты серьёзно хочешь... фотографироваться? — Розэ снова удивилась.

— У тебя будут доказательства, что я умею улыбаться, — усмехнулась Джису.

Они сели тесно друг к другу. Аппарат мигнул. Первая фотография — Розэ смущённо улыбается, Джису смотрит прямо в камеру с холодным выражением. Вторая — Розэ тянется поправить ей ушки Микки, и обе уже не могут сдержать смех. Третья — Джису неожиданно обняла её за талию, притянув ближе, и на снимке их взгляды встретились слишком близко. Четвёртая — вспышка застала их в тишине: Розэ с расширенными глазами, Джису с той самой тенью улыбки, которая принадлежала только ей.

Когда аппарат выплюнул полоску фотографий, Розэ взяла их в руки и долго смотрела.— Это... слишком реально, — прошептала она.

— Именно этого я и добивалась, — тихо ответила Джису.

⸻

Они катались на каруселях, ели сладкую вату, смотрели на фейерверк над замком. И всё время Розэ не покидало чувство: здесь нет мафии, долгов, войны. Только они вдвоём — женщина в ушках Микки и девочка с короной.

И когда поздно вечером они возвращались в отель, Розэ поймала себя на мысли, что не хочет, чтобы этот день заканчивался.

Джису посмотрела на неё в полумраке салона машины и произнесла почти шёпотом:—Ты так сияешь жемчужинка .

И сердце Розэ забилось сильнее, чем когда-либо.