- Знаешь, я был на той стороне, на которой не растут ягоды

Я носилась по квартире, как бешеный таракан. Серьезно, на это просто нужно посмотреть. Глеб сидел в этот момент на диване, чем больше меня бесил. Я не выдержала и кинула ему в лицо подушку, взятую из моей комнаты. Он с шоком и немым вопросом посмотрел на меня.

– Чтоб жизнь медом не казалась, понял? – недовольно крикнула я и снова побежала искать свой провод.

Почему всё делается в последнюю очередь? За что мне такое наказание, и так никаких нервов не осталось! Что за жизнь?

– Ах ты чёрт ебаный! – крикнула я, когда увидела его, валяющимся под моим столом.

Я быстро схватила его и попыталась встать, сильно ударившись головой о стол.

– Больно... – простонала я, гладя место удара.

Вскочив с места, я побежала в коридор за Глебом, выволакивая его с дома, чтобы быстрее доехать до концертного зала. Через 4 часа начало концерта, а я даже там не была. Безответственность...

Мы ехали в машине и слушали Сектор Газа, на что я скучающе смотрела в окно. Тело ныло, но это была привычная и довольно терпимая боль, так что я практически не не замечала. Может, концерт пройдет отлично?

– Ну чего ты заскучала, песня не нравится? – вдруг произнес Глеб, кладя мне руку на колено.

Я мысленно закатила глаза от удовольствия. Но ему конечно ничего не покажу, а то ещё зазнается...

– Включи найтивыход. – я повернулась на него с щенячьими глазами.

Он недовольно цокнул, но всё же включил.

*Спустя 3 часа

Я сидела на диване, смотря на огромное количество людей, которые подходили и здоровались со мной, хоть я вижу их впервые. Скукота. Единственный адекватный человек здесь – Марина. Она сидит рядом и крепко дежит меня за руку. У Марины всегда такой грустный, сожалеющий взгляд. Она смотрит так постоянно, не зависимо от того, что вокруг происходит. Похороны – этот взгляд. Самая крутая туса – этот взгляд. Чем-то манит.

Мы сидели и рассказывали друг другу смешные истории из детства.  Глеб стоял где-то в этой огромной толпе, разговаривая со всеми подряд. Ему не надоело? Слишком много девушек крутятся возле него. Кто их вообще сюда пустил?

– Через пол часа выход! – крикнула Алиса, выглядывая из-за стены, отделяющей сцену и эту каморку.

Я сидела с совершенно спокойным лицом, хотя внтури носился смерч из страхов. Вдруг я упаду? Неправильно попаду в ноту? Забуду текст? В конце концов, умру?

– У тебя всё получится. – произнесла Марина самым ласковым голосом.

Она и вправду похода на ангела, особенно в этом белоснежном раритетном платье.

– У нас всё получится. – просизнесла я, чтобы тоже ее подбодрить. – Пойдем вытащим Глеба из этого круга ада и найдем Дениса*.

Марина охотно согласилась, устав сидеть на одном месте.

Этих двоих оболтусов мы нашли быстро. Они стояли у столика с алкоголем. Я закатила глаза.

– Потом пить будете, идёмте к сцене, пока нас Алиса не отпинала ногами.

Они охотно согласились, и мы пошли к Алисе, что сделали очень вовремя, потому что она уже настраивалась идти нас бить лопатой...

– Так, открывает Марина, иди к тому чуваку в жёлтой футболке, он тебе прикрепит микрофон. – раздавала задания Алиса. – Так, а вам, – она тыкнула пальцем в нашу сторону. – я прикреплю сама.

– А почему Марине не прикрепила? – в непонятках спросила я.

– А, тот чувак попросил познакомить его с ней, вот я и устроила им свиданку.

– Уважаю. – я похлопала ее по плечу.

Она быстро прикрепила к нам устройства, наушники и стала проверять звук.

– По-моему, она забрала мою работу. – с досадой произнесла я.

– Сегодня ты артист, а не стоишь за аппаратурой. – сказал Глеб, положив свою большую руку мне на голову.

– Хорошо, один раз разрешаю...

Я повернула голову и увидела, что Марина уже стояла у входа на сцену, полностью готовая. Совсем скоро ее выход. Я побежала к ней, вспомнив одну маленькую деталь.

– Марина, чуть не забыла!

Она вопросительно повернулась на меня.

– Это тебе от меня подарок небольшой, можно одену? – просизнесла я, подходя ближе.

Она кивнула головой, на что я ещё шире улыбнулась. Потом достала из кармана небольшую брошь, в виде птицы Сойки-пересмешницы.  Я нацепила ее на платье в области груди, возле сердца.

– Ты всегда у меня ассоциациировалась именно с ней. – сказала я и крепко-крепко ее обняла. – Покажи этим людям искусство.

– Спасибо, я тебя очень люблю. Правда, спасибо! – она произнесла эти слова, чуть ли не плача.

Но нас прервала Алиса, которая поволокла ее на сцену. Я стала наблюдать за ее выступлением. В зале была кромешная тьма, потому что Марина ещё не встала на свое место.

В наушнике я услышала, что Алиса дала сигнал включать музыку.

По всему залу раздалась спокойный нежный звук гитары. Зазвучал голос Марины, и постепенно свет стал освещать весь концертный зал.

–Имя твоё - Cвет на губах, Острым копьём Вонзится в мой прах.И тысячу лет Сном на висках Ходить по земле... нам. Забери солнце мое Не вернётся, Утро забудет, Кто из нас не проснётся.

Она пела это так невесомо, я никогда не смогу вдоволь насладиться ее пением. Это слишком прекрасно. Она приложила руку к брошке, закончив петь последнюю строчку. Свет полностью медленно потух, а зал заполнило криками толпы. Это выступление они запомнят.

Дальше настала моя наша очередь взрывать этот зал. Марина выбежала со сцены, крепко обнимая меня.

На сцену выбежал нервный Денис, ведь именно он начинает наш тройной фит. Свет так же резко включился, как и заиграла песня.

– Грязь, что ты знаешь об этомДоверяя только мёртвым поэтам?У нас кровь и пот текли по лопатамНо все равно мы с братом делали этоС тобойНа этом местеГде была любовьВырыл могилу своей невесте...

Денис вдохнул больше воздуха.

– Скажи мне, как ты свою жизнь представляешь?Как думаешь, что в ней хоть что-то меняешь? (зачем?)Скажи мне, как победить этот мрак?Как перестать всех друзей и родителей в яме закапывать, как собак?Скажи мне, как ты свою жизнь представляешь?Как думаешь, что в ней хоть что-то меняешь?

На этом моменте мы с Глебом быстро оказались на сцене, где свет не попадал, чтобы толпа не увидела нас раньше времени. Когда свет полностью потухнет, Денис уйдет со сцены, а мы быстро встанем так, как было задумано изначально.

– Твои любимые падают в грязь, их никто не услышитМолча червями в ней шевелясь, земля как будто бы дышит. – он допел эти строки и свет выключился.

Мы очень быстро встали на место, обозначенное светодиодной лентой. Глеб стоял впереди, а я спряталсь за его спину, держась за ткань его белой футболки. С этого ракурса толпа не должна увидеть меня.

Резко включился яркий свет и Глеб запел:

– Отравлен, отравлен, я отравлен тобой,Я отравлен, отравлен, я отравлен тобой.

После окончания его строчек из-за спины резко вышла я, держа его руку.

– Вынь из меня всю эту боль,Что я копил, сидя в бездне. – я запела максимально естественно и эмоционально, передавая в этих словах всю любовь к Глебу.

– Ты или яМне все равноВедь мы идем ко дну вместе. -– это были строчки Глеба.

– Приделай мне крыльяПоцелуй, ставь пылью. – мои

– Предела на нервахНа нервах — следы лишь. – Глеба.

Небольшое молчание, и только крики толпы.

– Трэп-хаус скачет, будто Леброн, плавится, как пластилинХотя все знают: это добром не закончится, как ни крутиБог говорит: "Ты подохнешь один", черт говорит: "Может, даже хуже"Я уже сто раз слушал — чужой пиздеж не нуженОсобенно в поле, чистом якобыГде мы срали и спали с тобоюЩас один тут хаваю ягодыЗнал, что не устою на обочине, ничего с собой не поделаюЭту красную, юную, сочную  клюкву ел ее, ел ее. – Глеб пел эти строки, смотря на меня, ни на секунду не отводя взгляд. На последних строках он вытягивает ладошку над уровнем своего лица, как бы зовя прикоснуться к ней.

– Знаешь, я был на той стороне, на которой не растут ягоды. – я прикоснулась своей ладонью до его. – Там, кроме тьмы, ничего нет только труп, а тут хотя бы тыМой терапевт, дай жгут, дай бинтыЭто утро, тостер, омлет…Я просто заебался от войны. – я допела последние строки, тяжело выдохнув.

Толпа снова загудела и мне стало плохо от такого шума, но я не подала виду.

Дальше концерт проходил, как обычно. Яростные фанаты, прыгающие на сцену, девочки, от визга которых вянут уши. Ну и конечно, неописуемый драйв концерта.

Последний, завершающий трэк мы тоже должны были спеть вместе. Он был ужасно сложным и утомляющим, но я рассчитывала выложиться на полную.

По началу все шло вроде как ничего, но под конец, я стала замечать, что звук толпы и музыки пропадает. Я буквально теряла слух на пару секунд. А вскоре я стала слишком плохо себя чувствовать. Глеб заметил неладное и невзначай подошёл ближе, допевая свои строки. Мои были завершающие, поэтому поднеся микрофон ко рту я прокричала последние слова песни, отдав в них свои последние силы.

Вдруг ноги резко подкосило и я рухнула прямо на пол сцены, не понимая что происходит. Я не слышала голоса, лишь мельком видела испуганное лицо Глеба. А потом ничего, кроме темноты.

*Денис Грязь – хип-хоп исполнитель, автор песни "Клюква".