12 глава

Ночь в особняке была тревожно тиха. Тишина эта была не покоем — она походила на затишье перед бурей.

Джису стояла в своём кабинете у огромного окна, за которым темнел город. В её руке — бокал виски, на столе разложены карты и схемы, телефон с сообщениями от подчинённых. Она двигала фигуры на карте, словно играла в шахматы, где каждая пешка — человеческая жизнь.

— Их база на юге, — сказала она, не отрывая взгляда от стола. — Сюда ударим первыми. А резиденцию Паков сожжём в последнюю очередь. Пусть знают, что я пришла за ними.

— Босс, — осторожно спросил один из охранников, — что насчёт мисс Розанны?

На лице Джису мелькнула тень. Она поставила бокал и, наконец, подняла глаза.— Её увезут. Подальше от всего этого. Пока не закончится.

⸻

Розэ узнала о плане случайно. Она слышала обрывки фраз, шёпот охраны. Её увезут. Спрячут, как вещь.

Она ворвалась в кабинет Джису, сердце билось так сильно, что казалось, его услышит весь дом.— Ты... хочешь увезти меня?

Джису сидела в кресле, её лицо было спокойным, но взгляд опасно блестел.— Да. Ты не увидишь войны.

— А Паков? — голос Розэ сорвался. — Ты правда собираешься убить их всех?

— Они коснулись тебя, — холодно произнесла Джису. — И за это должны умереть.

Розэ подошла ближе, не замечая, как её ноги дрожат.— Прошу... не трогай их. Не трогай брата. Не трогай никого.

В этот момент её слова были не приказом, не вызовом, а мольбой. Она впервые не боялась показаться слабой.

Джису резко поднялась, её стул с глухим стуком ударился о пол. В два шага она оказалась рядом, прижала Розэ к стене, схватив за запястья.— Они тебя предали, — её голос был низким, почти рычанием. — Продали, как товар. А ты... умоляешь меня не трогать их?

Розэ смотрела ей прямо в глаза. Слёзы блестели на ресницах, но голос был твёрдым:— Обещай мне. Не трогай их. Ни брата, ни семью. Обещай.

Джису молчала долго. Её пальцы всё ещё сжимали щёку Розэ, будто она решала — сломать её или сохранить.

Наконец она тяжело выдохнула, словно впервые за годы позволила себе слабость.— Ты даже не понимаешь, чего просишь... — прошептала она. — Они заслуживают крови.

— А я прошу милости, — тихо ответила Розэ. — Ради меня.

Секунда тянулась вечностью. Джису закрыла глаза, и когда снова открыла, в её взгляде уже не было прежнего холода. Она опустила руку и едва заметно кивнула.

— Хорошо. Я обещаю.

Розэ не поверила сразу. Её дыхание сбилось, сердце сжалось в груди.— Ты... правда?

— Правда, — голос Джису звучал непривычно мягко. — Но только ради тебя, Розанна.

И вдруг, почти неосознанно, она притянула девушку к себе, заключив в крепкие объятия. Это не было похоже на обычную нежность — скорее на яростное признание того, что эта хрупкая девчонка стала её слабостью.

— Никогда больше не умоляй меня о ком-то, кроме себя, — прошептала Джису, прижимая её к груди. — Я не знаю, выдержу ли это ещё раз.

В груди Розэ разлилось тепло и боль одновременно. Она знала — Джису могла солгать, могла нарушить клятву... но впервые в её голосе звучала честность.

В ту ночь мир мафии замер.В ту ночь Джису отказалась от крови ради неё.