Глава 19

Мозг покинул меня примерно... Пять? Десять? Может, полчаса назад. Я уже не понимаю, сколько времени прошло. По ощущениям я лежу на диване и целуюсь с этим наглым психом как минимум час.

Точнее, пытаюсь целоваться, потому что он полностью слетел с катушек после моих слов. Озверел. Его наглая ручища вцепилась в мою талию так, будто намертво приросла, не давая мне даже пошевелиться. Хотя, если быть честной... я и не пытаюсь выбраться.

Он, кажется, вообще не слышит меня. Точнее, мои слабые попытки оттолкнуть его — в те редкие секунды, когда его губы милостиво дают мне дышать.

— Подожди... — выдыхаю, неловко упираясь ладонями в его грудь.

Я толкаю его, а в ответ получаю влажный поцелуй прямо в сгиб шеи. И по телу тут же пробегает мелкая, противная, бесячая дрожь. Как будто он нашёл место, которое я сама никогда не думала защищать. Тихий стон вырывается прежде, чем я успеваю его поймать. Ненавижу себя за это.

Раян улёгся на мне почти полностью. В миллиметре от того, чтобы раздавить. Его бедро застряло между моими ногами, и это... мягко говоря... отвлекает. Сильно отвлекает.

— Чёрт... — хрипло рычит он у самой шеи, будто слова ему мешают.

Щёки вспыхивают как свечи. Тело пылает от ощущения его стремительно растущей штуковины, которая откровенно упирается в меня.И он это прекрасно знает. Даже слишком.

Я отталкиваю его сильнее, больше уже из паники, и резко вскакиваю с дивана. Это становится слишком реальным. Ноги ватные, будто не мои. И я уверена: он позволил мне встать, иначе я бы так и осталась под ним расплющенной.

Раян лениво падает на диван, разваливаясь во всю ширину, раскинув ноги так дерзко, что у меня дыхание снова сбивается.

Взгляд сам падает ему на промежность. Лучше бы я этого не делала. Ох... Я вижу очертание через тонкую ткань его брюк.

Я резко втягиваю воздух и отворачиваюсь к окну, хватаясь за проклятый корсет, который впивается в рёбра.Кто меня вообще дёрнул так выглядеть, когда я иду к этому ненормальному?

Хотя нет. Это его проблемы. Я буду носить всё, что хочу.

Раян лениво улыбается, проводя большим пальцем по нижней губе. Такой довольный. Такой уверенный. Сука.

— Ты извращенец, ясно? Не подходи ко мне больше, — говорю, даже не глядя на него.— Это мерзко.

Он тоже смотрит туда же, куда я секунду назад смотрела, и ухмылка у него становится ещё шире. До неприличия я бы сказала.

— Для той, кто пришла со свидания, где её хотели и трогали, — протягивает он, — ты слишком бурно реагируешь на естественную мужскую реакцию.

Засранец подловил. Намекает на моё смущение.

— Пфф... просто не все ведут себя как неандертальцы, бросаясь на меня, — огрызаюсь. — Есть много воспитанных парней.

Он смеётся — низко, уверенно. Но взгляд всё ещё скользит по мне, будто изучает.

— Тебе не хочется воспитанного.

— И почему ты уверен, что знаешь, чего я хочу?

Он медленно поднимает на меня свой наглый взгляд.

— Такая девушка как ты не захочет порядочного маменькина сынка.И теперь это уже и не важно. Теперь тебя никто не может хотеть или трогать.

О нет. Я не дам ему так легко победить. Не когда он смотрит так, будто ему принадлежит весь этот чёртов диван, воздух, я сама.

— То, что ты хорошо целуешься, ничего не меняет, — говорю спокойно, хотя внутри всё ходит ходуном. — Мы не можем быть вместе. Думаю, даже ты это понимаешь. Что ты можешь мне дать? Отношения? — Я издаю ехидный смешок.

— А кто сказал, что я предлагал отношения? — отвечает он так буднично, будто обсуждаем погоду.

У меня перехватывает дыхание. От наглости. От уверенности. От его этого тона и взгляда. За кого он меня тут принимает?

— Тем более! — почти выкрикиваю. — Тем более ты сам сказал, что на меньшее я не согласна. Так какое тебе тогда дело? Почему ты лезешь ко мне? Постоянно.Я не такая, понятно? Я тебе не шлюха какая-то, и я не для твоих... этих непонятных игр. Если бы я хотела зажиматься на диванах — у меня было для этого много вариантов за всю жизнь.Ты будешь меня уважать. Понятно?

Воздух между нами густеет.И впервые за весь вечер Раян перестаёт ухмыляться.Видимо мой тон, и то как я ему это сказала вывели его, ну и пусть, я имела ввиду всё что сказала. Но вместо гнева, он лишь спокойно говорит.

— Все варианты для тебя закончились Мия.

Не могу поверить. Он издевается?

— Я собираюсь сейчас уйти, это уже совсем ненормально. Тем более ты уже понял что я не умею готовить, и убирать тоже не умею кстати. Так что думаю это всё тоже нужно прекратить. — Я обвожу указательным пальцем комнату и нас тоже.

— Мия.— Он лениво тянет моё имя, поднимаясь с места.— Ты видимо не поняла да?

— Не поняла что?— Я лишь делаю шаг назад, снова падая в эту ловушку.

Я скрещиваю руки на груди. Сейчас мне нужен любой барьер между нами. Не стану показывать страх. Не пред ним.

Его палец дотрагивается до моего лица, и он гладит мою щеку, но я резко отвожу лицо.

— Ни с кем больше у тебя ничего не будет, Мия. Я тебе сказал это еще в самом начале.

Я отчаянно качаю головой.

— Ты несешь полный бред, ты мне не говорил такого. Ты что пьян?Ты под чем-то? Ты себе весь мозг пропил.

— Мой язык только что был в тебе, уверен ты знаешь что я не пьян. И да, как я сказал,я уже говорил это после того как впервые поцеловал тебя.

Я хмурюсь пытаясь вспомнить, пытаясь понять. Но ничего не приходит. Он лишь сказал что мы обсудим это. Раян явно видит моё состояние и наклонившись ко мне близко-близко, шепчет на ухо.

— Уже слишком поздно.

Я мутно вспоминаю эту фразу. Он сказал это, когда я ответила, что ненавижу его, и наш поцелуй ошибка. Но... но сейчас у меня лишь мелкая дрожь по телу.

— Бред.— Я еще сильней пытаюсь отойти, и он наконец дает мне это сделать.

Причина лишь в том что ему звонят. Он кидает быстрый взгляд и отключает телефон пряча в карман. Но я сейчас не могу о таком думать. Я ничего не понимаю. Ни. Че. ГоАбсолютно.

Мне даже не приходит остроумный ответ, ведь он правда серьезен. Он выглядит вполне трезвым. Но что он несет ? Что это всё значит?Он сказал что это не отношения? Тогда на что он намекает?

— Слишком громко думаешь малявка. Брось это.

Оставив легкий поцелуй на моей щеке он берет с дивана мою куртку и накидывает на мои плечи.

— Пойдем, я отвезу тебя домой.

— Я не могу поехать с тобой. Меня ждет водитель.

— Напиши что уже едешь домой.

— Раян...

— На сегодня хватит обсуждений. Задашь свои вопросы завтра, и я отвечу.

— Ты прослушал часть где я детально объясняла что никакого завтра не будет? Алё.

Он даже не обращает внимания. Идет к двери беря ключи от машины и свою куртку.

***

— Не могу поверить, что наконец свободна.

— Мия, ты слушаешь, что я говорю?

Папа смотрит строго, ну... точнее пытается смотреть строго. У него это никогда не получалось. Точнее любого кроме нас с мамой.

— Конечно, пап, — тяну я, — я больше не выйду ночью без предупреждения.

— Мия!

Я закатываю глаза так театрально, что сама себя слышу.

— Ну паааап. Я же не ребёнок. Поняла я всё. Мне не десять лет. Я вообще-то уже пропустила половину семестра из-за этих запретов. Как мне заводить друзей, если я никуда не хожу? Это студенческая вечеринка, она и должна быть поздно. Ты же знаешь как я люблю быть в центре внимания.

— Возьми охрану.

— И как это, по-твоему, будет выглядеть? — я складываю руки, будто молюсь. — Пожалуйста. Молю.

Папа вздыхает, но не сдаётся.

— Возьми брата. От него всё равно нет толку.

У меня вырывается тихий, неконтролируемый смешок.

— Я не хочу, чтобы он лип к моим однокурсницам. После того как он исчезнет с очередной, со мной вообще никто не будет общаться.

Папа улыбается краешками губ, но в глазах всё равно тревога. Он всегда переживает сильнее, чем показывает.

— Пап, — мягко говорю я, — я ведь правда справляюсь. Я всегда могу позвонить. Я ничего не буду пить, ничего не буду есть. Вечеринка даже не за городом, всего десять минут езды, зная как вы водите три. Я всегда буду на связи.

Вижу, как в его плечах что-то сдаётся. Он расслабляется понемногу — я же умею убеждать, это мой талант.

— Будь дома в двенадцать.

— В два.

— Мия!

— Час тридцать.

— Ровно в час. И пиши сообщение водителю каждый час.

Ну... это реально лучшая сделка, которую я могу выбить. Так что я целую его в щёку.

— Час тридцать! — выкрикиваю уже на бегу и лечу к себе наверх.

Наконец-то. Наконец-то. Я возвращаюсь к нормальной жизни. К моим любимым тусовкам, музыке, свету, людям — ко всему, что делает меня мной.

Делаю быстрый созвон с девочками. И, конечно, часовой отчёт Люку — по традиции. Я рассказала ему про Раяна... хотя, по словам Люка, он «и так всё понял» и «сам видел». По его мнению, у меня и Раяна какая-то «сумасшедшая химия» и вайб психованной парочки из фильмов.Типа Джокера и Харли. Бред. Один сплошной бред.

Не собираюсь зацикливаться. Я даже не хочу разбираться в его странных словах, взглядах, движениях. Мне осталось всего 26 дней... ну, 27, неважно. Главное — держать дистанцию и не думать. Не позволять ему снова прижимать меня к себе, лапать, целовать, как будто у него есть на это право.

Отгоняю мысли. Бегу в гардеробную — хочу выглядеть особенной. Хочу сиять. Хочу вернуться к себе прежней. Я так увязла во всей этой ситуации, что даже перестала ходить по магазинам. А тот единственный раз... да, конечно, он приперся и испортил мне день, как всегда.

В итоге — почти ничего нового у меня нет. А выглядеть я хочу так, как будто меня создали из света прожекторов. Ладно. У меня живёт женщина с самым большим гардеробом страны — и это идеальный шанс.

Мамин шкаф — как музей. Я всегда восхищалась её вкусом. Я год туда не заходила, и всё кажется таким... новым. Чужим. И одновременно моим. В детстве я почти жила тут: всё розовое, красивое, нежное, с её ванильно-пудровым ароматом, который будто висит в воздухе.

Улыбаюсь. И начинаю искать.

В итоге, нахожу чёрное платье. В последнее время тянет именно на чёрное — я превращаюсь в брата. Хочу уйти от образа «ванильной девочки». Сейчас лучшее время заявить о себе громче. Беру шпильки – такие высокие, что мама меня прибьёт. Но это проблема будущего.

Чуть подправляю макияж. Влезаю в это безумно шикарное платье, выбираю куртку — и на секунду замираю.

Воспоминания накрывают как волна.

Как бы я ни старалась — губы всё ещё помнят его поцелуи. Помню, как он довёз меня до дома, как сказал быть у него завтра... и уехал. Помню, как я стояла перед зеркалом полчаса, пытаясь собрать себя, свою кожу, свои мысли обратно.

Он проник под кожу. Взял меня за горло, растормошил. Своими словами, своими поцелуями. Своими намёками, что никто мне кроме него не нужен. Дебил.

Вот сегодня же найду себе парня. Хватит. С меня игр достаточно.Такая девушка, как я, не будет ничьим грязным секретом.Там и посмотрим кто кому принадлежит.