- Да хоть на одну минуту, я бы прожил её, как целый век

– Я просто хочу исполнить мечту, перед тем, как сдохну. – крикнула я, не сдерживая эмоции.

– С чего ты взяла, что умрёшь? – прошептал Глеб, хватаясь за волосы.

– Ты сам все прекрасно понимаешь. Зачем пытаться надеяться на чудо? Тебе нужно готовится, этого не избежать. – договорила я и с головой накрылась одеялом.

Никого не хочу видеть. Никого не хочу слышать. Ничего не хочу чувствовать.

– Нестле, давай спокойно поговорим. – через несколько пинут Глеб снова подал голос, теперь он звучал спокойно и доброжелательно.

Я скинула одеяло и села лицом к Глебу.

– Какая твоя мечта?

– Закончить тур и... – тут я резко заткнулась.

– И? – поднял бровь Глеб.

– И всё.

На самом деле я мечтала ещё о том, чтобы подарить девственность Глебу. Я просто ищу удобный момент, не судите меня. Я и правда хочу что-то оставить Глебу. Например, самый ужасный секс в его жизни.

– Тебе станет хуже, если продолжишь выступать.

– Мне всё равно.

– А что насчет меня? Ты хотя бы раз подумала, что буду чувствовать я? – взорвался он, всплескивая руками.

– Допустим, я не буду выступать. И на сколько это продлит мою жизнь? На день? Неделю? – я начала загибать пальцы.

– Да хоть на одну минуту, я бы прожил её, как целый век. – прошептал Глеб, потирая глаза.

– Я хочу умереть, зная, что исполнила мечту.

– Я ведь обещал, что ты не умрёшь. – себе под нос проворчал Глеб.

Вскоре мы легли спать. Глеб обнимал меня чересчур крепко, но я молчала, наслаждаясь его обьятьями. Хоть я и делаю вид, что мне все равно на то, как сложится судьба Глеба после того, как я умру. На самом деле я так не думаю. У меня сердце кровью обливается, когда начинаю понимать, что оставлю Глеба в этом гребанном мире одного.

По-моему, сегодня подходящий день.

Я потянулась к губам Глеба, начиная нежно целовать. Он быстро ответил на поцелуй, думая, что это своеобразные "спокойной ночи". Потом я стала целовать ещё настойчивее. А потом и вовсе села к нему на бедра, продолжая целовать. Клянусь, он открыл рот от удивления.

Вскоре я начала покрывать шею поцелуями и маленькими засосами. Глеб решил взять инициативу на себя и перевалил меня вниз. Он медленно стянул с меня футболку, губами спускаясь ниже. Я робко, смотря прямо ему в глаза, потянулась к узлу на шортах.

– Так, Нестле, я не понял. – вскочил Глеб, как только я развязала узел.

– Ты давай момент не порть. – сказала я, закатывая глаза.

– Так, во-первых, это должно быть романтично. Во-вторых, ты ещё... – я нагло перебила важную речь Глеба поцелуем.

Сейчас я точно чувствую, что хочу этого. Даже на последствия плевать. Хотя, я никогда и так о них не думаю.

– Это было грубо. – прошептал запыхавшийся Глеб, как только я отпрянула от его опухших губ. – Ты уверена? – так же шёпотом спросил он, убирая прядь моих волос за ухо.

Я закатила глаза, улыбаясь.

Сегодня 7 октября и я чувствую, что боюсь умирать. Нет. Я боюсь оставить Глеба одного. Смотря в его родные, зелёные глаза, я вижу ту боль, которую он всеми силами пытается не показывать. Но я все понимаю. Он тоже боится потерять меня. Какое же паршивое чувство. Клянусь, я уже забыла что такое здоровый, крепкий сон. После того,  как стал известен мой диагноз, каждую ночь мне снятся кошмары, от которых посреди ночи я просыпаюсь в ледяном поту. Снится абсолютно одно и тоже. Но страх я испытываю, будто впервые и наяву. Я теряю Глеба. Снова и снова. Каждую чёртову ночь.

Чтобы хоть как-то избежать ночных кошмаров, я пытаюсь меньше спать и крепче обнимать Глеба во сне. Он всё чувствует. Буквально любую дрожь посреди ночи. Именно Глеб помогает мне успокоиться после очередного кошмара.

Мой страх сам меня и погубит такими темпами, я в этом уверена. "Глеб сейчас рядом, нечего бояться." — я повторяю это сотню раз перед тем, как заснуть.

– Я уверена. – еле слышно ответила я, завароженная его прекрасными глазами, которые изредка мелькают при лунном свете.

Глеб поцеловал меня в лоб, медленно и аккуратно кладя на подушку.

– Доверься мне.