Глава 28 • Мия

Прижимаюсь спиной к прохладной стенке ванной.Я знаю, что дверь заперта. Знаю. Но дрожь в руках и коленях никак не проходит. И это точно не страх.

Мне понравилось просыпаться рядом с ним, и мне было комфортно когда он обнимал меня. И вот это уже пугает по-настоящему.

Достаю «свою» щётку. Дожили. У меня есть своя зубная щётка в квартире этого извращенца. Быстро чищу зубы, смывая привкус вчерашнего алкоголя и чего-то ещё... Ощущаю себя ужасно.

Снимаю бельё и встаю под горячие струи. Вода обжигает кожу, но мне этого мало — хочется стереть с себя всё: его прикосновения, его дыхание у моей шеи, то, как он прижимался ко мне ночью. Поцелуй в шею, от которого ноги начали дрожать.

У него только шампунь и мужской гель для душа. Никаких баночек, кремов.И я, конечно, не собираюсь мыть голову его мужской отравой.Еще лысой останусь.

Душ выходит быстрым. Слишком быстрым.Я не хочу думать и не хочу ощущать себя тут как дома. Мне и так безумно некомфортно. Тупая мысль снова лезет в голову.

Он меня раздел.Аморальный мерзавец. Наверняка пялился всю ночь. Терся об меня своей штуковиной.

Закрываю глаза.С утра он уже успел испортить мне настроение.

Прищуриваюсь в зеркало и замечаю на шее светло-фиолетовое пятно. Оно будто разрастается прямо на глазах.Подхожу и рассматриваю поближе.

— Псих... — выдыхаю.

Это ничем не прикрыть.

Начинаю рыться по шкафам, нахожу чистое полотенце. Голой я точно не выйду. И, конечно же, этот маньяк держит в ванной стопку футболок и пижамных шорт.

Конечно держит.

Беру чёрную футболку — максимально закрытую. Чтобы у него не возникло ещё больше идей пялиться на мою грудь. Но потом всё же решаюсь надеть белье.

Ткань доходит до середины бедра, почти как платье.Я выгляжу как мама, когда она надевает папины футболки.

Сглатываю. Задерживаясь на этом несколько секунд. Я и раньше носила его футболку, но никогда не смотрелась в зеркало. Странная картина.

Пальцами расчесываю волосы, не желая думать о всякой ерунде. Ты не мама, а он точно не такой как папа. Мои родители любят друг друг до потери пульса. Я не могу представить масштаб из любви. Тем более что они доказали это годами. А я ему даже не нравлюсь. Просто зациклен на мне и всё.

Но, мне... в какой-то степени это нравится. Как будто он обнимает меня, и я ощущаю себя...хорошо?

Чёрт.

Выхожу в спальню — его нет.Взгляд падает на мои джинсы у кровати.

Он их даже не сложил.Валяться как будто что-то у нас тут было, и я снимала их в спешке. Фу.

Беру джинсы, кофту, натягиваю всё на себя, не думая. Нахожу расческу и несколько средств в косметичке. Наношу консилер под глаза. Хватаю сумку и направляюсь к двери.

В другой комнате шумит вода. Он в душе.

Идеальный момент, чтобы сбежать.

Почти выдыхаю, когда тяну ручку.Не поддаётся.

Пробую ещё раз. И ещё.

Ничего.

Он запер дверь.

Конечно он запер дверь.

Ладно. Спокойно. Нужно понять, где он держит ключи.Точно у себя в берлоге.

Осторожно иду к двери второй спальни, прислушиваюсь к шуму воды. Комната меньше, но тут больше его вещей, ноутбук, пачка сигарет. Хотя... всё равно слишком чисто. Стерильно. Будто он здесь не живёт, а просто использует как отель. В груди что-то неприятно колет.

Он прячет меня как грязный секрет. Когда я пошла к нему домой, он был в такой панике что аж забыл куртку.

Тогда зачем ему эта квартира?Плевать. Дверь в ванную приоткрыта.

Очень плохая идея.

Очень.

Но я всё равно делаю шаг.

Райан стоит ко мне спиной. Широкие плечи, татуировки, тёмные линии, которые бегут по коже и исчезают под струями воды. Он опирается рукой о плитку, почти неподвижный.

И только через секунду до меня доходит, чем именно он занят.

Воздух застревает в лёгких.

Ох.

Чёрт.

Не могу поверить...он что...блин. Я должна уйти. Это слишком интимно. Слишком откровенно и порнушно выглядит.Он делает еще несколько движений и поднимает голову к потолку, а я стою как загипнотизированная и пялюсь.

Вдруг его голова резко поворачивается.

Я ожидаю злости. Удивления.Чего угодно.

Но он лишь лениво подмигивает. С той самой наглой, бесстыжей ухмылкой.

Он знал.

Он всё это время знал, что я здесь.

Мои ноги становятся ватными, но я разворачиваюсь и почти бегу обратно в спальню.

Во что я вляпалась?

Я больна. Это единственное объяснение. С самой первой встречи этот человек проник мне в голову и теперь крутит моими мыслями, как мячиком для пинг-понга. Да, именно такого размера мой мозг, если я захожу в ванную к взрослому мужчине, который лапал меня во сне, который может сделать со мной что угодно. Который стоял и дрочил в душе, очевидно думая обо мне.

Он сильнее. Старше. Опытнее.Да, чёрт возьми он чёртов наркоторговец. Глыба под два метра.

А я?

Окей, я чуть дерзкая. И абсолютно одна в его квартире.

И только что видела, как он убор дал себя в душе.

Закусываю губу. Хожу по комнате кругами.

Мне нужно уйти.Нужно убраться от этого позора.

Дверь спальни открывается.

Я замираю.

Райан выходит, полотенце низко обмотано вокруг бёдер. Капли воды медленно скатываются по его груди, цепляясь за линии татуировок.

Я отступаю к окну.

Но он даже не смотрит на меня.

Берёт стакан и наливает себе виски. Спокойно, будто ничего не произошло.Будто он не поймал меня секунду назад, когда я пялилась не него в душе.

В комнате густеет тишина.

И самое страшное — я не понимаю, чего боюсь больше: его...или того, что мне это всё до безумия нравится.

— Понравилось шоу?

Он до сих пор не смотрит на меня делая очередной глоток.

— Нет.

Райан допивает остаток жидкости. Медленно, смакуя. И только потом поднимает взгляд.

— Твои розовые щёки говорят совсем о другом.

Я машинально опускаю глаза ниже. Вспоминая недавнюю картину. Плохая идея. Очень плохая.Щёки вспыхивают ещё сильнее.

Из его груди вырывается тихий, хриплый смешок.

— Скажи только слово, и я сброшу полотенце. Можешь рассматривать спокойно, даже трогать. Я даже сяду, если тебе так удобнее.

— Пф... было бы на что смотреть. Не фантазируй. Я пришла за ключом. Ты, как ненормальный, запер дверь. Давай, открывай — и на этом закончим.

— Детка... — он делает шаг. — Мы с тобой только начинаем. Ты отсюда не выйдешь, пока мы не решим.

— Решим что? Как ты снова будешь меня лапать, пока я пьяная? Или когда оставишь ещё один засос на пол-шеи и будешь развлекаться в душе, зная, что я в квартире?

Он наклоняет голову чуть вбок.

— А ты хотела, чтобы я позвал тебя? Если бы я только знал...

Мои глаза расширяются.

— Что? Конечно нет. И ты не ответил ни на один вопрос. Отойди. Мне нужно на занятия.

Он оказывается ближе, чем я ожидала. Жар его тела буквально давит. Запах мужского лосьона — терпкий, тёплый, обволакивающий.

Чёрт.

Он пахнет слишком хорошо.

Я сглатываю. Пытаюсь вспомнить, что хотела сказать.Мысли путаются.

— И... оденься уже наконец. Это что фетиш у тебя такой?

Я делаю шаг в сторону, но его рука снова обхватывает мою талию. Жёстко и уверенно, прижимая к себе.

— Это домогательство, — шепчу я. Голос предательски тихий.

— Да.

— Ты даже не скрываешь?

— Мия... — он произносит моё имя низко, почти устало. — Я не милый мальчик из твоей школы, не чёртов джентльмен. Я уже сказал, что хочу тебя. И ты сама зашла ко мне в душ. Не кажется ли тебе это слегка... лицемерным теперь обвинять меня?

— Я... я...

Слова застревают. Впервые.Он прав.

— Ты зацепила меня. Своей искрой. Своей дерзостью. Тем, что не трусиха. Так признай: эти игры в кошки-мышки заводят нас обоих.Мы получаем кайф от этой игры.

— Нет. Нет никакой игры.

Рык. Почти неслышный, но настоящий заполняет пространство.

Он легко поднимает меня и усаживает на комод. Встаёт между моих ног. Слишком близко.

— Не ври Мия. Мы оба ненавидим ложь. Будь хоть раз честной. Ты бы никогда сюда не пришла, если бы не хотела этого. Если бы не хотела меня, всего этого.

— Ты заставил! Ты шантажировал! — Чем?

— Тем, что расскажешь всё моему отцу.

Мой голос звучит не так убедительно как мне бы хотелось. Я знаю, что проигрываю в этой так называемой «игре».

— Не ври.

— Я говорю правду!

Я почти срываюсь на крик. Он усмехается, но без особого веселья.

— Твой отец выпотрошил бы меня только за то, что я произнёс твоё имя рядом со своим в одном предложение. Он бы убил меня, раньше чем я бы успел закончить свое предложение. И ты это прекрасно знаешь. Так зачем ты пришла? Зачем продолжала походить?

Он давит не только телом. Словами. Взглядом.Я ощущаю себя пристыжено.   Я отвожу глаза не в силах смотреть.

Его пальцы снова касаются моего подбородка. Он властно поднимает моё лицо.

— Я отвечу за тебя, раз ты боишься.

— Нет... — качаю головой. В глазах щиплет.

— Потому что ты устала от милых мальчиков, которые боятся тебя задеть. Бояться признать и заявить на тебя права. Устала быть сильнее их. Тебе не нужен кто-то слабее. Тебе нужен сильный мужчина, а не мальчик около твоих ног. Тебе нужен тот, кто может прижать тебя к стене, целовать, трогать, доводить до оргазма... — его голос становится тише, — и при этом ты будешь знать, что в безопасности.

Слёзы подступают. Я ненавижу это.

— Знаешь...Ты лицемерка, Мия. Ты хочешь — но боишься признать. Дерзкая девочка, которая ломает сердца, но сама не выдерживает правды. Тебе стыдно признать что моё тело тебя заводит, стыдно признать что ты думала о моём языке с того дня, и не могла здраво мыслить. Стыдно что ты ощущаешь как влияешь на меня.

— Заткнись, Райан.

Я почти задыхаюсь.

Он склоняется ближе. Его губы останавливаются у моей мочки, но не касаются.

— Как и я...Прими это. Прими свой выбор. Прими, что нам хорошо в этой... странной форме отношений. Прими, что хочешь смотреть. Хочешь трогать. Хочешь, чтобы я снова уложил тебя на кровать и заставил кончить. Раз за разом, пока тебе не будет так спокойно и хорошо что ты сдашься.

Моё тело предаёт меня. Дрожь проходит волной. От его слов, которые я ощущаю там внизу. Его тембр, его руки на моей талии.

— Потому что если нет... — он отстраняется на миллиметр, — я больше не буду тебя спрашивать. Я не связываюсь с лгуньями.Возьми ответственность если хочешь быть на равных.

Тишина.

Я дрожу. От его слов. От его близости. От себя. От того как сильно бьется моё сердце.

А что, если он прав?

Он смотрит на меня долго. Слишком долго.

Потом разочарованно качает головой. Хватка ослабевает. Он медленно отступает, оставляя между нами воздух — тяжёлый, густой.

И внезапно мне становится холодно.

Как будто он забрал с собой всё тепло, когда сделал шаг назад.

Я не думаю. Вообще.

Просто хватаю его за плечи и притягиваю к себе. Резко. Почти зло. Целую его так, будто от этого зависит моя жизнь.

Сильно и глубоко. Но он не отвечает.Его губы неподвижны.Секунда тянется вечностью.

И только когда я уже почти готова отстраниться, и умереть от чувства стыда, его ладонь резко ложится мне на талию. Он сжимает и  отвечает так, что я буквально врезаюсь спиной в стену.

Воздух выбивает из лёгких.

Он целует не нежно. Он берёт. Его язык двигается медленно, уверенно, и от этого движения мозг плавится. Я задыхаюсь, но не отстраняюсь. Наоборот — тянусь ближе.

Подумаю над этим порывом потом.

Сейчас я хочу выключить голову. Впервые сделать то, что я действительно хочу.

Его рука блуждает по моему телу. Не торопясь. Словно знает, что я не остановлю.

По талии. По боку. Пальцы скользят выше.

Он накрывает мою грудь ладонью.

Из его груди вырывается низкий, довольный звук прямо в мои губы.Вибрация проходит по всему его телу.

— Посмотри... как идеально она помещается в моей руке.

Он слегка сжимает и ухмыляется.

Меня простреливает. Я дергаюсь в его руках, пальцы впиваются в его плечи. Чёрт. Я никогда не чувствовала ничего подобного. Даже не думала, что могу так реагировать.

Он это чувствует.

Конечно чувствует.

Его пальцы чуть усиливают давление, большой палец медленно скользит касаясь соска, и я резко втягиваю воздух. Мне жарко. Слишком жарко.

Он отстраняется ровно настолько, чтобы посмотреть на меня. На мои губы. На мою реакцию.

Медленная, наглая улыбка появляется на его лице.И он проводит рукой по своим губам.

— Приму этот поцелуй вместо ответа.

Он снова берёт меня за подбородок. Заставляет смотреть прямо в глаза.

На этот раз я не отвожу взгляд.

И впервые ощущаю, насколько тяжёлый у него взгляд. Холодный. Но не пустой.

Неужели я правда ему нравлюсь?

— И что теперь? — Мой голос звучит тише, чем хотелось бы.

Он снова целует меня. Коротко. Жёстко. Сжимая подбородок.

Я впервые ощущаю себя не дерзкой и сильной. А потерянной девочкой.

Он издевается надо мной?

— Я говорил серьёзно, Мия. Убери этот взгляд.

Он делает шаг назад и убегает руку.

Ведет себя так, как будто только что не прижимал меня к стене. Как будто это был обычный разговор.

— Теперь пойдём завтракать.

— То есть...

Я щурюсь на него.

Сердце всё ещё бьётся где-то в горле. Грудь тяжёлая от его прикосновений, будто его ладонь до сих пор лежит на коже.

Он смотрит на меня спокойно. Слишком спокойно.

— То есть пойдём на кухню, — произносит он ровно. — Я заказал еду, чтобы покормить свою женщину.

Мир на секунду замирает.

Свою.

Одно слово — и внутри всё переворачивается.

— Свою... кого? — выдыхаю я, не узнавая собственный голос.

Он не улыбается. Не играет и точно не дразнит.

— Ты всё слышала.