ГЛАВА 9. ВЕЧЕР, ГДЕ ВИЛКИ - ЭТО ПОЛИТИКА

Стол был накрыт на шесть персон.Красивая посуда. Серебро. Хрусталь.Тишина такая плотная, что даже звук ножа по фарфору звучал как предупреждение.

Антонио сидел во главе.Ария — рядом.В платье цвета бордо, которое выбрала не она.С причёской, которую уложила чужая женщина.С улыбкой, которую училась носить, как маску.

— Как вам Италия, синьора? — спросил один из гостей.Старик с острыми глазами и перстнем на пальце, размером с грех.

Ария подняла бокал.— Тёплая.Но ветер в ней... острый.

Старик усмехнулся.Антонио положил ладонь на её бедро под столом.Крепко.Как якорь.

— У Арии прекрасная наблюдательность, — сказал он, не отрывая взгляда от гостей.— Именно это и делает её ценной.

— Ценной для вас... или для семьи? — уточнил кто-то.

Антонио улыбнулся, не моргнув.— А разве есть разница?

⸻

Ария держала осанку.Смотрела, как другие смотрят.Слушала, как на неё вешают ярлыки."Красивая.""Слишком молодая.""Интересная..."И главное —"опасная, если Антонио начнёт чувствовать."

Он будто чувствовал это.Повернулся к ней.Налил вина.Сделал вид, что случайно коснулся её руки.Но сделал это как мужчина, а не как союзник.

— Улыбайся, — прошептал он ей на ухо.— Ты справляешься.

⸻

После десерта он поднялся.

— Мы уходим.

Никто не осмелился возразить.

Ария поднялась, чувствуя, как на ней горят взгляды.Как будто каждый в комнате задавался одним вопросом:

"Он правда с ней?Или это — спектакль?"

⸻

Когда они остались вдвоём в коридоре,она выдохнула.

— У меня болит лицо от этой "улыбки", — прошептала она.

Он усмехнулся.— Справилась.

— Я чуть не выронила бокал, когда этот старик сказал, что я выгляжу "слишком невинно для Фальконе".

— Ты выглядишь опасно, когда молчишь.— Это комплимент?

— Это предупреждение, Ария.Ты учишься.Но если ты хочешь, чтобы тебе верили...придётся не просто играть.Придётся стать.

Она остановилась.Смотрела ему в глаза.

— А ты кем стал, чтобы выжить?

Он не ответил.Только коснулся её щеки.

— Тем, кто может научить тебя жить.

⸻

В ту ночь Ария не спала.Смотрела в потолок.И повторяла про себя:

«Это не я.Это роль.Это защита.»

Но губы ещё помнили вкус вина.И его руку — на бедре.И взгляд, который говорил:ты больше не гость.Ты — моя.Пока я не позволю иначе.