Глава 22

Pov. Лиса.Наши первые летние каникулы мы провели в пляжном домике. Было начало июня, и солнце ярко светило. Прогноз погоды предсказывал несколько дней без осадков. Чонгук взял неделю отпуска, что не означало, что он не вернется в случае крайней необходимости, но я все еще была в восторге от возможности провести семейный отпуск на пляже.Я одела Сару в симпатичный купальник  с оборками и подсолнухами, милые солнечные очки и соломенную шляпку. Мое бикини выглядело очень похожим, за исключением чрезмерных оборок, но мы все равно умудрились мило выглядеть, как близнецы. Бао надел свои любимые плавки супергероя.Чонгук был ослепительно красив в своих шортах. Он отнес Бао в воду, а мы с Сарой погрузили только пальцы ног. Я предпочитала теплую воду, поэтому не понимала, как Чонгук и Бао могли наслаждаться купанием в холоде. Сара разделяла мое мнение и визжала каждый раз, когда волны касались ее крошечных пальчиков. Ее глаза наполнились радостью, когда она подняла руки.— Обнимашки, мам.Каждый раз, когда она называла меня «мама», мое сердце замирало. Иногда она называла меня «Лалиса», пытаясь подражать Бао, но ей было трудно произносить мое имя. Бао был смущен в первые несколько раз, называя меня мамой, но после того, как я объяснила ему, что не пытаюсь занять место его мамы и что это только показывает, как сильно я люблю и забочусь о них, он смирился с этим.Прижимая Сару к груди, я смотрела, как муж несет Бао на плечах. Каждый, кто видел их, знал, что они были отцом и сыном, но не из-за физического сходства, а из-за того, как они вели себя друг с другом. Это было очень красиво. Лулу дико лаяла рядом со мной, взбешенная тем, что Чонгук и Бао были вне ее досягаемости, но она не очень любила воду.— Папа! — закричала Сара, протягивая к нему руки. Чонгук вышел из воды и опустил Бао на берег. Лулу сразу же осмотрела его, словно опасаясь, что океан может причинить ему вред. Я передала Сару мужу, и прежде чем он снова вошел в воду, он поцеловал меня.Бао бежал вдоль кромки воды, а Лулу все еще лаяла у него за спиной. Ее мех снова отрос, и она была самым милым кудрявым пушистым клубочком.— Не так быстро! — я крикнула, когда Бао и Лулу стали слишком дикими, а потом малыш споткнулся и тяжело упал. Я бросилась к нему. Лулу уже облизывала его лицо. Я опустилась на колени рядом с ним. Он обнимал свое колено и плакал. Он приземлился на камень, и из пореза под коленом текла кровь.— Все в порядке. Мы тебя вылечим.На нас упала тень Чонгука. Он передал мне Сару и понес Бао в дом. Ему удалось успокоиться в объятиях отца.К счастью, рану не пришлось зашивать. Чон прочистил ее и заклеил пластырем, все это время тихо и успокаивающе разговаривая с сыном.Бао больше не проронил ни слезинки. Он старался быть большим мальчиком, находясь рядом с отцом. Чонгук погладил его по голове.— Хочешь мороженого? — переспросила я. Он прикусил губу, глядя на диван и переминаясь с ноги на ногу. — Бао? — я присела перед ним на корточки, пытаясь понять, что случилось. Он обвил руками мою шею, удивив меня. — Ты в порядке? — я крепко прижала Бао к своей груди, не понимая, зачем ему нужна моя близость, но более чем желая дать ее ему.— Мама, — прошептал он.Я застыла на месте. Чонгук напрягся, его глаза были полны беспокойства. Неужели малыш думает о Гайе? Скучает по ней? Я медленно отстранилась. Бао посмотрел на мой подбородок.— Можно я буду называть тебя мамой?Я задохнулась, и слезы навернулись мне на глаза от его неожиданной просьбы.Лицо мужа было прежним.Я поцеловала Бао в щеку и снова прижала его к себе.— Да. Ничто не сделает меня счастливее. Я люблю тебя.Он начал всхлипывать, и я тоже не смогла сдержаться. Чонгук отвел глаза, его адамово яблоко подпрыгнуло, когда он сглотнул. Через мгновение он подошел к нам и опустился рядом на колени, обнимая нас обоих. Я прижалась лицом к его груди, чувствуя, как его сердце гулко бьется в грудной клетке. Чонгук поцеловал меня в макушку, а затем и сына.В тот день Бао называл меня мамой при каждом удобном случае, сначала застенчиво, но потом с очаровательным головокружением.Вечером мы с мужем сидели на качелях перед домом и любовались закатом. Мы еще не говорили о сегодняшних событиях. Когда Бао и Сара были рядом, просто не было времени.— Я этого не ожидала, — сказала я. Чонгук знал, что я имею в виду, хотя я и не говорила об этом прямо. Его рука на моих плечах напряглась, прижимая меня еще ближе к себе.— Я тоже. Он уже достаточно взрослый, чтобы помнить свою мать, но полагаю, что даже это воспоминание со временем исчезнет. Он был слишком мал для прочной связи с ней. Наверное, это все-таки благословение.— Полагаю, что так.Это было ужасно жестоко радоваться ранней смерти Гайи, но для Сары и Бао, наверное, так было проще. Если бы они оба были старше в момент ее самоубийства, то боролись бы еще больше.— В конце концов, Бао и Сара будут задавать вопросы о Гайе. Это естественно хотеть узнать больше о своей биологической матери.Чонгук выдохнул.— Пока они этого не сделают, я не буду говорить о ней. Все, что я им скажу, все равно будет ложью.— Не все.— Когда мы поженились, я думал, что занимаюсь контролем повреждений.Мои брови полезли на лоб. Увидев это, Чон усмехнулся.— Знаю. Не очень романтично. Но ты должна была облегчить мне жизнь.— Ты ожидал, что найдешь няню с несколькими сексуальными временами, включенными в эту смесь.— Не могу этого отрицать. Я не рассматривал вариант, что мы станем партнерами, что я буду наслаждаться твоим присутствием вне спальни, и даже это казалось маловероятным после того, как я впервые встретил тебя.— Ты знаешь, как сделать этот романтический закат еще более романтичным, — поддразнила я его.— Романтика не моя сильная сторона.— Не говоришь?Чонгук повернулся ко мне и обхватил ладонью мою щеку.— Ты удивила меня и продолжаешь удивлять.— Это ведь хорошо... правда?— Более чем.— Как думаешь, ты когда-нибудь полностью доверишься мне? Никогда не будешь ожидать моей измены?— Я тебе доверяю, — увидев мое неуверенное выражение лица, он добавил: — Да, но я не уверен, что ноющее сомнение в моей голове когда-нибудь полностью уйдет. Поймать Гайю вот так... — он покачал головой и посмотрел в сторону океана. — Я знаю, что большинство людей способны на очень плохие поступки. Вижу это каждый день. Трудно не всегда ожидать худшего.Я понимала его. Я даже представить себе не могла, каково это ловить своего партнера на измене, особенно имея с ним семью.— Я не буду изменять. Буду работать на твое доверие каждый день, независимо от того, сколько времени потребуется, чтобы твой ворчливый голос в голове заткнулся. Я люблю тебя.Чонгук наклонился, его губы коснулись моих.— Если кто и может заткнуть мой ворчливый голос, так это ты. Ты вдохнула в меня новую жизнь.— Ты имеешь в виду свою новообретенную мужественность? — усмехнувшись, поддразнила я его.Муж даже не улыбнулся. Он погладил мои волосы, его глаза следили за пальцами, скользящие вниз.— Во всем. Я был мертв внутри, проходя через все телодвижения каждого дня, живя для работы, для построения будущего моих детей. Делая это, я забывал о настоящем, о жизни. Ты показала мне, как важно жить настоящим моментом, переживать жизнь моих детей, а не просто планировать их будущее, — он поцеловал меня. Затем его улыбка стала еще мрачнее. — Но моя новообретенная мужественность определенно является еще одним преимуществом твоего присутствия в моей жизни, — его рука скользнула мне под рубашку. Я огляделась вокруг. — Никто не может увидеть нас здесь.— Знаю, — сказала я. Затем встала и сделала шаг назад. — Но я подумывала о возможности на пляже...Чон встал.— У тебя везде будет песок.Я сделала еще один шаг назад и стянула рубашку через голову.— Возможно, мне понравится дополнительное трение, старина.Улыбка Чона стала волчьей.— Думаю, что сначала должен окунуть тебя в океане, наказывая за твою дерзость.Я попятилась вниз по лестнице, а Чонгук следовал за мной, как охотник за своей добычей.— Беги, малышка, беги.— Я не...Он рванул ко мне, но я с придушенным визгом отскочила назад, развернулась и бросилась прочь. Мои ноги тонули в мягком песке, и прохладный вечерний ветерок трепал мои волосы. Я бросила взгляд через плечо и увидела, что муж снимает ботинки, рубашку и брюки. Закатив глаза, я уронила лифчик и крикнула:— Ты никогда не догонишь меня!Он был на удивление быстр. Черт возьми, он был быстрее любого мужчины его роста и мышечной массы. Все эти чёртовы тренировки, похоже, окупались.Хихикая, я расстегнула пуговицу на своих шортах. К сожалению, я не могла остановиться, потому что он бежал за мной по пятам, поэтому я чуть не споткнулась, пытаясь сбросить шорты на бегу. Только в одних трусиках я ускорилась ещё больше, пытаясь бежать вверх по дюнам и прочь от океана.— Попалась, — прорычал Чонгук за мгновение до того, как его руки обхватили меня за талию и он поднял меня с земли. Он прижался горячим поцелуем к моей шее, затем прикусил ее, заставив меня задохнуться. Несмотря на мое сопротивление, он понес меня к краю океана.— Будет очень холодно. К счастью, я знаю идеальный способ снова согреть тебя.— Не смей этого делать! — предупредила я, но он шагнул в волны. Холодные брызги ударили мне в икры. — Чонгук!Он бросил меня в воду. Шок от леденящего холода пронзил мое тело. Я с шумом прорвалась сквозь водную гладь, резко втянув воздух, пока мое тело пыталось привыкнуть к холоду.Чонгук выглядел так, словно окунулся в теплую воду. У него даже мурашек не было!Я сердито посмотрела на него, но в то же время не смогла сдержать улыбку. Возможно, я и удивила его, но он поразил меня в ответ. Впервые увидев его в коридоре дома моих родителей, выглядящего таким ужасно уравновешенным и сдержанным, я задалась вопросом, как мы вообще сработаемся. Мы по-прежнему отличались друг от друга во многих аспектах нашей личности, но оба вносили небольшие коррективы друг в друга. Брак давал и забирал, и, несмотря на то, что Чонгук должен был все контролировать, он тоже вкладывался, чтобы это сработало.— Как насчет того, чтобы сейчас согреть тебя? — он крепко прижался ко мне, притягивая к своему удивительно теплому телу. Его рот снова завладел моим горлом.— Никакого секса в океане. Я заморожу все важные активы, если мы еще немного побудем в воде.Чонгук глубоко рассмеялся, уткнувшись мне в кожу.— Какого рода активы? — его рот двинулся на юг, а затем сомкнулся вокруг моего соска. Я схватила его за голову и кивнула.— Вот это, например, — я обыскала ряд домов, выстроившихся вдоль дюн. В некоторых из них горел свет, и мне стало интересно, смогут ли они увидеть нас, если взглянут в сторону океана. Но мне было все равно.— Я буду держать твои активы в тепле, не переживай, — прошептал он мне на ухо, и я решила, что замерзнуть до смерти стоит того.После быстрого купания в океане мне удалось убедить мужа еще раз сходить на пляж, о чем я потом пожалела... как он и предсказывал. Толстый слой песка покрывал каждый сантиметр моего тела, и более чем одна песчинка нашла свой путь в щели, которые я предпочитала без песка.После долгого душа я все еще чувствовала боль, когда мы снова устроились на качелях. Лицо Чонгука «я же тебе говорил», было дополнительным наказанием.Кто-то постучал в окно. Сара прижалась носом к стеклу и забарабанила по нему маленькими кулачками. Чонгук открыл дверь и взял ее на руки, прежде чем усадить к себе на колени рядом со мной. Сара прижалась к нему и устало улыбнулась мне. Я взъерошила ее темно-русые локоны и поджала под себя ноги. Чонгук удерживал качели в движении своими длинными ногами.Вскоре дверь террасы снова открылась, и на крыльцо босиком вышел Бао. Протирая глаза, он заковылял к нам. Я посадила его на качели между нами, и он положил свою маленькую головку мне на грудь.Я никогда не считала себя готовой стать мамой. Я и сама почти каждый день ощущала себя ребенком, пока папа не рассказал мне о моей помолвке. Это было правдой, что вы справлялись с поставленными перед вами задачами, если только сталкивались с ними лицом к лицу. Я бы, наверное, часто терпела неудачу, воспитывая этих детей. Я бы училась вместе с ними.Чонгук откинул голову назад, глядя на мир и все вокруг. Я хотела быть его надежным убежищем. Его работа была полна крови, конфликтов и смерти. Я не хотела этого дома. Он поймал мой пристальный взгляд, и устало улыбнулся.Я буду заботиться о детях, буду защищать их от всего, даже от правды. Я поклялась никогда не лгать Чонгуку, но правда, которую сказал мне его отец, должна была стать единственным исключением.У лжи был способ в конце концов догнать тебя. Я надеялась, что это был один из тех случаев, когда оно это не сможет сделать...