24. (Обновленная глава)

Я открыла глаза из-за шороха, в комнату едва пробивались лучи восходящего солнца. Грегори стоял у зеркала, застегивая запонки на белоснежной рубашке. Его движения были отточенными, механическими, лишенными той нежности, которая была между ними вчера.

- Где ты был? - мой голос прозвучал хрипло.

- Рядом с тобой, - спокойно ответил он, даже не обернувшись.

- Я просыпалась ночью, тебя не было, - я приподнялась на локтях, чувствуя странную тревогу. - Куда ты собираешься так рано?

- На работу, Эмили. У нас много дел.

Он наконец повернулся, но его взгляд был ледяным, закрытым, словно между нами снова выросла та самая стена, которую он так старательно разрушал в клубе.

- В десять сегодня собрание со всеми менеджерами. Я хочу видеть тебя там, - добавил он, надевая пиджак. - Я устрою небольшое соревнование между тобой и Сюз. Твоя задача - показать за месяц реальные показатели проектов.

- Соревнование? - я нахмурилась. - Зачем это? Ты ведь и так знаешь мои возможности.

- Мне нужен официальный предлог, чтобы уволить Сюз. Ты покажешь результаты лучше, и у меня будут развязаны руки.

- Грегори, разве её провальных показателей за все это время недостаточно для увольнения? Это кажется слишком... жестоким.

Он проигнорировал её замечание, лишь поправил галстук и направился к выходу.

- В десять.

Я еще некоторое время лежала, глядя в потолок. Я не понимала, где свернула не туда: вчера в клубе я сделала всё, чтобы сделать ему шаг навстречу, чтобы угодить ему, чтобы стать ближе к его миру, чтобы порадовать его своим доверием. Но сегодня он едва мог на меня смотреть.

Спустившись вниз, я застала лишь накрытый завтрак и охрану. На мой вопрос о Грегори водитель лаконично ответил: «Месье Сантэ уехал в офис полчаса назад».

Приехав в офис, я прошла в свой новый кабинет. Это был роскошный «аквариум» из панорамного стекла в самом сердце маркетингового отдела. На моем столе уже стояло несколько букетов, но один - из белых пионов - сразу привлек мое внимание. К нему была приколота фирменная карточка Сантэ.

«Только не нужно никому угрожать, чтобы показать свое влияние. Но помни, что гравировка на твоем кольце обязывает к безупречности. P.S. Собрание в 10:00. До встречи!»

Я слабо улыбнулась, коснувшись пальцем кольца. Это было так в его стиле - сочетать нежность с напоминанием о силе.

До десяти я погрузилась в цифры. Аналитика, графики, провальные отчеты Сюз - она видела слабые места конкурентки и уже набросала скелет новой стратегии. Время пролетело незаметно. В 9:55 мне пришлось уведомление из календаря и я вышла из кабинета, чтобы найти конференц-зал «Триумф».

Огромный офис-лабиринт казался бесконечным. Я подошла к одному из сотрудников, сидевшему за монитором.

- Извините, не подскажете, где зал «Триумф»?

Мужчина посмотрел на меня с неким недовольством, а затем едва заметно ухмыльнулся:

- Прямо по коридору до конца, потом направо и вниз по лестнице. Не промахнетесь.

Я поблагодарила его и пошла в указанном направлении. Но спустя пять минут поняла, что оказалась в крыле технического обслуживания. В панике я бросилась обратно, путаясь в одинаковых стеклянных переходах.

Когда я, запыхавшаяся, наконец нашла нужную дверь и толкнула её, в зале уже стояла мертвая тишина. Двадцать пар глаз уставились на неё. Грегори сидел во главе стола, его лицо казалось высеченным из камня. Он медленно перевел взгляд на часы, а затем на меня.

- Десять часов двенадцать минут, - произнес он голосом, от которого по спине пробежал холодок. - Похоже, статус будущей мадам Сантэ заставил тебя забыть о таком понятии, как дисциплина. Проходи и садись. Мы уже начали без тебя.

Его недовольный комментарий мгновенно выветрил все остатки того хрупкого, хорошего настроения, с которым я приехала в офис. Весь тот трепет от утренних цветов и записки испарился, оставив лишь чувство стыда и злости.

Следующие сорок минут превратились для меня в изощренную пытку. Грегори вел собрание жестко, отдавая приказы и распределяя задачи между отделами с хирургической точностью. Он говорил о планах, цифрах, дедлайнах, но за всё это время он ни разу не посмотрел в мою сторону. Словно меня вообще не было в этом зале. Словно я была лишь пустым местом, досадной помехой, нарушившей идеальный ритм его рабочего утра.

- Теперь маркетинговый отдел, - голос Сантэ зазвучал ниже, и я почувствовала, как по спине пробежал холодок.

Он перевел взгляд на меня, а затем переключился на Сюз. Та выпрямилась, поправляя воротничок блузки с видом отличницы, готовящейся к ответу.

- Сюз, я был наслышан о твоей попытке посоревноваться с Эмили, - Грегори едва заметно усмехнулся, но в этой усмешке не было тепла. - Что ж, я ценю амбиции. Поэтому предлагаю тебе показать свои конкурентные навыки в небольшом конкурсе от меня. Я даю вам месяц. Поделите текущие проекты поровну и приступайте. Чьи результаты будут выше - тот останется работать в этой компании.

В зале стало так тихо, что я услышала гул кондиционера. Моё удивление было невозможно скрыть. Я смотрела на Грегори, пытаясь найти в его лице хоть какой-то знак, намек на то, что это лишь часть его сложной игры. Но он был непроницаем. После его публичного выговора за опоздание и этого заявления я поняла: мой статус здесь не давал мне никакого иммунитета. Напротив, он делал мою мишень в разы крупнее.

Сюз сидела рядом, и её лицо светилось от нескрываемого торжества. Она уже праздновала победу, явно считая, что её опыт против моего «новичкового везения» - это верная ставка.

- Я уже подготовила стратегии... - неуверенно вмешалась я, надеясь показать, что не теряла времени зря.

Грегори посмотрел на меня так, словно я только что совершила очередную глупость. Этот взгляд едва не придушил меня на месте.

- Эмили, мне не нужны твои стратегии на бумаге. Я хочу результат. Реальный, осязаемый результат в цифрах. Ровно через месяц мы встретимся здесь снова и подведем итоги. На кону - кресло главы отдела.

Он захлопнул папку, лежащую перед ним, и этот звук прозвучал для меня как удар судебного молотка.

- Мне нужно контролировать процесс разделения проектов, или вы разберетесь сами? - спросил он, переводя взгляд с одной на другую.

- Мы справимся сами, месье Сантэ, - быстро ответила Сюз, опережая меня. В её голосе уже звенели нотки хозяйки положения.

Грегори коротко кивнул и встал, давая понять, что собрание окончено. Все начали расходиться, наполняя зал шумом отодвигаемых кресел и негромкими пересудами, а я продолжала сидеть. Мои пальцы впились в край стола так сильно, что костяшки побелели. Я ждала, когда последний сотрудник скроется за дверью. Когда мы остались одни, Грегори медленно перевел на меня свой тяжелый, вопросительный взгляд.

- У тебя остались вопросы, Эмили? - его голос был сухим, деловым, словно между нами не было ничего, кроме этого стола.

- Да, - я постаралась скопировать его холодный тон, хотя внутри всё дрожало от обиды.

- Я слушаю.

- Чем я заслужила такое отношение? - я наконец подняла на него глаза. - Что я сделала не так? Вчера я... я через силу сделала огромный шаг тебе навстречу. Я доверилась тебе там, в клубе, и думала, что это что-то значит.

Грегори медленно встал, поправляя манжеты.

- И я ценю это, - спокойно ответил он, не меняясь в лице. - Но мы на работе, Эмили. И работы у нас слишком много, чтобы тратить время на сентиментальность в зале заседаний.

Я отвела взгляд, чувствуя, как к горлу подступает ком. Неужели он может так легко переключаться? Вчера - интимность и плеть, сегодня - ледяное безразличие и публичная порка за опоздание.

- Уже жалеешь, что согласилась тут работать? - в его голосе проскользнула едва уловимая провокация.

- Нет, я не говорила об этом, - я резко встала, поправляя папку с документами. - Хочешь соревнование - будет тебе соревнование. Я докажу, что достойна этого места не из-за твоего кольца на моем пальце.

Я развернулась и поспешила уйти из зала, мечтая только о том, чтобы закрыться в своем кабинете. Но на самом пороге он перехватил меня за руку. Его пальцы сомкнулись на моем запястье.

- Эмили, - его голос изменился, стал ниже. - Это просто работа. В этих стенах я должен быть таким, иначе система рухнет.

Я попыталась вырваться, но он не пустил.

- У меня уже есть планы на сегодняшний вечер и эти выходные, - продолжал он, сокращая расстояние между нами. - Уверен, тебе понравится.

- Очередной бордель? - злостно бросила я, вспоминая его ночное исчезновение.

- Клуб, - он едва заметно улыбнулся одними уголками губ, - но не тот, что ты подумала. Гольф, лошади, бассейны. И на сто двадцать гектаров - только мы. Ну не злись на меня, - прошептал он мне почти в самое ухо, и я почувствовала знакомый аромат его парфюма. - Я хочу наверстать время, упущенное здесь, в офисе.

Я замерла. Его шепот, его близость - всё это действовало на меня обезоруживающе, как бы я ни старалась злиться. Весь мой гнев начал медленно оседать, оставляя после себя лишь усталость.

- Хорошо, - тихо ответила я, глядя в пол.

- И возьми свои стратегии с собой, - уже мягче добавил он, отпуская мою руку и кивая на папку. - Я хочу изучить их лично. В спокойной обстановке.

- Месье Сантэ, мой начальник только что при всех заявил: ему нужны не стратегии на бумаге, а результат, - я вскинула подбородок, пытаясь уколоть его его же словами. - А я... я не собираюсь забирать работу домой.

Грегори замер на мгновение, а затем на его губах заиграла опасная, насмешливая улыбка. Он медленно достал из кармана телефон, скользнул пальцем по экрану и зачитал, выделяя каждое слово:

- «Эта компания мне по-настоящему дорога, почти так же, как обручальное кольцо с гравировкой SANTÉ, которое я ношу на своём пальце. Какое совпадение, правда?»

Я вспыхнула. Это было из моего письма - маленькая шпилька в адрес Сюз, которую я не удержалась и отправила всей компании.

- Мадам Сантэ, кажется, ещё недавно вы были настроены куда более лояльно к корпоративным ценностям, - он убрал телефон и посмотрел на меня сверху вниз.

- Ладно, хорошо, - сдалась я, понимая, что в словесной дуэли с ним мне сегодня не победить. Я уже взялась за ручку двери, но остановилась. - Почему ты меня отчитал? При всех?

- А почему ты опоздала? - парировал он, скрестив руки на груди.

- Я заблудилась.

Грегори на секунду замер, а потом искренне рассмеялся.

- О, Эмили... Это самое глупое оправдание, которое я когда-либо слышал от топ-менеджера.

Я посмотрела на него предельно серьезно, не разделяя его веселья. Мой взгляд, полный обиды и усталости от его «игр», заставил его смех мгновенно прекратиться. Он стал серьезнее, в глазах промелькнула тень вины.

- Хорошо, - выдохнул он. - Я попрошу, чтобы тебе сделали интерактивную карту офиса. И постараюсь проводить митинги в залах поближе к маркетинговому отделу.

- Спасибо, - холодно ответила я и, наконец, вышла из зала.

Я решительно зашагала прочь, чувствуя, как внутри всё горит от возмущения, и на первом же перекрестке свернула направо.

- Не туда, Эмили! - раздался его голос позади. - Пойдем, я проведу тебя.

Он поравнялся со мной, слегка коснувшись ладонью моей спины, направляя в противоположную сторону. Я чувствовала себя как маленький ребенок, которого ведут за руку в первый день в школе. Это было унизительно и нежно одновременно.

- В лесу тебя точно не стоит отпускать далеко, - негромко заметил он, когда мы проходили мимо любопытных сотрудников.

- Не отпускай меня совсем, - пробормотала я под нос, почти неосознанно.

Грегори резко замедлил шаг. Его рука на моей спине напряглась, и он посмотрел на меня с нескрываемой тревогой, смешанной с чем-то темным и глубоким. Словно в этой случайной фразе он услышал не просьбу о помощи в коридоре, а крик моей души, которая всё еще не оправилась от ночи в клубе.

- Эмили... - начал он, но я уже ускорила шаг, скрываясь за дверью своего «стеклянного» кабинета.

Я закрыла дверь и через прозрачное стекло видела, как Грегори ещё несколько секунд стоял в коридоре, глядя на моё отражение. Его фигура казалась напряжённой, словно он боролся с желанием войти и договорить то, что не успел. Но в итоге он развернулся и скрылся за поворотом.Я с тяжёлым вздохом вернулась к отчетам, пытаясь сосредоточиться на цифрах, но тишину прервал резкий звук - дверь снова распахнулась, едва не ударившись о ограничитель.

- Что опять? - недовольно бросила я, не поднимая головы, уверенная, что Грегори решил продолжить свои нравоучения.

Но на пороге стояла Сюз. Она замерла, скрестив руки на груди и высокомерно оглядывая мой новый кабинет. В её взгляде было столько яда, что хватило бы на целую змеиную ферму.

- Нам нужно поделить проекты, - отчеканила она, проходя внутрь без приглашения.

- Забирай какие хочешь и проваливай, - ответила я, даже не глядя в её сторону. Сейчас мне меньше всего хотелось тратить силы на офисные интриги.

- Осторожнее со словами, девочка, - Сюз подошла к моему столу, опираясь на него ладонями. - Пройдёт месяц, и не Грегори тебя отсюда выставит, а я. Твоё опоздание сегодня - лишь начало. Ты не отвечаешь политике этой компании.

Я наконец оторвалась от монитора и посмотрела ей прямо в глаза.

- Сколько ты тут работаешь, Сюз? Больше трёх лет? Если тебе не хватило целого года, чтобы поднять показатели вверенных тебе проектов, ты действительно думаешь, что справишься за месяц?

Сюз на мгновение лишилась дара речи, её лицо пошло пятнами, но она быстро вернула себе самообладание и едко ухмыльнулась.

- Может, на твоем пальце и кольцо, - она кивнула на мою руку с гравировкой SANTÉ, - но связь с Грегори у меня крепче. Мы прошли через такие вещи, о которых ты даже не догадываешься. Я знаю его как Мастера, я знаю его как босса. А ты для него - лишь очередная игрушка.

Я почувствовала, как внутри всё заледенело. Её слова о «крепкой связи» больно кольнули, напомнив о его ночных исчезновениях и холодности этим утром. Но я не позволила себе поддаться на провокации.

- И? - я выдержала паузу, глядя на её ошеломлённое лицо. - Даже если всё так, как ты говоришь, в моём резюме появится строчка с названием этой компании и этой должностью. Даже если всего на месяц. А с деньгами Грегори мне с головой хватит на открытие собственного агентства. Ещё вопросы?

Сюз сузила глаза, в которых промелькнуло торжество.

- Значит, деньги... - повторила она, словно смакуя это слово. - Типичная содержанка.

- Выбирай проекты и проваливай, - прошипела я, возвращаясь к монитору. Моё терпение было на исходе.

- Хорошо, - она резко вырвала из моей папки лист со списком. - Я забираю все отельно-ресторанные проекты. Это элита, это деньги, это то, на чём держится имидж Сантэ. Твоё - всё остальное. Мусор и неликвид.

Я быстро пробежала глазами список. Отели и рестораны - её зона комфорта, стабильные счета с огромными бюджетами. Показатели на таких проектах медленно ползут вниз.

- Согласна, - ответила я, не раздумывая. - Но резорт La Perla Mediterranean заберу я.

Сюз поперхнулась воздухом.

- Резорт? У него критические показатели, Эмили. Он на грани закрытия, там убытки исчисляются миллионами.

- Считай, что даю тебе фору, - я посмотрела на неё с вызовом. - Тебе же нужны гарантии победы? Вот и наслаждайся своими ресторанами. А я возьму то, что ты боишься не вытянуть.

Она смерила меня хитрым, изучающим взглядом, явно пытаясь понять, где здесь подвох. Не найдя его, она коротко кивнула, развернулась на каблуках и вышла, резко закрывая за собой дверь.

Я снова вернулась к отчетам. Спустя пару минут на телефоне всплыло уведомление:«Создана группа: ПРОЕКТЫ ЭМИЛИ. Вас пригласила Сюзанна С. Сюзанна С. покинула группу».

Я хмыкнула. Сюз явно думала, что бросает меня в террариум к голодным сотрудникам, которые будут саботировать работу «жены босса». Она считала, что без её контроля в этой группе воцарится хаос. Забавно. Она думает, что для хороших результатов мне нужна группа в мессенджере под её надзором.Я открыла чат. Там было около двадцати пяти человек - костяк моей новой команды.

«Привет. Забронируйте зал на часик для знакомства. Берите кофе и круассаны - нам будет о чем поговорить», - быстро набрала я и нажала «отправить».

Спустя минуту моё сообщение начало обрастать реакциями: огоньки, кофейные чашки, смайлики. А ещё через пару минут на почту пришло уведомление о резервации переговорной с пафосным названием «Тюильри».

Когда сотрудники начали подниматься со своих мест, я поспешила за ними. Хватило с меня одного раза - больше я в этих лабиринтах не заблужусь. В итоге почти половина моей новой команды собралась за двадцать минут до начала; мы сидели в зале «Тюильри» и молча смотрели друг на друга под мерное шипение кофемашины.

Когда пришли последние, я встала. Двадцать пять пар глаз - любопытных, скептических, настороженных.

- Всем привет! Я Эмили. Пока я узнаю вас только по аватарам в Тимс, - я улыбнулась и начала обходить стол, обращаясь к каждому лично. - Марк, отличный кейс по логистике. Софи, я видела твою аналитику. Люка, Жюли... Еще не всех запомнила, так что не обижайтесь, если ошибусь в имени, я исправлюсь.

Атмосфера в зале немного разрядилась, пара человек ответили вежливыми кивками.

- Итак, к делу. Руководство сегодня объявило конкурс между мной и вашей прошлой руководительницей. У нас есть месяц на изменение показателей. Чей итог лучше - тот остается в этом кресле. Я собрала вас здесь не только познакомиться. Я хочу, чтобы вы знали: я люблю свою работу. И даже если у нас не сложится командная работа - я вытяну эти проекты сама. Не потому, что я судорожно держусь за кресло, а потому что я делаю свою работу хорошо.

Я сделала паузу, давая словам осесть.

- Всем, кто собирается плести интриги, играть в «двойных агентов» или саботировать процессы - у вас есть возможность уйти к проектам Сюзанны прямо сейчас. Я не буду держать зла. Доверять сразу я вам не стану - доверие стоит дорого, и его нужно заслужить. Вчера вы все получили от меня сообщение. Если вы чувствуете, что засиделись на своих местах или хотите попробовать себя в чем-то новом - это ваш шанс заявить об этом.

Я оперлась руками о стол, глядя на них предельно серьезно.

- Я не «новая метла», которая метет по-новому ради забавы. Я не собираюсь никого увольнять. Но для себя я создам четкую пирамиду. Вверху будут активные сотрудники, мой костяк. А внизу - «планктон», который приходит сюда только ради кофе, который здесь чуть дороже и вкуснее, чем в кофейне на углу. Решайте сами, где вы хотите оказаться к концу месяца.

В зале воцарилась тишина. Софи, сидевшая ближе всех, отставила чашку и первой нарушила молчание:

Первой отозвалась Софи. Она сложила руки на столе и посмотрела на меня с какой-то усталой честностью:

- Мадам Сантэ, давайте будем откровенны. Мы все тут не на своих местах. И я говорю не о проектах, а о наших позициях. Среди нас есть логисты, пара человек из отдела закупок, один технический ассистент и даже юрист-стажер. Мы не должны быть здесь. Когда-то нас перевели в маркетинговый блок для помощи, потому что Сюз действительно загибалась и не справлялась с нагрузкой. Боюсь, с такой командой мы гарантированно проиграем. Мы просто не маркетологи.

Я долго смотрела на неё, пытаясь переварить услышанное. Сюз собрала вокруг себя «балласт» из других отделов, чтобы на их фоне казаться незаменимым экспертом, или же просто использовала их как рабочую силу для рутины.

- Я не могу вернуть вас в ваши отделы прямо сейчас, - ответила я, обводя взглядом притихшую команду. - Но я могу вас научить. Если вы готовы узнать о маркетинге больше, научиться строить стратегии, применять инструменты, о которых раньше только слышали, и открыть для себя что-то новое - вот он, ваш шанс. Не знаю, где мы будем через месяц, но обещаю: это будет увлекательное приключение. И в вашем резюме появится еще один очень ценный навык.

- Вы взяли резорт La Perla. Это проигрышный проект, - отозвался мужчина в очках (кажется, Марк). - Я работал с ним с самого начала, ещё до того, как его отдали Сюз. Она его фактически закопала, игнорируя отзывы клиентов и бюджет на реновацию. Его не спасти.

- Над резортом я буду работать лично, вместе с Кассандрой, - твердо произнесла я. - Кстати, я её здесь не вижу.

- Она заболела и работает из дома, - отозвалась другая девушка.

- Ясно. Что ж, как я и писала, до понедельника подумайте насчет проектов: кто где хочет быть и в чем видит свою силу. С понедельника мы начнем интенсивную работу. Не исключено, что потребуются служебные поездки и делегации. Мне нужно знать, кто может и кто не может ехать - дайте мне эту информацию в понедельник утром.

Я видела, как в их глазах зажегся слабый огонек интереса.

- А теперь, если у вас нет ко мне вопросов - всем хорошей пятницы. Встретимся в понедельник.

Сотрудники начали расходиться, на этот раз обсуждая что-то между собой гораздо оживленнее. Я осталась в зале одна, чувствуя, как на плечи давит груз ответственности.

После собрания в зале «Тюильри» офис превратился для меня в гудящий улей, где я была единственной чужой пчелой. Суета захлестнула с головой: звонки подрядчикам по La Perla, бесконечные таблицы с убытками, попытки разобраться в хаосе, который оставила после себя Сюз.

Дважды я подходила к приемной Грегори, надеясь на короткий разговор - просто чтобы почувствовать, что мы все еще на одной стороне. Но каждый раз натыкалась на вежливое, но твердое «Месье Сантэ на совещании» или «Он занят с юристами». Это било сильнее, чем его утренний выговор.

Рабочий день официально закончился. Офис пустел, гасли лампы в коридорах, и только мой «аквариум» светился холодным белым пятном посреди темнеющего этажа. Я сидела, уткнувшись в экран, чувствуя, как внутри разрастается пустота. Без настроения, без сил, даже без злости - просто выжженная земля. Через стекло я видела Сюз. Она не уходила. Она демонстративно медленно собирала вещи в своем кабинете напротив, периодически бросая на меня победные взгляды.

Тихий шелест открывшейся двери заставил меня вздрогнуть. Я не подняла головы, решив, что это охрана или уборщики, пока Грегори не кашлянул - негромко, но так характерно, что у меня перехватило дыхание.

- Рабочий день окончен, Эмили. Почему ты всё ещё здесь? - спросил он. Его голос в пустом офисе звучал непривычно мягко.

Я медленно подняла взгляд. Он выглядел безупречно, как и всегда, но в складке между бровей читалась усталость. Я просто пожала плечами.

- Жду тебя, - тихо ответила я, закрывая ноутбук. - И вообще... после сегодняшнего дня я не совсем уверена, что у меня всё ещё есть дом. Или хотя бы место, где мне рады.

Грегори ничего не ответил. Он медленно прошел по кабинету, осматривая мой новый «мир», коснулся пальцами поверхности стола и, наконец, развалился в кресле прямо напротив меня. Он откинул голову на спинку и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, словно снимая маску строгого босса.

- Дом там, где я, Эмили. Это правило не менялось, - он внимательно посмотрел мне в глаза. - Ты выглядишь так, будто проиграла войну, хотя сегодня ты сделала первый верный ход. Я видел список проектов, которые ты забрала.

Он помолчал, изучая мою реакцию, а затем подался вперед, положив локти на мой рабочий стол.

- Давай поговорим, - его голос стал глубже. - Что тебя тревожит? Ну, кроме моего поведения утром.

Я горько усмехнулась и откинулась на спинку кресла, крутя на пальце кольцо.

- Твое поведение утром было лишь верхушкой айсберга, Грегори. Ты бросил меня в этот «аквариум», выставил на посмешище перед всеми менеджерами из-за опоздания и устроил этот конкурс с Сюз. Я сомневаюсь. В себе, в этой затее, в том, что я вообще смогу существовать в твоем мире. Ты ведь уже всё решил, правда? Конкурс - это просто шоу, чтобы уволить её красиво. Но какой ценой для меня?

Грегори нахмурился. Мои сомнения явно задели его за живое.

- Сомнения - это роскошь, которую ты не можешь себе позволить, Мадам Сантэ, - отчеканил он, вставая. Его тон мгновенно стал стальным. - Собирайся. Мы едем отлично проводить время. Хватит на сегодня цифр и самокопания.

- Опять клуб? - я подняла на него усталый взгляд, в котором читалось явное нежелание снова погружаться в атмосферу, где адреналин витал в воздухе.

- Да, - он едва заметно улыбнулся. - Но абсолютно другой. Кстати, это один из твоих будущих проектов.

Я посмотрела на него с крайним недоверием.

- Сразу предупреждаю: борделями я заниматься не стану. У меня есть принципы, Грегори.

Он вдруг весело, открыто рассмеялся - так, как смеялся только со мной.

- Эмили, ты невыносима, - он обошел мой стол, одним резким движением выдернул кабель моего компьютера из розетки, гася экран, и протянул мне руку. - Пойдем. Пора домой.

Я вложила свою ладонь в его, чувствуя, как его уверенность передается мне. Но стоило нам выйти в коридор, как из-за угла выплыла Сюз. Она словно караулила нас.

- Уже уходите? - она намеренно сделала паузу, акцентируя каждое слово. - А как же трудиться до последнего пота, мадам Сантэ? Неужели статус дает право на ранний побег?

Я почувствовала, как пальцы Грегори в моей руке чуть напряглись, но я не дала ему вставить ни слова. Сделав шаг вперед, я сократила дистанцию с Сюз так, что она невольно отшатнулась.

- Ну, у меня уже есть первые показатели. Кстати, по резорту, - ответила я максимально спокойным и деловым тоном. - И уже в первую неделю мы покажем рост в 5%.

Грегори резко повернул голову в мою сторону. На его лице отразилось нескрываемое удивление, словно я только что на его глазах провернула сделку десятилетия за пять минут.

Он знал реальное положение дел в «La Perla», и цифра в 5% за неделю звучала как чистое безумие.

- Так что «до последнего пота» - это нужно работать тебе, Сюз, - продолжала я, понизив голос до опасного шепота. - И да. Перестань заигрывать с моим мужем, иначе будешь иметь дело со мной. И поверь, Грегори тебе не поможет, когда я пару раз приложу тебя об что-то твердое.

Лицо Сюз вытянулось. Она на мгновение потеряла дар речи, а затем, задыхаясь от возмущения, повернулась к Грегори, ища у него защиты.

- Она мне угрожает? - выдохнула она, указывая на меня пальцем. - Грегори, ты позволишь ей со мной так разговаривать? После всего, что нас объединяет в сообществе?

Я замерла, ожидая его реакции. Но Грегори даже не шелохнулся. Он медленно перевел на неё тяжелый, абсолютно пустой взгляд, в котором читалось лишь холодное недовольство тем, что его задерживают.

- Что, прости? - равнодушно переспросил он, поправляя часы на запястье. - Я ничего не слышал. Моя жена обсуждала со мной рабочие графики.

Сюз буквально позеленела. Такой публичной пощечины она явно не ожидала.

- Пойдем, Эмили, - Грегори потянул меня к лифту, не удостоив Сюз даже прощальным кивком. - У нас планы на вечер.

Когда двери лифта закрылись, отсекая нас от застывшей в коридоре Сюз, я наконец выдохнула. Тишина в кабине была звенящей. Грегори нажал кнопку паркинга, а затем медленно повернулся ко мне. Его взгляд был пылающим.

- Пять процентов за неделю по «La Perla»? - он приподнял бровь. - Ты либо гений, либо самая отчаянная лгунья из всех, кого я знал. Но твоя манера общения с персоналом... - он вдруг усмехнулся и притянул меня к себе за талию. - «Приложу об что-то твердое»? Кажется, мои уроки в клубе не прошли даром. Ты начинаешь проявлять характер истинной Сантэ.

- Я не лгала, - я уперлась ладонями в его грудь, чувствуя, как под тонкой тканью рубашки бешено колотится его сердце. - У меня есть план. Но теперь тебе придется тоже приложить усилия. И сегодня - никакого отдыха. Мы будем работать.

- Нет, Эмили, - отрезал он, и его голос снова стал бархатным.

- Да, Грегори.

- Нет. Выходные мы будем отдыхать. Только ты и я.

Я нахмурилась и попыталась отстраниться, но его руки на моей талии сомкнулись крепче.

- Тогда я не выиграю твой конкурс, - бросила я с вызовом.

- Ну и пусть, - он беззаботно пожал плечами, словно этот конкурс не был главной темой дня в офисе. - Кресло всё равно твоё. Я найду способ избавиться от Сюз и без этих игр.

Я замерла, глядя на него во все глаза.

- Грегори, это ты придумал этот конкурс. Ты выставил меня перед всеми, заставил защищаться, а сейчас обесцениваешь все мои усилия за первый рабочий день? Ты понимаешь, как это звучит?

- Я просто хочу, чтобы ты расслабилась, - вздохнул он, переводя взгляд на индикатор этажей. - Почему ты так вцепилась в этот резорт? У тебя в списке есть вполне неплохие варианты для легкого выигрыша. Сюз оставила тебе пару проектов с хорошим потенциалом роста.

- Что?

- Да, я видел список твоих проектов перед тем, как зайти к тебе. Ты могла бы просто дожать их. Почему ты выбрала именно «La Perla»?

Я отвела взгляд, и перед глазами всплыли старые фотосессии и кампании, запах моря и бесконечные бессонные ночи пятилетней давности.

- Там длинная история, Грегори.

- Какая? - он подался вперед, заинтригованный моей внезапной переменой в настроении.

— Это был мой первый проект, — повторила я, выходя на бетонный пол парковки. — Результат был ошеломляющий. Благодаря «La Perla» я получила не только повышение, но и ту самую финансовую подушку, которая позволяла мне чувствовать себя безопасно.

Грегори молчал. Его шок был почти осязаемым. Он нажал на кнопку ключа, и фары его  внедорожника хищно мигнули в темноте. Он помог мне сесть, закрыл дверь и сам запрыгнул на водительское сиденье. С парковки мы выехали с визгом  — Грегори явно нужно было выпустить пар после офисной духоты и моих откровений.

— Можешь отдохнуть, Эмили. Ехать нам довольно долго, — сказал он, когда мы выбрались на шоссе и огни ночного Парижа начали стремительно таять в зеркалах заднего вида.

— Опять клуб? — я повернулась к нему профилем, глядя на его сосредоточенное лицо, подсвеченное приборной панелью. — Какая сессия на этот раз?

— Только релакс, — отрезал он, не отрывая взгляда от дороги.

— Слабо верится, — пробурчала я, сползая пониже в кожаном кресле и прикрывая глаза.— Эмили, не накручивай себя. Мы едем отдыхать. В твоём распоряжении будет кинотеатр, бассейны, спа. Сегодня привезут лошадей, и завтра мы сможем проехаться по побережью.

Я замерла на секунду. Лошади.

— Эм... я не умею, — соврала я, даже не моргнув глазом.

— Научу, — коротко бросил он, и в его голосе промелькнула та самая властная нотка. — Там никого не будет, Эмили. Только мы на сто тридцать четыре гектара.

— И всё же, — я открыла один глаз и посмотрела на него. — Это новый клуб?

— Частично. Это был охотничий клуб, я выкупил его, когда владелец стал банкротом. Охота сразу прекратилась, но и с клубом я не могу придумать что сделать. Сначала теннисные корты, потом гольф. Мы все подготовили, но клуб так не открыли. Поэтому, тут отдыхают мои друзья. А я только приезжаю посмотреть. Возможно ты сможешь принести этому месту шарм, такой же, какой рассмотрела в La Perla, — он на мгновение отвлекся от дороги и посмотрел на меня с искрой азарта. — Посмотрим, сможешь ли ты вернуть жизнь этому месту.

Машина летела по трассе. В салоне пахло дорогим парфюмом Грегори и  кожей нового салона машины. Этот запах всегда ассоциировался у меня с его властью.

Я притворилась, что сплю, откинув голову на подголовник. Сквозь ресницы я наблюдала за ним. Грегори вел машину уверенно, одной рукой придерживая руль, а другой — время от времени касаясь моей ладони, лежащей на колене. Его пальцы едва заметно поглаживали мое обручальное кольцо, словно он проверял, на месте ли его собственность.

Мои мысли путались. С одной стороны, я чувствовала триумф. Я осадила Сюз, я заявила о своих правах на проект, который был мне дорог. С другой — меня пугала эта поездка. 134 гектара, отрезанных от мира. В офисе он — босс, в клубе — Мастер, а кто он здесь, когда нет свидетелей? И кем в этой тишине стану я?

Грегори внезапно сбросил скорость. Плавный поворот, и перед нами выросли кованые ворота.

— Приехали, — тихо произнес он.

Он приложил карту к сканеру. Ворота медленно, почти бесшумно разошлись в стороны. Мы поехали по длинной кипарисовой аллее, залитой мягким светом фонарей. Я видела, что территория выглядит немного небрежно: ветки не подстрижены, дорожки местами засыпаны сухой листвой.

Впереди, словно призрак, вырос огромный современный комплекс. Грегори медленно проехал по главной дороге, и я невольно прильнула к стеклу. Это был не просто отель — это был архитектурный шедевр из стекла и темного дерева.

— Сто номеров, четыре ресторана, каскадные бассейны и спа-центр, аналогов которому нет в Европе, — буднично перечислял он, пока мы огибали здание. — Но нам не туда.

Я надеялась, что мы сейчас остановимся у парадного входа, но Грегори прибавил газу. Дорога резко сменилась на полевую. Машину начало плавно покачивать.

Мы ехали еще несколько минут, удаляясь от отеля всё дальше. В какой-то момент Грегори резко свернул на узкую подъездную дорогу, скрытую за густыми зарослями. В свете фар я успела рассмотреть вдалеке теннисные корты и приземистое здание, которое я определила как конюшню.

Наконец, перед нами вырос дом. Он был скромнее парижского особняка Сантэ, более приземленный, но даже в темноте от него веяло своим характером и уединением. Массивные ворота подземного гаража медленно поползли вверх, впуская нас.Двигатель заглох. Тишина в гараже стала почти оглушительной после долгого гула дороги. Грегори вышел первым, обошел машину и открыл мою дверь.

— Прошу, мадам, — он подал мне руку.

Я выбралась из салона, чувствуя легкое головокружение. Грегори открыл багажник и, к моему полному изумлению, достал оттуда два увесистых чемодана.

— Подожди... Это мои вещи? Когда ты успел их собрать? — я во все глаза смотрела на знакомые ручки сумок.

— Они всегда собраны, Эмили, — он коротко усмехнулся, ловко подхватывая багаж. —  Я позаботился о том, чтобы у тебя было всё необходимое: от купальников до... твоих любимых стратегий, которые ты так не хотела оставлять.

Он жестом указал на лифт, ведущий прямо из гаража в жилые помещения.— Это мой личный дом. Здесь нет персонала, только система «умный дом» и мы. Здесь не будет Сюз, не будет Карреро. Только ты, я, охрана и 134 гектара тишины.

Я зашла в лифт, чувствуя, как ловушка захлопывается — но, к своему ужасу, я не хотела из неё выбираться.

— Значит, завтра — лошади? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Лифт мягко звякнул, и двери разъехались, открывая вид на гостиную с огромными панорамными окнами, за которыми угадывалась черная бездна ночного леса. Интерьер был выдержан в стиле «шале-модерн»: много камня, грубого дерева и мягкого, теплого света.

— Да, я хотел бы проехаться завтра утром, — ответил Грегори, ставя чемоданы у порога. — Здесь невероятные пейзажи, Эмили. Лошадей привезут через пару часов, но нас это не должно волновать. На сегодня предлагаю кино или бассейн. Что скажешь?

— Мы должны поесть и обсудить стратегии, — упрямо отозвалась я, стараясь не поддаваться уютному очарованию этого места. — У меня всего месяц, Грегори. Каждая минута на счету.

Он вздохнул, медленно снимая пиджак и бросая его на спинку дивана. Затем подошел ко мне вплотную, так близко, что я почувствовала тепло его тела.

— Эмили, прошу тебя, никаких стратегий. Разве не лучше насладиться моментом? Ты и я. Посмотрим фильм, поплаваем в бассейне или джакузи, или... — он сделал паузу, и его взгляд потемнел, переместившись на мои губы. — Или ты снова себя накрутила и чего-то стала бояться?

Этот вызов полоснул меня по самолюбию. Я вскинула подбородок, глядя ему прямо в глаза.

— Не говори глупостей, Грегори. Вчера я стояла под твоей плетью в том клубе и не отвела глаз. Чего мне бояться после этого?

Грегори вдруг тихо, вкрадчиво рассмеялся. Этот смех не был издевательским — скорее, это был смех хищника, который восхищен смелостью своей добычи.

— Справедливо, — кивнул он. — Тогда сделаем так: сначала ужин, а потом — бассейн.

Он развернулся и направился в сторону кухни, которая выглядела как мечта профессионального шеф-повара. Я смотрела ему в спину и думала о том, что завтра мне придется «не уметь» держаться в седле. И это будет та еще партия в покер.

— Иди переодевайся, Эмили, — бросил он через плечо. —  Первая дверь направо.

Я ушла переодеваться, накинула легкое  платье и принялась медленно исследовать дом. Здесь всё было пропитано Грегори — минимализм, дорогие материалы и абсолютный порядок. На одной из таких остановок в коридоре меня и «поймал» хозяин дома.

Вид Грегори в кухонном фартуке поверх расстегнутой на две пуговицы белой рубашки был настолько непривычным и домашним, что я невольно замерла. Он выглядел расслабленным, но взгляд, которым он следил за мной, оставался острым.

— Ужин готов. Что-то случилось? — он внимательно присмотрелся к моему лицу. — Ты выглядишь испуганной. Что тебя напугало?

— Э… нет, — я тряхнула головой, пытаясь отогнать лишние мысли. — Я просто устала. Первый рабочий день, много эмоций. СЛИШКОМ много эмоций, Грегори.

Он на мгновение опустил взгляд, а затем подошел чуть ближе, и в его голосе зазвучало редкое для него раскаяние.

— Ну, Эмили, прости. Я не сдержался. Это моя вина — я не показал тебе офис и так резко отреагировал на твое опоздание при всех... Больше я не позволю себе такое поведение по отношению к тебе. Обещаю.

Его слова немного смягчили колючий ком в моей груди. Я слабо улыбнулась.

— Ладно. Тогда было бы неплохо, если бы ты показал дом. А то снова потеряюсь, как в твоих коридорах.

— Да, лучше тебе тут не теряться, — он усмехнулся, но в глазах мелькнула серьезность. — Я не переживу, если с тобой что-то случится.

Грегори провел меня по этажам: показал уютную библиотеку, скрытый за панелями кинозал и, наконец, столовую с видом на спящий лес. Ужин был легким, но изысканным — он явно знал толк в кулинарии не меньше, чем в бизнесе.

— Купальник выбрала? — спросил он, когда мы заканчивали с десертом.

— Грегори, боюсь, я сегодня просто отключусь. Я без сил. Прости, любимый.

Слово «любимый» вылетело само собой, и Грегори на секунду замер. Он явно не ожидал такой нежности после нашего тяжелого дня. Он медленно встал, обошел стол и, положив руки мне на плечи, нежно поцеловал меня в щеку.

— Тогда давай массаж, — прошептал он. — А там, если выключишься, так уж и быть — я сам уложу тебя спать.

— Нет, давай фильм, — мягко возразила я, — и если усну, тогда уложишь. Только чур фильм выбираешь ты.

— Хорошо, — легко согласился Грегори.

Я наблюдала за тем, как этот властный человек, который еще несколько часов назад раздавал жесткие указания в офисе, методично убирает тарелки в посудомойку и прячет еду в холодильник. Было в этом что-то пугающе интимное. Закончив, он протянул мне руку и повел на подземный этаж.

Кинозал оказался верхом комфорта: огромный экран, идеальная акустика и диван, в котором можно было просто утонуть. Как только мы устроились, я почувствовала, что мои веки становятся свинцовыми.

Грегори взял пульт и после недолгого раздумья запустил «Гражданина Кейна» Орсона Уэллса.

— Это же классика, Эмили. Фундамент мирового кинематографа, — серьезно произнес он, когда на экране пошли черно-белые титры.

Я едва сдержалась, чтобы не скривиться. Терпеть не могла затянутую черно-белую классику, от которой веяло нафталином и учебниками по режиссуре, но спорить не было сил. Я просто промолчала и поудобнее устроилась на его плече, чувствуя под щекой плотную ткань его рубашки.

Одним глазом я еще пыталась следить за сюжетом, всматриваясь в загадочные кадры поместья «Ксанаду», но тепло Грегори и его мерное дыхание действовали лучше любого снотворного. Фильм казался бесконечной чередой теней и пафосных диалогов.

— Тебе нравится? — прошептал он, едва заметно коснувшись губами моих волос.

— Угу... — пробормотала я, окончательно проваливаясь в сон.

Последнее, что я запомнила — это как он осторожно перехватил меня поудобнее, чтобы я не сползла с его плеча, и тихий звук его голоса, что-то комментирующего про «глубину кадра».

— О чем ты думаешь? — Грегори медленно перебирал прядки моих волос, пока мы сидели и смотрели фильм.

— Порою мне кажется, что я тебя не заслуживаю, — хмыкнула я, не поднимая головы с его плеча.

— Эмили, слушай меня внимательно. Ты заслуживаешь всего лучшего. Ты сильная, умная и невероятно меня вдохновляешь. То, что мы вместе — не случайность.

Он погладил мою руку, передавая свою поддержку, но затем его взгляд изменился, став более лукавым.— Кажется ты совсем не смотришь.

— Да, ты прав. Нужно выпить кофе, потому что я засыпаю.

— Тогда пойдем, — Грегори подхватил меня на руки и понес на кухню. Усадив на кресло, он поставил кружки в кофемашину и

— Эмс, как идут дела в отделе? — внезапно спросил он. Я вздрогнула, не сразу сообразив, отвечать ли мне как «Мадам Сантэ» или как подчиненной.

— Честно? Пока сложно. Но я нашла одну толковую идею и уже начала её внедрять. Сейчас покажу, — я моментально проснулась и поспешила к своей сумке с папками. — Посмотри, — я пододвинула ему с графики. — Я уже назначила временного руководителя и планирую ударить по соцсетям.

— А с другими проектами? — в его голосе не было недовольства, но и восторга тоже.

— Я объявила конкурс. Лучшие станут руководителями, остальные — рядовыми сотрудниками.

— Интересное решение, — пробормотал он, возвращаясь к своей кружке. — Кстати, Сюз прислала стартовые отчеты по ее проектам. Результаты плачевны. Всему отделу нужен глоток свежего воздуха, иначе он умрет до конца месяца.

— Не хочешь дать контроль над всем отделом мне? — едко спросила я.

Грегори улыбнулся, но ответить не успел — его телефон засветился.

— Лошади едут. Встречу их у конюшни и вернусь.

Когда он вышел, я углубилась в чтение отчета, пока тишину не разрезал резкий, настойчивый звук — телефон Грегори, оставленный на столе, громко вибрировал. На экране светился номер службы безопасности.

— Да? — ответила я. — Грегори вышел, он...

— У нас прорыв периметра! — перебил меня резкий голос. — Закройтесь внутри, потушите свет и не покидайте помещение. Мы уже работаем.

— Что?!

— Мадемуазель Бешамп. Не покидайте дом!

Я подскочила, чувствуя, как сердце уходит в пятки. Грегори на улице! Он один!

— Но Грегори... он вышел на улицу всего пару минут назад! Я должна его найти!

— Нет!!! Оставайтесь внутри. Мы найдем месье Сантэ. Потушите свет!

Я бросилась по комнате, судорожно щелкая выключателями. В панорамном окне я увидела, как вдалеке, посреди поля, на огромной скорости несется темный фургон.

— Я их вижу! — крикнула я в трубку.

— Отойдите от окна! Немедленно!

Я послушно отпрянула, скрываясь за тяжелыми велюровыми шторами, оставляя лишь узкую щель для наблюдения. Сердце колотилось. Где он? Где Грегори?

Второй грузовик показался с другой стороны. Я молила только об одном — чтобы охрана успела. Внезапно я услышала скрежет у входной двери. Я замерла, сжимая телефон как единственное оружие. Дверь распахнулась, и в темноту квартиры ворвался Грегори. Он схватил меня, буквально вжимая в стену, и быстро проверил замки.

— Грегори, что происходит?!

Он выхватил у меня телефон, отрывисто бросая в трубку:

— Да, я внутри. Периметр? Понял. Оружие? Нет. Ждем.

Он увел меня вглубь квартиры, подальше от окон.

— Это отец... — прошептала я, чувствуя, как дрожат губы. — Это он, я знаю!

— Не паникуй, — Сантэ выглянул из-за шторы, и в этот момент снаружи прозвучали первые выстрелы.

— Грегори! — я не сдержала крика.

— Тихо! — шикнул он, хватая меня за руку и увлекая в сторону спальни. — Окна бронированные, выдержат. Пойдем, здесь есть место понадежнее.

Мы оказались в дальней спальне. Грегори сдвинул ковер, отодвинул половицу и открыл потайной люк.

— Ты кто такой вообще? — выдохнула я, спускаясь по ступеням. — Это бункер?

— Нет, всего лишь переход в винный погреб и спуск в гараж, — он кивнул на стеклянную стену, за которой тускло поблескивали бутылки.

— Почему мы не бежим?

— Они заблокировали выезды. Сейчас одна группа блуждает по лабиринтам территории, вторая — ждет у входа. Охрана ведет зачистку.

Он показал мне экран телефона: на камерах люди в форме профессионально окружали нападавших.

— У друзей Рене есть пятнадцать минут, чтобы закончить это.

— А если не успеют? — я посмотрела на него, и из глаз покатились слезы.

Грегори нервно взъерошил волосы.

— Тогда будем импровизировать. Только не плачь, Эмили... Прошу. Я не могу видеть твои слезы. Со мной ты постоянно только и делаешь, что плачешь.

Я стояла, не шевелясь, глядя на свое отражение в стекле винного погреба, но видела не подвалы Грегори, а свою комнату в родительском доме. В памяти вспыхнул тот закат, когда отец вошел ко мне. Его лицо было бледным от ярости, а голос — ледяным.

— Ты должна подчиниться, Эмили, — сказал он тогда, перекрывая единственный путь к выходу. — Ты часть этой семьи. Ты моя дочь, и ты будешь следовать моим правилам.

Он с силой схватил меня за руку, пытаясь вытащить в коридор, но я отбивалась с отчаянием загнанного зверя. И когда мне удалось причинить ему боль, он на секунду озверел и разжал пальцы.

— Я не буду больше терпеть твоего вмешательства в мою жизнь! — выкрикнула я тогда, и голос мой был на удивление твердым.

— Ты моя собственность! — шипел он, снова бросаясь ко мне. Я замахнулась тяжелой настольной лампой, и он отскочил, захлебываясь криком: — Пока ты несовершеннолетняя — ты принадлежишь мне! У тебя никого, кроме меня, нет! Слышишь? Никто тебе не поможет!

От этих удушающих раздумий меня отвлек резкий голос Грегори.

— Да! — рявкнул он в трубку и тут же поставил телефон на громкую связь.

— Месье Сантэ, мы зачистили территорию, — доложил начальник охраны. — Выловили около шестидесяти человек. Восемь ранены, но ничего серьезного.

— Кто заказчик? — Грегори чеканил каждое слово.

— Бусеалье, — ответил охранник.

Сантэ моментально посмотрел на меня. В его взгляде смешались гнев и странное облегчение от того, что враг теперь имеет имя.

— Понял, спасибо! — Грегори не сводил с меня глаз. — Вызови столько людей, чтобы такая ситуация больше не повторилась. Если понадобится — нанимай жандармов, мне плевать на цену.

— Сделаем! А что с... — Грегори резко выключил громкую связь и, не дослушав, вышел за металлическую дверь, ведущую на подземную парковку.

Я осталась одна в полумраке погреба. Кажется, этот ужас никогда не закончится. События сегодняшнего дня вытравили всю радость, оставив в душе лишь густой мрак, несмотря на такое нежное начало вечера.

Я прижала ладони к вискам, пытаясь унять пульсирующую боль. Отец... Человек, который должен был быть опорой, стал моим личным кошмаром.

Но теперь я не одна. Грегори стоит между мной и этим безумием. Он — моя броня. И всё же в сердце тлело ядовитое чувство беспокойства. Отец не остановится. Сегодня он прислал шестьдесят человек, завтра пришлет сотню. Нам нужно уехать. Исчезнуть. Покинуть Францию, прежде чем он снова нанесет удар, который мы не сможем отразить.

Дверь с парковки тихо скрипнула, и Грегори вернулся. Он выглядел спокойным, но по тому, как ходили желваки на его скулах, я понимала — он в ярости.

— Эмили, — он подошел и взял мои холодные руки в свои. — Всё закончилось. Они увозят их.

— Нам нужно уехать, Грегори, — прошептала я, глядя на него с мольбой. — Он не остановится. Давай уедем из страны? Пожалуйста. Пока он не убил нас обоих.

Грегори внимательно посмотрел на меня, а затем медленно покачал головой.