Глава 56. Открой глаза. Часть первая

Open up your eyes

Save yourself from fading away now

Open up your eyes, don't sacrifice

It's truly the heart of everything*

Часть 1-я.

Картинка обрела четкость, и Гарри внезапно оказался в классе Зелий. Он увидел себя, стоящего в центре, с затуманенным взглядом. На лишенном всякого выражения лице постепенно проступило удивление, а затем и восторг. Ученики смотрели на него с интересом. За стоящим в противоположном конце класса столом сидел Снейп. Вот он поднялся, не сводя глаз с Гарри.

Так, сейчас посмотрим, чего этот невыносимый ребёнок жаждет... Подозреваю, это будет забавное зрелище...

Голос Северуса отразился от стен, однако губы мастера зелий были сжаты, так что он просто не мог произнести это вслух. Вероятно... вероятно, это были его мысли!

За слизеринскими столами кто-то фыркнул, а потом раздался и весёлый смех.

— Тишина! — рыкнул Снейп, метнув острый взгляд на Панси и сидящую с ней рядом слизеринку. — Всем молчать!

Лицо Гарри постепенно менялось. Сейчас он выглядел так, словно был под гипнозом. Широко распахнув глаза, он с восхищением смотрел на стоящего перед ним мастера зелий. Взгляд его скользил по высокой, закутанной в черное фигуре, с таким непередаваемым удивлением, словно он видел этого человека впервые в жизни. Казалось, он заметил в нём то, что раньше было от него скрыто.

Почему Поттер сосредоточил своё внимание на мне? Почему он так на меня смотрит? Неужели он...

По щекам гриффиндорца потекли слёзы. В брюках появилась красноречивая выпуклость. Кто-то со свистом втянул воздух, а Гермиона зажала рот рукой.

Гарри рванулся с места. Его мантия зацепилась за стол, он споткнулся о лежащую на полу сумку и только в последний миг избежал встречи с полом. Он не смотрел под ноги, а его взгляд был прикован исключительно к Снейпу, который наблюдал за ним с растущим недоверием.

Это, должно быть, какая-то шутка...

В классе стало абсолютно тихо, когда Гарри, спотыкаясь, пробирался к преподавательскому столу. Наконец он достиг вожделенной цели. Ударившись бёдрами о столешницу, он хотел было идти дальше, но тяжёлый стол заградил ему путь. На его лице появилось самое настоящее отчаяние. Снейп отшатнулся.

Это невозможно...

— Северус... — простонал Гарри, перегибаясь через стол и протягивая руку к Снейпу.

Черт!

Гарри навис над столом, стремясь любой ценой прикоснуться к объекту своих только что осознанных желаний. На лице его отразилась отчаянная решимость.

— Твои глаза — самые прекрасные и самые возбуждающие на свете... — В его голосе смешались мечтательность и желание. — Мне хотелось бы утонуть в них, когда ты будешь брать меня... Возьми меня... Северус!..

Картинка поплыла, и мир вокруг закружился. Гарри снова услышал мысли Снейпа:

Зелье указало ему на меня! Как это вообще могло случиться? Этого не должно было произойти. Как я мог оказаться желанием Поттера? Может быть, мальчишка попросту рехнулся?

Еще один вихрь смешал всё.

Это лишь начало. Вот сейчас-то и начнётся самое интересное...

Он станет это отрицать, упираться, но в конце концов сломается... Не терзай себя, Поттер. Не борись с этим. Ты не победишь. Тебе придётся с этим смириться...

Ещё немного — и Поттер не сможет более противиться этой тяге. Скоро он сам примется ходить за мной, начнёт просить, умолять... обо всём. И тогда я отпраздную свой триумф. С огромным удовольствием посмотрю, как Поттер будет передо мной унижаться.

Тёмный Лорд обо всём узнает. Это лишь вопрос времени. Любопытно, как он захочет это использовать...

Картинка снова обрела чёткость, и Гарри очутился на собрании Упивающихся.

— Я рад, что смог сообщить вам столь интересную новость, мой Лорд, — сказал сидящий за столом Снейп. Голос его звучал тихо и бесстрастно.

— Ты как всегда не разочаровал меня, — отозвался Волдеморт. — То, о чём ты рассказал, нам очень поможет. Думаю, мы сможем этим воспользоваться. — Он по-упырьи ухмыльнулся. — Посмотри на меня, Северус.

И тут пространство заполнил голос Волдеморта:

Ты наверняка слышал о зелье Admorsusexcetra. С его помощью можно высосать силу того, кто его выпьет, вместе с его кровью. Я стану непобедимым, когда заполучу силу Поттера, и одновременно навсегда избавлюсь от мальчишки. Ты приготовишь для меня это зелье, Северус. А ещё ты соблазнишь Поттера. Сблизишься с ним и приручишь его настолько, чтобы он стал полностью тебе доверять, настолько, чтобы он по собственной воле выпил это зелье. Ты ведь знаешь, что это зелье действует только тогда, когда жертва принимает его осознанно и охотно, без принуждения и без сомнений. У тебя будет столько времени, сколько понадобится. Смотри, чтобы тебе никто не помешал. Я даю тебе полную свободу действий, можешь делать с мальчишкой всё, что пожелаешь, однако ты будешь отчитываться о том, как продвигается дело. Когда же зелье будет готово и ты приведёшь Поттера ко мне... я награжу тебя за всё.

Голос Волдеморта стих. Снейп посмотрел на своего господина и неприятно усмехнулся.

— Ты знаешь, что делать, — сказал Волдеморт.

— Конечно, — отозвался мастер зелий.

Изображение снова поплыло, а потом Гарри очутился в комнатах Снейпа. Тот ходил взад-вперёд перед камином. На его губах блуждала пугающая усмешка, в глазах бушевало пламя.

— Наконец-то! Наконец-то у меня появился шанс!

Он резко рванул вверх рукав и с ненавистью посмотрел на выжженный на предплечье Знак Мрака. Знак, пересекаемый глубоким, словно от ножа, шрамом, как будто его хотели вырезать из плоти.

Desiderium Intimum... оставило след на всю жизнь, но откуда же он мог знать, что приняв чертово зелье, чуть не отрежет себе руку? А сейчас, после стольких лет... наконец-то представился случай исполнить своё самое сильное желание... наконец-то он сможет уничтожить Темного Лорда. И одновременно избавиться от Поттера. Этому безответственному сопляку никогда не справиться с Темным Лордом. У него нет ни единого шанса. Дамблдор же слишком глуп, чтобы понять это. Так что это — единственный способ. Я пожертвую Поттером, пожертвую всем, лишь бы убить Тёмного Лорда. Оба исчезнут из моей жизни раз и навсегда. А вместе с ними и Дамблдор. И тогда больше никто не посмеет мне приказывать. Никто и никогда!

Мастер зелий остановился и упал в кресло.

Придётся играть на два фронта... Дамблдор— прекрасный легилимент, но об этом плане он не узнает. Не узнает о том, что его «верный слуга» собирается уничтожить его секретное оружие и надежду всего Волшебного мира... Ведь ему это не понравится. — Губы Снейпа тронула издевательская ухмылка. — Нужно использовать Legilimens Evocis. Да, это единственный способ сохранить всё в тайне — и от него, и от Тёмного Лорда. Конечно, это будет непросто, но он готов заплатить любую цену.

В глаза Снейпа вспыхнул опасный огонь. Некоторое время он сидел не шевелясь и глядя в огонь.

Соблазнить Поттера... Это просто, раз уж я его «самое сильное желание». Но устраивать мальчишке сладкую жизнь я не собираюсь. Дам ему то, чего он заслуживает. Пусть узнает, что такое боль. Я стану его терзать, ранить, а если он попробует уйти, верну. Он ответит за все унижения, которые я перенёс по милости его отца. Единственный недостаток этого плана в том, что придётся терпеть присутствие этого имбецила, касаться его... — на лице мастера зелий появилась брезгливая гримаса, которую, однако, вскоре сменила кривая усмешка. — Хотя, с другой стороны, я могу принудить его к чему угодно. Если захочу, могу заставить его обслуживать меня, стоя на коленях. Заставлю его валяться у меня в ногах. И всё же время от времени придётся показывать ему определённую... кхм... заинтересованность. Но я готов на всё, если взамен получу свободу.

Снейп прикрыл веки и вздохнул.

Admorsusexcetra... Приготовление этого зелья — адски трудная задача, а что касается модифицированного варианта... На это уйдёт не один месяц. Но я не допускаю даже мысли о неудаче. Поттер станет живой приманкой. Смертоносной и ядовитой. Ходячим ядом. Это зелье лишит магической силы не только Поттера, но ещё и Тёмного Лорда. Я убью их обоих.

Мастер зелий открыл глаза, в которых бушевало ледяное пламя. Это пламя внезапно заполнило всё пространство, однако вместо гула и треска отовсюду эхом разносилось:

Я убью их обоих.

Убью их обоих.

Я убью...

Пламя исчезло, и наступила тишина. Стало темно. И вдруг из темноты показался коридор в Подземельях. Северус стоял перед чуланом для метел. Перед тем самым чуланом, в котором Гарри отрабатывал сломанный нос Малфоя и в котором вот-вот произойдёт их первая близость.

На губах Северуса блуждала опасная усмешка, а в глазах не отражалось ничего, кроме холодной решимости.

Сейчас начнётся представление...

Снейп дёрнул на себя ручку, и всё закружил вихрь. Потом из мешанины цветов и фактур выступили Волдеморт и Снейп. Они были одни в каком-то тёмном помещении. Воздух пах затхлой сыростью. Глаза обоих были закрыты, безгубый рот Волдеморта кривился в отвратительной усмешке удовлетворения, источником его была картинка, которую он просматривал в голове своего слуги: Гарри стоит на коленях с членом Снейпа во рту...

Да, да, да! Замечательно! Просто превосходно! — победный смех Волдеморта рвал барабанные перепонки, но изображение исчезло так же стремительно, как и появилось, а его место заняла сцена в кабинете мастера зелий. В центре помещения стояли Малфой и Снейп. Наклонившись к слизеринцу, он шипел прямо ему в лицо:

— Не приближайся к нему! Поттер — неприкосновенен. Даже волос не должен упасть с его головы! Ясно?

— Почему? — Малфой сжал кулаки, в глазах вспыхнул бунтарский огонь. — Почему он так важен? Почему Тёмный Лорд приказал мне пресекать распространение всех сплетен о том, что произошло на уроке зелий, и проследить, чтобы об этом не узнали другие преподаватели? Слизеринцы уже возненавидели меня за это! Перестали со мной считаться! И всё это из-за Поттера!

— Это не твоё дело. Ты пообещал Тёмному Лорду, что займёшься этим, и всё мы ждём от тебя, что ты выполнишь свой долг. Причины тебя не касаются. Или я должен передать Лорду, что ты отступаешься от своего слова? Что ты решил не исполнять его приказа?

В глазах мальчишки появился страх.

— Нет, но...

Снейп достал палочку, и на лице Малфоя отразился самый настоящий ужас.

— Мне некогда играть с тобой в игрушки. И ты будешь наказан за ослушание. Crucio!

Кабинет исчез, и на его месте появился класс Зелий. Гарри и Снейп стояли друг напротив друга, их гневные взгляды скрестились. И если в глазах Гарри всё кричало от возмущения и отчаяния, то во взгляде Снейпа не было ничего, кроме расчёта и ледяной ненависти.

— Я могу тебя трахать, Поттер. Но не жди от меня ничего большего, — прорычал Снейп, с нажимом произнося каждое слово, словно напитывая его ядом, притом ядом смертельным.

Гарри поморщился. Гнев в его глазах разгорался всё сильнее.

— Я не собираюсь быть только твоей шлюхой! — выкрикнул он.

Снейп прищурился так, что его глаза превратились в две узкие щели. Стало ужасно холодно.

— В таком случае ты будешь для меня никем.

Глаза Гарри распахнулись. И гнев, и бунт исчезли из них в одно мгновенье, и наружу вырвались боль и разочарование

Черт побери! Я позволил ему себя спровоцировать.

— В таком случае я вас больше не побеспокою, сэр, — тихо сказал Гарри и, повернувшись к Снейпу спиной, направился к двери.

Чертов Поттер! С ним будет сложнее, чем я предполагал. Он станет выклянчивать у меня крохи нежности, пока не получит своего. Жаль, придётся пойти на компромисс и заставить себя быть с ним полюбезнее, иначе он ускользнёт... — Снейп смотрел, как Гарри, шатаясь, идёт к выходу и скрывается за дверью. И в его глазах вспыхнула злость. — Проклятый Поттер!

Картинка поплыла, и в классе появились ученики. Они тихо сидели за столами и трудились над зельем. Все, кроме отсутствующих Гарри и Гермионы. Снейп сидел за столом, и взгляд его был прикован к двери. Лицо исказилось от бешенства.

Тут ручка дрогнула, и в класс вошла Гермиона. Губы сжаты, и, похоже, ей было страшно, однако в глазах светилась непреклонная решимость. Снейп неспешно поднялся, устремив на неё выжидающий взгляд. Ученики, мимо столов которых она шла, направляясь к излучающему гнев преподавателю, прерывали работу и отворачивались. Приблизившись к профессору, она остановилась и подняла руку, протянув ему небольшой листок.

— К сожалению, Гарри не сможет прийти сегодня на урок, так как заболел и сейчас находится в больничном крыле. Мадам Помфри просила передать вам эту справку.

В глазах Снейпа вспыхнула ярость. Не проступила, не появилась, а именно вспыхнула.

— Сядь! — рыкнул он, вырвал справку из рук Гермионы и на глазах потрясённой девушки порвал её на мелкие кусочки.

Как он посмел?! Как посмел проигнорировать меня?! Как мог столь дерзко мною пренебречь? О, каждый гриффиндорец в этом классе, каждый из его убогих друзей запомнит этот урок... Я их уничтожу, всех. В следующий раз Поттер даже и подумать не посмеет о том, чтобы сбежать от меня.

Потом класс завертелся и превратился в кабинет мастера зелий. Закрыв ладонями лицо, Гарри сидел в кресле напротив Снейпа. Минутой ранее Снейп угостил его чаем с Веритасерумом, и он наговорил таких вещей, о которых никогда в жизни не посмел бы даже заикнуться. Виднеющиеся в просветах части его лица были пунцовыми.

Прищурившись, Снейп внимательно смотрел на него.

Как же ты любишь изображать из себя жертву, не так ли, Поттер?

Гарри медленно опустил руки, однако не сразу посмотрел на профессора. Прежде чем поднять на него глаза, он несколько раз вздохнул. В его взгляде читались робость и упрямство, и достаточно было легчайшего дуновения, чтобы хрупкий баланс нарушился не в пользу второго.

Нужно быть осторожным. Нужно сделать то, что даст ему хотя бы призрачное ощущение контроля над ситуацией.

— Зачем ты так мучаешь себя? — голос мастера зелий звучал непривычно тихо и спокойно. — От этих слов глаза Гарри широко распахнулись. — Если ты так боишься своих желаний, я дам тебе выбор. — Он указал на дверь. — Ты можешь уйти, если хочешь. Я не стану тебя останавливать.

Гарри сидел в кресле с таким видом, словно не мог пошевелить даже пальцем. Будто парализованный, он смотрел, как Снейп поднимается, подходит к полкам, выбирает книгу и снова садится в кресло, погружаясь в чтение.

Прекрасно сыграно. Думаешь, у тебя есть выбор, мальчик? Это всего лишь вопрос времени...

Гарри выглядел растерянным. Он посмотрел на Снейпа, затем перевёл взгляд на дверь. С минуту разглядывал её, а потом сделал очень глубокий вдох и снова посмотрел на Снейпа. Закрыл глаза, протяжно выдохнул и поднялся с места.

Так быстро? Я даже до второй главы не добрался...

Гарри медленно приблизился к креслу, в котором сидел Снейп. Затем осторожно вынул книгу из его рук, положил её на столик, а потом поднял дрожащие пальцы и коснулся щеки мужчины.

— Я выбираю тебя, — тихо прошептал он.

Какая неожиданность...

Картинка снова поплыла. И вот уже он был в коридоре, ведущем в больничное крыло, по которому как вихрь нёсся Снейп. На руках он держал Гарри — окровавленного, потерявшего сознание, по его покрытому синяками лицу струилась кровь. Кровавые струйки впитывались в черную ткань мантии, а некоторые падали на пол, оставляя длинный алый след. В глазах профессора пылал ледяной огонь ярости. Сейчас Снейп был похож на безумца.

Я убью его. Сдеру с него кожу и буду смотреть, как он подыхает. Нет... Я размозжу ему череп, буду бить его о стену до тех пор, пока его голова на расколется. Нет... Сломаю ему ноги, отрежу пальцы, а потом сожгу его заживо. Нет... нужно что-то другое... что-то более мучительное. Из-за этого безмозглого болвана весь мой план... всё могло пойти прахом. Если бы он убил Поттера, мне пришлось бы распрощаться со свободой. Ничего, он не убежит от меня. Я найду его и... да, я использую Legilimens Evocis. Столкну его в ад. Заточу в кошмаре. А от тех двух идиотов я просто избавлюсь. Приведу их к Тёмному Лорду, и пусть делает с ними, что захочет. Но Малфой — мой!

Он пинком открыл дверь в больничное крыло и ворвался внутрь. Предупреждённые Роном и Гермионой МакГонагалл, Дамблдор и Помфри уже его ждали. Увидев Гарри, МакГонагалл вскрикнула и прижала ладонь ко рту. В голубых глазах Дамблдора одновременно появились гнев и страх.

— Быстро! Клади его сюда, Северус! — крикнула Помфри, указывая на ближайшую кровать.

Снейп осторожно опустил Гарри на белые простыни, которые тут же окрасились в алый.

— Северус, — начал Дамблдор, прикладывая ладонь к груди Гарри. — Нам понадобятся твои зелья. Не мог бы ты?.. Северус! — однако он не успел закончить, так как Снейп был уже у выхода, а в следующий миг исчез за тяжелой дверью, которая захлопнулась за ним с оглушительным треском.

И снова всё исчезло, а на месте больничного крыла появился кабинет Дамблдора. Переплетя пальцы, директор сидел за столом, и вид у него был очень серьёзный. Снейп стоял напротив — прямой, словно статуя, лицо напоминало застывшую маску.

— Ты в этом абсолютно уверен, Северус? — спросил Дамблдор, впиваясь в него пронзительным взглядом.

— Да, директор. Мальчишка совсем свихнулся. Хотел убить Поттера. Они устроили засаду и собирались забить насмерть. Без магии, чтобы не выдать себя. Малфой решил, что таким образом он заслужит благодарность Темного Лорда.... — Снейп понизил голос и облизал губы.

Дамблдор глубоко вздохнул и опустил взгляд, уставившись в собственные ладони.

— Как ты узнал, что он присоединился к нему?

— Я тогда получил вызов.

Директор опустил веки и покачал головой.

— Жаль, что я не смог это предотвратить. Я должен был...

— Тёмный Лорд не прощает. Вы бы ничего не смогли сделать, директор.

Дамблдор открыл глаза и посмотрел на Снейпа из-за завесы седых волос.

— Хорошо, что ты вернул его тело в замок. Так нам удалось спасти хотя бы его, поскольку сознание Драко непоправимо... искалечено. А Люциус и Нарцисса?..

— Они при этом не присутствовали.

— Хорошо. — Некоторое время оба молчали. — А?..

— Крэбб погиб, пытаясь защитить сына. Гойл не проронил ни слова, когда Волдеморт пытал его отпрыска, но, подозреваю, на следующее собрание Упивающихся он не придёт, а это всё равно, что подписать себе смертный приговор. Когда Тёмный Лорд узнает, что он дезертировал, он найдёт его и уничтожит, — сказал Снейп очень ровно и сдержанно. В его глазах не было ничего кроме тьмы, которая всё росла и, наконец, поглотила всё вокруг, а потом в этой тьме зазвучала мысль:

Старый дурак даже не подозревает, что я имею к этому отношение. Конечно же, я уничтожил сознание Драко, мальчишка никогда больше не будет собой. Он получил по заслугам. И такое наказание ждёт всякого, кто посмеет встать у меня на пути...

В этот миг из тьмы выступили очертания каких-то предметов, которые преобразились в обстановку кабинета мастера зелий. Снейп стоял перед открытой дверью, а напротив был Гарри, который смотрел на него, широко улыбаясь.

— Что ты здесь делаешь, Поттер? — резко спросил профессор. — Разве ты не должен быть ещё в госпитале?

— Меня выписали, — проговорил Гарри. — Сегодня. Можно мне... войти? — спросил он несмело.

Прогнать его сейчас было бы не слишком умно.

Снейп прищурился, однако отошёл в сторону, пропуская его внутрь. Когда он закрыл дверь, Гарри порывисто бросился к нему, обхватив руками за пояс и прижимая к двери. Громко выдохнув, он прижался лбом к затянутой в черное груди и закрыл глаза. Потом потёрся о шершавую мантию щекой.

— Я скучал по тебе... — прошептал он в черную мантию и, улыбнувшись, вжался лицом в грудь Снейпа.

Мерлин, что за невыносимый ребёнок... Меня сейчас стошнит. Однако своевольная выходка Малфоя принесла определённую пользу. Поттер решил, что я его спас потому, что неравнодушен к нему... Теперь я для него «герой». А это значит, манипулировать им будет гораздо проще. Какой же наивный глупец...

Картинка исчезла. Теперь Снейп стоял перед комодом и, нахмурившись, всматривался в зелёный камень.

Этот камень поможет мне не выпускать Поттера из виду. Нельзя допустить, чтобы он снова вляпался в неприятности. Он слишком важен для моего плана. Слишком важен, чтобы с ним что-нибудь случилось.

Зелень вдруг заполнила всё пространство, поглощая все вокруг, но потом исчезла, и перед Гарри снова появилась гостиная мастера зелий. Гарри сидел в кресле напротив Снейпа, который в этот миг наливал в бокал янтарную жидкость.

— Что будешь пить, Поттер?

Нужно напоить его. Я должен узнать, что ему снилось. Что его так испугало.

Картинка изменилась. Сжав кулаки, Гарри стоял перед Снейпом, в его глазах бушевала ярость, а голос срывался:

— Тебе не приходилось прятаться от всей школы, проводить дни в кровати под мантией-невидимкой, чтобы тебя никто не трогал; тебе не приходилось выслушивать злобные, мерзкие замечания в свой адрес, видеть карикатуры, которые были развешаны по всей гостиной; тебе не приходилось стыдиться, опровергать, прятаться! Ты не был так раздавлен, так потрясён, когда понял, что всё это — правда; тебе не снились сны обо мне, и ты не мастурбировал, думая обо мне! Нет, я уверен, ты этого не делал! Ты не мечтал о моём прикосновении, тебе не снились мои глаза, при этом зная, что к тебе никогда не прикоснутся, что тебя никогда не возьмут! Ты не знаешь, как это — получить всё, о чём мечтал, а потом остаться ни с чем; ты не знаешь, как больно, когда всё отбирают, каково это почувствовать, что ты ничего не значишь! И, я думаю, ты никогда ничего этого не узнаешь... Нет, ты всего этого не пережил! Ты не знаешь, что это такое... — он остановился, чтобы перевести дух.

Мерлин, смилуйся надо мной. Неужели я должен всё это выслушивать? Кажется, этот ребёнок задался целью уморить меня своими нелепыми проблемами? Этим бесконечным пережевыванием подробностей? Нет, Поттер, я не знаю, что это такое. Ты ничего для меня не значишь. Абсолютно. Ты лишь марионетка в моих руках. И я найду способ сделать так, чтобы ты вознаградил меня за то, что я сейчас сижу здесь и терплю твои инфантильные ребяческие жалобы...

— Ну, что же ты не смеёшься? — горько спросил Гарри. — Не стесняйся. Я столько всего вынес, что мне уже всё равно.

Поверь, я просто умираю со смеху...

— У меня не было такого намерения, — спокойно ответил Снейп. Гарри прикусил губу.

А сейчас у меня есть шанс...

— Тебя только это мучает ночами, Поттер? Или есть что-то ещё?

Гарри опустился в кресло. Поморгав, он протер глаза и снял очки. Вид у него был такой, словно он не знал, где находится и что происходит.

— Ты о чем-то спросил? — проговорил он, снова надевая очки и с подозрением глядя на свой стакан.

— Мы говорили о твоих снах, — ровно ответил Северус.

— Ах, да, — пробормотал Гарри. — Это было ужасно.

Если бы глупость имела конкретный облик, она бы носила круглые очки, а на лбу — шрам.

— Что именно было ужасно? — с нажимом спросил Снейп.

Гарри отмахнулся.

— Тот сон о крови и Упивающихся смертью, — гриффиндорец нахмурился, словно вспоминал подробности. — Волдеморт тоже был там. Они окружили меня, смеялись надо мной, а я был голый и весь в крови. Она стекала по мне, и я не мог дышать. Волдеморт ещё сказал что-то о... пире? Кажется, так. Мне было страшно, я не мог ничего сделать. Я хотел сообщить тебе по камню, но у меня его не оказалось. У меня его забрали вместе с одеждой. И тогда я услышал... твой голос. Ты сказал... — Гарри замялся и посмотрел на Снейпа. Мастер зелий наклонился вперёд, глядя на него с таким вниманием, будто его сон был самой интересной вещью на свете.

— Что я сказал? — спросил он, пронзая Гарри взглядом, голос его звучал очень напряженно.

— Ты сказал... что на сей раз меня никто не спасёт.

Снейп побледнел, а в его глазах замерцал страх.

Черт возьми! Неужели он меня раскусил? Или он каким-то образом узнал о моём плане? Но как? Это ведь невозможно!

Изображение поменялось снова.

— Северус... скажи мне: «Гарри». Ты никогда меня так не называешь.

— И не собираюсь начинать, — процедил мастер зелий.

Ещё немного — и я его прокляну...

— Нет? — Гарри на мгновение нахмурился. — Но, возможно, ты смог бы произнести это как часть фразы: «Гарри Поттер меня любит»?

Кажешься себе забавным, Поттер? Ты — просто жалок.

Последняя фраза эхом отразилась от невидимых стен сознания, от чего изображение пошло рябью и исчезло, уступив место новой картинке. На сей раз Северус находился в своей тайной лаборатории и с сосредоточенным видом покачивал в ладони флакон с зеленоватой жидкостью.

Если я хорошо рассчитал пропорции, нужно добавить тринадцать капель, причем каждую следующую — через две секунды после предыдущей. — Он опустил веки и сделал глубокий вдох.— В случае, если что-то пойдёт не так, придётся начинать всё с начала... — Снейп открыл глаза и задержал ладонь с флаконом в нескольких дюймах от булькающей в котле жидкости. Наклонив склянку, он, сведя к переносице брови, наблюдал, как первая капля упала в котёл. Спустя две секунды — ещё одна. Затем ещё и ещё. Осталось отмерить ещё три капли, когда глубокую тишину нарушил громкий стук в дверь его личных комнат. Внезапный шум вывел Снейпа из равновесия, его рука дрогнула — и в котёл упало сразу несколько капель. Зелье зашипело и сменило цвет на ядовито-бирюзовый.

В черных глазах вспыхнула ярость. Северус перевёл взгляд на дверь. Пальцы, сжимавшие флакон, дрожали.

Стук повторился, на сей раз он звучал громче и настойчивее.

Поттер! Клянусь, ты об этом пожалеешь!

В бешенстве он разбил флакон о каменный пол и подобно грозовой туче, предвещающей свирепый шторм, вылетел из лаборатории. Стена закрылась за ним, а спустя мгновение он уже распахивал входную дверь.

— Добрый вечер, Северус, — быстро сказал Гарри и без колебаний проскользнул под рукой Снейпа внутрь. В следующую секунду он уже озирался, разглядывая помещение. Снейп медленно закрыл за ним дверь. Глаза его метали молнии. Ледяные молнии.

Гарри обернулся и когда посмотрел на лицо мастера зелий, в его взгляде появился страх и... неуверенность.

— Всё в порядке? — с тревогой спросил он. — Надеюсь, я тебе не помешал? — его глаза снова обежали гостиную.

— Что тебе нужно, Поттер? — голос Снейпа резал как лезвие бритвы. Холодное и ранящее. — Ты пришёл, чтобы ублажить меня?

— Я просто... — Гарри открыл рот, но Снейп не дал ему закончить.

— Хватит болтать, раздевайся! Ты ведь хочешь первым делом меня удовлетворить... -Длинные пальцы красноречиво скользнули к ширинке, но на полпути замерли, а лицо Снейпа исказила неприятная язвительная гримаса. — А может быть, сразу тебя трахнуть? — Гарри стоял, не шевелясь и вытаращив глаза. — Или ты собираешься просто стоять и глазеть на меня, Поттер? На колени!

Так, вижу, тебе больно. Вот и хорошо. Ты заплатишь за то, что сделал. Так что сейчас будет ещё больнее. Я растолкую тебе, что это не отель, куда ты можешь являться, когда вздумается. Я научу тебя послушанию.

— В чём дело, Поттер? Ты ведь ради этого пришёл или нет? Ты всегда приходишь только ради этого, — прошипел Снейп, с явным удовольствием наблюдая каждый болезненный спазм на лице мальчишки, причиняемый его словами.

— Я вижу, у тебя плохое настроение, — пробормотал наконец Гарри тихим срывающимся голосом. — Я пойду. Мне не хочется...

О нет! Я с тобой ещё не закончил!

— У меня всегда плохое настроение, когда ты путаешься у меня под ногами, ты, жалкий, скулящий щенок, — прорычал Снейп, останавливаясь и впиваясь в мальчика убийственным взглядом. — Привязчивый, зависимый щенок, который готов делать всё, что ему скажут. Ну а теперь...

— Заткнись! — из горла Гарри вырвался яростный крик, а воздух наполнился удовлетворённым смехом, который раздавался в душе Снейпа. Всё заволокло тьмой, и изображение снова сменилось.

Теперь Гарри сидел в кресле напротив Снейпа — лицо его выражало решимость, когда он сказал:

— Я убью его! Я убью Волдеморта.

Снейп устремил на него долгий взгляд.

Правда? Ты? Ты хочешь убить самого могущественного чародея всех времён? Не смеши меня... Тебе никогда это не удастся. Ты ничего не можешь. Ты — просто ноль.

— А как бы ты хотел это сделать? — спросил наконец Снейп.

— Пока не знаю, — тихо ответил он и, заметив насмешливую улыбку, которая появилась на лице мастера зелий, быстро добавил: — Но я найду способ. Волдеморт заплатит за всё, даже если это станет последним моим делом!

Насмешка исчезла с лица Снейпа, и он нахмурился.

— Должен ли я понимать твои слова так, что ты готов пожертвовать жизнью ради того, чтобы убить Тёмного Лорда?

Похоже, ты хочешь облегчить мне задачу, Поттер?

Гарри сжал губы и опустил глаза.

— Я знаю, что мало чего могу, а он необычайно силён. Но я попробую, и если я умру ... — он взглянул прямо в черные, как беззвездное небо, глаза Северуса, — ... то, по крайней мере, возьму его с собой.

Лицо Северуса посерело, а брови взлетели.

Ну-ну, Поттер... Иногда ты способен попасть в яблочко. Как такое вообще пришло тебе в голову. Или я чем-то выдал себя? Нет, это невозможно... Ты слишком тупой, чтобы обратить внимание на некоторые нюансы. Конечно же, ты возьмёшь с собой Тёмного Лорда... но сделаешь это исключительно с моей помощью.

— Ну, конечно. Ты любишь изображать героя, Поттер. А на самом деле ты просто дурак. Ты не сумел бы даже ранить Тёмного Лорда. Ты ничего не умеешь. Он убьёт тебя прежде, чем ты успеешь раскрыть рот. И неважно, какие благородные мотивы тобой руководят, неважно, что ты попробуешь предпринять, в поединке с ним у тебя нет ни единого шанса.

Ты годишься только для того, чтобы послужить наживкой. Твоя ценность не превышает кукушкиного яйца, подброшенного в чужое гнездо.

Картинка снова пошла волнами, изображение сменилось. Оба всё так же сидели у камина, но Снейп казался нервным и раздражённым.

— Ты не освоил защиты от обычной Легилименции, а хочешь взяться за Legilimens Evocis? Не смеши меня, Поттер, — мастер зелий фыркнул и повернулся лицом к камину.

— Я не хочу, чтобы Волдеморт бросал в меня это заклинание. Я лучше умру, чем буду жить в кошмаре! — выкрикнул он ломающимся голосом. Снейп посмотрел на него и сжал губы.

— Темный Лорд не станет бросать в тебя это заклинание Поттер, — сказал Снейп уверенно и поднялся с кресла.

У него на тебя совсем другие планы...

Изображение размылось и на его месте появилось новое. Северус сидел за преподавательским столом в Большом зале и смотрел, как Гарри выбегает из-за стола. Рядом с его тарелкой остался лежать «Ежедневный Пророк» с бросающейся в глаза передовицей, озаглавленной: «Гарри Поттер — Надежда Волшебного Мира или Трус?»

Черт побери, этот глупый мальчишка такой впечатлительный, что ему может прийти в голову всё, что угодно. Придётся прочистить ему мозги. Я использую эту ситуацию и укреплю его доверие. Придётся немного попаясничать, но Поттер настолько наивен, что проглотит крючок не задумываясь.

Картинка закружилась, и появилась спальня Снейпа. Гарри сидел на его постели, широко расставив ноги и обхватив ладонью напряжённый пенис. Совершенно обнажённый, с одним лишь зелёным галстуком на шее, который качался в такт движениям его руки, он мастурбировал перед Снейпом. Перед Снейпом и только для него.

Черные глаза неотступно следили за ним.

Превосходно... Тёмный Лорд будет в восторге...

Видение поглотила вспышка, а в следующее мгновение появилась новая картинка. Перед Гарри снова были комнаты мастера зелий, но на сей раз атмосфера была совершенно другая. Снейп приближался, вперив в него убийственный взгляд, а Гарри отступал, и на лице его отражалась смесь страха и гнева.

— Хватит с меня! — выкрикнул Гарри срывающимся голосом. — Ты не имеешь права так поступать со мной! Ты решил, что можешь делать всё, что захочешь, а я тебе позволю? — Северус поднял бровь — происходящее откровенно его развлекало.

Нет, Поттер, я не то чтобы так думаю. Я это знаю. Ты всегда позволишь мне делать всё, что я захочу. Ты слишком слаб, чтобы противостоять мне.

— То есть... — он запнулся. — Может, до сих пор так и было, но с этих пор всё изменится! Больше ты не будешь мной помыкать! С этим покончено!

Снейп вдруг остановился и бросил на Гарри взгляд, в котором презрение мешалось с любопытством. Так паук смотрит на запутавшуюся в паутине муху.

— А как ты собираешься мне это запретить, Поттер? — процедил он угрожающим, ледяным шепотом. — Как ты собираешься запретить мне пользоваться моею собственностью по моему усмотрению?

Да, Поттер! Ты не ослышался. Ты — моя собственность. Твоя жизнь принадлежит мне, и только я буду решать, что с ней делать.

Картинка резко поменялась. Сейчас Снейп стоял у Гарри за спиной, запустив пальцы ему в трусы, и шептал прямо в ухо:

— Я скажу тебе правду, Поттер, — мрачно шептал Снейп, медленно раздвигая молнию. — Ты хочешь этого. Тебе нравится меня провоцировать, чтобы я мог потом сломать тебя. — Снейп сдвинул брюки с его бёдер и позволил им упасть до колен. Гарри невольно отшатнулся, прижимаясь к холодному телу позади себя. — Тебе нравится, когда я так делаю. Когда призываю тебя к порядку, когда ломаю твоё сопротивление, когда наказываю тебя, — продолжал мастер зелий, а бледная кисть с гибкими пальцами проникла под ткань его трусов.

Так возбуждён... как же мало нужно, чтобы довести его до такого состояния...

— Потому что тебе это нравится, Поттер. Нравится чувствовать себя грязным и униженным. Сломанным и подчиняющимся. И я знаю, что ты ненавидишь ту свою часть, которой это нравился, но изменить ничего ты не можешь. — Гарри охнул, и ноги под ним подкосились, когда пальцы Снейпа ещё раз прошлись по его пенису. Одна рука мастера зелий переместилась назад и задержалась на ягодицах Гарри, слегка раздвигая их пальцами. — Тебе нравится... — голос Снейпа стал хриплым, — ползать у меня в ногах.

Как же всё просто. Как легко тобой управлять, мальчик... Я прекрасно знаю, чего тебе хочется. И достаточно дать тебе это, чтобы ты превратился в скулящего, покорного щенка. Чтобы ты стал моей шлюхой...

Шлюхой...

Шлюхой...

Шлюхой...

Эхо унесло это слово вдаль, заставив изображение пойти волнами и измениться. События снова происходили в апартаментах мастера зелий, но сейчас всё было совершенно по-другому. Оба сидели в креслах напротив друг друга.

— Вообще-то... я думаю... — он только сейчас посмотрел на мастера зелий, который внимательно в него вглядывался. — Когда ты с Волдемортом и он приказывает тебе делать все те... вещи... То есть ты используешь всякие заклинания... Ты ведь сказал, для того чтобы получилось, нужно этого действительно хотеть. И как же ты?.. — он остановился, увидев, как вспыхнули глаза Снейпа.

По лицу Гарри пробежала тень понимания, а потом на нём отразился ужас.

Губы Снейпа искривила мрачная усмешка.

— Ты удивлён, Поттер?

Гарри выглядел так, словно его ударили по голове. Некоторое время он смотрел куда-то в пространство, а потом покачал головой.

— Это невозможно.

— Почему нет? — язвительно поинтересовался Снейп.

— Получается... получается, тебе... тебе это нравится? Ты говорил, что нужно этого действительно хотеть. Неужели ты действительно?.. — Гарри оборвал себя, когда Снейп наклонился к нему и сощурился.

— То, что мне нравится, то, что я должен делать, и то, чего я хочу — это совершенно разные вещи, Поттер.

Ох, ну конечно же, мне нравится причинять боль, но лишь тогда, когда мне это для чего-то нужно или когда я сам этого хочу. А служа Тёмному Лорду, мне приходится делать это постоянно, даже когда я считаю это совершенно излишним. И потому я хочу от него освободиться. Тогда уж никто не сможет мной управлять. Я буду делать это по собственному почину. Но тебе этого не понять, Поттер.

Гарри нахмурился.

— Но это значит, что ты?..

— Человеческий разум — действительно любопытный инструмент. Он может всё, если знаешь, где находится замок, и сумеешь подобрать к нему ключи. Как только ты справился с этой задачей, можешь делать всё что угодно. В том числе вещи, на которые ты даже теоретически не был способен. Например — убить человека. Или впустить его в своё сердце. Или возненавидеть. Собственно говоря, в этом и заключается контроль.

Только благодаря ему я как-то терплю твоё присутствие и могу прикасаться к тебе...

Изображение поплыло и снова обрело четкость. Теперь он очутился в Большом зале. Сидя за преподавательским столом, Снейп наблюдал за Гарри, который выглядел так, словно вот-вот уснёт, уткнувшись лицом в тарелку с едой.

С ним что-то не так. Мне не нравится выражение его лица. Когда он смотрит на меня, я вижу в его глазах страх. Нужно за ним хорошенько понаблюдать...

Картинка сменилась. Теперь перед ним был класс Зелий. Снейп стоял позади Гарри и смотрел на его сжатые в кулак дрожащие пальцы.

Он напряжён. Это видно в каждом его жесте. Боится меня. Почему?

Изображение поплыло и тут же сменилось новым. Вытянув вперёд руку, Снейп стоял перед входом в свои комнаты, устремив на Гарри холодный изучающий взгляд.

— Отдай то, что украл, — прошипел он.

— Я-я... — начал Гарри.

— Не вынуждай меня обыскивать тебя,— прорычал Снейп, устремляя на него угрожающий взгляд.

Гарри прикусил губу.

Он подошёл к мастеру зелий, вынул из кармана Зелье Сна без сновидений и молча подал флакон. Снейп посмотрел на склянку, его лицо побледнело, а глаза распахнулись.

Вот черт! Вот почему он так странно себя вёл... Ему что-то приснилось. Видимо, что-то столь впечатляющее, что он захотел всё скрыть и начал избегать меня. Мне это не нравится...

— Почему ты не попросил его у меня?

— Я-я... не хотел тебя беспокоить. Потому взял зелье сам. Чтобы... ты не волновался.

Как трогательно...

— Очень мило с твоей стороны, — фыркнул Снейп, устремляя на него пронзительный взгляд. — И, конечно же, это никак не связано с тем, что в последнее время ты похож на лунатика? Тебе снова приснилось нечто, о чём ты хочешь забыть?

— Я... то есть... — Гарри запнулся. — Я видел сон, в котором меня преследовала стая пауков, а я их очень боюсь, поэтому и хотел взять зелье.

— Правда? — бровь Снейпа взлетела. — Пауки? А может быть, там были ещё и мыши?

Какой же он бездарный лгун... Лживый, бессовестный сопляк. Ты считаешь, что можешь скрыть от меня правду? Как же ты ошибаешься...

Гарри закусил губу.

— Я знал, что если расскажу тебе об этом, ты станешь надо мной смеяться, — сказал он, глядя Снейпу в глаза. — Потому и не хотел говорить. А сейчас не мог бы ты дать мне, наконец, это зелье?

Придётся рискнуть. Я должен проникнуть в его сознание. Застану его врасплох.

— Хорошо. Сейчас я прощу тебя, Поттер. Но если я ещё раз поймаю тебя на ловле мышей в моём кабинете, ты об этом горько пожалеешь. Если тебе снова что-нибудь понадобится, ты должен прийти ко мне и попросить, — сказал Снейп, возвращая ему флакон с зельем.

— Спасибо, — пробормотал Гарри.

Мастер зелий отстранился, пропуская его в комнату, но как только он переступил порог гостиной, а дверь за ним захлопнулась, Снейп схватил его за ворот и, совершенно сбитого с толку, прижал к деревянной поверхности, а потом нацелил палочку и прошипел:

— Legilimens Evocis.

Всё последующее произошло в один миг. Ослепительная вспышка больно ударила по глазам, а потом из этого света проступили образы сна, однако совсем не того, он до сих пор помнил, а совершенно другого сна.

Здесь Снейп прижимал его к стене, склонялся над ним, впиваясь губами в шею, а потом Снейп превратился в Волдеморта. Зубы Волдеморта вгрызались в плоть Гарри, когда же он отстранился, по его подбородку струилась кровь, а потом он ужасающе ухмыльнулся.

— В чем дело, мальчик? — прошипел он, жмуря красные глаза. — Ты же любишь боль.

А Северус, Северус, который показался за спиной Волдеморта, решительно отвернулся и не оглядываясь пошёл прочь.

— Северус! Не оставляй меня здесь!

— Никто тебе не поможет, мальчик. Ты совершенно один. А твоя кровь отныне принадлежит только мне.

Тут сцена утратила четкость и сменилась другой: по опушке запретного леса, в ужасе оглядываясь, мчался Гарри, спасаясь от преследующих его пауков.

Потом вновь появились комнаты Снейпа. Гарри стоял прижатый к двери, а в глазах его была пустота, которая медленно уступала место осмысленному выражению. Он заморгал и потряс головой.

— Что проис... — но не успел закончить фразы, потому что Снейп дёрнул его на себя, а потом вытолкал в коридор со словами:

— Я же сказал тебе, что занят, Поттер. Сегодня отработки не будет, — и захлопнул дверь у него перед носом. Оставшись один, Снейп прислонился к двери.

Вот черт! Ещё бы немного... действительно, ещё совсем чуть-чуть... Надеюсь, я вычистил из его памяти всё до самых мельчайших подозрений. Почему Поттеру приснился этот сон? Почему он начал подозревать? Похоже, я не слишком хорошо играл, но ошибок больше не будет. Нужно уделять ему больше внимания. Больше давать. Я дам ему столько, чтобы в его мозгу не зародилось даже тени сомнения. Придётся обмануть его жестами и так называемой «нежностью»...

На сей раз изображение медленно уплыло вдаль, а потом его место заняло новое. Гарри сидел на коленях у Снейпа, описывая бедрами неспешные круги. Северус прижимался губами к его плечу, то вдыхая его запах, то запечатлевая на нём поцелуи. Гарри вжался лицом в шею, а потом приподнял голову и посмотрел на Северуса. Их взгляды скрестились, и с его губ невольно сорвались полные жаркого трепета слова:

— Ты сводишь меня... с ума.

Снейп поднял руку и осторожно снял с него запотевшие очки, отложил их в сторону, а потом вплёл пальцы в волосы Гарри и принялся их перебирать. Он невольно прикрыл глаза, а когда открыл их, в уголках блестели слёзы. Северус притянул его голову ещё ближе к себе, лаская встрёпанные волосы, пропуская пряди сквозь тонкие пальцы. Гарри снова зажмурился, и тогда мужчина поцеловал его веки.

В этот миг два тела напряглись, с губ сорвались два вздоха. Снейп зажмурился. Из-под прикрытых век Гарри струились слёзы, но лицо сияло от радости. Спустя некоторое время они немного отстранились друг от друга, и голова Гарри опустилась на плечо Северуса, который тут же принялся поглаживать его по спине. Неторопливо и мягко.

— Всё в порядке? — низкий голос звучал хрипло.

— Да, — так же хрипло откликнулся Гарри — прикосновения Северуса вызывали в нём трепет.

Снейп открыл глаза. Светившееся в его взгляде удовлетворение придавало ему холодное и мрачное выражение. На тонких губах появилась победная усмешка.

Ты — мой!

CDN

Hide behind an empty face

Don't ask too much, just say

'Cause this is just a game

It's a beautiful lie

It's the perfect denial

Such a beautiful lie to believe in

So beautiful, beautiful lie

Lie

Lie

Lie

Lie

(So lie) beautiful, beautiful

It's a bautiful lie

(So lie) beautiful, beautiful

It's a bautiful lie

(So lie) beautiful, beautiful

It's a bautiful lie

(So lie) beautiful, beautiful

It's a beautiful lie (So beutiful, beautiful)

It's the perfect denial (So beautiful, bautiful)

Such a beautiful lie to believe in

So beautiful, beautiful lie

Lie

Lie

Lie

Lie**

* 'The heart of everything" by Within Temptation

** "Beautiful lie" (acoustic version) by 30 Seconds to Mars