5. Страх по всюду

                          Говорят, что когда                                   приближаешься к огню,                            то он сначала светит,                                   потом греет, а после                                        обжигает.                                   Видя свет друг друга,      мы стремимся сблизиться,                                   чтобы согреться, но,                                   обжегшись,                                   отскакиваем назад,                           отныне боясь сближаться,                                   и часто даже не желая                                   видеть свет.

В детстве мама оставляла меня одну в тёмной комнате, чтобы я перестала бояться выдуманных монстров. Это мне совсем не помогало, поэтому в свои семнадцать я боюсь не только монстров и темноты, но ещё и одиночества.

Дверь в мою комнату скрипнула, но я не смогла разлепить веки, чтобы посмотреть, кто вошёл. Я не могла даже пошевелиться, как бы сильно ни старалась. Словно ноги и руки были закованы в неощутимые цепи, которые не в моих силах было разорвать.

— Аконит... — прошептал кто-то у моего уха, и мне стало ещё страшнее.

Это ведь не моё имя? Кто такая Аконит? Что это за человек, стоящий у моей кровати? Горячее дыхание касалось моего виска, и я чувствовала, как волосы на затылке встают дыбом.

Грубая мужская рука коснулась меня, и я вздрогнула, наконец ощущая своё тело. Но мне всё так же было страшно открыть глаза. Они казались свинцовыми, а веки — тяжёлыми, как могильные плиты.

— Наконец-то я смогу закончить начатое.

Один.Сейчас я открою глаза.Знакомый запах и голос окутывают моё пространство, оказываясь всё ближе и ближе.

Два.Сердце колотится с бешеной скоростью, и мне кажется, что этой ночью я не выживу. Оно стучит где-то в горле, в висках, в кончиках пальцев — везде, где ещё осталась жизнь, которая вот-вот оборвётся.

Три.Мне страшно.

Я распахиваю глаза, видя перед собой его. Это он воткнул мне нож в ладонь, намекал на похищение и обвинял в убийствах своих людей, хотя сам же перерезал половину моих.Перед моей кроватью, грубо хватая меня за шею, стоял никто иной как Беллами.

— Что ты здесь...

Из моего рта вырывается хрип вместо слов, потому что враг уже схватил меня за горло, намереваясь убить. Я никак не могу вдохнуть, хватаясь руками за всё подряд, но всё, что я вижу, — его багровое от злости лицо. Пальцы смыкаются на моей шее всё туже, и мир начинает расплываться, теряя цвета и очертания.

— Я убью тебя, цветочек. Убью, потому что из-за тебя убили моих людей. Потому что ты этого заслуживаешь. Не так ли, Калитея?

И в тот момент, когда я перестаю чувствовать биение своего сердца, я повторно закрываю глаза.

Я вскакиваю с постели и хватаюсь за горло, из которого вырывается хриплый кашель. Простыни сбиты в комок, лоб мокрый от пота, а сердце колотится так, словно я только что пробежала марафон. Но я знаю, что сейчас меня никто не душил.Это просто сон, Тея.

Я сижу на кровати, прижимая ладони к лицу, и пытаюсь выровнять дыхание. Вдох. Выдох. Снова вдох. Воздух со свистом входит в лёгкие, и я чувствую, как постепенно отпускает паника.

Ты мой ночной кошмар, Беллами Блэйк.Мой кошмар наяву.

---

Завтракать мне пришлось в одиночку, и я решила сделать это в своей комнате, чтобы успокоить нервы после жуткого сна.Наверное, меня так сильно напугали слова Кларк, сказанные вчера утром, а иначе почему мне снился именно он?

— Блэйк. Беллами Блэйк. — повторила я вчерашние слова блондинки, пробуя фамилию на вкус. У нас их не было, и я впервые вчера узнала о том, что людей делят не по кланам, а по крови, по имени, по чему-то ещё, что остаётся с тобой навсегда.

«Наверное, поэтому я не рассказала о тебе правду Беллами, желающему пленить тебя и начать войну против ледяного народа»

Меня не на шутку пугал человек, убивший всю мою дорожную делегацию голыми руками, запустивший нож мне в ладонь и угрожавший похищением и войной. Человек, который в моём сне душил меня с такой лёгкостью, словно я была не живым существом, а тряпичной куклой.

Я не знаю всего, но знаю точно: мне нужно держаться подальше от Беллами Блэйка любой ценой.

Снова лязг оружия.Снова кровь и боль.Мой меч соприкасается с мечом Эйдана, и мне немного досадно признавать, что меня может одолеть двенадцатилетний ребёнок.

Пока я отвлекаюсь на свои мысли, парень подсечкой заставляет меня свалиться на асфальт, напоминая о Ридоке. Боль от падения отдаётся в позвоночнике, и я на секунду закрываю глаза, чтобы не показывать, как сильно мне хочется просто лечь и не вставать.Пожалуй, я скучаю по своему другу...

— Давай ещё раз. — просит Эйдан, протягивая мне руку.

Я встаю с долгими стонами боли и пытаюсь вправить почти что сломанную спину, пока чёртов подросток сдерживает смех, глядя на меня. Солнце стоит в зените, заливая тренировочную площадку золотым светом, который совсем не сочетается с моим настроением.

— Не могу поверить, что Лекса поставила мне в пару двенадцатилетку. Между прочим, я могу счесть это за оскорбление. — дразню я парня, поднимая свой меч. Мышцы ноют, но я заставляю себя улыбнуться — хотя бы ради того, чтобы не расплакаться от бессилия.

— В таком случае я должен быть горд, раз командующая решила, что я могу быть ровней Найтблиде.

Я закатила глаза, делая первый выпад, который блондин тут же отбил, нанося свой удар. Но можно сказать, что силы у нас не равны, потому что пока глубокий порез на левой руке от ножа Беллами ещё жутко болит, а я тренируюсь лёгким мечом, который поднимет без усилий даже ребёнок. Каждый взмах отдаётся пульсацией в ладони, и я чувствую, как повязка медленно пропитывается кровью.

С Эйданом мы нашли общий язык почти сразу, и пока во дворце неспокойно, тренирует меня он. Мы мало разговариваем, много тренируемся, и это меня жутко выматывает. Здесь, в Полисе, я сполна ощущаю, насколько одинока. Мне не с кем поговорить, не с кем помолчать и поделиться переживаниями. Хотя стоит заметить, что не только в Полисе — в Азгеде я тоже не часто общаюсь с друзьями, которых у меня, если не считать Ридока, нет. Но даже с ним мы не можем быть всецело близки, потому что я остаюсь принцессой, а он — моим преданным стражником.

Я сполна ощущаю, что мне здесь не место.В конце концов, я останусь одна, потому что не имею права на дружбу, любовь, доверие.Это всё слишком дорого стоит для людей вроде моей матери, а значит, и для меня...Для моего статуса, о котором я никогда не просила.

— Ауч! — шипя, вскрикнула я, отдёргивая руку с порезом вдоль запястья.

В целом, тактика у Эйдана — Лексы, поэтому особую разницу в выпадах я вряд ли замечу, когда встану на бой с командующей. Но сейчас я вообще не должна была получить эту рану. Я просто... задумалась. Позволила себе отвлечься. И поплатилась.

Парень испуганно выронил меч, подбегая ко мне. Со своими дурацкими мыслями я сама напоролась на лезвие, поэтому ребёнка винить не в чем. Чёрная кровь сочилась из пореза, падая на серый асфальт тяжёлыми, медленными каплями.

— Вы в порядке? Простите, я не...

— Всё хорошо, Эйдан. Я сама виновата. — с мягкой улыбкой ответила я, пытаясь остановить сочившуюся тьму из раны.

Из головы не выходила мысль о том, что Лекса порежет меня на кусочки в два счёта, если меня выигрывает мальчик, тренирующийся по годам явно меньше, чем я.В конце концов, вся моя жизнь протекала на мечах, а я так ничему годному и не научилась. Какая из меня командующая? Ответ очевиден.

Оторвав кусок ткани от своей одежды, не без помощи Эйдана, я кое-как перевязала руку. По крайней мере, остановить кровь удалось, рана была не настолько глубокой.Но руки парня застыли на моих, и когда я подняла глаза на него, он уже и забыл про мою рану, испепеляя тревожным взглядом что-то позади меня. Кожа стала покалывать в разных местах от нарастающей тревожности и в моей груди. Мне казалось, что кто-то точно пялится на меня, но обернуться я боялась.

— Скайкрю. — добавил блондин, хватая меня за здоровую руку, словно собираясь спрятать за свою спину и защитить. Его пальцы впились в моё запястье с такой силой, будто он пытался удержать меня от пропасти.

Я громко и резко вдохнула, что только сподвигло Эйдана крепче сжать меня.Я знала, кто стоит позади меня. И всё, что я хотела, — вонзить лежащий на полу меч ему в сердце.

Впрочем, могу поспорить, что у него нет сердца.

— Скайкрю? Так вы назвали небесный народ?

— Они тринадцатый клан, часть Коалиции. Мы обязаны уважать их так же, как командующая уважает Ванхэду.

Я потихоньку стала складывать пазлы в своей голове. Командующая смертью? Так они прозвали Кларк, как я помню из церемонии совета. Небесные люди пришли к своему предводителю, да и только, зря я волновалась.

В конце концов, я медленно обернулась через плечо и оказалась права. Беллами в компании часовых и незнакомого мне мужчины стоял чуть поодаль от нас и... и пытался прожечь мне дыру во лбу взглядом. Он кивнул мне в знак приветствия, а я вопросительно подняла бровь, поражаясь его нахальству! Он ещё смеет здороваться со мной?

— Эйдан, иди к себе. — мягко предложила я, но блондин только сделал шаг ближе. — Всё в порядке, мне нужно в лазарет. Со мной ничего не случится.

Я не знаю, защищал меня этот парень по своей воле или по просьбе Лексы, но в нём было столько отваги, сколько нет ни у кого его возраста, отчего я непременно им возгордилась. Маленький защитник, который готов грудью встать между мной и врагом. Я почти улыбнулась этой мысли.

Эйдан неуверенно кивнул, поднял два меча с пола, положил на место в открытую оружейную и ушёл. Оружейная была деревянной доской со специальными вырезами, в которой находилось бесчисленное количество разного орудия. Я проводила его взглядом и только потом позволила себе выдохнуть.

Игнорируя всё вокруг, я двинулась в сторону главных дверей, наплевав на лазарет и ужасно перевязанную рану. Боль пульсировала в такт шагам, но сейчас это было неважно.В тот день моего приезда было больше боли, ран и крови.В тот день было чернее.

---

Я не переставала думать об этом, идя в свою комнату как можно быстрее, словно чувствуя опасность поблизости. Но я знала, что мне ничего не грозит.До тех пор, пока в коридоре справа от меня не показались два очень знакомых силуэта.

Я быстро мелькнула в другую часть крыла, чтобы Беллами меня не заметил, но проблема была в том, что длина в башне Полиса идёт в высоту, а не ширину, а значит, мне не спрятаться. Каменные стены смыкались вокруг, не оставляя ни одной щели, ни одной спасительной двери.

Разговоры неожиданно стихли, и я, как иронично, снова врезалась в блондинистую Хэду небесного народа.

— Тея? Куда ты так бежишь? — непонимающе уставилась на меня девушка, явно не видя ничего ироничного в этой ситуации.

— Привет! Если ты не против, я пойду... — протараторила я, срываясь с места на этаж выше, пока Кларк не задала ещё тысячу вопросов. Моя комната находилась на четвёртом, а я сейчас, как помню, на втором. Дыхание сбивалось, сердце колотилось, и я чувствовала себя мышью, которую загоняют в угол.

Когда с небольшой спиральной лестницей было покончено, я остановилась получше рассмотреть рану. Уж надеюсь, кровавых дорожек я за собой не оставила. Повязка промокла насквозь, и чёрная кровь проступила сквозь ткань, делая её похожей на грязную тряпку.

— Видел, как ты дерёшься. — я чуть не подпрыгнула на месте, услышав голос в паре шагов от себя. — Ты слабая. У тебя слабые мышцы.

Беллами каким-то чудесным образом оказался у меня за спиной. Он насмехался одними глазами, словно знал, от кого я бегу, и злорадствовал, поймав меня.

— Ты со всеми людьми, которым протыкаешь руки и угрожаешь, разговариваешь вежливо? — я скрестила руки на груди, стараясь не выдать своего волнения. Голос прозвучал ровнее, чем я ожидала, и я мысленно похвалила себя за это.

— Вообще нет. Ты первая.

— Мне следует сказать спасибо? — я едва взглянула на него, желая побыстрее закончить разговор и уйти. Ноги горели желанием бежать, но я заставляла себя стоять на месте.

— Думаю, тебе стоило сходить подлатать руку. А то вдруг потеряешь столько крови, что на тебе уже нельзя будет ставить эксперименты. — Беллами медленным, вальяжным шагом дошёл до меня, оглядывая руку. Его взгляд скользнул по повязке. — Королева сильно расстроится, лишившись своего шанса править землянами, я прав?

Мне было так страшно, что дыхание стало рваным, а глаза пытались найти менее устрашающую точку на его лице. Почему этот парень одним своим присутствием вызывал во мне бурю отрицательных эмоций?И главное, какие ответы он искал, задавая мне эти вопросы?

Мне казалось, что сейчас он достанет мешок из-за спины и унесёт меня в своё логово, дабы не дать королеве Азгеды занять престол.Поэтому мне нужно зациклить его на ком-нибудь другом.

— Я думаю, королеве не будет жаль. В конце концов, я просто запасной план, пока у неё есть дочь.

Глаза Беллами блеснули интересом. Искра, вспыхнувшая в их тёмной глубине, была опасной — я это почувствовала кожей.

— Кларк рассказывала мне о чернокровой принцессе. — он почесал подбородок, что-то вспоминая. — Камитея? Калимея?

Я уверенно кивнула, уже замечая прилив спокойствия. Мне больше не было так страшно находиться с ним в одном месте, но напряжение всё равно было весомым. Оно висело в воздухе, как натянутая струна, готовая лопнуть в любой момент.До тех пор, пока я не подумала о том, что будет, если Беллами поймает меня на лжи.

— Калитея. Дочь королевы тоже Найтблида. Азгеда славится целыми двумя будущими хэдами, но я знаю, что меня, как простую служанку из служебной семьи, убьют, чтобы я не составляла конкуренцию её Величеству. — я понемногу двинулась по коридору к следующей лестнице, стараясь создать максимально непринуждённый вид. Каждый шаг давался с трудом — нога всё ещё болела, но я шла, не останавливаясь.

— Почему королева отправила тебя на обучение, а не свою дочь?

— Потому что ваш народ создаёт опасность в Полисе. — спокойно ответила я, распуская ноющие от тугого хвоста волосы. Они упали на плечи, и я почувствовала себя чуть свободнее, чуть защищённее.

— А, точно. Как же Азгеда может потерять такую ценную принцессу, которую презирает весь ваш народ за слабость. — я резко повернула голову, а Беллами положительно кивнул, как бы говоря: «Да-да, я тоже об этом слышал».

Я замерла. Откуда? Откуда он мог знать о том, что происходит за стенами Азгеды? Сердце пропустило удар, а потом забилось где-то в горле.

— Не важно, что говорит народ, ты ведь не знаешь всего... — я покачала головой, сжав губы. Слова вырывались против воли, и я не могла их остановить. — Азгеда считает позором всё то, что хотя бы чуть-чуть противоречит нормам нашего народа. И поэтому...

Я замолчала, понимая, что взболтнула слишком много лишнего, что мне вообще не стоило с ним разговаривать. Я стояла посреди коридора, чувствуя, как слова повисают в воздухе, тяжёлые, необратимые.

— Зачем ты мне это рассказываешь? — спросил Беллами, а я остановилась, глядя на него сбоку.

— А разве ты не хочешь убить нас обеих, чтобы поставить народ в безвыходную ситуацию и напасть со своими людьми? Я вот пытаюсь убедить тебя... — немного подумав, ответила я самое тупое, что могла придумать. Голос дрогнул, и я поняла, что сейчас выгляжу не как принцесса, а как нашкодивший ребёнок, которого поймали за руку.

Моя комната в конце коридора. Нужно просто побежать и закрыться...

— ...не убивать меня и Калитею.

Беллами поджал губы, не переставая пристально смотреть на меня, будто мои слова могли хоть как-то задеть его. Но я видела в его глазах не гнев. Что-то другое. Что-то, чему я не могла подобрать названия.

— Ты боишься меня, цветочек?

Брюнет неожиданно повернулся ко мне всем корпусом, делая шаг ближе. А я — шаг дальше. И так до тех пор, пока спина не упёрлась в холодную стену, а его руки не оказались по обе стороны от моей головы, как в самых дурацких фильмах, которые я никогда не смотрела. Сердце билось где-то в горле, мешая дышать.

— Ты ведь уже сложила у себя в голове мой образ. — он нежно коснулся моей щеки, проводя тыльной стороной руки вверх по виску. Его голос опустился до медленного, вкрадчивого шёпота. — Беспощадного, злого монстра из небесного народа.

Беллами определённо насмехался над всей этой ситуацией и запугивал меня. Его пальцы скользили по моей коже, оставляя за собой дорожку мурашек, и я ненавидела себя за то, что не могу отвести взгляд.

Мне всегда твердили, что монстров не бывает.Но что, если они существуют? И один из них находится прямо рядом со мной.Да, монстр — вот кем он был.

Но я не могла не поймать себя на мысли о том, что этот чёртов монстр был горяч не только внешне. Мне казалось, что по моей щеке водят раскалённым железом, а жар его тела грел меня на непозволительном расстоянии. Слишком близко. Слишком опасно.

«Как никак, ты ядовитый цветок, Аконит»Ядовитый цветок.Вот какое имя я себе выбрала подсознательно.

— Но ты ошибаешься. — я закрыла глаза от мурашек, пробежавших по моей коже от его лёгких прикосновений. — Это земляне живут войной. Я лишь хочу защитить свой народ, как и ты.

— Мы воюем, потому что вы не оставляете нам выбора. — тихо ответила я, подрагивая ресницами. Слова давались с трудом — не потому, что я не верила в них, а потому, что он стоял слишком близко, и мысли путались, сбивались, теряли смысл.

— То, что противоречит нормам одной земли, поощряется в другой. Нужно лишь найти её. Найти своё место. — добавил он, намекая на ранее сказанные мною слова.

Когда я открыла глаза, то не увидела перед собой обжигающего тела и милых веснушек на лице Беллами. Я видела лишь его удаляющуюся спину и любезно открытую мне дверь в комнату. Теперь он знает, где я временно живу. Я сама его привела сюда по своей глупости!

Я прислонилась спиной к косяку, чувствуя, как ноги подкашиваются. Дыхание никак не могло выровняться, а сердце всё ещё колотилось где-то в горле.

То, что противоречит нормам одной земли, поощряется в другой. Нужно лишь найти её. Найти своё место.

Но что, если у меня нет своего места? Если я на всю жизнь так и останусь несчастной принцессой и умру на конклаве, опозорив весь свой род?

Я тряхнула головой, пытаясь сосредоточиться на чём-то более оптимистичном, заходя в свою комнату. Но все мысли занимал Беллами и его двусмысленные слова, поэтому уснуть мне удалось только под утро.

_______________________________Я уже не знаю что придумать, так что пока вот...Всем спокойной ночи, а я топаю с работы