глава 28

Сальвотре Висконти.

Глаза, полные счастья, румянец на щеках, пухлые розовые губы, яркие глаза с длинными черными ресницами, что светятся счастьем и озорством - все это сейчас улетучилось, высекаясь на моей коже.

Аврора вошла в столовую и я оцепенел. Оцепенел от ужаса, в каком она была. Глаза больше не светились, впалые скулы и бледные пересохшие губы даже не дернулись в мимолётной улыбке. Ресницы стали серыми, платье висело на ней, как мешок не по размеру из которого торчали острые плечи. Я сглотнул. Что-то было не так с моей девочкой. Страх начал пропитывать мои внутренности и сердце, я не хотел думать о том, что промелькнуло в моей голове.

— Садись солнце!

Габриэла радостно отодвинула стул для Авроры и принялась накладывать ей гору еды. Аврору перекосило, лицо побледнело и она приложила руку ко рту. Что с ней? Волна беспокойства прошлась по всему телу.

— Габриэла, я предупреждал тебя, что нам нужно обсудить дела по работе за завтраком, и за столом, не должно быть посторонних.

Служанка замерла с ложкой в руке, улыбка медленно начала сходить с её морщинистого лица. Мой взгляд зацепился за Аврору. Ее грудь часто вздымалась, а глаза были устремлены на меня, метая грозовые молнии.

— Я твоя жена, так что не являюсь постороней.

Звуки в столовой стихли. Данте, Марко, Фаби смотрели то на меня, то на нее, в ожидании чего-то взрывоопасного.

— Ты девушка, девушкам запрещено знать информацию о мужских делах, — пробормотал я, забавляясь ситуацией.

Аврора изогнула темную бровь, пальцы опасно сжали столовый нож в правой руке и на секунду, я подумывал о прикрытии.

-—Что за общее сборище сексистов? — вспыхивающий взгляд, цветом зелёного леса опалил каждого, но в частности меня.

Все открыли рты, явно оскорблённые таким заявлением. Макарио, что сидел около меня, еле сдерживал смех.

— Извини братец, но она огонь!

Брат начал содрогался от смеха, а во мне зарождалась буря. Я угрожающе посмотрел на него, вызывая очередной приступ смеха. Наверное, я должен был испытывать какое-то маленькое предательство, что он был на стороне девушки, но его не было. Не было и никогда не будет. Я был счастлив видеть его таким, на секунду забывшего о нашей жизни и о боли. А ещё, я сам был на её стороне, всегда. Если не разумом, то сердцем. Потому что моя любовь к ней - единственная чистая вещь в этой жизни.

— Иногда я думаю, что ты пытаешься убить меня глазами.

— Неужели ты сегодня полон радости и веселья? - удивление и сарказм сочились в голосе. Она сложила руки под подбородком и в упор посмотрела на меня.

Я сделал тоже самое.

— Определено ты права, — я сделал паузу, — как и неделю назад.

Маленькие венки на лбу начали пульсировать, щеки вспыхнули, а шея начала покрываться красными пятнами. Я был на сто процентов уверен в том, что она вспомнила наш поцелуй. Внезапно, появилась срочная необходимость ощутить ее клубничные губы на своих, попробовать сладкий вкус ещё раз. Терпкий танец наших губ отчётливо ощущался на моих жёсткий линиях. Все, о чем я думал, дало о себе знать. Вся кровь, что есть в моем организме, словно по команде открытый кингстон отлилась в мой член. Ткань болезненно создавала трение. Я поерзал на месте, встречая взгляд полный ненависти и замер, не мигая смотря на нее.

Ее глаза заблестели, переливаясь со светом солнца. Аврора сглотнула, переводя взгляд на свои бледные руки. Закусив губу, она упёрлась взглядом в тарелку о чем-то сосредоточенно думая. Я знал о чем. Я снова обжёг её и захотел вырвать себе язык. Ох, если бы я только мог!

— Скажи, — я опёрся на локти, боковым зрением замечая лица в предвкушении, что будет дальше, — я чем-то тебя обидел?

Аврора резко подняла на меня свои пламенные глаза, в которых горело мое отражение. Видимо, так и должно быть, так и есть, я горю от ненависти к самому себе и любви к ней. Сглотнув, она хотела открыть рот.

— ... Я хочу сделать это снова, — затуманенные глаза распахнулись, губы сложились в жёсткую тонкую линию, а щеки стали ещё краснея, придавая милому ангелу образ самой жестокой дьяволицы. 

Она облизнула сухие губы и я проследил за этим.

Блять.

Появилась необходимая потребность выколоть себя глаза. Пытаясь прогнать пелену похоти, я надавил пальцами на глаза, вызывая плавающие мушки. Одновременно с этим, я ёрзал на махровом стуле, пытаясь унять Висконти младшего, которому судя по всему, нравилось все происходящее.

— Ну что вы, Мистер Очевидность, — мелодичный голос проник в внутрь меня, припекая вены, заставляя кровь удовлетворенно нестись по всему телу, —разве я могу обижаться на человека, у которого совесть чиста, но ни разу не бывшая в употреблении.

Я откинулся на спинку стула и скривил губы, барабаня пальцами по белоснежному столу, чувствуя сладкий вкус предвкушения нашего общего словесного боя, который устроила Габриэла. Черт бы её побрал! Но я, мать его, так чертовски благодарен ей!

— Аврора, ты - мой кумир... —я покосился в сторону, откуда доходил звук.

Марко что-то увлечено шептал блондинке, улыбка которой, сияла все ярче и ярче. Сжав зубы до боли, я готов был разнести всё в пух и прах, если его дыхание ещё раз коснется её уха! Казалось, что они даже не замечали моего гневного взгляда, от чего мои кулаки сжимались все крепче и крепче. Вот его рука ложится на спинку ее стула, вот ее смех касается моих ушей, вот ее невинный нежный взгляд обращён ему. Интересно, если я замаскирую свою форму зла, это будет считаться добром с кулаками?

— Кстати, я хотел спросить, у вас случайно не запланирована встреча с Кьярой? — подал голос Фаби, отпивая кофе.

Данте, сидящий справа от меня, напрягся. Его и без того черная аура начала нервно колыхаться. Мне было непривычно видеть его таким.

— По правде говоря нет, — улыбнулась Аврора, а потом стала серьёзней, — у нее сейчас трудный период и она... переживает его одна... на это есть причины, — ее жёсткий взгляд метнулся к Данте, голос стал ровнее и бестрастным — которые так и хочется закопать!

Мужчина начал тяжелее дышать.Он потёр виски, пальцами хватаясь за края ажурной скатерти и начал нервно теребить её.

— Может мне составить ей компанию? — выпалил Марко, играя бровями.

Ох, лучше бы он этого не делал.

Данте вмиг замер, поднимая яростный взгляд на источник агрессии. Он сощурил глаза, явно, пытаясь себя контролировать, чтобы не вырвать его язык.

— Я не советовал бы тебе этого делать Фаби. — Прошипел Данте, скрежета зубами.

Улыбка друга медленно сошла с лица. Непонятливый взор бегал по опасному лицу Данте, который первый раз за все это время проявил свои эмоции. Все были в недоумении, как и я.

— Не понял, — блондин играл с зажигалкой, наклоняя голову набок.

— Я сказал не походить к ней!

Аврора испуганно подскочила от напора голоса Данте. Она прикрыла рот ладонью. Её взгляд метался между Фаби и Данте, которые мысленно метали друг в друга ножи. Я был в шоке.

Неужели, Данте заинтересовало что-то ещё кроме трусиков?

— С чего бы это? Разве она твоя девушка? Или может быть собственность?

Данте прикусил щеку и то что я увидел в его взгляде, встрепенуло меня. Это был опасный взгляд, так, он смотрел только на наших врагов, но сейчас, он смотрит так на своего друга, на своего брата.

— Я тебя предупредил Фаби, если ты подойдёшь к ней хоть на один шаг, то...

— То что? — Фаби нарывался.

— Для тебя плохо это закончится!

— Да неужели? — усмехнулся блондин, — тебе же плевать на неё, разве нет? Девочка бегает за тобой с того момента, как только увидела тебя, а что делал ты? — парень потянулся к бутылке виски, — ты трахал шлюх, игнорируя ее, а теперь говоришь не подходить к ней?

— Да черт возьми! Не подходить! — он вскочил из-за стола, приближаясь к Фаби, — ты нихрена не знаешь Фаби, — мужчина схватил за грудки блондина и дёрнул на себя, — нихрена не знаешь! — все остальные мужчины вскочили, собираясь их разнять, но я жестом показал не делать этого, — Тебя не касается моя жизнь и мои чувства. Ты трахаешь все, что движется. Но если ты подойдёт к ней, я убью тебя! Не лезь Фаби...

— Все хорошо, хорошо, сглотнув, Фаби пытался отцепить руки мужчины от себя, — я понял, не надо так нервничать.

Данте в удивлении посмотрел сначала на Фаби, а потом на свои руки, которые держали блондина в крепкой хватке и резко отпустил.Он потрепал свои волосы и громко вздохнул. Все смотрели на это представление с открытыми ртами.

— Мне пора, — нервной походкой, Данте вылетит из столовой.

— И что это было? — Марко нарушил тишину.

— Что бы это ни было, это плохо. Все его эмоции начали вылезать наружу и если одним днём, они обрушиться на него все, дело может кончится дерьмово, — я отпил кофе и поморщился, жалея, что это был не чай, — Так что нам всем нужно следить за ним. Нельзя, чтобы с ним что-нибудь случилось, особенно прошлое...

Прошлое.

Горькое и сладкое одновременно. Все из нас вкусили его сполна. Прошлое никогда не отпускает, ты живёшь с ним изо дня в день, питаясь его кошмарами, неся с собой грех и кровь. Независимо от того, сколько раз я буду пытаться убежать от прошлого, я не смогу избавиться от мысли, что был его частью. Прошлое порождает страхи, преграждая путь будущему и как бы я не пытался жить заново каждое утро, оно все ещё живёт в моем сердце, оно - часть меня.

Смех Авроры заполнил столовую, заставляя дрожать стены и я не выдерживал. Красная пелена начала застилать разум, зрение перестало фокусироваться. Тут же раздается грохот. Звук ультразвука наполнил внутренности и я распахнул глаза. Разбитая чашка осколками украсила мраморный пол, окрашивая его в коричневую жидкость. Я поднял глаза обвел всех присутствующих. Только сейчас я заметил, что стул, на котором я сидел, небрежно валяется на полу. Сам же я, стою на ногах как вкопанный, тяжело дыша, пялясь на парочку.

Аврора Висконти.

Грохот прокатился по всей тишине. Груда осколков осыпала пол, оставляя коричневые разводы. Я подняла глаза и холодок пробежался по спине. Сальваторе стоял тяжело дыша, смотря на нас с Марко. Вернее на Марко. Его холодные голубые глаза опасно сверкали, отливая свинцом. Он быстрыми движениями расслабил галстук и расстегнул две пуговицы на рубашке, демонстрируя острые ключицы. Медленно мужчина перенес вес своего тело через весь стол, делая огромный акцент на своей сумасшедшей улыбки, от которой, любой давно бы бежал, но не его люди.

— Марко, смотрю ты у нас шутник. Расскажи и всем свои шутки, — огромная тень, ползущая по лбу Сальваторе, делала его устрашающим.

— Буду рад. Но ты не оценишь моего юмора, — потянувшись за виски, Марко сделал глоток, слега поморщившись, — ты ведь, не любишь шутки?

Лёгкий зловещий смех пробрался под кожу, вызывая мурашки. Я была между двух огней. Один из них бросал холодные шутки, поджигая внутренности, а другой полыхал, заставляя все вокруг тлеть черной гарью.

— Да ты прав, — мой муж сверлил его взглядом, — но я думаю, что когда твои кишки будут валяться по всему городу, окружающие оценят мой юмор.

— Собственник, — парень помотал головой с улыбкой на лице.

Непонятные мысли грызли меня изнутри. Почему Сальваторе так поступает? Заботится и одновременно отталкивает от себя. Сальваторе был плохим человеком, жестоким, лишенным чувств, но именно с ним я оживала, я видела свет, обычные вещи приобретали краски. Я жила, дышала. Я всегда смотрела на вещи со светлой стороны, но в нем их не было, лишь тёмные, которые блистали ярким светом в конце тоннеля.

Сальваторе выпрямился во весь рост, скулы были слишком выражены из-за напряжения. Он перевел свой сапфировый взгляд на меня и облизал губы.

— Босс, он звонит, это срочно! — спотыкаясь, Данте вбежал в комнату, тяжело дыша.

Глаза Сальваторе ожесточились и потухли, он приблизился к Данте медленной, угрожающей походкой и кивнул. Все мужчины сорвались со своих мест и последовали за своим Капо.

Что происходит?