11. Прекрасная ошибка

В моей временной спальне темно и слишком душно. Я распахиваю настежь балконную дверь и усаживаюсь на край кровати, прикуривая прямо в помещении. Чувствую бесконечную тоску и усталость, а еще обиду на Майского, который сделал меня частью мира своих несбыточных фантазий. Я ведь никогда не мечтала о первом и единственном. В нашей семье вообще нет привязанностей, это наследственное и досталось от папочки, у которого семь детей от разных женщин...Сигаретный дым постепенно заполняет небольшое помещение, и я смотрю на него, словно очарованная, пытаясь собрать в кучку разбегающиеся мысли. Но в этот момент вдруг открывается дверь, и я поворачиваю голову, чтобы увидеть перед собой хмурое лицо Майского.— Ты решила напоследок сжечь мне дом? — осведомляется он холодно, усаживаясь на край постели. Я пожимаю плечами, слишком заинтересовавшись словом «напоследок». — Я решил приостановить наше... сотрудничество, — произносит Артур, отвечая на мой немой вопрос. Но я только вскидываю брови, ведь вопросов становится еще больше. — Пока еще не решил, что делать с долгом, но на данный момент не нуждаюсь в твоих услугах. Ты можешь собирать вещи и возвращаться к себе.— Сдался? — мой голос звучит равнодушно, но на деле я даже испытываю легкое разочарование. Майский казался мне более целеустремленным, впрочем, хорошо, что он понял это и решил наконец-то отвалить от меня. — Или решил действовать по принципу: если любишь — отпусти?— Тебя невозможно любить, — фыркает мужчина все тем же ледяным тоном. Он встает с постели и направляется к выходу. — Наверное, потому, что ты и сама себя не любишь...Качаю головой, но вместо споров встаю и захлопываю за ним дверь, чтобы начать собирать вещи. Мне противно от его слов и от него самого, поэтому хочу как можно быстрее убраться из этого дома и забыть об этих днях как о страшном сне. Потом подумаю о долге, может, смогу разжалобить отца или попросить взаймы у братьев, но мне пора покончить с моим личным видом мазохизма под названием «Артур Майский».Домой я возвращаюсь ближе к вечеру и сразу заваливаюсь спать, накрывшись горой одеял и пледов, ведь в доме так и не подключили отопление. Моя болезнь напоминает о себе, поэтому решаю отлежаться еще несколько дней, но это оказывается настолько скучным, что уже в понедельник я не выдерживаю и иду в школу. В холле меня встречает Дэн, с которым я за все время обменялась только парой сообщений в соцсети, ведь так и не нашла себе новый мобильный.— Не слишком ли ты легко одета для той, что только переболела бронхитом? — хмурится парень, поравнявшись со мной. Его взгляд проходится по полупрозрачной кружевной блузке и короткой черной юбке, к которым я по привычке подобрала черные ботинки. — Как ты?— Поговорим наедине? — предлагаю, направляясь в сторону туалета, где мы так часто зависаем. Дэн идет за мной.В туалете открыто окно, и я прислоняюсь к подоконнику рядом с ним, прикуривая. Дэн останавливается напротив и тянется к пачке в кармане джинсов, но затем возвращает ее обратно.— Может, все-таки расскажешь, где пропадала? — интересуется он, поймав мой взгляд. Я так и не сообщила ему, когда вернулась домой на выходные, но он знает, что меня не было там несколько дней.Вариант о том, чтобы сказать ему об Артуре я сразу же отбрасываю. Поэтому просто молча отмахиваюсь, пожав плечами.— Ася, — произносит Дэн устало, возвышаясь надо мной. Я делаю еще затяжку, а затем тушу сигарету и выбрасываю в урну, показывая, что внимательно его слушаю. — Что с тобой в последнее время происходит?— Ничего, из-за чего тебе следовало бы так загоняться, — фыркаю, скрестив руки на груди. На его лице искреннее беспокойство. — У меня просто выдались паршивые дни, но сейчас уже лучше.— Я вообще-то волновался... — последнее слово парень произносит чуть тише, но мне все равно удается его услышать. Я усмехаюсь.— Правда, волновался? — выдыхаю, скользнув взглядом по его лицу. Такому знакомому и даже родному.Наши взгляды встречаются, и Дэн молча кивает, глядя мне прямо в глаза. Пристально. Глубоко. Долго... невыносимо долго. Из груди вырывается короткий порывистый вздох, и от этого мимолетного движения на лицо падает прядь волос.Парень поднимает руку, чтобы заправить ее мне за ухо, но вместо этого касается щеки, погладив костяшками прохладных пальцев. Такой невинный, но нежный жест. Я невольно прикрываю глаза, сосредоточившись на этом легком касании, но в следующий момент ощущаю теплые губы Дэна на своих губах.Открываю глаза и тут же попадаю в плен его взгляда. В голове мелькает мысль, что я должна остановить парня, но она тут же исчезает под напором его мягких чувственных губ, ласкающих мои осторожно и нежно, словно бы он ждет разрешения продолжить. — Прости... Ася... — выдыхает он, чуть отстранившись. Но я не позволяю ему продолжить говорить, прижимая палец к губам, а затем прижимаясь к ним порывистым поцелуем. Уже куда более уверенным и настойчивым.То, как он смотрит, как прикасается, с каким жаром произносит мое имя, зажигает меня. Я не могу думать ни о чем другом, кроме Дэна и его близости. Поэтому позволяю себе отпустить все мысли и прижаться к нему еще теснее. Всего один раз. Никто никогда не узнает...В этот момент понимаю, что сон становится реальностью, и мне уже никак это остановить. Остается надеяться, что Артур не заявится в самый ненужный момент, ведь вместо того, чтобы присоединиться, он наверняка просто обломает мне весь кайф. Но этого никогда не случится, сегодня есть только я и Дэн, а все остальное останется за дверью. Тем более, что Майский сам послал меня к чертовой матери...Парень продолжает целовать меня, углубляя поцелуй, и я чувствую, как между нами вспыхивает невидимый огонь, который стремительно разгорается, охватывая меня с головой. Но мне мало только поцелуев, мне нужно ещё, ещё и ещё...Словно бы читая мои мысли, Дэн легко справляется с пуговицами на моей блузке и тянет её с плеч, обнажая грудь, едва скрытую тканью кружевного бюстгальтера. Она порывисто вздымается, когда парень оттягивает вниз тонкую лямку и припадает губами к обнаженному плечу, прокладывая дорожку из поцелуев к шее.Запрокидываю голову, давая ему полную свободу действий, и негромко всхлипываю, когда Дэн запускает пальцы под кружевную ткань и сжимает затвердевший сосок. По телу проходится разряд электрического тока, и мне приходится прикусить губу, чтобы не застонать во весь голос.— Так нечестно, что ты все еще одет, — шепчу, подцепляя край его футболки и стягивая ее через голову, чтобы открыть себе вид на его торс. Дэн усмехается, даря мне мимолетный, но сладкий поцелуй, и тянется к застежке бюстгальтера, чтобы поскорее от него избавиться.Когда он стягивает с меня трусики, мне кажется, что все происходящее — так правильно и так просто. С ним мне не нужно играть в глупые игры, в которых никогда нет победителя, не нужно цепляться за маску стервы, не нужно пытаться быть послушной, хоть я никогда этого не умела. С Дэном можно быть собой и делать все, что хочется, и именно поэтому меня так тянет к нему. Особенно сейчас, когда я постоянно в напряжении, и тело отчаянно нуждается в разрядке.— Ничего не забыл? — спрашиваю у Дэна, протягивая ему презерватив. У меня всегда имеется с собой парочка, ведь не все парни готовы думать о защите, а я не хочу сдохнуть от чего-нибудь венерического и уж точно не собираюсь становиться матерью в ближайшие лет так... Никогда.— С тобой слишком легко потерять голову, — улыбается он в ответ, запуская пальцы мне в волосы, снова притягивая к себе для поцелуя. Легкого, порывистого, но бесконечно нежного. Если бы я была хоть немного романтичной, то сказала бы, что у меня от него бабочки в животе. Но я на редкость цинична, поэтому точно знаю, что это просто похоть и вожделение, и все это точно пройдет, как только получу долгожданную разрядку.Продолжая целовать, парень подхватывает меня под ягодицы, чтобы усадить на подоконник и войти парой плавных неторопливых движений бедрами. Я невольно выгибаюсь в спине, прислоняясь к холодному стеклу, и обхватываю его бедра ногами, прижимая к себе еще ближе. Его нежность кажется мне невыносимой, но в то же время такой бесконечно прекрасной, что я задыхаюсь. От желания, от переизбытка чувств, от чертовых бабочек, которым становится тесно внутри...Дыхание сбивается, мысли путаются, но тело так и тянется к нему. Жарче, ближе... теснее... Я совершенно забываю о необходимости контролировать свои стоны, сосредоточившись только на движениях Дэна, который ускоряет темп, проникая быстрее и глубже. Он наклоняется ко мне и осыпает поцелуями обнаженную грудь, чем только усиливает мое помешательство.— Боже мой, — мой шепот ловят его мягкие губы, и я чувствую, что близка к разрядке. Цепляюсь за подоконник так сильно, что ломаю об него ногти, но едва обращаю на это внимание. Свободная рука путается у парня в волосах, прижимая его ко мне до боли в губах. — Дэн...Последнее слово обрывается всхлипом, когда по телу проходится судорога удовольствия, от которой снова забываю, как дышать. Дэн делает еще пару порывистых толчков, а затем кончает, уткнувшись носом в мое обнаженное плечо. Такой нежный и интимный жест, что несколько секунд я не решаюсь даже пошевелиться, чтобы не потревожить его.Мы стоим в тишине, полностью поглощенные друг другом, но затем вдруг раздается звонок с урока, и я тут же отстраняюсь от него. Неловко приглаживаю растрепанные волосы и оглядываюсь в поисках блузки.— Это было... — заговаривает вдруг Дэн, отодвигаясь от меня. Он выбрасывает в урну презерватив и застегивает брюки.— Глупо, — заканчиваю за него я, роясь в рюкзаке в поисках влажных салфеток. Артур убьет нас обоих. — Обещай, что забудешь об этом и больше никогда не напомнишь.— Я хотел сказать, что это было потрясающе, — фыркает он, и я прикусываю нижнюю губу, отворачиваясь от него, чтобы застегнуть блузку. Но парень вдруг тянет меня за подбородок, заставляя посмотреть на него. — Или тебе не понравилось?— Было лучше, чем в прошлый раз, — отзываюсь, не выдерживая его внимательного взгляда. Впрочем, то, что тогда произошло, и разом назвать нельзя. Мы ведь были пьяны в стельку. — Обещай мне, что ты об этом забудешь.На этот раз мой голос звучит настойчивее и жестче. Помедлив, Дэн кивает, и я снова отворачиваюсь, чтобы поправить волосы перед зеркалом. Это далеко не первый случайный секс в моей жизни, но почему-то именно после него я чувствую себя бесконечно паршиво. Наверное, потому, что своим безрассудством подставила и его, и себя, и теперь не представляю, как буду все это расхлебывать...