Глава 23

Pov. Лиса Через девять лет после свадьбы.

Чонгук  вернулся домой во второй половине дня. Он забронировал столик в нашем любимом ресторане на нашу девятую годовщину свадьбы, в маленьком заведении, где подавали деревенскую французскую еду. Мия согласилась присмотреть за Сарой и Бао. Хотя это была скорее ночевка, учитывая, что им было девять и почти двенадцать лет. Они больше не нуждались в круглосуточном наблюдении, даже если чаще всего ничего хорошего от них не было.Мы только что покончили с восхитительным печеночным паштетом с теплой булочкой и двумя бокалами Вионье, моего любимого белого вина, когда я собралась с духом.— Ты все еще больше не хочешь детей?Я хотела спросить об этом спокойным, тихим голосом, но вместо этого быстро выпалила.Чонгук медленно опустил бокал, нахмурив брови.— Ты...?Я посмотрела на него и подняла свой почти пустой бокал.— Серьезно? Думаешь, я бы выпила два бокала вина, если бы была беременна?Он усмехнулся.— Я как-то об этом не подумал.— Мужчины, — пробормотала я, но не смогла сдержать улыбки. — Ну, что скажешь?Я странно нервничала из-за этого. Мы с Чоном говорили почти обо всем, кроме тех деловых отношений, которые он считал слишком жестокими для меня, и тайны о Саре и Бао, которую я все еще хранила в самом глубоком уголке своего сердца.Чонгук положил свою руку на мою.— Ты хочешь еще одного ребенка?Ещё одного ребенка. Не ребёнка, не твоего собственного ребёнка. Мы проделали такой долгий путь, и теперь не было никаких сомнений, что Сара и Бао тоже мои дети.— Мне кажется, что наша семья еще не закончена. Я снова хочу ребенка, чтобы его обнимать.— А еще они плачут, какают, их тошнит и как только они перестают это делать, то закатывают самые страшные истерики. Ты действительно этого хочешь?Я ухмыльнулась.— Да.Чонгук покачал головой, будто я была неразумна, но по нежному взгляду его глаз я поняла, что поймала его.— Иии?— Если хочешь еще одного ребенка, ты его получишь.— Но что насчет тебя? Я не хочу, чтобы ты сделал мне ребенка только для одолжения. Чонгук склонился над столом.— Поверь мне, сделать тебе ребенка это не моя работа.Я легонько шлепнула его по руке, и он продолжил еще более низким голосом:— Мне бы очень хотелось иметь от тебя ребенка.— Мы можем начать прямо сегодня, — прошептала я и провела своим высоким каблуком по его штанине, многозначительно улыбаясь. В своем облегающем костюме он выглядел неотразимо.Один уголок его рта приподнялся.— Уверена, что хочешь пропустить утку в апельсиновом соусе и блинчики с апельсиновым вареньем и ликером?Я прижала каблук к его промежности, отчего у него в горле образовалось низкое шипение.— Ладно, сначала еда, потом секс.Он покачал головой, но ничего не смог сказать, потому что официант уже направлялся к нам с нашим главным блюдом.

* * * *Рождество мы провели в нашем пляжном домике, как и два предыдущих года. Несмотря на холод, мы любили прогуливаться по пляжу. Для мужа это был способ на пару дней отвлечься от груза своих обязанностей. Когда он был дома, кто-то всегда чего-то от него хотел. Вот в чем состояла проблема, если ты был младшим боссом. Папа всегда поручал ему большую часть работы. Чонгук предпочитал все контролировать.Сара и Бао украшали рождественскую елку, а я готовила рождественский ужин для всей семьи. Лулу зависла рядом со мной, надеясь, что кусочек бекона упадет на пол. Это стало традицией, когда сестры Чонгука и их семьи, а также его родители приходили к нам, празднуя это событие. Мои родители не хотели ездить зимой на большие расстояния, поэтому мы всегда навещали их  после Рождества.У меня был особенный рождественский подарок для Чонгука, который я подарю ему, как только мы останемся одни. Подарочная коробка, наполненная милой одежкой со словами «Привет, папа», затычками для ушей  и средством для чистки ковров в шутку за тот единственный раз, когда Сара сорвала свой подгузник и помочилась на ковер в нашей гостиной после того, как съела красную свеклу. Это был незабываемый момент, когда ковер не выжил. Очевидно, свеклу было труднее очистить, чем кровь.Я не могла дождаться его реакции.Когда я не пила вино во время ужина, Мия бросила на меня понимающий взгляд, и Чонгук тоже, казалось, быстро сообразил, что к чему. Но больше всего меня беспокоило нетерпеливое выражение лица его отца. Он сдержал свое обещание и больше не упоминал о тесте на отцовство, но его молчание не означало, что это не было у него в голове. За последние несколько месяцев его здоровье резко ухудшилось. Ему необходима была инвалидная коляска, и он сильно похудел. Получение наследника, который был бы его кровным родственником, возможно, было бы одной из последних вещей, которые он хотел бы совершить в своей жизни.Конец Pov. Лиса.

Pov. Чонгук.Еще до того, как Лиса сделала мне подарок, я знал, что она беременна, и не только потому, что она не пила вино. В последние две недели она вела себя совсем по-другому. Небольшие изменения. Время от времени она прикасалась к своим грудям, будто они болели. Утром она тоже чувствовала себя не очень хорошо. Я никогда не спрашивал, потому что хотел дать ей время смириться с этим.Конечно, все остальные тоже подхватили это во время ужина. Лиса всегда пила бокал белого вина за едой. Прежде чем отец и мать ушли, он отвел меня в сторону. Я знал, что сейчас произойдет.— Тебе следует подумать о том, чтобы сделать тест на отцовство прямо сейчас. Твой нерожденный ребенок этого заслуживает.— Что это должно означать? — хрипло прошептал я. Бао и Сара прощались со своими кузенами и были слишком далеко, чтобы что-нибудь услышать.— Если это мальчик, то он может стать твоим истинным наследником.— Эта дискуссия окончена.— Я уже стар. Не знаю, сколько мне ещё осталось...— Вот почему ты не должен разрушать наши отношения сейчас.Отец кивнул и жестом велел матери выкатить его из дома.Лиса с беспокойством наблюдала за мной. Я натянуто улыбнулся ей. Ей не нужно было знать об этом.Когда позже в нашей спальне я открыл коробку от Лисы, то почувствовал себя немного ошеломлённым, хотя и знал, что там обнаружится. После смерти Гайи я был уверен, что никогда больше не стану отцом, и вот теперь я здесь.— Я беременна, — прошептала она, когда я на несколько секунд замолчал.Я нежно обнял ее и поцеловал в сладкий рот.— Это было быстро, — в моем голосе звенела гордость.Лиса закатила глаза.— Мы так усердно тренировались все эти годы, что твои пловцы практически готовы к получению олимпийского золота.Даже после всех этих лет сообразительность Лисы часто заставала меня врасплох.— Иногда я просто не знаю, что с тобой делать.Она поджала губы.— Поцеловать меня?Я так и сделал.— Может, мы скажем Саре и Бао завтра?Лиса колебалась.— Уверена, они будут счастливы.Они приняли Лису как свою мать. Бао почти никогда не упоминал о Гайе, а Сара вообще ничего о ней не помнила. Беспокойство промелькнуло на лице Лисы, и я понял, что она не беспокоилась о том, что наши дети не примут ребенка — до моих необдуманных слов.— Ты колеблешься не поэтому.— Нет, я просто подумала, что нам следует подождать еще несколько недель. Не хочу, чтобы что-то случилось, — она внимательно посмотрела мне в глаза. — Они ведь будут счастливы, правда?— Конечно. Тогда у них появится кто-то ещё, кого можно будет мучить.Эти двое иногда были похожи на кошек и собак, особенно теперь, когда они стали старше, а Бао старался казаться крутым.

* * * *Мы подождали еще шесть недель, прежде чем однажды вечером за обеденным столом объявили им о своей беременности.Какое-то мгновение они оба смотрели широко раскрытыми глазами. А потом начали веселиться. Они не знали, что такое ребенок: обязанности няни и смены подгузников.Лиса с облегчением рассмеялась.Сара вскочила со стула и бросилась к Лисе, обхватив ее руками.— Осторожно, — сказал я. — У твоей мамы в животе ребенок.Сара широко раскрытыми глазами кивнула и уставилась на все еще плоский живот Лисы.— А он меня слышит?— Да.Она наклонилась к животу моей жены и произнесла:— Пожалуйста, будь маленькой сестренкой. Мальчики меня раздражают.— Эй! Ты меня раздражаешь, — у Бао был набитый рот, и когда он заговорил, из него выпало несколько макарон. Сара сморщила нос.— От тебя воняет.Бао сглотнул и громко рыгнул.— Это воняет.— Фууу!— Хватит, — твердо сказал я. — Мы ужинаем.Бао кивнул, но не сводил глаз с Сары. Сара погладила Лису по животику, словно это была волшебная лампа, и исполнила ее желание, прежде чем та вернулась на свое место. Бао показал ей свой покрытый пищей язык. Она ударила его. Я бросил взгляд на жену.— Ты действительно хочешь еще одного такого?— Не могу дождаться, — сказала она.Конец Pov. Чонгук.

Pov. Лиса.Я находилась на восьмом месяце, когда у отца моего мужа случился очередной сердечный приступ. Врачи не были уверены, что он когда-нибудь снова выпишется из больницы. Когда он попросил меня навестить его одного, меня охватил ужас.Он лежал на больничной койке бледный и худой. Его глаза были еще более тусклыми, чем обычно, и он едва мог поднять голову в знак приветствия, когда я вошла.— Как вы? — мягко спросила я, опускаясь на стул рядом с кроватью.— Мне осталось совсем недолго.Я коснулась его морщинистой руки.— Вы этого не знаете.Он слабо улыбнулся.— Я умру, Лиса, и есть только одна вещь, которую мне нужно сделать, прежде чем я покину эту землю.— Что такое?— Я хочу, чтобы моя кровь продолжала жить и править, — он кивнул на мой живот. — Ты носишь в своем чреве истинного наследника. Бао не должно быть позволено стать младшим боссом. Это просто неправильно.Я откинулась назад и отдернула руку. Именно поэтому я и пожалела, что мы сказали пол ребенка. Если бы это была девочка, он не был бы так одержим.— Сделай одолжение умирающему, скажи мужу правду о детях. Ему нужно знать.Я покачала головой.— Я ему ничего не скажу, и вам тоже не стоит этого делать. Почему вы вообще просите меня об этом?Он устало улыбнулся.— Я уже старик. Мне осталось жить совсем недолго. Чонгук никогда не простит мне, если я ему расскажу. Я не могу покинуть этот мир, когда он ненавидит меня. Но если ты ему скажешь ...— Вы не можете быть серьёзным.— Он любит тебя, Лиса. Он бы тебя простил. Да и как он не может простить тебя?— Даже если я ему скажу, это ничего не изменит. Он любит Бао и Сару. Он все равно хотел бы, чтобы Бао стал младшим боссом.— Если это правда, то почему он никогда не хотел знать правду? Это укоренилось в каждом мужчине, потребность создать наследие, и его наследие растет в твоём животе. Единственное наследие Бао - это предательство и кровосмешение.Мои глаза расширились. Яростная заботливость вскипела во мне. Я не могла поверить, что у него хватило наглости оскорбить моего ребенка в моем присутствии.— Как вы можете такое говорить?Мужчина с трудом принял сидячее положение.— Потому что это правда. Разве ты не хочешь, чтобы твой сын стал младшим боссом? Разве не хочешь, чтобы он получил то положение, которого заслуживает?Я не могла говорить. Ошеломленная, я прижала ладонь к животу, а он неправильно понял этот жест.— Каждая мать хочет лучшего для своего ребенка, и этот ребенок в утробе твой и Чонгука. Если ты попросишь его, он лишит Бао наследства и сделает твоего сына истинным наследником.Я медленно покачала головой.— Он никогда этого не сделает.— Сделает. Ради тебя. Он сделает ради тебя все, что угодно. Даже это. Он любит тебя больше всего на свете.— Человек, которого он любит, никогда не попросит его лишить наследства своего ребенка.— Тогда не спрашивай его. Ты можешь случайно проговориться об истине. Если люди узнают об отце Бао, они никогда не примут его в качестве младшего босса. Инцест это нечто постыдное и отвратительное.— Бао и Сара ничего не могут поделать с тем, кто их родители.— Лиса...— Нет, — сказала я твердо. — Вы знаете, что я уважаю вас, но если вы даже подумаете предложить что-то подобное... — я глубоко вздохнула. — Я не стану этого делать. Сделаю вид, что вы меня даже не спрашивали, — я придвинулась ближе и снова взяла его морщинистую бледную руку. — Обещайте мне, что никому об этом не расскажите. Обещайте.Мужчина вздохнул, его глаза сузились от сожаления.Мой пульс участился.— Кто? Кому вы сказали?— Твоему отцу.