Глава 26. Наша тайна

Виолетта

Быть чьим-то секретом. Заманчиво или отталкивающе? Лично для меня это звучит двояко. Одно дело, когда ты знаешь чей-то секрет, а другое, когда ты становишься им. Мой разум не воспринимает это плохо, лишь с долей раздражения, когда ты знаешь, но не можешь признаться. Из-за этого твоё тело в постоянном напряжении, а мысли запутаны. В конце концов, ты это пошлёшь.

Я тихо крадусь к входной двери. Бисеринки пота скатываются по спине, пока лёгкая майка впитывает их в себя. За окном кромешная тьма, по ясному небу плывут тучи, оставляя за собой тени. Мои тихие шаги раздаются по коридору. Хотя я думаю, Ефим уже спит, мне всё равно хочется быть тихой.

Сегодня я впервые сбегаю к Демьяну, моему соседу, на ночь. Я слишком переживала насчёт этого, поэтому долго не соглашалась на эту глупую идею: сбегать ночью к нему, чтобы побыть наедине, но Демьян, конечно же, уговорил меня. Хотя ему не пришлось слишком долго уговаривать меня, потому что когда его губы завладели моими, все сомнения тут же исчезли. Что-то странное начало происходить между нами: Демьян стал мягче обращаться со мной, всё чаще смотрел на меня, обращал внимание на то, что я говорю, а я… а я просто любовалась им. Это непривычно для нас двоих. Мы пока не встречаемся, никто из нас не говорил об этом. Прошло не так много времени с того момента, когда Демьян избил Лукаса на глазах у всех людей в ресторане, а после признался, что хочет меня. Я быстро поддалась ему, потому что сама была на краю. Мы оба нуждались друг в друге.

Когда я остановилась у двери Ефима, готовая открыть входную дверь, то услышала голос, доносящийся из его комнаты. Ефим не спит?

Нервы тут же затрепетали, я сглотнула, прислушиваясь к звукам. Ефим с кем-то говорил на повышенных тонах. Кто это может быть в двенадцать часов ночи?

— Это моё последнее предупреждение, — грубо произнёс он за дверью, отчего по телу прошлись мурашки.

А вдруг он догадался о нашем плане с Демьяном? Но как?

— Что это значит? — снова зашипел он, и я навострила уши. — Нет, не надо. Прошу, Нани, — мягче сказал он, и моя челюсть отвисла, когда я услышала имя подруги.

В каком это смысле? Нани? Они говорят по телефону, это понятно. Но о чём? Есть что-то, о чём умалчивает Нани? Я обязательно это выясню.

— Ладно, давай я приеду сейчас, и ты мне сама всё расскажешь. — Его тон смягчался с каждым словом, и шок всё больше и больше заполнял мои края. Мне пора убираться, пока меня не спалили с поличным.

Выходить из квартиры и запирать дверь, когда Ефим не спит, казалось сложнее, но я всё же смогла это сделать. Я тут же изо всех сил побежала к двери Демьяна, тихонько тарабаня по ней. Долго мне ждать не пришлось, потому что дверь открылась, и я влетела в неё, спотыкаясь.

— Какого чёрта? — удивлённо поприветствовал меня Демьян в одном полотенце на бёдрах. На секунду мне даже показалось, что я забыла, как дышать. — Ефим тебя увидел? Он не спит?

Могнув пару раз, я оторвала взгляд от его тела, хотя это было не так легко, как кажется. Мне хотелось прикоснуться к мокрым кубикам на его животе, а после прикусить их. Это разврат. У него что, футболок нет?

— Нет... но он не спал, он делал кое-что другое, — произнесла я, и Демьян приблизился ко мне. Настолько близко, что моё сердце почувствовало его, начало чаще стучать.

Глаза Демьяна сощурились, когда он посмотрел на меня сверху вниз.

— Он что...?

Мои глаза расширились, когда я поняла, о чём он догадывался.

— Нет! Фу, нет, — фыркнула я, проводя руками по лицу.

— Тогда что? — усмехнулся он, проводя по моим волосам рукой. Мурашки пробежались по голым рукам и ногам, но я продолжила.

— Он говорил по телефону. С Нани. Представляешь? А она мне ничего не говорила о том, что они общаются, — говорила я, прикусывая губу.

— Но они ведь в ссоре. Ефим, вроде как, ненавидит её, — хмыкнул он.

Я закивала.

— Вот именно. Значит, это означает, что они скрывают своё общение. — Пока я, удивлённая, раздумывала над этим, сзади меня оказался Демьян: его горячее дыхание опалило мою голую шею, от чего я резко вздохнула, разворачиваясь. Наши глаза встретились, и моя голова закружилась от того, каким резким был взгляд Демьяна.

Грубые руки схватили меня за талию, а пристальный взгляд впился в мои губы. Мои щёки покраснели от такого напора.

— Ты такая красивая, Вишенка, — хрипло произнёс он.

Я сглотнула, вцепившись руками в его плечи. Мне хотелось чего-то большего. Не только поцеловать. Я не знаю, что творится с моим телом, но оно отзывается на чувственные прикосновения этого парня.

Демьян зарылся лицом в мою шею, пока волосы ниспадали с его головы. Горячий рот приблизился к моей артерии, и я пискнула.

— Тише-тише, — прошептал он, и всё внутри меня замерло.

Что он делает? Почему я так сильно сжимаюсь?

— Демьян, — простонала я, дёргая его за волосы. Я и сама не понимала, отталкивала ли я его или притягивала ближе. — Что ты делаешь?

Он, не отрываясь от лизания моей шеи, произнёс:

— Возбуждаю тебя.

— Как это? Зачем? — Я заметалась на месте, но сильные руки держали меня, не отпуская. Я была в золотой клетке. — Н-не нужно, — заикаясь, произнесла я.

Демьян, кажется, не слушал меня, потому что в следующее мгновение он отстранился и подхватил меня на руки. Он куда-то нёс меня, но я не могла простить ни слова. Демьян относится ко мне не так, как нужно. Точнее, не так, как должен. Он всегда был отстранённым, и то, что мы делаем всё это, странно. Мы ведь друзья детства, мы знаем друг друга с детства, а сейчас встречаемся? Встречаемся ли мы? Демьян ничего не говорит, а мне остаётся лишь ждать, пока он что-то скажет, ведь я не могу спросить напрямую.

Демьян осторожно подносит меня к дивану и так же осторожно кидает на него. По моему телу проходят разряды током, щёки краснеют и непонятное чувство зарождается где-то глубоко во мне. Это возбуждение? Этого добивался Демьян? Конечно, ему лучше знать, как это делать. Я ни разу не чувствовала чего-то подобного.

— Виола, ты мне очень нужна. Можно я тебя поцелую? — нуждающимся голосом говорит он.

Я киваю и одновременно отрицательно качаю головой.

— Я не знаю... ты можешь меня поцеловать, конечно. — В этот момент я замолкаю. Так происходит, когда он рядом.

Оскал Демьяна светится в темноте большой комнаты, когда он наклоняется ко мне, опускаясь на мои губы. Мой стон вибрирует между нами, я вжимаю его шею, а он мои бёдра. Мы не заходим дальше, чем можем. Я не думаю, что для этого самое время, но понимаю, что если Демьян считает меня своей девушкой, то он хочет меня. Может, в глубине души я тоже хочу его, но мысль о том, что его целовала и ласкала другая, заставляет отвернуться от него.

Я вздрагиваю, когда Демьян проводит губами по моей ключице, и это настолько приятно, что я тихо стону.

— Чего ты боишься? — спрашивает он. Он загоняет меня в угол. — Скажи. Я хочу, чтобы ты перестала бояться чего-то рядом со мной.

— Мне страшно, что когда-нибудь я увижу тебя с другой девушкой, — признаюсь я, не глядя на него.

Он шевелится на мне, я чувствую, как его тело поднимается, и он садится. Медленно я открываю глаза, моргая: он сидит передо мной и хмурится. Даже в темноте я вижу очертания его злой морщинки между бровями и сжатой челюсти. Демьян красив. Но когда он зол, то становится ещё красивее.

— Почему ты так думаешь? — Два его разных глаза сверкают.

Я отвожу взгляд и пожимаю плечами, но тут же чувствую, как тяжёлая рука ложится на мою щёку.

— Я не хочу казаться в твоих глазах кем-то подобным, — прерывает его голос тишину. Тело начинает дрожать под его острым взглядом.

Он не хочет.

— Но ты и не кажешься. Просто я боюсь этого.

— Я рядом, Виола. Я всегда тебя защищу, даже если от самого себя. Но поверь, это не понадобится.

Порхание бабочек внизу живота заставило меня улыбнуться. Мне невероятно тепло рядом с Демьяном. Он такой заботливый, добрый, невероятный. Почему так быстро моё мнение о нём поменялось? Может, мне не стоит так быстро его менять, пока я точно не буду уверена? Он ведь долгое время мне врал, а сейчас стал больше открываться. Возможно, это путь к его исправлению — я.

Оторвав взгляд от меня, Демьян взглянул на часы, которые висели на его венозной руке.

— Детка, тебе пора, — он развёл руками, — сегодня у меня много работы, а тебе нужно на работу.

Вздохнув, я села на диван, глядя на Демьяна. Он с улыбкой осмотрел меня.

— Что?

Я пожала плечами, говоря, что всё нормально. На самом деле мне не хотелось уходить. Я хотела хотя бы на пять минут побыть дольше в этой вселенной Демьяна и меня. Когда мы рядом, то всё вокруг становится другим. Это как публичные объятия после запрета на любовь.

Демьян ещё долго смотрел на меня, прищурившись. Его взгляд часто падал на мои припухшие губы, и я надеялась, что у него сорвётся крыша, и он поцелует меня наконец.

— Пока, — сказала я, останавливаясь у его двери.

Демьян подошёл ко мне, намотал прядь моих волос на палец, вдыхая запах. Смущение пробежало по моим щекам, окрашивая всё в красный цвет.

Его глаза остановились на мне.

— Это — чтобы быстро заснуть, — ответил он.

— Тогда я помогу ускорить это.

Сначала он нахмурился, не поняв моей реплики, но в следующую секунду я поднялась на носочки и впилась в его губы неаккуратным поцелуем, сразу же почувствовав на себе тяжесть его рук.

Я оторвалась от Демьяна, потому что воздуха не хватало. Но, кажется, Демьяну было всё равно, его глаза уже горели, желая продолжить поцелуй. Я потянулась к ручке двери и открыла её, выскакивая наружу.

— Виолетта... — пробурчал он.

— Сладких снов, Демьян, — махнула я рукой, а затем хлопнула дверью.