Глава 27

Блейз и Драко сидели в кабинете Снейпа, когда  пробил час отбоя. Нарушив правила, они пришли к профессору, чтобы поговорить.— Не могу понять одного, – вновь начал говорить Северус, продолжая свою мысль о беспечности юных волшебников, решивших разобраться в произошедшем самостоятельно. — Как вам в голову не пришло рассказать обо всем сразу? Если в гриффиндорцах я не сомневаюсь — они всегда лезли впереди всех, особенно эта троица, — но вы?Черные глаза Северуса с легким прищуром смотрели на подопечных. Он вспоминал клятву, данную Нарциссе, а затем и долгую беседу с матерью Блейза, которая слезно просила помочь ее сыну и уберечь его, когда свершится возвращение Темного Лорда. А теперь они сидели здесь, наконец, говоря о происходящем.— Не судите нас, профессор, – ответил Малфой, поднимая голову. – За все годы, когда Поттер и его компания пытались помешать возвращению Вол... Темного Лорда, никто из профессоров особенно не пытался им помочь. Что изменилось в этот раз?Северус дернулся как от пощечины. Перед глазами вновь возникло столкновение с трехголовым псом, мимо которого пытался пробраться Квирелл. Весь первый год обучения Гарри Снейп пытался помешать неизбежному возвращению зла.— Допустим, – обуздав свои эмоции, ответил Северус.— Вы расскажите нам о Беннингтоне? – спросил Блейз, впервые заговорив со времени прихода в кабинет.Снейп перевел на него черные глаза и изогнул бровь.— Откуда он взялся? Мы не слышали о нем ни среди пожирателей, ни в качестве мракоборца. Я вообще не припомню семьи волшебников с такой фамилией.Северус тяжело опустился в кресло, сплетая пальцы и положив их на живот. Возвращаться в трудные времена, даже мысленно, казалось ему пыткой, но профессор сделал над собой усилие.— Профессор Беннингтон был одним из тайных агентов, которые путешествовали по всей магической Англии и освобождали волшебников из плена пожирателей, – наконец, ответил Снейп. — Вы не слышали и не видели его, поскольку его миссия в принципе была известна лишь узкому кругу людей. Пальцев одной руки хватит, чтобы перечислить их всех. Но, что свойственно всем людям, они недолго могут держать подобную информацию в тайне.Слизеринцы переглянулись.— Его предали? – спросил Малфой.— Нет, но о его деятельности быстро стало известно в высших кругах Темного Лорда, – с легкой улыбкой ответил Северус. – Он был в бешенстве, когда узнал что кто-то освобождает узников лагерей.Блейз почувствовал, как по спине побежали мурашки. Леденящий холод, пробиравший все его нутро, возникал всякий раз, когда он вспоминал о всех злодеяниях и зверствах, которые происходили в прошлом году.— Охота за Беннингтоном длилась несколько месяцев, он умел хорошо прятаться.— Но кто он? Он учился в Хогвартсе?Северус покачал головой.— Кастиэль — выпускник Дурмстранга, некогда был любимчиком Каркарова. А вы знаете, с каким упорством они хранят свои тайны.Малфой едва удержался, чтобы не вскочить.— Он один из специалистов, хорошо знающих темную магию, – продолжил Северус. — Кастиэль один из немногих, кому я доверил...Неожиданно профессор осекся, посмотрев на Блейза.Слизеринец застыл.Он понял.Северус доверил Кастиэлю Джинни.— Я не встречал тех, кто смог бы остановить проклятье, сжирающее волшебников изнутри, – добавил он, вставая с кресла.Малфой, ненадолго погруженный в свои мысли, пропустил это мимо ушей.Блейз смотрел перед собой. Джинни едва не погибла, когда он нашел ее в подземельях. Северус обещал помочь, обещал вытащить ее, но не мог сделать это сам. А теперь, когда истинное лицо спасителя его девушки было известно, Блейз не мог относиться к профессору также настороженно.Что-то внутри него требовало, чтобы Забини прямо сейчас отправился к Беннингтону и поблагодарил, пусть и не с Джинни.Она должна знать.Эта мысль разрезала его сознание в одну секунду, заставив Блейза сжать кулаки.Драко, услышав достаточно, поднялся.— Нам стоит вернуться в спальни, — сказал он, повернувшись к другу.Забини, находясь в возбужденном состоянии, порывисто поднялся, чем вызвал недоуменный взгляд Малфоя.— Да, – бросил Блейз, пропуская Драко перед собой.Попрощавшись с профессором, слизеринцы направились к выходу, вооружившись палочками. Блейзу нужно было поторопиться в Астрономическую башню. Джинни уже ждала его, он чувствовал это.— Мистер Забини, – позвал его Снейп, когда Драко вышел из кабинета.Блейз обернулся и застал на лице профессора то выражение лица, будто он собирался сообщить студенту еще что-то. Забини мысленно подготовился, хотя казалось, что его уже ничем не удивишь.— Амикус Кэрроу исчез из Хогвартса не просто так, – туманно произнес Северус, бросая взгляд за спину Блейза, где ждал Малфой.Слизеринец несколько мгновений смотрел в черные глаза Северуса, а затем, коротко кивнув, вышел в темноту коридора.*****— Ничего не получается, – она бессильно опустила волшебную палочку, а в следующее мгновение запустила ее в другой конец комнаты.С легким стуком палочка ударилась о стену и отскочила куда-то в угол, где стоял массивный комод из красного дерева. Пэнси закусила губу от досады и задрала голову, смотря в потолок.Не плакать. Не плакать. Не плакать.Рядом послышалось шуршание простыней. Тео перебирался от изголовья кровати к краю, прямо к ней. Она стояла в центре комнаты и последний час пыталась вызвать хотя бы крошечный огонек. Даже треклятый люмос не хотел действовать.— Давай немного передохнем, – Тео заметил, как подрагивали ее крепко сжатые кулаки.Паркинсон сейчас была похожа на раздосадованную речную нимфу. Глаза ярко блестели от света зажженных свечей, щеки раскраснелись от множественных взмахов палочкой.Пэнси хотела вернуть свою магию. Она казалась себе бесполезной без возможности колдовать. В ее жилах текла чистокровная кровь волшебников, а теперь она была даже хуже сквибов, которые никогда не имели возможности создать даже крошечный огонек.Раньше она могла сносить с места огромные валуны, выдирать деревья с корнем и превращать все вокруг себя в месиво. А теперь ей был неподвластен легкий ветерок. Пэнси была в отчаянии.— Я не могу отдыхать, Тео, – жестко ответила она, поворачиваясь к нему спиной. – Прошло уже достаточно времени, чтобы я могла восстановиться. Мне нужна моя магия. Без нее я...— Что? – спросил Нотт, вставая с места. – Без нее ты — что?Пэнси до боли закусила щеку.— Неважно, – отмахнулась она, делая несколько шагов в сторону, куда отлетела ее палочка.Шаря глазами по полу, она пыталась разглядеть ее. Нужно попробовать еще раз. Вдруг у нее получится, вдруг она...— Пэнси, – крепкие руки Тео опустились на ее плечи.Она подавила желание откинуться назад, прижаться к его груди и позволить этому надоедливому когда-то парню защитить ее от всего мира. Иногда ей хотелось быть слабой, позволить кому-то другому взять под контроль заботу о ней. Вернее не кому-то, а ему.Теодор Нотт не отпускал ее от себя с самого возвращения с рождественских праздников. Он не прекращал держать ее за руку дома при любом удобном случае, а в школе и вовсе ходил по пятам, как верный пес. Пэнси была готова расплакаться каждый раз, когда ловила на себе его восхищенный взгляд. Никто и никогда не смотрел на нее так.Так и сейчас, Нотт неотрывно смотрел на нее, а в глазах у него плескался огонек. Крепкие руки сжимали ее плечи с легкой силой, но Паркинсон это даже нравилось.— Пэнси, – повторил он, мягко подталкивая девушку так, чтобы она повернулась к нему лицом.Паркинсон подняла голову и встретила внимательный взгляд карих глаз, забиравшийся ей в самую душу.— Тебе необязательно так истязать себя, – мягко проговорил он, перемещая ладони на ее шею и щеки.Слизеринка едва устояла на ногах, по телу пробежала дрожь. Всякий раз, когда Тео касался ее, она чувствовала, как внутри зарождается приятный огонь.— Сейчас самое время, чтобы взять себя в руки, – ответила она, в серых глазах читался вызов. – Ордену нужны все боеспособные волшебники.Тео закатил глаза.— С чего ты решила, что снова начнется война? – спросил он, так легко произнося последнее слово, что у Паркинсон на секунду перехватило дыхание.Он, конечно же, это почувствовал.— Мне так... кажется.Она отвела глаза в сторону.Пэнси преследовало странное ощущение с момента пробуждения. Находясь в отключке от действия яда, она пребывала в странном состоянии, находясь за пределами своего тела. Будто кто-то создал ее астральную проекцию и отправил на долгую прогулку.Паркинсон видела вокруг себя густой лес. Ветви деревьев были столь пушистыми, что через них едва проникал солнечный свет. В нем всегда было мрачно. Она слышала отдаленные крики, но никак не могла понять, откуда именно они доносятся.— Что произошло, пока ты спала? – спросил Тео, беря ее лицо в руки.Пэнси хотела отвернуться, но Нотт держал крепко. Он не позволил ей уйти в этот раз.— Пэнси, что ты видела?Иногда слизеринке казалось, что Тео тоже научился забираться в умы других людей. Слишком хорошо он знал ее.Ей не приходило в голову, что на протяжении долгих лет их дружбы он неотрывно наблюдал за ней. Тео влюбился в нее с первой минуты знакомства и с тех пор никогда не допускал в свое сердце кого-то другого.— Это был просто сон, – ответила она, отходя в сторону.Он все же отпустил ее. Не хотел, чтобы она видела в нем опасность.— Да, а все произошедшее с тобой просто зимняя спячка, как у медведей в лесу, – усмехнулся Тео, но затем быстро вернул лицу серьезное выражение. – Я не буду давить на тебя и заставлять рассказывать об этом. Но иначе мне будет труднее помочь тебе.Пэнси и сама прекрасно это понимала. В глубине души она рассчитывала на помощь Тео.Она остановилась напротив окна и стала всматриваться в темноту Черного озера. Спальни слизеринцев, находившиеся в подземельях, иногда были спрятаны так глубоко, что заходили в озеро. За непробиваемым стеклом, окруженным волшебной защитой, плавали мелкие рыбки, путаясь хвостами в водорослях. Если присмотреться, можно было заметить длинные болотно-зеленые щупальца гриндилоу. От них у Паркинсон всегда по спине бежали мурашки.— Большую часть времени я просто бродила по лесу, – заговорила она, погружаясь в воспоминания.Там почти не было света и я нередко натыкалась на стволы деревьев. Отовсюду звучали крики. Иногда мне даже казалось, что я слышу мольбы о помощи. Они были такими тихими, слабыми, но... – что-то внутри нее воспротивилось, чтобы произносить следующие слова. — Мне показалось, что я могла слышать голос Демельзы.Обернувшись, она увидела, что Тео смотрел на нее с легким недоумением.— Да, это кажется чем-то невероятным, но... – она нервно закрутила пальцы. – Мне кажется, что я правда слышала ее и еще других...Тео присел на край кровати, уперевшись локтями в колени.— Я склонен верить тому, что ты могла их слышать, – сказал он некоторое время спустя. – Вы все были покусаны этими... существами, которые вытянули из вас магию. Они куда-то доставили ее. Возможно, в этот момент они забрали и небольшую частичку каждого.— Тогда это объясняет, почему я слышала Демельзу, – Пэнси поежилась, вспомнив, как раздался душераздирающий крик девушки в ее голове. — Мне показалось, что кто-то настиг ее. Но она умерла... после того, как я пришла в себя.Тео поморщился. Ему не нравилось говорить о смерти.— Возможно, кто-то мучил ее, – предположил Нотт, мрачно посмотрев в окно.Ему и в голову не приходило, что находясь без сознания, зараженные могли испытывать боль иного рода. Даже сейчас это казалось неправдоподобным. Они никогда не слышали о подобном.— Ты слышала что-то еще? – спросил Тео, не поворачиваясь к ней.По лицу Пэнси пробежала тень.— Нет, больше ничего.Поднявшись с места, Нотт в несколько шагов преодолел разделявшее их расстояние и заключил девушку в крепкие объятия. Его желание держаться рядом с ней заиграло с удвоенной силой. Теперь он еще больше боялся потерять ее.****Железные цепи раздирали кожу при каждом неловком движении. В глазах плясали огоньки, а голова исступленно свисала с плеч. Он не находил в себе сил подняться, смотреть остальным в глаза. Оставалась слабая надежда, что она спасет его. Она должна успеть.Руки чесались от незаживших ожогов. Его принесли в палатку, когда поняли, что огонь отнял слишком много сил и он попросту отключился. Им было все равно.Бросив его на холодную землю, они оставили рядом миску с водой, словно он был собакой, которую отправили на перевоспитание и теперь ждали, когда можно будет вернуться к новым методам дрессировки.Они хотели, чтобы он раскололся, рассказал им все, о чем не должна была знать ни одна живая душа.Они использовали ее. Именно ее.— Мерзкий полукровка, – тяжелый ботинок с металлической набойкой с размаху прилетел со стороны. Раздался хруст.Он тяжело задышал, стараясь усмирить боль, которая растекалась по лицу словно вода.— Ты не сможешь молчать долго, – рядом с ним на корточки присел один из волшебников. От него страшно воняло. – Ты расскажешь нам, где упрятал своих питомцев.«Только через мой труп» – в голове прозвучал мелодичный женский голос.В уголках глаз скопились слезы. Облегчение, которое коснулось его груди, дарило силы, чтобы стерпеть следующий удар.«Продержись еще немного, Джон».Она умоляла его держаться. Она просила его не сдаваться и не уступать врагу. Нужно было лишь продержаться... Совсем немного. Он должен попытаться.Неожиданно все звуки вокруг стихли. Джон глубоко вздохнул и, сжав кулаки, с усилием приподнял голову и открыл глаза. В палатке больше никого не было. Даже охрана, которую приставили к нему с особенным наказанием – уничтожить, если попытается сбежать – исчезла.Неужели...Над лагерем пожирателей пронесся оглушительный рев. В нем можно было услышать отчаяние и жажду мести за все, что они сделали с ним. Она хотела отомстить за него. Она была готова уничтожить всех, кто посмел тронуть его.— Гвендолин...Тихий шепот. Мольба. Огонь.Все погрузилось в огонь.*****Джинни всегда думала, что смерть вызывает неподдельный ужас у каждого, к кому приходит. Человека, которому осталось совсем немного, должно быть, будут переполнять страх и паника. И все же она ничего из этого не чувствовала.Внутри было слишком спокойно, когда она пролетала этажи Хогвартса, так стремясь наконец коснуться земли.Что-то внутри нее оборвалось, когда перед глазами вдруг возникло улыбающееся лицо отца.— Папа, – ветер унес ее шепот.Амикус был прав, когда говорил, что Артура постигнет ужасная учесть – потерять единственную и любимую дочь так просто, так глупо. И теперь оставались считанные секунды до того, как ее жизнь оборвется навсегда.Джинни вспомнила первый снег, выпавший в прошлом году в конце ноября. Тогда она сидела на том же месте в Астрономической башне и наблюдала за тем, как снежинки, пританцовывая, ложатся тонким слоем на площадку. Блейз был так мил, когда в тот же день придержал для нее дверь и коротко улыбнулся, стоило Джинни смотреть на него несколько дольше необходимого.Уизли вспомнила облегчение, с которым она увидела в Выручай комнате Гарри, Рона и Гермиону всего несколько месяцев назад. Она была рада, что он выжил. И вместе с тем ее душа успокоилась, когда пришло осознание, что теперь не нужно терзаться мыслями о возможной гибели Поттера. Теперь она могла выбрать то, к чему тянулось ее сердце.В голове вертелось одно единственное слово, которое она так и не смогла произнести, глядя ему в глаза:— Прости...Джинни почувствовала хлопок и тело дернулось, словно приземлилось на мягкое облако, слегка оттолкнувшее ее при падении.Несколько секунд спустя Уизли осознала, что все еще дышит. Распахнув глаза, она мгновенно устремила взгляд вверх, на площадку башни. Там было пусто.— Вы решили испробовать амортизирующие чары, мисс? – строгий голос Кастиэля разрезал тишину во дворе.Руки покалывало от холода.Джинни перевела на него пустой взгляд, хотя внутри происходила настоящая буря.Профессор изменился в лице. Посмотрев туда же, куда несколько мгновений назад был устремлен взгляд ученицы, он прищурился.Уизли вздрогнула, когда из груди вырвалось рыдание. Ее сотрясали мысли, что не окажись профессор Беннингтон рядом, она была бы мертва.— Джинни...Рядом послышался шорох мантии, профессор присел рядом с ней. Мягко коснувшись ее плеча, он терпеливо ждал, когда к девушке вернется способность говорить, а сам мысленно создавал послание для Северуса.«Немедленно приходите во внутренний дворик рядом с башней. И... возьмите с собой Забини, он здесь тоже нужен».