Глава 6

Переступая периметр школьного двора, Джаннат услышала знакомый гомон — звонкие крики и смех. В кабинете подготовительной группы малышня носилась взапуски, а учителя, потирая виски, едва не спотыкаясь от усталости, пытались усадить их на большой ковёр. На нём были начертаны белые буквы — их раскрашивание должно было успокоить ребят, но им быстро наскучивало однообразие.

— Диди, ты пришла?! — к ней подбежал мальчик. Его восточная внешность гармонировала с традиционной дишдашей и феской.

— Здравствуй, Раджан!

— Прити ругается! — выпалил он.

— Конечно, ругаюсь! — К ним присоединилась запыхавшаяся няня. — Кто же из вас, непосед, услышит иначе?

— Вот потому и не слушаемся, — парировал Раджан.

— Давайте так, — Джаннат наклонилась к мальчику, опершись о колени. — Сегодня Прити отдохнёт, а я вам разрешу поиграть во что хотите. Но под моим присмотром. Договорились?

— Ура-а-а!

Дети сорвались с места, радостно крича. Няня лишь тяжело выдохнула от облегчения.

— Желаю удачи, Джаннат. Напомню, если что, ты здесь на практике. Если узнают, что я тебя пускаю, чтобы самой отдохнуть, меня уволят. Я пошла за травяным чаем.

Тихий гул детских перешёптываний заполнил небольшой кабинет.

— Не спорьте, ребята. Выберите игру, которая понравится всем, — мягко сказала Джаннат. — А Алия где? Она сегодня не пришла?

Среди ребят не было той самой говорливой девочки, которая вечно поправляла волосы, закладывая их за ухо. Не было Алии, любившей с размахом и бурной жестикуляцией рассказывать невероятные истории. Она всегда первой выбегала навстречу «большой подруге Диди», зная, что та наверняка принесла что-нибудь вкусненькое. Алия мастерски выпрашивала угощения: опускала голову, жалобно заглядывала из-под ресниц, складывала губки трубочкой и не отставала, пока не получала порцию сладкого.

Мысленно возвращаясь к их первой встрече, Джаннат вспомнила кафе-кондитерскую «Банни шок» — единственное место в её районе с английским колоритом, куда она часто заглядывала за чашкой крепкого кофе и пончиками.

Там, сидя за столиком у прилавка, она заметила девочку за стеклянной стеной. Она была очаровательна: курносый нос, пушистые русые волосы, перевязанные бантом, родинки у уголков обоих глаз.

Девочка смотрела вглубь кондитерской, когда ее побеспокоил высокий парень. Присел перед ней на корточки, что-то весело сказал, щёлкнув её по носу, повёл внутрь.

— Выбирай, — кивнул он на витрину. — Но помни, много сладкого нельзя.

— А маме не скажем? — тоненько спросила Алия. — Да, братик?

— Опять собираешься меня подставить?

— Нет! Я никому не говорила, что братик Эмир каждый день покупает мне вкусняшки!

Эмир рассмеялся — смех его был лёгким и звонким. Джаннат не могла оторваться от его улыбки, из-за которой вытягивались скулы, а подбородок слегка опускался, придавая лицу открытую, игривую мягкость.

— Значит, неделю назад это всё-таки твоя кукла проболталась маме?

— Да! Она всегда болтает с Камиллой, как и я!

— Ну и хитрюга же ты! — Эмир полез в карман. — Ты выбирай, а я за бумажником. И ни шагу из кафе, ладно? Я быстро.

Алия сияла от восторга, маленькая ручка тянулась к каждому яркому, аппетитному пирожному. Затем, задумавшись, сморщила лоб.

— Девушка, ваш заказ готов! — Из подсобки вышел мужчина в заляпанном мукой фартуке и поставил на стойку две коробки.

Джаннат подошла к кассе, но не торопила продавщицу, которая как раз собирала заказ Алии.

— Всё! — торжественно объявила девочка. — Но это всё не для меня. Это для братика! Он целый день занимается и ничего не ест. Мама так говорит.

Девушка за прилавком едва заметно улыбнулась, выводя маркером имя Джаннат на бумажном стакане.

— Спасибо за ожидание.

— Мне не сложно, — Джаннат снова посмотрела на Алию, которая смущённо теребила прядь, и добавила: — Сделайте, пожалуйста, банановое смузи и ещё один кофе. И личная просьба: добавьте в кофе немного арахисовой халвы. Возможно?

— Для наших любимых клиентов — всё возможно!

— Буду благодарна. И посчитайте всё вместе. Я оплачу её заказ.

— Конечно. Тысяча пятьсот тридцать две рупии.

Джаннат опустила купюры в специальное ведёрко, присела и поцеловала Алию в щёку.

— Пока, красотка!

— А как тебя зовут?

— Ты можешь звать меня Диди.

— Я Алия! Я хожу вон в ту школу, — она указала на радужное здание напротив. — Там нас готовят к первому классу. Это о-очень важно!

— Правда?

— Мама так говорит.

— Мама права. Слушайся маму.

— Ладно, — хихикнула Алия. — Подождёшь со мной братика?

— Я спешу. Передай ему привет и скажи, что этот кофе особенный. Специально для него.

— Я его поцелую и скажу, что особенная девушка купила ему особенный кофе!

— Ты точно маленькая лисичка! Мне нравится.

Так Джаннат стала частой гостьей в радужной школе, принося сладости для маленькой подружки Алии, Раджана и их товарищей. Девочка не раз упоминала, что рассказывает брату о каждой их встрече. Что Эмир расспрашивает о ней и очень хочет познакомиться. Но Джаннат играла с ним, уходя раньше, чем он приходил за сестрой. Во встречах за пределами университетских стен пока не было острой необходимости.

— Раджан, ты видел Алию?

— На качелях, — ответил мальчик, проглотив кусок мармеладного мишки. — Она очень грустная.

— А что случилось?

— У неё нет подарка для брата. — Раджан понизил голос. — Говорит, Эмиру очень сложно угодить. Боится, что подарок будет не тот, и не знает, что купить.

— Может, мы ей поможем?

— Я пробовал, Диди! — Раджан раздражённо развёл руками. — Она на меня накричала! А я-то тут при чём?

— Конечно, не при чём. Но Алие сейчас нужен друг, который поможет найти выход.

— Папа говорит, девочек придумали, чтобы мы не расслаблялись.

— А что ещё говорит твой папа?

— Ещё говорит, что когда девочки злятся, их надо оставлять одних.

— Интересные у вас с папой беседы, — Джаннат усмехнулась. — Но сейчас Алию нужно не оставить, а поддержать. Ей нужен настоящий друг. Пойдёшь со мной?

Раджан замешкался на секунду, но тут же поплелся к чёрному ходу, ведущему на игровую площадку.

В дальнем углу, у забора, стояли качели. На них, уединившись, раскачивалась Алия, бережно держа любимую куклу. Увидев их, она судорожно опустила голову, пытаясь спрятать заплаканное лицо.

— Привет, — Джаннат устроилась на соседних качелях. — Здесь хорошо. Тихо и уютно. Отличное место, чтобы подумать о важных вещах, да?

Алия закивала.

— Расскажешь, что случилось?

— У братика сегодня день рождения.

— Это же замечательно! Будет веселье, много сладостей, музыка, игры.

Девочка прикусила губу, пытаясь сдержать новые слёзы.

— Я... я не знаю, что ему подарить.

— И ты из-за этого так расстроилась? — Джаннат сжала маленькую ладошку. — Поверь, твой брат будет счастлив любому подарку от своей маленькой принцессы. К тому же, у нас с Раджу есть одна идея. Правда, Радж?

— Да? — Раджан удивлённо поднял брови, но тут же сообразил. — Ага! Точно! Не грусти, Алия! Мы все вместе пойдём и купим крутой подарок! — Он важно поднял большой палец вверх, затем разжал кулачок, протягивая подруге мармелад.

— Спасибо, Раджу.

— Какие же вы чудесные! — Джаннат открыла сумку, где лежал презент, который получила утром по почте — карандаши разной жёсткости в металлическом пенале. Она заказала его, вспомнив, как Эмир увлечённо рисовал на паре. — Но никуда идти не надо. Я уже купила кое-что для Эмира, — достала аккуратно завернутый свёрток и убрала открытку с её именем, — и отдам его тебе.

— Правда?! — Ещё влажные глаза Алии широко распахнулись, в них вспыхнула надежда. — Ты... ты придёшь к нам домой?

— Да. Ты же так хотела познакомить меня с братом?

— Ты его обязательно полюбишь, Диди! Он очень хороший!

— Я знаю, милая. Знаю. Мы с ним совсем разные. Хотя, тем и интереснее, да?

***

— Спасибо, Эми! — Эмир улыбался в камеру, развязывая ленту на коробке. — Я получил посылку и догадываюсь, что там.

— Конечно догадываешься! — Амалия заколола непослушные волнистые локоны на затылке и поморщилась. — Ты клянчил эти квадратные очки и разукрашенный бомбер больше месяца. Я бы согрешила, подарив тебе что-то другое.

— И спасибо тебе за них.

— Какая необходимость ходить в испорченных вещах?

— Они не испорчены, а расписаны вручную. Это прекрасно. — Эмир неодобрительно выдохнул, заметив, что сестра не разделяет его энтузиазма. — Тебе не понять.

— Ты сам мог их купить.

— Тогда что бы ты мне подарила?

— Тут не поспоришь. Секунду подожди. — Амалия выпила смузи из брокколи, заставив Эмира сгримасничать. — Тебе не просто угодить, знаешь ли?

— Это ужасно! Как ты это пьёшь?

— Зато полезно. Тебе бы тоже не помешало.

— Всё у меня нормально. Ем всё подряд. Что может быть лучше? Проблемы есть у тех, кто ограничивает себя.

Амалия стукнула по камере.

— Это я тебя ударила, если что. Врач сказал мне есть больше овощей и поменьше жирной пищи. Что поделать? Отмучаюсь и забуду, как страшный сон.

— А я должен мучиться с тобой? Я похож на идиота?

Эмир надел бомбер и расправил его: абстрактные мазки, как у Поллока, смотрелись вычурно. Однако в сочетании с нейтральными светлыми брюками и футболкой выглядел стильно и к месту.

— Отлично смотрится.

— Так себе, — скривилась Амалия.

— Мне нравится. Этого достаточно.

— Окей. Я тут вспомнила, что ты ещё не показал мне девушку, которую нарисовал.

— Это тебя не касается, Эми.

— Да ладно тебе! — Амалия разочарованно застонала. — Я же не отстану. Ты это знаешь.

— Знаю. И пока ты там что-то не надумала, скажу: Диди и Джаннат — это одна девушка. И она будто намеренно меня избегает. После стычки с Рэмом мы с ней ни разу не общались, и из сада она сбегает, хотя знает, что я хочу познакомиться.

— А ты будь умнее и приди туда раньше обычного.

— Я так и сделал. И знаешь, она, видимо, знает, что брат Алии — это я. Почему-то не отпускает мысль, что она специально подружилась с ней.

— И кто теперь надумывает? Если послушать Алию, она очень хорошая девушка и невероятная красавица.

— Если послушать Алию, то плохих людей не существует. И да, она очень красивая.

Сняв телефон со штатива, Эмир направился на балкон.

Полуденное солнце высоко светило в чистом небе. Молодой человек помнил с детства, как бабушка говорила, что если солнце сильно обжигает, то ближе к вечеру будет дождь. И эта переменчивая погода была схожа с его настроением в день рождения, где не будет старшего брата.

Арман отдалился от Эмира, когда окончил университет и начал работать с отцом. Вот уже третий год его частые командировки мешали им проводить вместе свободное время, которое раньше братья делили друг с другом. Арман был для Эмира самым близким человеком — его лучшим другом, единственным, с кем он делился всем. Теперь всё постепенно менялось, ведь они повзрослели.

— Ты скучаешь по нему? — Голос Амалии смягчился. — Ему нужно работать.

— Я всё понимаю, Эми. У каждого свой путь, и не обязательно, чтобы они пересекались. Думаю, отец скоро заговорит о его женитьбе.

— Скорее ты женишься, чем он. Я ни разу не видела его с девушкой, а у тебя она есть.

— Я же сказал, — Эмир свёл брови к переносице и присел на ротанговый стул, — я не влюбился в Джаннат. Мы с ней даже толком не знакомы.

— Вообще-то, я говорила про Эллу.

Эмир фыркнул с досадой, когда в телефоне выплыло уведомление о входящем звонке.

— Накаркала. Элла звонит.

— Она изменилась. Я не узнаю её с тех пор, как её мама связалась с тем человеком.

— Я собираюсь поговорить с ней об этом.

— Если решил порвать с ней, лучше сделать это как можно быстрее.

— Ты права. Только два года отношений и больше десяти лет знакомства не так просто разорвать.

— Не обманывайся. Может, ты цепляешься за неё, потому что Армана не хватает? Она тебе хорошо знакома, ты знаешь, что от неё ожидать, и не хочешь вылезать из зоны комфорта.

— Ты опять права. Это раздражает.

На экране телефона вновь высветился входящий звонок. Эмир машинально сбросил вызов и прислонился к спинке стула.

— На то я и сестра, чтобы тебя раздражать, пончик. — подмигнула Амалия. — Теперь мне действительно пора. Буду ждать фотки с вечеринки.

— А как же? Иначе ты меня сожрёшь.

— Всё. Отключаюсь!

— Береги моего племянника! Ешь траву! Пока.

------------------------

Дишдаша¹ — традиционная долгополая рубаха с длинными рукавами для мужчин.

Феска² — головной убор.