Глава 53. Ты ставишь моё сердце на колени

I'm still trying to figure outhow to tell you I was wrong

I can't fill the emptiness insidesince you've been gone

I know I said things that I didn't mean

But you should've known me by now

If you believed

When I said

I'd be better off without you

Then you never really knew me at all

You're all that I need

Just tell me that you still believe*

*

So hard to choose between the pleasure and the pain

And even if I tried to win the fight

My heart would overrule my mind

And you bring my heart to its knees

I'm not strong enough to stay away

What can I do I would die without you

There's nothing I can do

My heart is chained to you

And I can't get free

Look what this love has done to me**

День святого Валентина.

Этот праздник никогда не приводил Гарри в восторг, но в этом году порхающие сердечки и вездесущие распевающие любовные песенки амурчики особенно его раздражали. Так же как и попадающиеся на каждом шагу милующиеся парочки. Уроки он кое-как пережил, хотя даже преподаватели сегодня вели себя так, словно приняли неслабую дозу зелья Felix Felicis. Ему тоже прислали несколько валентинок, но он выбросил их в мусорную корзину, даже не открывая. Во время обеда он был, вероятно, единственным в Большом зале, кто не улыбался и не стрелял глазами по сторонам в надежде обнаружить своих загадочных поклонниц. Гарри совершенно не удивляло, что Снейп не появился ни на завтраке, ни на обеде. Он и сам бы с радостью закрылся на весь день в спальне, лишь бы не видеть этих сияющих лиц, влюблённых взглядов и приторных до боли в зубах украшений, развешанных по всему замку.

Так он и поступил. Как только закончились уроки, Гарри помчался в спальню, упал на постель и накрылся одеялом, спрятавшись в темноте и тишине.Этот день мог бы стать совсем другим. Он помнил, каким он его планировал. Помнил, как представлял себе, какую гримасу скорчит Северус, когда он отдаст ему подарок, приготовленный ещё две недели назад, до того как всё...

Он зажмурился.

Подарок.

Отбросив одеяло, Гарри встал и подошёл к сундуку. Открыл его и с минуту в нём копался. Нашёл! Погрузив руку в его недра, он извлёк маленькую красную коробочку. Затем захлопнул крышку и сел на кровать, сжимая подарок в руке и устремив на него невидящий взгляд, вспоминая, как тщательно, до мелочей, планировал этот день. Как ломал голову над правдоподобной отговоркой для Рона и Гермионы, объясняющей его отсутствие всю вторую половину дня в праздник влюблённых. С каким волнением представлял себе мгновенье, когда Северус возьмёт подарок в руки и заглянет внутрь — Гарри осторожно приподнял маленькую крышку, — достанет, задумчиво хмуря свои черные брови и пытаясь угадать, что там — Гарри открыл небольшую черную открытку, пробежался глазами по выведенным красными чернилами строкам, и его лицо вдруг исказила болезненная гримаса, — и прочитает написанное, а потом посмотрит на Гарри и... Он закрыл открытку с тяжелым вздохом, чувствуя, будто его сердце превратилось в каменную глыбу с острыми краями, которая ранила и давила на грудь, не позволяя свободно дышать.

Однако все эти планы рассыпались в прах. Можно было бы порвать открытку на мелкие клочки или выбросить в мусор, но Гарри не сделал этого. И не хотел. Она была чем-то вроде... якоря. Последней опорой разрушенного моста, всё ещё возвышающейся над пропастью. Маленьким распахнутым окошком на чердаке в доме, где наглухо заперли все двери, окна и входы. Забытым снимком, случайно залетевшим под кровать и уцелевшим, тогда как прочие сгорели, превратившись в пепел.

Гарри поднялся и подошёл к лежащей на полу сумке. Вытащил мантию-невидимку, тщательно закутался в неё и снова лёг, свернувшись в позе эмбриона и прижимая открытку к груди. Закрыл глаза.

Несколько часов спустя в спальню вошёл Рон, чтобы позвать его на праздничный ужин, но увидев, что Гарри здесь нет, пожал плечами и вышел, присоединяясь к дожидающейся его внизу Гермионе. Сегодня все были слишком поглощены своими парами, чтобы обращать внимание на его отсутствие. Вот и хорошо.

Гарри открыл глаза и окинул взглядом погружённую в полумрак комнату. Нужно чем-то занять мысли. Он был уже сыт по горло лежанием и... и... Это бесполезно. Нужно... встать и пойти в библиотеку. Сейчас, когда все веселятся на празднике, который организовала Тонкс. Он сорвался с кровати, аккуратно вложил открытку в коробочку, которую спрятал на самом дне сундука, вновь предавая её забвению, а потом развернул Карту мародёров, желая убедиться, что в библиотеке никого нет.

Всё правильно. Сейчас все собрались в Большом зале, в том числе и мадам Пинс — кому же придёт в голову учиться в Валентинов вечер. Его взгляд невольно заскользил в сторону Подземелий. Снейп был у себя. Похоже, только они и не принимали участия в развлечениях. Даже Филч и миссис Норрис устроились в одном из углов Большого зала. Так что путь свободен.

Гарри выскользнул из гостиной и без помех добрался до библиотеки. Его не заботило, что Дамблдор узнает о том, что он снова навещал Запретную секцию. Похоже, директор решил не вмешиваться, а значит, позволил ему делать это. Остальное... неважно.

Прибегнув к отпирающему заклинанию, он проник в опустевшую библиотеку и направился прямо в Запретную секцию, но каково же было его удивление, когда, едва переступив порог, он наткнулся на невидимый барьер, отбросивший его с такой силой, что Гарри отлетел к противоположной стене. Встряхнувшись, он ошеломлённо посмотрел на вспыхнувшее яростно-красным пространство между шкафами, а потом на барьере проступили слова:

ПОПЫТКА ПРОНИКНОВЕНИЯ

НАРУШИТЕЛЬ: ГАРРИ ПОТТЕР

ГРИФФИНДОР

ШЕСТОЙ КУРС

Глаза у Гарри полезли на лоб.

Вот черт! Откуда это?.. Ведь раньше никогда... Кому вообще?..

Он метнулся к Карте мародёров. Мадам Пинс и Дамблдор оставались в Большом зале. Филч тоже. Так кто?

Его взгляд привлекла маленькая точка, направляющаяся в сторону библиотеки и притом очень быстро.

Северус Снейп.

Блядь!

Гарри выбежал в коридор, не озаботившись бросить на дверь запирающее заклинание, и едва успел спрятаться за ближайший угол, как в коридоре появился Снейп. Мантия развевалась за его спиной, пока он шагал к дверям библиотеки. На его напряжённом суровом лице застыли раздражение и гнев. Когда мастер зелий скрылся за дверью, Гарри бросился обратно в Гриффиндорскую башню.

Так это был Снейп! Этот невыносимый мерзавец закрыл доступ в Запретную секцию! А ведь он говорил Дамблдору, что не собирается ни во что вмешиваться, что его это совершенно не интересует! Так почему?..

Гарри остановился. Только сейчас он понял. Снейп никогда не хотел и не собирался учить его Тёмной магии. Никогда. Потому всегда менял тему, когда он просил его об этом. Потому так и набросился на Дамблдора за то, что тот разрешил ему ходить в Запретную секцию. Но почему он этого не хотел? И почему в таком случае учил Нотта?

Ответ был очень прост, но Гарри в теперешнем состоянии не мог его найти. Кипя от возмущения, он влетел в гостиную, от всего сердца проклиная Снейпа и его барьеры.

* * *

Следующий день шёл более или менее спокойно, хотя Гарри не мог избавиться от злости и разочарования оттого, что доступ в Запретную секцию отныне был для него закрыт. Как он теперь сможет чему-то научиться? Ведь действительно полезные вещи были только там. Каким же он был дураком, что не вынес оттуда несколько книг и не спрятал их в Выручай-комнате, пока была такая возможность!

Сегодня его снова якобы ждала отработка. После ужина Гарри отправился в библиотеку и попытался найти то, чего ещё не читал, и что могло бы ему пригодиться, однако безуспешно. С пустыми руками он всё же поднялся на седьмой этаж, трижды прошёл вдоль стены и подождал, пока появится дверь. Толкнув её, он вошёл внутрь и остановился посреди комнаты, размышляя над тем, чем он будет заниматься ближайшие три часа. С неприятным скрипом дверь за ним закрылась. Гарри взглянул на горящий камин. Было тихо. Однако что-то в атмосфере этого места изменилось, и он ощутил это только сейчас. Чьё-то... присутствие. Холодная аура, которой здесь не должно быть. Он замер, прислушиваясь, и одновременно слегка повернул голову вбок.

И тут краем глаза Гарри заметил за спиной какую-то тень. А потом услышал тихий шелест тяжёлой мантии.

Он молниеносно обернулся и резко втянул в себя воздух, чувствуя, как кровь ударила ему в голову, от чего колени подогнулись, а в глазах потемнело.

Перед ним стоял... Снейп. Он устремил на него взгляд черных прищуренных глаз и как будто старался заглянуть ему в душу.

Гарри невольно отшатнулся, ощущая, как его одновременно наполняют ужас и гнев.

Что он здесь делает? Для чего пришёл сюда?

— Уходи! — выдавил он спустя некоторое время, когда ему удалось проглотить застрявший в горле тугой ком. — Я не хочу тебя видеть! Убирайся отсюда! Немедленно!

— Нет! — Голос Снейпа звучал до странности сдавленно, но при этом очень решительно. — Ни один из нас не выйдет отсюда, пока ты не выслушаешь то, что я должен тебе сказать.

Глаза Гарри раскрылись. Это... это было так на него похоже. Снова условия! Снова приказы!

— Если ты не хочешь уходить, тогда это сделаю я! — и он решительно направился к двери, стараясь обойти по самой широкой дуге заступившую дорогу высокую фигуру, но стоило ему протянуть руку и взяться за ручку, дверь вдруг окутало стальное сияние и она... исчезла. А на этом месте осталась лишь голая стена. Гарри резко обернулся и гневно посмотрел на Снейпа, в руках которого была палочка. — Что ты сделал с дверью? Выпусти меня отсюда немедленно! Я не стану тебя слушать! Меня не интересует, что ты собираешься сказать! Хочу, чтобы ты ушёл! Чтобы оставил меня в покое!

Мастер зелий опустил палочку и слегка наклонил голову к плечу. Его глаза прищурились ещё сильнее.

— А мне кажется, ты всё-таки меня выслушаешь...

— Нет! — Гарри зажмурился и закрыл уши руками.

Нет, нет, нет! Он не позволит! Не позволит ему снова проникнуть в его мир! Не позволит разрушить эту стену, несмотря на то, что Снейп шаг за шагом старался пробить в ней брешь, достаточно широкую, чтобы в нужный момент проскользнуть сквозь неё внутрь.

И тут произошло нечто неожиданное. Его лица коснулось лёгкое дуновение, и в тот же миг длинные тонкие руки оплелись вокруг него, заключая в объятья такие тесные, что Гарри показалось, будто Северус пытается поглотить его, вобрать в себя. Снейп прижал его к себе, не позволяя даже пошевелиться. В нос ударил аромат трав, и одного этого запаха хватило, чтобы заставить его колени подогнуться, но гнев и обида были сильнее. И они приказали ему открыть глаза и изо всех сил оттолкнуть Снейпа. Тот сделал несколько шагов назад, но не выглядел удивлённым. Скорее это лишь прибавило ему решимости.

— Не прикасайся ко мне! — выкрикнул Гарри, отступая к стене. Голова у него закружилась. Он понятия не имел, что делать. Бежать? Достать палочку? Его трясло так, что казалось, ещё немного, и он рассыплется. — Не подходи ко мне! — воскликнул он, когда Северус снова направился к нему. Но на сей раз Гарри не позволил ему повторить манёвр. Размахнувшись, он стал защищаться, ударяя кулаками в плечи и грудь Снейпа. — Ты не имеешь права! Ты, подонок! — кричал он в бешенстве, молотя по закрывающемуся плечом телу. — Я для тебя никто! Я для тебя ничего не значу! Ты сам это сказал! Для тебя я просто... ноль!

— Ты прекрасно знаешь, что это неправда!

— Конечно правда! Ты, подлая, лживая скотина! — Теперь Гарри наносил удары с удвоенной силой. — Оставь меня! Ты больше никогда ко мне не прикоснёшься!

— Да, я это заслужил, — внезапно сказал Снейп, меняя тактику. — Я — скотина. Подлый ублюдок.

— Заткнись!

Воспользовавшись секундным замешательством, Снейп крепко схватил Гарри за правое запястье. Но он не собирался сдаваться и, вцепившись ногтями в мантию на груди мастера зелий, попытался вырвать руку.

— Отпусти меня! Ты не можешь... — кричал он, отталкивая Снейпа левой рукой и одновременно пробуя освободить правую из стального захвата.

— Успокойся, — возразил Северус, хватая его за другое запястье, чтобы положить конец его трепыханиям. — Я всего лишь хочу поговорить.

— Поговорить? Я тоже хотел поговорить! Умолял, чтобы ты меня выслушал, но ты был слишком большой и эгоистичной задницей, чтобы сделать это! Отпу-у-усти! — Но Снейп был слишком силён. И раз он не собирался его отпускать, Гарри решил использовать своё положение и всем телом подался вперёд, пытаясь повалить Снейпа. Однако тот в последний момент отставил ногу и перенёс на неё свой вес, сохранив равновесие и избежав контакта с полом. Лицо его было напряжено, глаза горели диким огнём.

— Довольно! Ты не оставил мне выбора!

Снейп внезапно оттолкнул Гарри от себя, молниеносным движением выхватывая палочку. Гарри ударился спиной о стену и вдруг обнаружил, что не может пошевелиться, а его руки, ноги и всё тело вместе с головой словно бы приклеились к находящейся сзади поверхности. Он принялся дёргаться, но не мог двинуть и пальцем. Стиснув зубы, он попытался оторвать от стены хотя бы ладонь, хоть что-нибудь, однако не мог.

— Освободи меня!

— Я уже сказал тебе — ни один из нас не выйдет отсюда до тех пор, пока ты меня не выслушаешь, — возразил Снейп. Теперь он подошёл ближе и остановился в шаге от Гарри, скрестив руки на груди. Лицо его было необычайно серьёзным, а глаза, казалось, сверкали в темноте.

Гарри тяжело дышал. Сердце стучало в груди как молот, кровь пульсировала в висках. Ощущение полнейшей беспомощности приводило его в бешенство. Он знал, что Снейп не уступит и, если понадобится, будет так стоять несколько часов, пока он не сдастся. Выхода нет. Придётся его выслушать. Пусть Снейп скажет, что хотел, а потом пускай убирается. Это всё равно ничего не изменит. Ничего.

Он на мгновенье прикрыл веки и глубоко вдохнул. Переполняющий его гнев понемногу отступал.

— Ладно, — зло прошипел он.

Северус устремил на него пронизывающий взгляд и облизал губы, а потом очень тихо и мягко сказал:

— Я прекрасно понимаю, что ты сейчас возмущён, злишься и ненавидишь меня. Я знаю, что тебе больно, знаю, что причинил тебе зло. Мой поступок непростителен. Я совершенно потерял голову, и мне нечего сказать в своё оправдание. Но я не хотел... тебя обидеть, — Снейп на мгновенье остановился и снова облизал губы.

Гарри зажмурился. Может, хотя бы это защитит его от слов... не позволит им проникать. В сердце.

— Но ты это сделал... — проговорил он и сглотнул. — Почему? — Гарри не узнавал собственного голоса. Он казался чужим и доносился будто бы издалека. — Почему ты меня не выслушал? Зачем мучил меня? Ты хотя бы понимаешь, какую ты мне причинил боль? — он не мог сдержать горечи.

— Ты прав, — ответил Снейп, подходя ближе, так, что их тела почти соприкоснулись, и Гарри теперь мог смотреть прямо ему в лицо. — Ты прав, я поступил отвратительно. Я был ослеплён. Настолько ослеплён, что хотел уничтожить тебя, хотел сделать тебе больно, хотел наказать за то состояние, до которого ты тогда меня довёл, и я позволил тёмной стороне личности овладеть собой. И здесь мне нечем гордиться. А то, что я тогда тебя не выслушал... было ошибкой, за которую я расплачиваюсь до сих пор. — В этот миг голос Северуса дрогнул, однако он продолжил. — Ты прав, называя меня подлым мерзавцем. В этом я с тобой согласен. Можешь меня называть самыми последними словами — я это вполне заслужил. Я поступил отвратительно, не отрицаю. И всё-таки это — я, Поттер...

Гарри содрогнулся, когда черные пряди мягко скользнули по его подбородку. Снейп наклонился к нему, едва не касаясь лбом его лба; он ощущал его дыхание на своём лице. Сейчас он смотрел прямо в два наполненных мраком тоннеля, и казалось, они вот-вот его поглотят.

— Несмотря на то, что ты стараешься забыть то хорошее, что было, ты всё-таки помнишь... ты помнишь меня. Рука Снейпа поднялась и легла Гарри на грудь — туда, где билось сердце, которое тут же застучало быстрее. — Ты чувствуешь меня? Я знаю, что чувствуешь. — Северус приблизил лицо и зашептал ему прямо в ухо: — Я — тот человек, который знает каждую впадинку на твоём теле, который способен прочитать малейшее движение твоей души по выражению твоего лица... который узнал тебя досконально.

Гарри снова прикрыл веки. Эти слова... Снейп это умел. Умел обольщать словами. Умел сделать так, чтобы самые непроницаемые ледяные барьеры... начали таять.

— Ты можешь меня ненавидеть, но в глубине своего сердца ты знаешь, что это не ненависть. Ты не сумел возненавидеть меня до конца, — продолжал Северус всё так же негромко и мягко. — Ты тосковал по мне. Тосковал по этому...

Гарри хотел покачать головой, но не мог. Он не мог больше этого выносить... это было пыткой.

— Я не хочу больше тебя слушать, — проговорил он заплетающимся языком.

— Тебе не нужно этого стыдиться — того, что нуждаешься во мне, даже после того, как я причинил тебе боль. Не нужно стыдиться того... — длинные пальцы прошлись по его лицу, и Гарри ощутил, как по спине побежали мурашки, а волоски на затылке приподнялись, — ... что ты до сих пор дрожишь от моих прикосновений. Не нужно этого отрицать. И даже если ты всё же попробуешь, ты не в состоянии управлять биением собственного сердца. Я слышу его сейчас. — Губы еще больше приблизились к его уху, и Гарри показалось, что этот низкий голос раздаётся прямо у него в голове. — Я слышу, как громко оно стучит. Всё громче, всё быстрее. Мне достаточно сделать так... — горячий язык проник в его ухо, и Гарри показалось, что по телу прошёл мощный электрический разряд, а волна дрожи добралась даже до пальцев на ногах.

— Прекрати, — прошептал он, стараясь восстановить сбившееся дыхание.

— Вот видишь? Ты считаешь, что сможешь кого-то обмануть? Считаешь, это возможно — обмануть себя? Я внимательно наблюдал за тобой все эти две недели. Видел, как ты метался. Видел, каким ты был потерянным. Разбитым. Одиноким. Думаешь, тебе удалось это скрыть? Ни разу за это время я не видел на твоём лице улыбки. Ты был похож на погибающий цветок, которому нужна вода, чтобы выжить. А я... я хочу снова увидеть твою улыбку. Нахальную, раздражающую и глуповатую, иногда — задорную и дерзкую, — мурлыкал Северус, скользя губами по шее Гарри, — а иногда даже можно сказать... обаятельную.

Гарри ощутил, как внутри что-то болезненно сжалось, когда эти слова пробились сквозь ледяную стену, окружившую его сердце, растопили её и что-то в нём сломали. Но и это было ещё не всё. Оставалась ещё стена. Но и эта стена стремительно разрушалась.

Он не хотел ему верить. Но разве был какой-то выбор? Мог ли он продолжать сопротивляться и убеждать себя, что всё эти взгляды, прикосновения и поцелуи... ничего не значат? Что тот внутренний разлад, овладевавший им при каждой встрече со Снейпом, был не более чем плод воображения?

Нет.

Ведь это был его Северус. Северус, который вёл себя иррационально, который одним только словом или жестом мог уничтожить хрупкое доверие, а потом неумело пытался его восстановить, хотя не имел к этому никаких способностей, в его распоряжении был лишь отточенный годами навык сжимать кулаки и наносить удары. Мол, если не можешь чего-то исправить, бей, и как можно сильнее, до тех пор пока не подействует. Однако Северус переломил себя. Он не бил, не нападал. Методично, день за днём преследовал свою цель, складывая камень к камню и выжидая, когда представится случай увенчать сооружение последним — замковым.

Губы Северуса забирались всё дальше. Он молниеносно расстегнул воротничок и несколько верхних пуговиц рубашки и принялся целовать его плечи. С губ Гарри сорвался тихий стон.

Он ненавидел за это Снейпа. Ненавидел за то, что тот сумел вырвать из него этот стон!

Северус заурчал ему в плечо и одновременно потянулся за палочкой, а затем, не отрывая губ от кожи Гарри, применил невербальное заклинание. Гарри внезапно понял, что свободен и может двигаться, однако прежде чем успел сделать хоть что-то, тонкие пальцы обхватили верхнюю часть его ладони. Северус выпрямился и взглянул ему прямо в глаза, а потом поднёс его руку к своему лицу и мягко приложил её к нему. Гарри ощутил под пальцами прохладную кожу и колючие волоски пробивающейся щетины.

Северус ничего не делал. Просто прижимал его ладонь к своей щеке, глядя на него с непонятным выражением в глазах. Наконец он очень медленно отнял свою руку, оставив ладонь Гарри на месте. Гарри всмотрелся в его лицо и нахмурился. Во взгляде Северуса была... неуверенность. Казалось, он в любой момент ждёт удара.

И он этого заслуживал, черт побери! Наконец-то Гарри мог ему отплатить. Мог причинить ему боль, такую же, какую причинил ему Снейп, мог его ударить, со всей силы врезать по этой холодной колючей щеке, оставив на ней красный отпечаток своей руки. Это было бы только справедливо, и Гарри наконец-то ощутил бы себя... отомщённым.

Но он не сделал этого. Глубоко вдохнув, Гарри... нежно провёл подушечками пальцев по светлой коже, поглаживая её очень осторожно и немного... несмело. Глаза Северуса замерцали. Гарри прикрыл веки, сосредотачиваясь на ощущениях этой кожи под пальцами, которой... не касался так давно... и по прикосновениям к которой столько дней тосковал...

Открыв глаза, он заглянул в эти два тёмных, блестящих тоннеля и прошептал:

— И всё-таки ты подлец.

— Я знаю.

Северус пошевелился и придвинулся ближе. На сей раз Гарри не сопротивлялся. Даже не пробовал. Не мог. Он позволил Снейпу крепко обнять себя и притянуть как можно ближе, заключая в тёплый плен своих рук. Гарри поддался и закрыл глаза. Его щека плотно прижималась к колючей ткани черной мантии как раз напротив того места, где было сердце Северуса. Он слышал его учащённое биение.

С минуту царила тишина. Гарри показалось, что объятие стало ещё крепче. Сейчас он ощущал каждую косточку худого тела. И этот запах... теперь окружал его со всех сторон, сильной волной ударял в нос.

— Поттер? — позвал через некоторое время Северус и, пошевелившись, устремил взгляд вниз, на копну взлохмаченных черных волос. Гарри всё ещё стоял с закрытыми глазами, прижимаясь щекой к его груди, когда вдруг ощутил, как что-то зарывается ему в волосы. Длинные пальцы принялись нежно гладить его по голове. Он заурчал, не в силах сдержать вызванной этим прикосновением дрожи. У него возникло впечатление, что он не ощущал ничего подобного месяцы и уже почти забыл, как это приятно. А потом Северус наклонился и зарылся в его волосы ещё и лицом, скользя по мягким прядям своим крючковатым носом и тонкими губами. Он глубоко вдохнул, втягивая в себя запах Гарри. Повторил это снова, а потом ещё и ещё, с каждым разом всё самозабвеннее, словно хотел насытиться его ароматом. Наконец он выдохнул, и его горячее дыхание защекотало кожу Гарри, а затем сглотнул. — Ты мне веришь? Ты понимаешь, что то, что я сказал тогда в классе — неправда?

Гарри закусил губу. Он не знал, что думать. Конечно, в глубине души он всегда знал... нет, верил, что это неправда. И в это особенно легко было верить в свете того, что происходило сейчас. Однако он понимал, что с самого начала... это была только и исключительно его правда. Правда, которую он себе внушил.

— Я... не знаю.

Северус набрал воздух в легкие, его губы ещё глубже зарылись ему в волосы, прижимаясь к коже на макушке, а потом сказал низко и хрипло:

— Ты не никто для меня. — И прежде чем смысл его слов дошёл до Гарри, Северус немного отстранился и сказал уже гораздо громче и решительнее: — Ты слышишь? Посмотри на меня. — Гарри невольно поднял голову и заглянул в два озера, наполненных жидким огнём. Северус смотрел на него так... так... будто хотел поглотить его взглядом. Его глаза сверкали, и взгляд их погружался в него с такой решимостью, словно Снейп стремился заглянуть ему прямо в сердце.

В этот миг Гарри ощутил, как холодные пальцы касаются его лица, осторожно скользят по его коже, лаская щёку, нос, губы с таким упоением, словно после долгих дней одиночества наконец-то они снова могли странствовать по излюбленным тропам и на сей раз хотели навсегда запечатлеть в памяти каждую впадинку, каждый участок пути, по которому сейчас следовали.

— Ты — не никто, — тихо повторил Северус, хватая руку Гарри, притягивая её к своим губам и целуя её с такой нежностью, словно не мог устоять перед соблазном коснуться, ощутить вкус, вдохнуть его аромат сейчас, когда он наконец снова может находиться так близко от него.

Гарри показалось, что ещё минута, и он сползёт на пол. Все ощущения исчезли, оставив только жар, горячей волной окутавший его сердце тёплым коконом. Он всматривался в иссечённое морщинками лицо... понимая, что ничего не изменилось. Что всё это время он любил Северуса так сильно, что его любовь нисколько не ослабела, что он любит его так, что перехватывало дыхание, до головокружения. И так страшно по нему скучал. Скучал по зрелищу блуждающих по его коже тонких губ, сосредоточенно сведённых черных бровей, когда Северус терялся в нём, совсем как тогда, во время каникул. Скучал по экстатическому ощущению переполняющего его счастья. Он уже не мог без всего этого... не мог без него жить. Пожалуй, мог бы существовать, но это было бы растительное существование.

— Скажи это, — попросил Северус между поцелуями, которые запечатлевал на внутренней стороне ладони Гарри. — Скажи, что ты мне веришь. — Он поднял веки, устремив сводящий с ума взгляд в глаза Гарри.

Тот сглотнул.

Можно ли этому верить? Можно ли снова ему доверять? Он этого хотел. Действительно хотел. Эти две недели стали кошмаром. Кошмаром, наполненным одиночеством, страданием и тоской. Все эти дни он чувствовал себя потерянным, не мог найти себе места. Не знал, куда себя деть. Сейчас же, когда с ним был Северус, Гарри чувствовал себя целостным. Знал, что здесь, с ним и есть его место. Как будто он долго блуждал, ища дорогу в потёмках, и наконец спустя долгое время вернулся... домой.

— Я верю тебе... — сдался он. Даже если когда-нибудь он об этом пожалеет, эта минута стоила всего. Всего.

Осторожно и немного несмело он провёл ладонями по бокам Северуса, обхватил его за пояс. А потом, сдаваясь под напором нахлынувшей на него тоски, изо всех сил прижался к нему, жадно прильнув к стройному телу, стремясь вобрать в себя больше, как можно больше Северуса, который снова был рядом, с ним, которого он снова мог обнимать, к которому снова мог прикасаться...

Он услышал над собой тихий вздох и, растворяясь в своих ощущениях до конца, поднял руку, стремясь дотронуться до этих мягких волос и снова зарыться в них пальцами. Вплетя обе руки в волосы Северуса, Гарри приподнялся на цыпочки и потянулся губами к мягкой мочке уха, спрятанного в тёмных прядях. Раздался стон удовольствия. Боже, он не думал, что когда-нибудь снова его услышит! Не думал, что настолько по нему истосковался. Что один лишь этот стон может вызвать в нём прилив радости.

Гарри прикрыл на мгновенье веки и, вздохнув, прошептал:

— Северус...

Он скучал по этому имени. По ощущению, которое оно оставляло на губах, по тому, как оно ласкало язык, когда он его произносил...

— Повтори. — В голосе Северуса послышалась алчная нотка. Гарри слегка отстранился и заглянул в его распахнутые глаза. Снейп выглядел так, словно был готов сделать всё что угодно, ради того, чтобы снова услышать, как Гарри произносит его имя. Он смотрел на его губы так, словно взглядом хотел заставить их сложиться в это слово...

— Северус, — повторил он и в тот же миг увидел, как веки Снейпа опускаются, а потом тот внезапно наклонился, и Гарри ощутил, как горячие губы прижимаются к его уху, язык ласкает пространство за ним, а потом перемещается на шею. Рука Северуса снова сжала его ладонь — с такой силой, как будто получив возможность снова держать её, Снейп больше не собирался её выпускать.

— Ещё раз. — Теперь это была уже не алчность, это была жажда, такая сильная, что Гарри ясно ощущал, как дрожит тело Северуса, и дрожь эта усиливалась всякий раз, когда Гарри произносил его имя.

— Северус...

Снейп издал сдавленный стон и припал губами к подбородку, а затем к щеке Гарри, наслаждаясь его кожей, вылизывая её и запечатлевая на ней агрессивные поцелуи.

— Северус...

Снейп прижал его к себе ещё крепче, блуждая губами по его носу и лбу. Он вёл себя как до смерти заморённый голодом зверь, который наконец-то получил пищу, благодаря которой сможет прожить ещё один день.

Обвитый длинными руками, Гарри сейчас прижимался к Снейпу всем телом и едва не задохнулся, ощутив твёрдую как камень эрекцию, упирающуюся в живот.

Боже, всё это было так...Голова у него кружилась, а ещё Снейп... нет, рука Снейпа в это время блуждала по его спине и бокам, касаясь, цепляясь за рубашку, сжимая, впиваясь в его тело.

— Я... думал о тебе, пока тебя не было... — неожиданно прошептал Снейп и резко втянул в себя воздух, как будто невольно сказал то, чего не собирался говорить, но что было слишком сильным, чтобы остаться невысказанным.

Неужели Снейп?.. Неужели Снейп только что признал, что тосковал по нему?

Гарри ощутил щекочущее тепло, растекающееся по всему телу. Он не ожидал, что... что Северус... Что он действительно... Мерлин, это было невероятно! Получается, он всё это время, всё это проклятое время...

— А я о тебе, — тихо откликнулся Гарри, вжимаясь лицом в грубую черную ткань. Ему так хотелось рассказать о той страшной, одинокой, бессонной ночи. О том ужасе, который привёл его в Запретную секцию. О каждой отвратительной минуте, которую он пережил за эти две бесконечные недели, самые долгие в его жизни. — Почему? — спросил он внезапно, не в силах скрыть горечи в голосе. Он почувствовал, как ладонь Северуса проскользнула под рубашку, касаясь обнажённой спины и проводя по коже ногтями. Горячие губы сейчас были где-то в области плеч, попеременно вылизывая и целуя их. — Почему ты пришёл только сейчас? Почему заставил меня ждать? Зачем оставил меня одного так надолго? Почему ты не сказал мне всего этого две недели назад?

— Тогда ещё не пришло время, — тихо возразил Снейп, в промежутке между поцелуями. Его ладонь уже добралась до ягодиц Гарри и переместилась вперёд, подразнивая внутреннюю сторону бёдер. Каждое прикосновение действовало как электрический разряд и сводило его с ума. Но он не мог... Он должен был знать!

— Как это не пришло время? — спросил Гарри, с трудом заставляя себя говорить, потому что сейчас ему хотелось только стонать.

— У меня были кое-какие дела... — невнятно ответил Северус, впиваясь губами в шею Гарри. — Черт, я не могу сосредоточиться.

Это было... неожиданное признание. Гарри заморгал и открыл рот, чтобы ответить, но в этот миг почувствовал, как ладонь Снейпа задержалась на его животе, а потом двинулась вниз и — о боже! — крепко сжала его промежность! В долю секунды его член стал таким твёрдым, что казалось, вот-вот прорвёт брюки. Сквозь шум в ушах до него донёсся жаркий шепот:

— Позволь мне.И не дожидаясь ответа, Северус сунул руку в штаны и трусы Гарри и обхватил холодными пальцами его напряжённый пенис.

О черт!

Гарри что-то невнятно простонал, позволяя телу взять контроль над происходящим, и почти повис на Северусе, не в силах держаться на собственных ногах. Нет, только не когда... черт-черт-черт!

Северус двинул рукой. Один единственный раз, но этого хватило, чтобы Гарри едва не потерял сознание от разбежавшихся по члену искр удовольствия, которое просочилось сквозь кожу и устремилось прямо в низ живота. Пенис так пульсировал, что казалось, сейчас выплеснет сперму. Гарри не был так возбуждён с... с... с того времени, когда Северус в последний раз касался его. То бесчувственное снятие напряжения, к которому он иногда прибегал по утрам, не могло сравниться даже наполовину ... даже на сотую долю с тем... что происходило сейчас! С этой рукой, с этим дыханием на шее и...

— Я так страшно хочу тебя... — прошептал Северус низким охрипшим голосом. Выпустив ладонь Гарри, он взял его за подбородок, приподнимая лицо и погружая затуманенный желанием взгляд в зелёные глаза: — Охотнее всего я взял бы тебя здесь и сейчас...

Сердце Гарри болезненно сжалось и на секунду перестало биться.

— Так сделай это, — ответил он тихо и тут же увидел вспышку в пылающих озёрах. В эту минуту он понял, что отдал бы этому человеку всё, абсолютно всё.

Дальнейшие события утонули в огне. Северус молниеносно достал палочку, направил их к лежащему перед камином ковру, и прежде чем Гарри успел сделать вдох, он был уже обнажён, а его одежда материализовалась рядом, мягко упав на пол. Северус повернул его спиной к себе, обхватив руками на уровне груди, и опустил обоих на ковёр. Гарри оперся на руки и колени, ощущая, как Снейп накрывает его своим телом и дышит ему в затылок. Шершавая ткань царапала обнажённую кожу, но это было так приятно — снова чувствовать её прижимающуюся к чувствительным бёдрам и выгнутой спине... но прежде чем он успел осознать всё ощущения, к его входу прижалась горячая, скользкая головка члена Северуса и стала плавно протискиваться сквозь пульсирующее от желания кольцо мышц, погружаясь в Гарри так глубоко, что спустя несколько мгновений его ягодиц коснулись мягкие, гладкие яички.

Над ним раздался долгий хриплый стон, смешавшийся с его собственным. Обвивающие его руки Северуса неожиданно сильно впились в его кожу, и Гарри почувствовал, как этот всегда сдержанный мужчина... дрожит. Северус прижался к нему ещё сильнее и опустил голову ему на затылок, его волосы рассыпались по спине Гарри, мягко щекоча распалённую кожу. Сейчас он накрыл его всего, окружал его, был над ним, был в нём, был везде.

И... о боже! Это было всё то, чего Гарри жаждал... по чему тосковал. Он и не думал, что ещё когда-либо...

Однако все мысли покинули его, когда Северус шевельнулся и принялся запечатлевать влажные поцелуи на шее, одновременно очень медленно выходя из него, словно любое более резкое движение могло довести его до неожиданного финала... Он вышел почти полностью и так же плавно вошёл. И ещё раз. И снова. Он издавал горловое урчание, беря Гарри неспешно и глубоко, как будто хотел им насытиться, напитаться его запахом и жаром. Во время очередного толчка его член задел как раз...как раз... ту... самую точку, где...

— О-о-о-о-о! — Гарри не сразу сообразил, что это он издал этот стон, но прежде чем успел вдохнуть, с его губ сорвался новый, ещё более громкий, потому что в этот миг... прохладная влажная ладонь обхватила его пенис и сжала его, заставляя окончательно потерять голову.— О бо-о-о-о-о-же... — заскулил он, ощущая, что кончит только и исключительно от этого прикосновения. Его член болезненно пульсировал, пленённый в горячем тесном тоннеле шершавых пальцев, которые скользнули вдоль налившегося кровью ствола и прошлись по головке, в то время как пенис Северуса вышел из него в очередной раз и снова мягко вошёл, теперь уже быстрее и алчней, как будто Снейп уже не мог себя контролировать. Ладонь его спустилась ниже, сжала яички, и Гарри резко дёрнул головой, когда по его венам прошёл ток. Терпеть больше не было сил... пульсировало уже всё тело... Казалось, внутри него сейчас вот-вот что-то взорвётся, освобождаясь.

Северус вышел из него. И толкнулся вперёд. Горячие губы впились в шею, а рука внезапно переместилась к головке, выжимая из неё всё содержимое, и Гарри кончил под аккомпанемент собственного крика и вибрирующего урчания Северуса. Он кончал и кончал. И казалось, этому экстатическому упоению не будет конца, казалось, все его мышцы вспыхнут огнём, а кожа расплавится. На подбородке осели капельки спермы, жидкая лава растеклась в паху, и он никогда, никогда в жизни не предполагал, что оргазм может длиться так долго...

Впившиеся в шею зубы вернули его на землю в тот самый миг, когда Северус резким толчком прекратил свои муки: с его губ сорвался тихий сдавленный стон:

— Поттер... Тело, накрывающее Гарри, напряглось, и Снейп кончил в него, наполняя его горячей спермой, которой, казалось, на сей раз было значительно больше, чем обычно, как будто она скапливалась очень долго. Северус вздрагивал в одном ритме со спазмами, издавая горловые стоны и впиваясь то губами, то зубами в шею Гарри. Это длилось целую вечность, а потом он застыл и затих, и воздух наполнили только два громких сбивчивых дыхания.

Сердце Гарри колотилось, мышцы дрожали от слишком сильного напряжения, последние волны оргазма ритмично прокатывались по его телу, но он мог думать только о том, насколько он сейчас счастлив и удовлетворён. Казалось, впервые за эти две недели он смог вдохнуть полной грудью, хотя это был самый короткий и самый быстрый секс в его жизни. Вероятно, они оба слишком... истосковались, так что хватило нескольких толчков, одного касания, чтобы...

Гарри всё ещё ощущал на себе вес Северуса, чувствовал его запах — теперь ещё более интенсивный, приправленный ароматом пота и секса, — его ускоренное дыхание на своей коже, прикосновение его волос, разметавшихся по спине, его руки, его черную широкую мантию, окутавшую его тело как плащ и ниспадающую по бокам до самого пола. Если протянуть руку, её можно коснуться. Гарри так и сделал. Схватил край мантии и прижал к лицу, глубоко вбирая в себя её аромат и потираясь об неё лицом. Да, ткань была шершавой, но в то же время чувствовалась в ней какая-то мягкость, то, что рождало желание завернуться в неё целиком и никогда её не отпускать. Она напоминала паутину, в которой охотно запутывалась жертва.

В этом была её сила. И именно этой силой обладал Северус. Гарри не мог ей сопротивляться, как ни пытался. Он был как тьма и в то же время притягивал, как пламя, несмотря на то, что Гарри понимал, что оно может больно обжигать. А когда пробовал отдалиться, оказывалось, что этот путь возвращает его к началу. Достаточно было одного прикосновения этого мужчины, одного сказанного им шепотом слова, чтобы он поддался и снова пожертвовал собственной гордостью. Один лишь взгляд этих глубоких глаз — и его сердце становилось на колени. И он не мог с этим бороться, не мог освободиться. Все попытки вырваться приводили только к тому, что паутина оплетала его ещё сильнее. Пойманный в эту сеть, пленённый её теплом и вселяющей ужас красотой, он, обезоруженный, мог только наблюдать за тем, что делала с ним любовь.

Гарри всегда поддавался эмоциям, всегда без оглядки отдавался на их волю, позволяя бросать себя в опасные водовороты . На сей раз он угодил в пучину, из которой невозможно выбраться и которая оказалась самой опасной из всех.

Северус пошевелился и медленно встал, освобождая Гарри. Тот глубоко вдохнул и осторожно повернулся, садясь на пол и глядя на стоящего на коленях Снейпа. Затем скользнул взглядом по лицу, посмотрел в глаза, в которых ещё виднелись отблески недавно бушевавшего пожара, а потом перевёл взгляд ниже, к месту, которое притягивало его как магнит. К распахнутым одеждам Снейпа. Массивный раскрасневшийся пенис, лежащий на бедре Северуса, был влажным и обессиленным. На фоне окружающих его черных одежд и коротких, очень тёмных волосков он казался ещё больше, чем Гарри его помнил. Видны были даже два овальных висящих под ним яичка, которые казались совершенно истощёнными. Снизу их покрывали тёмные волоски, но Гарри прекрасно помнил, какие гладкие и мягкие они были на ощупь.

Он скучал по этому зрелищу, скучал по ощущению, которое испытывал, сжимая их в руке, или когда его ладонь скользила по пульсирующему, покрытому густой сетью вен стволу, скучал по терпкому вкусу горячей натянутой на головке члена кожи и стекающих по ней белых капель... Очевидно, все эти эмоции, а также откровенное восхищение слишком явно отразились на его лице, потому что в следующий миг он услышал, как Северус откашлялся, а затем пошевелился и, взяв член в руку, спрятал его в брюки.

Гарри заморгал и устремил на Снейпа возмущенный взгляд, как будто тот помешал ему смотреть захватывающий спектакль на самом интересном месте.

— Эй, я вообще-то пытался... насмотреться, — выпалил он огорченно, но когда перевёл взгляд на лицо Северуса и увидел непривычно покрасневшие щёки, едва не проглотил собственный язык.

Неужели Северус?.. Неужели он?.. Нет, об этом страшно было даже подумать.

— Поттер, я не выставочный экспонат, на который ты можешь пялиться, — заявил Снейп, поднимаясь и приводя в порядок одежду.

— Я знаю, — парировал Гарри, откидываясь назад и опираясь на руки. — Ты из тех, кто сам предпочитает разглядывать, правда? — С этими словами он раздвинул ноги и посмотрел вверх, вызывающе сводя брови.

Северус устремил на него пронизывающий взгляд, лениво заскользил по телу Гарри и остановился в стратегически важном месте.

Ох, Мерлин, уже одного этого взгляда хватило, чтобы он ощутил щекотку внизу живота!

— Мне этого недоставало, — вырвалось у него внезапно. — Недоставало ощущения,... что ты во мне.

В глазах Северуса что-то промелькнуло. Он бросил ещё один взгляд на лицо Гарри, а потом оборвал зрительный контакт, отвернулся и наклонился к его лежащей на полу одежде.

— А мне недоставало твоей бессмысленной болтовни, — иронично фыркнул он, швыряя в Гарри его вещи. — Одевайся, ты, бесстыжий мальчишка!

Гарри слегка поморщился, однако выполнил распоряжение, и когда закончил застёгивать рубашку, увидел протянутую бледную руку. Схватившись за неё, он позволил Северусу поставить его на ноги, но и потом Снейп не отпустил его. Крепко сжимая его ладонь, он потянул его к креслу и опустился в него, а затем привлёк Гарри к себе и усадил на колени.

Снова всё стало так, как раньше, и от этого чувства внутри Гарри всё тепло и сладко сжалось.

Северус оглядел комнату с нарочитой задумчивостью.

— Здесь всё выглядит знакомым...

Гарри покраснел, а потом на губах Снейпа появилась его чудесная кривая усмешка. Гарри ощутил, как внутри него вспыхнула радость, и его губы впервые за долгое время растянулись в улыбке. Северус вглядывался в его лицо с таким необыкновенным выражением, как будто упивался этим зрелищем. Гарри, чуть смутившись, опустил голову и пошевелил пальцами, всё ещё пленёнными в ладони Снейпа.

— Здесь уже так всё было, когда я сюда вошёл. Я не мог ничего изменить. — Он поднял голову и взглянул в лицо всё ещё наблюдающего за ним Северуса. — Вначале в этом не было ничего приятного. Приходить сюда и видеть... всё это. — Он неопределённо махнул рукой, указывая на стены и мебель. — Но потом я привык. Здесь всё точно так же... за исключением бутылок в баре. — Северус поднял бровь. — Ну... они пустые, — добавил Гарри.

Снейп устремил на него удивлённый взгляд.

— Следует понимать, что ты хотел напиться?

— Только немножко! Чтобы забыть. — Гарри снова опустил глаза. — Но, похоже, здесь не всё можно скопировать.

— Если бы это было возможно, каждый ученик мог бы напредставлять себе комнату, полную алкоголя, и приходить туда каждый день, чтобы пить, — ответил Снейп устало.

Гарри нахмурился.— Я об этом не подумал.

Северус сжал губы. Гарри взглянул на него и усмехнулся. Северус, удерживающийся от язвительных комментариев, — это просто неслыханно.

Он снова посмотрел на их переплетённые пальцы.

Ему до сих пор было сложно поверить в то, что Снейп снова здесь. Что он снова может его касаться и сидеть у него на коленях. Некоторое время он разглядывал руки Северуса — четко очерченные голубоватые вены, кожа на тыльной стороне кистей была шершавая и сухая, а косточки длинных и тонких, как ноги паука, пальцев выступали, рельефно выделяясь, как дюны в пустыне. И сейчас эти пальцы сплетались с его пальцами — меньшими и более гладкими, на которых ещё немного сохранился лёгкий загар.

Гарри поднял их соединённые руки и притянул к своему лицу. Закрыл глаза и потёрся щекой о шершавую кожу на тыльной стороне кисти Северуса. А потом нежно её поцеловал. Может, она и загрубела, но всё равно принадлежала ему, только ему. Она была идеальной.

— Я тосковал по нас, — прошептал он чуть позднее и бросил взгляд в сторону — на Снейпа. Северус выглядел до странности потрясённым. — Знаешь, мне было бы гораздо легче, если бы тебя... если бы ты... не ходил за мной как тень, — продолжал Гарри. — Зачем ты это делал? Чего ты хотел этим добиться?

Глаза Северуса замерцали.

— Я не мог допустить, чтобы ты забыл обо мне.

Гарри закатил глаза.

Как будто это вообще возможно...

— Не смейся надо мной, — ответил он, отстраняя ладонь от лица и глядя на Северуса с притворным возмущением. — Ты делал это нарочно. Это было... так расчетливо. Я не мог ни на чём сосредоточиться.

— Я знаю. — Северус выглядел очень довольным собой. А когда Гарри бунтарски нахмурился, добавил: — Что же, я отдаю себе отчёт в том, что это было немного нечестной игрой, но это было необходимо. Ты иногда ведёшь себя как дикий зверёк, которого вначале нужно немного приручить, дать привыкнуть к своему присутствию и только потом погладить.

Гарри сделал глубокий вдох. Что это за сравнение? Пусть Снейп радуется, что этот зверёк не откусил ему руку!

— О, а тебя, похоже, невозможно приручить, — выпалил он задорно.

— По крайней мере я не позволяю себя оседлать.

— Но зато позволяешь начистить до блеска свой клинок.

Снейп сжал губы, а Гарри улыбнулся. Кажется, это ничья. Ха, он раз от раза совершенствуется в пикировках!

— Тебе не нужно этого стыдиться, Северус... — сказал Гарри, припоминая недавние слова Снейпа, и дерзко усмехнулся. — Не нужно этого отрицать.

— Поттер... — в голосе Северуса появилась предупреждающая нотка. — Не прошло и получаса, а ты уже начинаешь меня раздражать.

Гарри отмахнулся.

— А ты раздражаешь меня с той минуты, как вошёл сюда. Я не говорил тебе об этом, потому что не хотел огорчать. Но раз уж ты напомнил...

— Такой же наглый, как и всегда, — буркнул Северус, устремив на него кислый взгляд.

Тут уже Гарри не выдержал — губы его расплылись, и он расхохотался. Мерлин, как же он соскучился по этим перепалкам. И, кажется, Северус тоже, потому что уголки его губ задрожали.

Гарри прикрыл глаза, чувствуя, как по телу распространяется приятное тепло. Он знал, что это означает...

Тут Северус пошевелился, и Гарри ощутил, как он что-то вложил ему в руку, а потом сжал его ладонь в своей. Открыв глаза, он посмотрел вниз, изумлённый этим неожиданным жестом. Потом бросил взгляд на лицо Снейпа, но не сумел ничего на нём прочитать. И снова посмотрел вниз. В его руке было что-то маленькое, гладкое и достаточно тяжёлое. Похоже на...

Сердце забилось быстрее в тот миг, когда Северус отнял свою руку и Гарри увидел... зелёный камень.

Его глаза распахнулись. Он смотрел на свою ладонь и лежащий в ней камень с таким изумлением, как будто видел его впервые в жизни.

Северус вернул его ему. Хотел, чтобы камень снова был у него.

Гарри сжал камень, затем молниеносно спрятал его в карман и бросился вперёд, обхватывая руками шею Снейпа и прижимаясь лицом к ключице. Глубоко вдохнул, втягивая запах Северуса, и переместился выше, целуя его шею. Он прошёлся поцелуями от ключицы к подбородку, прислушиваясь к тихим постанываниям Снейпа, которому его действия явно пришлись по вкусу. Затем двинулся выше и поцеловал его щёку, крепко прижимаясь губами к колючей коже, а потом принялся тереться об неё своей щекой, наслаждаясь легким покалыванием едва заметной щетины.

О да, вот оно! Запах, вкус, осязание — все органы чувств сейчас воспринимали только и исключительно Северуса. Разве может быть что-то прекраснее?

— Ты пахнешь потрясающе, — прошептал он, ведя носом по лицу Снейпа — вначале вбок, к уху, а затем вниз — до ключичной впадинки, в которую снова уткнулся. Ему не нужно было больше ничего. Гарри хотел одного — сидеть так, прижавшись к Северусу, и больше никогда его не отпускать.

Спустя некоторое время, которое, как показалось Гарри, пролетело слишком быстро, Северус откашлялся и сказал с подчеркнутой серьёзностью:

— Ты знаешь, что Дамблдор рассказал мне о твоём сне? — Гарри замер, но, поколебавшись, неохотно кивнул. — И надеюсь, ты так же понимаешь, что мы оба знаем, что ты не рассказал директору всего? — тут он закусил губу и снова кивнул, отстраняясь от Снейпа, но не поднимая головы и устремляя взгляд на ковёр.

— Я не хотел говорить ему о... некоторых вещах. Просто не мог. Мне пришлось солгать.

— Что именно ты от него скрыл? — В голосе Северуса послышался лёгкий нажим. — О чём ты ему не рассказал? Что такого было в твоём сне, из-за чего ты решил заняться Тёмной магией? — Гарри хмуро посмотрел на него. — Да, я знаю, что ты тайком занимался в библиотеке тёмными заклинаниями, — продолжал Снейп. — Мне просто хочется знать, что послужило поводом.

С минуту Гарри молчал. Северус проницательно смотрел на него, как будто хотел пробуравить его взглядом.

— Я... не уверен, что тебе хотелось бы это узнать, — отозвался наконец Гарри. Когда Снейп открыл рот, чтобы ответить на это, вероятно, по его мнению, идиотическое утверждение, он его опередил: — Я не знаю, нужно ли тебе это. Это не то, о чём хочется знать.

— Уверяю тебя, независимо от того, каким ужасным это тебе показалось, ты можешь мне рассказать, — заявил Снейп, тщательно подбирая слова.

Гарри тяжело вздохнул.

Ему хотелось кому-нибудь рассказать. Действительно хотелось. А разве не был Северус... самым подходящим для этого человеком?

— Я... мне снилось, что меня пытали Волдеморт и Упивающиеся. Они использовали какие-то жуткие заклинания, от которых... моя кожа плавилась, отделялась от мышц. — На лице Северуса не дрогнул ни один мускул. Он внимательно смотрел на Гарри, хмуря брови и выжидая. — Но это ещё не самое плохое. Хуже всего то... что ты был там со мной. Что и тебя тоже пытали. — Вот! Сейчас он заметил странную вспышку в глазах Снейпа. Что-то дрогнуло в его взгляде. — И я... не мог допустить, чтобы... Я боялся, что это могло быть видением, что они могут что-то с тобой сделать, что это может произойти на самом деле, — Гарри остановился и сглотнул, внезапно почувствовав, что горло пересохло, когда перед его мысленным взором возник образ из сна — образ угасающих черных глаз.

— И ты пошёл в Запретную секцию, потому что решил, что только там сможешь научиться тому, что поможет тебе не допустить подобного, — закончил Северус.

— Да, — тихо сказал Гарри. — Мне было так тяжело. Я был один, мне не к кому было обратиться. Это была самая страшная ночь в моей жизни. У меня это всё время стояло перед глазами. Это было невыносимо. — Он остановился, не будучи уверен, как много он может рассказать Северусу. С каждым словом складка между бровями становилась всё глубже. Но кому ещё он мог бы об этом рассказать? — Я прочитал несколько книг и даже попробовал один раз применить заклинание... но у меня ничего не получилось.

— И эта попытка — последняя, — резко перебил его Снейп. — Ты больше туда не пойдёшь. Ты не коснёшься ни одной книги, посвящённой Тёмной магии.

Гарри сжал губы.

— Я знаю, что это ты закрыл мне доступ в Запретную секцию. Этот твой барьер — не очень-то приятная штука...

Северус неприятно усмехнулся.

— Уверяю тебя, в следующий раз он будет ещё хуже.

Это несправедливо! Все были против него. Даже Северус.

— Но почему? Почему я не могу учиться тому, что считаю для себя самым лучшим? Никто в этой школе не хочет меня ничему учить, а когда я пробую делать это сам, все мне препятствуют.

— Поттер, ты действительно не понимаешь, с какими тёмными силами пытаешься играть? Это не домашняя магия и не глупые шутки, которыми можно бросаться просто так, для развлечения. Каждое из них отнимает у тебя частичку души. Частичку человечности. Да, они дают ощущение силы, власти, но только на короткое время. Однако и этого достаточно, чтобы ты попал от них в зависимость. Стоит только начать их использовать, и ты уже не сможешь остановиться. Эти заклинания как дурная привычка. Они уничтожают тебя и всё вокруг, всё, что тебе дорого. Думаешь, хоть один Упивающийся вёл себя так по-зверски с самого начала? Думаешь, что и тогда он, не моргнув глазом, жёг, сдирал кожу и применял самые жестокие пытки? До всего этого каждого из них довела Тёмная магия, которую ты так безрассудно хотел впустить в свою душу, чтобы она укоренилась в ней. А теперь ты спрашиваешь меня, почему я тебе этого не позволяю?

Гарри смотрел на Северуса со смесью недоверия и ужаса. Брови Снейпа сошлись над переносицей, губы сжались, а на щеках проступил гневный румянец.

— Но тот сон... — неуверенно начал Гарри.

— Если речь только о нём, я не хочу, чтобы ты продолжал забивать им свою голову. Ничего подобного не случится, уверяю тебя, — возразил Снейп с подчёркнутой решительностью и уверенностью в себе. Гарри это немного удивило.

— Откуда ты можешь знать? — спросил он. — Ты этого не видел. Ты не представляешь, насколько реально всё выглядело...

— Зато я знаю, как отличить проекцию бессознательного, вызванную страхом, от наведённого Тёмным Лордом видения. Ты должен мне доверять. — Что-то во взгляде Снейпа изменилось, и Гарри нахмурился. В конце концов, Снейп был Мастером Окклюменции и знал в этом толк. У Гарри не было повода не верить ему.

— Хорошо, — тихо ответил он и изобразил слабую улыбку.

Воцарилась тишина. Снейп смотрел на него очень внимательно, как будто над чем-то глубоко задумался. А потом пошевелился и опустил голову, устремив взгляд на одну из пуговиц на рубашке Гарри.

— Мне кажется, нам нужно ненадолго выбраться из этого замка. Как тебе идея прогуляться в Хогсмид? Завтра вечером?

Глаза Гарри распахнулись.

— В Хогсмид? Ты хочешь пойти со мной в Хогсмид? — спросил он ошеломлённо.

Снейп перевёл взгляд на подлокотник кресла.

— Нам нужно отвлечься от всего этого. Нам будет полезно провести немного времени вне стен школы. Небольшой отдых поможет привести всё в норму.

Гарри смотрел на него и не мог поверить своим глазам.

В... в Хогсмид? Северус приглашает его в Хогсмид? Но ведь в Хогсмид все ходят на свидания! Неужели Северус только что пригласил его на... на?.. О черт!

— Я... То есть конечно же я пойду с тобой в Хогсмид. С радостью. Нет проблем, — пробормотал Гарри, прислушиваясь к неистовому стуку собственного сердца. Может быть, Снейп хочет этим сви... этой прогулкой вознаградить его за те две недели?

Снейп прекратил сверлить взглядом подлокотник и перевёл его на ковёр. У Гарри появилось странное ощущение, что тот избегает встречаться с ним глазами.

— Надеюсь, ты понимаешь, что никто не должен об этом узнать? Не говори об этом никому, ни одному человеку. Будь очень осторожным. Никто не должен тебя увидеть.

Гарри удивляли его наставления. Что Северус себе думает? Ведь он всегда был осторожным. До сих пор никто так и не узнал, где он проводит вечера.

— Нет проблем, — отозвался он.

Северус скосил глаза на пляшущий в камине огонь. Он до сих пор не желал посмотреть Гарри в глаза.— Превосходно. В таком случае приходи ко мне вечером после ужина. А позже... мы отправимся вместе.

— Хорошо. — Гарри не удержался от улыбки. Он действительно пойдёт со Снейпом в Хогсмид! — А что мы будем там делать? — воодушевлённо поинтересовался он.

— Завтра узнаешь, — ответил Северус, не отрывая глаз от камина.

Гарри нахмурился. Всё это было очень таинственно. И вместе с тем невероятно... возбуждающе.

— Ты приготовил для меня какой-то сюрприз? — спросил он с задорной улыбкой.

Северус вздрогнул и сжал губы. Он не ответил и только легко кивнул.

Странно. Он совсем не выглядел довольным.

Спустя некоторое время он повернул голову и посмотрел прямо на Гарри. Лицо его было непроницаемо, а из глаз исчезли все эмоции.

Однако Гарри был слишком рад, чтобы над этим задумываться. Его просто распирало от счастья.

Он не мог дождаться завтрашнего дня. Завтра... он пойдёт с Северусом в Хогсмид! У него было предчувствие, что это будет самый прекрасный день в его жизни!

CDN

I'm still trying to figure out

How to tell you I was wrong

I can't fill the emptiness inside

Since you've been gone

So is it you or is it me?

I know I said things that I didn't mean

But you should've known me by now

If you believed when I said

I'd be better off without you

Then you never really knew me at all

You're all that I need

Just tell me that you still believe

I know I'm so blind when we don't agree

But you should've known me by now

'Cause you're all that I want

Don't you even know me at all?

You're all that I need

Just tell me that you still believe*

*

I'm not strong enough to stay away.

I can't run from you

I just run back to you. Like a moth

I'm drawn into your flame,

You say my name, but it's not the same.

You look in my eyes

I'm stripped of my pride.

And my soul surrenders and you bring my heart to its knees.

And it's killin' me when you're away,

I wanna leave and I wanna stay.

I'm so confused,

So hard to choose.

Between the pleasure and the pain.

And I know it's wrong, and I know it's right.

Even if I try to win the fight,

My heart would overrule my mind.

And I'm not strong enough to stay away**

*"Believe" by Skillet

** "Not strong enough" by Apocalyptica feat. Brent Smith