Восстановление

Подойдя ближе, я почувствовала, как мощь Шигараки будто переплетается с моим разумом. Скопировав его причуду « Распад», я начала действовать быстро, не давая ему ни минуты на передышку. Постоянные перемещения вокруг него и использование его же способности против него выматывали нас обоих, но всё шло по плану. Удары были точными, и Шигараки явно ощутил урон. Но вскоре моя уверенность начала рушиться, когда с правого фланга стало слышно грохот. Приближался Гигантомахия, и я поняла, что теперь бой будет ещё более сложным.

Ситуация накалялась. Теперь перед нами был не только Шигараки, но и Даби, который неожиданно оказался Тойей Тодороки. Шото и Старатель уже сражались с ним, огонь и лед переплетались в смертельной схватке, где каждая ошибка могла стать последней.

Большинство героев пали в этом неравном бою. Мои силы истощились до предела, и старые травмы начали напоминать о себе. Травма ноги, которую я игнорировала всё это время,стала невыносимо болеть. Как бы оставшиеся герои ни пытались остановить Шигараки, он всё равно смог скрыться, и битва закончилась его побегом. Мы остались среди развалин, осознавая, что потерпели поражение.

Затем передо мной наступила темнота. Полная, бесконечная пустота. Время потеряло всякий смысл, и мне казалось, что я нахожусь здесь вечность. Всё тело болело, каждая клетка будто ныла от усталости. В какой-то момент передо мной появился маленький огонёк, который словно звал меня за собой. Я последовала за ним, не имея понятия, сколько мы шли. В конце пути я увидела поляну, усеянную цветами, окружённую густым лесом. Впереди стоял чей-то силуэт, который медленно повернулся ко мне. Его голос был тихим, но ясным.

-Тебе пора просыпаться.

В этот момент перед глазами

потемнело, а когда я вновь открыла их, увидела белый потолок. Попытавшись подняться, я почувствовала резкую, пронизывающую боль, словно всё телобыло разбито на куски. Нога была перебинтована, и я поняла, что нахожусь в больнице. Несмотря на боль, я собралась с силами и, опираясь на стены, дошла до двери. Но как только я хотела её открыть, она распахнулась сама, и на пороге стояла медсестра.

Вам нельзя вставать!

воскликнула

она, мягко взяв меня под руку и помогая вернуться в кровать. Удивительно, что вы вообще смогли подняться.

Извините, прошептала я, чувствуя слабость.

Сейчас я позову вашего врача. Пожалуйста, подождите немного, сказала она и быстро вышла из палаты.

Спустя несколько минут ко мне зашёл доктор. Он объяснил, что я находилась в коме почти две недели. Моя травма ноги оказалась серьёзной сильное повреждение связок, и даже после полного исцеления мне, возможно, придётся хромать. Его слова меня потрясли, но я понимала, что это последствия того, что мы пережили.

В больнице я провела ещё неделю. Нога постепенно заживала, но, как и предсказывал врач, я начала немного прихрамывать. Тем временем Мидория оставил нам записки, в которых признался, что он обладатель ОЗВ. Это стало для всех большим шоком, но одновременно дало нам новое понимание происходящего.

Я тренировалась больше, чем когда-либо, не позволяя боли останавливать меня. Когда нога начинала болеть, я просто перевязывала её и продолжала тренировки. С Бакуго наши отношения стали странными мы всё ещё переживали друг за друга, но почти перестали проводить время вместе. Казалось, что расстояние между нами увеличилось, несмотря на все

события.

Параллельно с тренировками, я вместе с остальными пыталась выяснить, где находится Мидория. Школы, включая ЦА, превратились в убежища для мирного населения, и в этот сложный период я познакомилась с родителями одноклассников. Особенно запомнились родители Бакуго. Они оказалисьудивительно тёплыми людьми, и я поняла, в кого у Бакуго такой резкий и бескомпромиссный характер его мама была настоящей « сталью». Однако я не говорила им, что мы с их сыном чуть больше, чем просто друзья.