~22~

 Алессандро

Я держал огромный зонт, пока Инес молчаливо наблюдала, как темно-коричневый гроб погружали в землю. Паола надела черные очки и так же молчаливо смотрела вперед. Вот уже как три дня я не слышал, чтобы она разговаривала с кем-то, только горько плакала и постоянно запиралась в своей спальне, чтобы побыть одной.

Прогремел гром, и моя жена вздрогнула. Я тут же положил ей руку на плечо, показывая, что все хорошо, и это всего лишь погода.

Остальные члены клана и близкие родственники Леоне окружили погребальную яму. Я не был уверен, что все они были настолько опечалены, что Гоффредо ушел из жизни, у него, как и у каждого из нас были враги, которым только за радость узнать, что того, кого они так ненавидели нашли обезглавленным.

— Я хочу ещё побыть здесь. — Сказала мне Инес, когда вокруг никого не осталось кроме нас.

Она вся промокла до нитки, на её лице не было ни грамма косметики, можно было хорошо рассмотреть насколько опухли и покраснели её глаза. Я понимал, Инес нужно время, много времени. Из её жизни ушел любимый человек, первый мужчина, от которого она почувствовала любовь, и теперь, насколько это должно быть больно, стоять и провожать его в последний путь.

Как только Инес развернулась ко мне, я опечалено выдохнул. Блеск, в её изумрудных глазах пропал, уголки губ опущены вниз. Раньше на лице моей жены я наблюдал едва розоватый румянец, подчеркивающий симпатичные щечки, но сейчас, они впали и я могу лишь смотреть на бледные высокие скулы.

— Ты заболеешь, amore. — Я попытался приободряющее улыбнуться, но я был слишком изнеможен для этого.

Инес покачала головой и стерла слезу. Как только моя рука потянулась к ней, она отстранилась, давая понять, что не хочет. Плотно сжав губы, я сдержанно кивнул и посмотрел на могильный камень.

— Когда мы были в Париже и стояли на кладбище, я рассказывал тебе истории про свою маму, — тихо начал я. — Они были добрыми, заставляющие улыбнуться. Так пусть на твоем лице будет сверкать улыбка каждый раз, когда ты вспоминаешь своего отца, amore. Он заслужил этого, только потому что у него такие замечательные дочери.

Я обернулся лишь на секунду, чтобы посмотреть все ли покинули с кладбища, но заметил, как возле моей машины стоял Лоренцо и Катерина. Они тихо переговаривались и все время поглядывали на нас. Паола и Теофила давно сели в машину рядом.

— Ты знаешь, какого это, потерять родителя, Алессандро, — Инес двинулась к раскопанной яме, но не смогла найти в себе силы и посмотреть вниз. — Я не знаю как свыкнуться с мыслью, что его нет. Все это кажется страшным сном. Мне хочется проснуться и убедить себя, это никогда не произойдет со мной.

Не сдержавшись, я положил свое руку ей на плечо, и оно немного дрогнуло.

— Я хочу быть рядом с тобой. Только так мы справимся со всем этим. Это тяжело, все делать в одиночку.

Она фыркнула.

— Вся моя жизнь — боль, Алессандро. Разве ты не помнишь? Меня всегда били по уязвимым местам, но теперь, я буду сильной и отомщу за отца. Тот кто сделал это умрет, он будет страдать. Это мое право.

Мне было неприятно слышать, что Инес рассуждала как убийца, но я мог понять её. Иногда, месть — единственное, что может утихомирить нашу боль. Но как бы она не жалела, что в один из дней своими же руками лишила жизни человека.

Бросив зонт на газон, я притянул Инес к себе и поцеловал в лоб. Она пыталась вырваться из моих объятий, но моя хватка была сильной. У неё не было никакого шанса.

— Отпусти меня, — рыпалась она. — Я не хочу казаться слабой в твоих глазах.

— А какой ты хочешь быть? — тут же спросил я.

Она на секунду задумала, а затем подняла свой взгляд на меня. Глаза Инес казались мне ледяными.

— Быть равной тебе, — ответила она. — Относись ко мне, как ко всем.

Послышался очередной раскат грома. Он был настолько сильным, что сработала сигнализация. Инес прожигала меня стальным взглядом, она ждала моего ответа или же пыталась заставить меня выполнить её просьбу.

— Не могу, amore, — я погладил её по щеке. — Я слишком жестокий со всеми, кроме тебя. Та сторона не понравится тебе.

— Это прозвучит глупо, но я настолько привыкла чувствовать боль, что все остальные эмоции чужды для меня.

Инес закрыла глаза, как только мой большой палец начал гладить её щеку. Я хотел поцеловать её в нос, но что-то заставило меня обернуться. Возле Лоренцо стоял мой отец, под руку его держала Мирелла.

Я сдержал рык ради своей жены. Взяв её руку, мы медленно подошли к остальным. Мне пришлось спрятать Инес за спину, чтобы отец не видел насколько уязвимой он сделал её, опять. Но она вышла вперед и чуть ли не накинулась на него, пришлось ухватить её за талию, чтобы не случилось очередных неприятностей.

Отец удовлетворенно наблюдал за тем, как Инес пыталась напасть на него. У него чуть ли не пена шла от удовольствия. Все его лицо было заклеено пластырями, под глазом красовался фиолетово-синий синяк.

— Я буду молиться, чтобы твою голову нашла жена или дочь. — Словно яд выплюнула Инес.

Мирелла удивленно посмотрела на неё. Теперь, от усмешки не осталось и следа, она была рассержена.

— Не будь стервой, Инес, — наигранно сладким голосом сказала она. — Твой отец умер, мы все скорбим.

Теперь уже не смог промолчать я. Чуть выйдя вперед, Мирелла попятилась назад, но отец как специально крепко держал её.

— Я отрежу твой язык, если ты ещё раз скажешь это. — Пригрозил я.

Было забавно смотреть, как цвет её лица становился бледным. Мирелла хотела что-то ответь мне, но ничего достойного так и не смогла придумать.

— Мой сват ушел из жизни, жизнь бывает несправедливой, — я фыркнул как только отец сказал это. — Мои соболезнования, Инес.

Инес мерила его брезгливым взглядом. Выдернув свою руку из моей, я внимательно наблюдал, как она подошла чуть ближе к отцу. Он хотел показать, что никак не причастен к убийству, но каждый здесь знал правду.

— Катись к черту, — Инес плюнула ему прямо в лицо. — Надеюсь, Дьявол заберет твою душу и будет мучать, пока кровь не начнет вытекать из твоих ушей и глаз.

Отец не спеша стер слюну со своего лица. Он не стал злиться или пытаться угрожать Инес. Ему нравилось видеть уязвимые места, и у Инес, это семья.

— Для чего ты пришел? Или было не достаточно, как твое лицо разукрасил Лоренцо?

Друг стоял позади. Он не стал подходить ближе к нам, лишь наблюдал со стороны, при этом держа Катерину за руку. Она была напугана.

— Мой старый друг умер, Алессандро, — как ни в чем не бывало ответил он. — А как твоя рана? Ты живее всех живых, как я вижу.

Рыкнув, я собрался подойти ближе, как звук захлопывающей двери привлек меня. Из машины вышла Инес. Она держала в руке пистолет, направляя на отца.

— Ты —сволочь, — кричала она. — Я никогда не прощу тебе смерть папы!

Отец громко засмеялся. Он не верил, что Инес выстрелит, но не знаю как все, но думал я иначе. Она говорила, что отомстит. Не стоит недооценивать разозленную и отчаянную женщину.

— Ты не нажмешь. Слишком слабая.

Инес покачала головой и хитро улыбнулась.

— Уверен? — с вызовом спросила она и нажала на курок.

Крик отца разнесся по всему кладбищу. Он упал на землю и схватился за свою ногу.

Твою мать. Инес прострелила ему ступню.

Я попытался оттащить её, но она со всей силы толкнула меня.

Смотря на него сверху вниз, она присела на корточки и тихо прошептала.

— Я не такая как все, Джакапо. У меня может быть дермовый характер, когда дело касается защиты моей семьи.

Мирелла громко закричала. Она припала к отцу и начала помогать ему встать. Тогда уже подключилась его охрана и выставила оружие. Лоренцо тут же очутился рядом со мной, и мы вытащили свои пистолеты.

— Вы на моей земле, — напомнил я. — Проваливайте, либо я убью всех вас.

— Отказываешься от крови, ради шлюхи. — Словно грязь выплюнул отец.

Ему помог подняться один из телохранителей.

— Ты еще раз дал мне понять, что я не хочу иметь что-то общего с тобой. — Спокойно сказал я.

Отец фыркнул. Он дал указание своей охране и они развернулись, чтобы удалиться. Мирелла, как шавка плелась сзади, что-то тараторя.

Обернувшись, я облегченно выдохнул, когда заметил, что машина Паолы не стояла рядом. Они уехали намного раньше, до прихода отца.

— Инес прострелила ему ногу. — Задумчиво сказал Лоренцо.

— Поверь, это было лишь предупреждение с её стороны.

Похлопав друга по плечу, я открыл дверь своей машины, со стороны водителя. Инес сидела на своем полюбившимся месте и смотрела куда-угодно, но только не на меня. Катерина села рядом с ней, а Лоренцо на переднее пассажирское.

Заведя двигатель, я выехал на главную дорогу, направляясь прямиком в Рим. Нет смысла больше оставаться во Флоренции. Сейчас, к основным делам добавился вопрос о новом месте жительства Паолы и Теофилы. Как я понимаю, они обе не захотят больше жить в доме, где произошло жестокое убийство.

Я был не так хорошо знаком с Гоффредо, за все это время я успел испытать множество чувств по отношению к нему. Он был хорошим отцом, действительно любившим свою семью, но то, как из-за него страдала Инес, тяжело забыть.

— Я могу взять выходной на пару дней? — Лоренцо повернул голову в мою сторону.

Я же в свою очередь посмотрел в зеркало дальнего виде, столкнувшись со взглядом Катерины. Она скромно опустила глаза в пол.

— Ты знаешь, что нужен мне здесь, — сухо сказал я. — Послезавтра ты обязан быть на своем рабочем месте, Лоренцо. И без глупостей.

Друг сдержано кивнул мне и отвернулся. Значит, он не послушал самого себя и решил рискнуть с Катериной. Она до сих пор не особо нравилась мне. Каждый раз после разговора с ней у меня оставалось неприятное послевкусие. Мои люди наводили на неё справки, но всегда все было чисто. Никаких задержаний полиции, хранения наркотиков, мелкого хулиганства. Ничего.

Я знал, что-то обязательно должно было быть, но в то же время бесился, что не мог разгадать настолько легкую задачу.

— Где вы будете, чтобы я знал, куда ехать, в крайнем случае? — Спросил, как только начал подъезжать к дому Лоренцо.

Он жил недалеко от меня. В таком же кирпичном доме, только в квартире поменьше. Я был там несколько раз, в прошлый раз Лоренцо делал ремонт, ему досталась достаточно старая и не совсем ухоженная квартира.

— Фраскати, я снял небольшой домик.

— Только без глупостей, — я потер переносицу. — Не ломай ей жизнь. Слышишь?

Мне было известно каким ответственным был Лоренцо. Ещё не было ни одной ситуации, которую он не продумывал от и до, но когда дело касается женщин, даже у убийцы голова пойдет кругом.

Остановив машины, я подождал пока Лоренцо и Катерина выйдут из машины.

— Спасибо, что подвез. — Послышался её голос.

Я обернулся через плечо, чтобы посмотрел на девушку. Катерина слышала наш разговор, её щеки немного зарумянились. Мне пришлось выдавить улыбку и кивнуть.

Как только дверь захлопнулась, я посмотрел на Инес.

— Следующая остановка — наш дом.

Она ничего не ответила мне. Всю дорогу Инес сидела со сложенными руками на груди и скрещёнными ногами.

Уже дома, когда мы зашли в квартиру прямо на ходу она начала снимать с себя одежду, оставшись в одном нижнем белье. Мой взгляд скользил по её телу. Член в брюках дернулся, и я тихо зарычал. Каждый раз, когда я вспоминаю наши небольшие приключения в Париже, то по телу проходит приятная дрожь. Мне бы хотелось повторить все то, что мои пальцы делали с ней, почувствовать влажные губы Инес на своем члене, как он набухал каждый раз, когда я встречался с её наивным взглядом.

Я следовал за ней, прямо до ванны. Наблюдал, как Инес набирала горячей воды в ванну. Не могу представить, как она собиралась сидеть в этом кипятке. Взяв небольшой бутылёк с её любимой пеной, она капнула пару капель. В нос ударил легкий, еда ощутимый запах ванили.

— Так и будешь стоять или присоединишься? — она резко расстегнула свой бюстгальтер и кинула его на пол, следом полетели трусики.

Я не ответил ей. Продолжал блуждающие смотреть на голое тело своей жены. В Инес было идеально все, начиная от линии роста волос и заканчивая пальчиками ног. Я не хотел давить на нее, мы только вернулись с похорон. Мне хочется дать ей время.

— Мы будем только мыться, amore, — сказал я, не отводя взгляда от её опечаленного лица. — И только.

— Снимай одежду и залезай.

Инес махнула мне рукой и залезла в воду. Она аккуратно положила свою голову на приготовленное полотенце и закрыла глаза.

Избавившись от своей одежды, я сел напротив нее и взял за руку, немного потянув на себя. Инес поняла намек и переместилась ко мне, кладя голову на грудь. Она тяжело вздохнула и обхватила мои плечи руками, пока я придерживал её за талию.

— Ты злишься на меня? — спросила она, как только я посмотрел на неё.

— Нет, не злюсь, — честно ответил я. — На твоем месте, я бы стрелял в голову.

Инес фыркнула от смеха. Её голая грудь касалась моей, я чувствовал как соски затвердели.

Я гладил спину Инес, стараясь не выходить за рамки дозволенного. Девушка немного соскользнула вниз, она оперлась на руки, чтобы подняться, но случайно задела мой член. Мы оба тихо выдохнули.

— Ой. — Она легонько улыбнулась.

Я поцеловал её в нос.

— Ты же понимаешь, что я не буду спать с тобой, сразу после похорон? — аккуратно спросил я.

Инес начала водить своим пальчиком по моей груди, каждый раз возвращаясь к татуировке на груди. Ещё в тот раз я заметил, как она понравилась ей. Я заметил ухмылку на её лице. Она поменяла свое положение, и обхватила своими ногами мои бедра.

— Я и не просила, чтобы ты прямо сейчас оттрахал меня, — Своими губами она коснулась моей груди. — С тобой можно кое-чем поделиться?

Мне пришлось немного приблизиться к ней, чтобы услышать, что она шептала.

— Ты можешь рассказывать мне все, — на полном серьезе ответил я. — Я твой муж и друг.

Заправив выпавшую прядку волос Инес ей за ухо, она тихо вздохнула.

— Меня все чаще и чаще посещают мысли, что я хотела бы попробовать с тобой жить нормальной супружеской жизнью, — призналась она. — Но после сегодняшнего дня сомневаюсь, что не буду думать каждый раз, что с тобой или нашими детьми не сможет произойти подобного. Я боюсь.

Моя рука уверенно лежала на талии Инес. Я не знал, что ответить ей. После всех событий она перестала хотеть детей, и от этого действительно стало легче. Мне не прийдется придумывать отмазки и думать, как помириться с ней. Уверен, у нас получится хорошо прожить эту жизнь и без ребенка.

— Я поддерживаю тебя, — четно сказал я. — Нам нужно разобраться в самих себе и с происходящим вокруг. Дети никак не вписываются сюда.

Инес горько кивнула.

В глубине души она хотела бы почувствовать себя матерью, прижимать к груди младенца и кричать от радости, когда он будет пытаться делать первые шаги или выговаривать слова. Но это не про нашу историю и Инес понимает это. Иногда приходится чем-то жертвовать.

Поддавшись чуть ближе, я оставил легкий поцелуй на губах Инес. Она придвинулась чуть ближе и попыталась углубить поцелуй.

— Инес...— прошептал я, немного отстраняясь.

— Заткнись и поцелуй меня, монстрик.

Притянув Инес к себе, я за просунул свой язык между её губ, тем самым открывая рот. Она терлась об меня, пока я чуть покусывал её губы. И стонала, каждый раз, когда мой уже готовый член упирался ей в низ живота.

Наши языки сплелись в сладостном танце. Губы не отлипали друг от друга ни на секунду. Было мало, очень мало. Я хотел прочувствовать её всю, сделать то, о чем она и мечтать не могла.

Рука Инес потянулась вниз к моему члену, она легонько сжала его. Я выпустил тихий рык, как только она начала его гладить и особе внимание уделять головке, чуть массируя её большим пальцем.

— Прекрати, amore, — я припал к её шее, проводя мокрую дорожку из поцелуев, ведущую прямо к груди. — Мы не можем.

Инес приложила мой член к своему клитору, немного потирая. Она начала извиваться и тереть усерднее, как только оргазм начал достигать её.

Мой язык облизывал, посасывал и покусывал её ареолы. Черт, я хотел прямо сейчас направить свой член в её проход и заставить забыть обо всем, чтобы существовали только мы.

— Я все правильно делаю? — невинно спросила Инес. Она похлопала глазами, пока её рука переходила все рамки дозволенного.

— Ты пожалеешь завтра? — спросил я у неё.

— Никогда.

Завладев её ртом, я грубо посасывал нижнюю губу. Инес испустила стон, как только моя рука сжала её задницу. Второй рукой, я выхватил свой член и провел между складок Инес. Она опрокинула голову от удовольствия и немного качнулась вперед, идя мне на встречу.

Как только я подвел член к ее входу, я посмотрел на Инес. Она с интересом наблюдала за каждым моим действием.

— Тебе правда станет легче? Боль не утихнет, если мы переспим.

Инес закатила глаза. Она положила свою руку на мою, подталкивая меня вперед.

— Гуэра, я уже предупреждала тебя, — она нахмурила брови, но в глазах мигали огоньки. — Или мне встать и уйти?

Подавшись вперед, головка проникла внутрь. Инес сильно зажмурила глаза. Она боялась, что я причиню ей боль? Прикоснувшись к её щеке, я нежно прошептал, чтобы она посмотрела на меня.

Я не двигался. Как бы то ни было, это её настоящий первый раз. Она не должна думать о том, что все пойдет не по плану. Раз рядом с ней я, то все будет хорошо.

— Обхвати основание, — я оставил невесомый поцелуй на её губах. Инес сделала как я и сказал. — А теперь, не бойся, медленно садись верхом. Обещаю, больно не будет.

Теперь она не выглядела такой уверенной, как раньше. Но все же кивнула мне. Я с замиранием наблюдал, как меняется выражение лица Инес. Мой член качнулся чуть вперед проникая внутрь. У нас у обоих было тяжелое дыхание, как только я очутился в Инес. Она удивленно посмотрела на меня, с расцветающей улыбкой.

Твою мать, было так приятно ощущать её. Мне хотелось схватить её за бедра и врезаться, пока она не испытает оргазм.

— Обхвати мои плечи и попробуй шевелить бедрами, — Инес начала медленно шевелиться, насаживаясь все более уверенней с каждым разом. — Черт, amore...— схватив задницу Инес, я начал чуть уверенней двигать бедрами, чтобы доставить ей дополнительное удовольствие.

— Боже. — Стонала она и двигалась быстрей.

Я сдерживал рык каждый раз, когда её прелестный ротик открывался шире, а спина выгибалась сильней.

— Тебе хорошо? — спросил я, прикоснувшись к её шеи, убирая прилипшие волосы назад.

Я сделал пару резких толчков, в надежде найти её самую чувствительную точку. Инес закатила глаза и чуть отстранилась от меня, но я толкнул её на себя, не давая свалиться.

— Очень, — простонала она. — А тебе?

— Рядом с тобой всегда.

Инес поцеловала меня в губы, пока я продолжал врезаться в неё, а потом она резко застонала извиваясь надо мной. Стенки её киски обхватили мой член. Я старался сдерживать себя, чтобы не кончить прямо в неё.

— Иди в постель, amore, — я погладил Инес по волосам, пока она отдыхала у меня на груди. Её щеки сильно раскраснелись, а дыхание было сбито.

— А ты? — она чуть приподнялась, чтобы заглянуть в мои глаза. — Почему мы не можем пойти вместе?

Я покачал головой.

— Мне нужно кончить, или ты хочешь посмотреть, как я это делаю?

Она загадочно улыбнулась, а затем вышла из ванны. Я наблюдал, как капли воды стекали с тела Инес. Повернувшись ко мне, она подала руку.

— Хочу помочь тебе.

Оказавшись напротив меня Инес обхватила мой член и немного сжала. Я выпустил тяжелый вздох и обхватил её затылок.

— Встань на колени и возьми его в рот. — Приказал я.

Довольно улыбнувшись, Инес, не разрывая зрительного контакта со мной, присела на колени и обдала горячим дыханием мой член. Она ловко обхватила головку, и начала облизывать её. Одной рукой она двигала по основанию, а другой придерживала меня за бедро.

— Твою мать, — стонал я. — Глубже.

Моя рука сильно обхватила затылок Инес, чтобы направлять как нужно мне. Я старался не причинять ей сильного дискомфорта, но, черт, мне так нравилось как язычок ласкал мой член.

— Это тебе за то, что хотела сбежать, опять, — я руководил каждым её движениям, при этом помогая своими бедрами. Инес убрала свою руку с моего бедра и положила себе на клитор, нежно гладя. — А это, — и снова резкий толчок, — за воровство в фармации и за разбитые банки.

Я застонал, как только сперма начала извергаться из члена. Инес продолжала работать языком, слизывая все до последней капли. Прежде чем отстраниться, она поцеловала маленькую дырочку на головке.

Посмотрев на меня снизу вверх, она легонько улыбнулась.

— Спасибо.

***

Инес

Проснулась я от яркого солнца светившего мне в глаза. Я потянулась за шелковым пододеяльником, чтобы накрыть им лицо, но его нигде не было. Немного приподнявшись, я обнаружила, что Алессандро подобрал его под себя. Он обнимал огромный комок, сильно прижав к груди.

Недовольно фыркнул, я попыталась аккуратно забрать его, но Алессандро, что-то буркнул себе под нос и перевернулся на другую сторону. На нем как обычно не было футболки, непроизвольно мой взгляд упал на четко прорисованные мышцы и шрамы, оставшиеся от пулевых, а может и ножевых ранений.

— Отдай одеяло, — я перепрыгнула на его сторону и начала выдергивать одеяло. — Ты, черт, хочу тебе напомнить, что ты здесь не один!

Алессандро в полудреме открыл глаза. Он похлопал своими длинными ресницами и зевнул. Я хмуро смотрела на него, продолжаясь держать за краешек одеяла.

— Какого хрена тебе не спится? — бурчал он.

Я закатила глаза и фыркнула.

— Ты оставил меня без одеяла, — тут же сказала я. — Я хочу свою законную половину.

— Все это время я думал, что обнимаю тебя. — Алессандро хмыкнул.

— Ты бы задушил меня. — Подметила я.

Встав на пол, я подошла к телефону, чтобы посмотреть время. Оказалось, что до будильника осталось всего-то пару минут. Обреченно промычав, я распахнула двери ванной комнаты, чтобы как можно быстрее почистить зубы и привести в порядок лицо.

— Я очень рад, что после секса наши отношения никак не поменялись.

Алессандро зашел следом за мной. Он выдавил зубную пасту на щетку и принялся чистить зубы.

Моя щетка тем временем переместилась в другой уголок рта, я успела умыть лицо и наложить патчи под глаза, чтобы кожа не была такой сухой. Каких только усилий мне стоило, чтобы не пялиться на Алессандро. Нужно завести правило, чтобы по дому он ходил либо в рабочей одежде или хотя бы надевал футболку. Заметив мой взгляд на своей груди он подмигнул мне.

— У меня траур, Гуэра, — сухо сказала я, как только сплюнула пену от зубной пасты. — Забыл?

Он хохотнул, что чуть не подавился. Я закатила глаза, еле сдерживая улыбку.

— Да, я заметил.

Мне пришлось ударить его полотенцем от язвительного комментария. Я действительно скорбела по отцу. Он был одним из близких мне людей, но то, что мы вчера делали с Алессандро было нужно мне. Это отрезвило меня. Сейчас, я понимаю, что должна делать дальше, как справляться с накопившимися эмоциями. Он действительно помог мне.

— Пойду приготовлю завтрак, — выбросив патчи в мусорку, сказала я. — Соизволите оставить вас наедине с самим собой?

Алессандро благородно склонил голову.

— Разрешаю, — ответил он. — Только, Инес, — я была готова покинуть ванную комнату, как пришлось остановиться и посмотреть на него, — мне больше нравится «монстрик», а не «черт». Так, для сведенья.

— Буду иметь ввиду.

Зайдя на кухню, я выложила на кухонный островок все свежие овощи, которые только попали на мои глаза. Оливковое масло, лимон. Мне хотелось как можно быстрее приготовить салат и попробовать придумать себе занятие, чтобы не вспоминать об отце, но как только солоноватая капелька упала на идеально наточенный нож, я сдалась.

— Папочка, покатаешь меня на спине? — я бежала ему на след, широко расставляя руки.

Отец лихо подхватил меня и усадил к себе. Мама тем временем просила его быть осторожней, но никто не собирался её слушать.

Я громко смеялась и кричала, что хочу ещё, когда папа начинал бегать по заднему двору, представляя себя самолетом.

— Тебе нравится, Инес? — спросил он, а затем покрутившись ещё, поставил меня на газон. Моя голова сильно кружилась, но мне так понравилось, что я была готова играть и играть.

— Может ещё? — я переминалась с пяточки на носочки, при этом держа руки впереди.

Отец рассмеялся, когда я начала хлопать глазками. Он наклонился и поцеловал меня в лоб.

— Твой первый взрослый урок, — он потрепал меня по щеке, — умей ждать. Как только я закончу с работой, то мы снова поиграем, что скажешь?

Я радостно закивала и обняла за ногу.

— Я люблю тебя, папочка.

— Мне не хватит всех слов этого мира, чтобы выразить любовь к своей дочери.

Случайно полоснув ножом по пальцу, я зарычала. Воспоминания отвлекли меня. Хотя мне и приятно прокручивать в голове, как отец играл со мной, давал наставления. Чтобы не происходило между нами, я бы никогда не смогла бы любить его меньше. Мне бы хотелось немного отмотать время назад и сказать ему спасибо, за все, что он пытался нам дать. Он был хорошим человеком.

Я поклялась, что отомщу. Отец будет спать спокойно, как только в ад попадет Джакапо. Он поплатиться за его смерть.

Обещаю.