Глава 36

Выбор. Смерть

Я проснулась, как только настал Леванский час, никак не переборов все свои мысли, что засели у меня в голове и отзывались в сердце переживаниями из-за грядущей казни Тео. Сна меня лишили и возможные идеи, как помочь парню избежать смерти и не допустить, чтобы Орион получил власть в Алтее.

— Что же ты задумал, волчонок? — в пустоту спросила я, не найдя ни единого ответа в своей голове.

Мой взгляд с беспомощностью устремился в ночное небо, надеясь, что хоть помощницы Леваны помогут мне. Но сегодня молчали и они. Не молчала только тьма, что окутывала меня свои тенями, которые сеяли в сердце ещё больше боли и страха, напоминая мне волчонка, как тот на своей силе учил меня использовать пламя.

Удивительно, мы с Тео были полными противоположностями друг друга, как волк и лиса, тени и пламя. Неужели это был наш конец?..

Утром я откопала в дедушкином шкафу старый чёрный плащ с капюшоном. На нем красовалось несколько протертых дыр и множество кривых заплаток. Но он прекрасно подходил для моего плана, который мне удалось составить за всю свою бессонную ночь. Его я положила себе в сумку на седле Сиенны, чтобы не вызвать у друзей и дедушки особых подозрений ко мне.

Все остальное тоже было готово. В волосы была вплетена заколка, которую отдал мне Тео, а на пальце рыжим цветом переливалось тонкое кольцо, что стало подарком на мой день рождения. И когда я была уже одета в белую свободную рубашку и кожаные брюки, мне осталось только взять свой меч и осторожно выйти из дома.

— Куда ты? — спросил дедушка, когда я быстро перебегала со ступеньки на ступеньку, направляясь к двери.

— По городу погуляю. Мне нужно собраться со своими мыслями, — на ходу придумала я ответ, но тут же пожалела, что не продумала этого раньше. И такую ложь могли быстро узнать, особенно Элеонора.

Но на мое удивление, подруга отвлеклась от готовки завтрака и, подойдя ко мне, лишь обняла, а не начала читать нотации, что я поступала неправильно. Но стоило мне облегченно вздохнуть, как ведьма тихо прошептала мне на ухо:

— Я ведь знаю, что ты не по городу идёшь гулять.

— Элли...

— Ты собираешься на его казнь, — Элеонора попала в мою самую больную точку, чувствуя все мои эмоции. И как назло на глазах в то же мгновение выступили слезы, которые выдавали все мои переживания за Тео и план, что мог обернуться в нашу погибель. — Мне не удастся тебя остановить, поэтому скажу только одно: будь осторожна, чтобы ты не задумала.

— Хорошо, Элеонора, — я лишь сильнее обняла подругу, вдыхая слабый аромат ее духов и сожалея, что все происходило именно так.

На площади около самого замка уже столпилось до эдов много жителей Эстема, желающих поглазеть на бои с самим королем Алтея. Из-за их спин было почти не видно деревянной сцены, где уже должен был быть Тео и сам Орион со своей стражей. И мне пришлось, придерживая свой капюшон от плаща, чтобы никто не заметил цвет моих глаз, проталкиваться через всю толпу зевак. Я ловко пропихивалась между ними и слышала себе вслед непристойные вещи, даже угрозы, что тут же стихали, когда недовольные зрители теряли меня из виду.

Проходя все ближе к сцене, звон мечей, которые в бое встречались в воздухе, с каждым мгновением становился все громче. Но он длился совсем недолго, почти каждые пять минут чьё-то оружие со стуком ударялось о землю, что вызывало оглушающий гул у зрителей, кто тоже хотел попробовать себя в бою с заключённым.

И когда мне наконец удалось пробраться через всю толпу, я заметила, что молодые парни и статные мужчины, кто выходил на сцену, держали в своих руках меч Тео с острыми изгибами, когда сам парень дрался самым обычным оружием. Но даже это не мешало волчонку побеждать в каждом новом бое, и его меч вновь и вновь оказывался на земле. И только потом я поняла, что таким оружием мало кто умел обращаться. Оно требовало особых атак, защит и комбинаций, чтобы хоть как-то удерживать баланс. Поэтому все и проигрывали Тео. Они не умели пользоваться его мечом.

Я внимательно смотрела за каждым боем и хитро улыбалась, когда все больше мужчин проигрывало волчонку и все меньше желало вступить в схватку с парнем, который даже не выглядел уставшим. На его лице была все та же кривая ухмылка, а глаза отливали холодным цветом золота, будто острые кинжалы. Тео словно наслаждался этими боями, вовсе забыв о том, что сейчас был не королем, а заключенным.

Спустя время зрители с разочарованием смотрели на волчонка, и никто больше не осмеливался вступить в бой с ним. Все лишь молча наблюдали за всем происходящим, желая поскорее увидеть смерть короля.

Заметив, что момент казни все ближе, мое сердце нервно начало биться в груди, умоляя хоть кого-нибудь выйти на эту эдову сцену, но все молчали и взглядами проклинали Тео. И наконец поборов свой страх, я собралась с силами и начала выполнять задуманное:

— Я хочу вступить в бой с королем, — тихо, но уверенно проговорила я, хотя в мыслях мне казалось, что страх все же взял вверх.

— Прошу, — с натянутой улыбкой, под которой скрывалось негодование, проговорил Орион, обведя рукой всю сцену в знак приглашения.

Стоящие около меня мужчины сразу расступились, давая мне возможность пройти к сцене. Я вновь взглянула туда, где стоял Тео. Сердце предательски начало эдово биться в груди, пытаясь остановить меня, но в то же мгновение оно желало ринуться в объятия Тео, а остальных сжечь своих пламенем. И вновь я чувствовала это притяжение между нами, что заставляло меня делать глупые вещи.

Я сделала первый неуверенный шаг, второй. И вот уже стояла перед Тео, держа его меч в руках, которые как назло тряслись и не могли крепко держаться за рукоятку оружия, что и без моего страха было тяжело удерживать. Все зрители замолкли, никто не смел даже шептаться, чтобы не нарушить тишину и напряженность между соперниками, что повисла в воздухе.

Я прокрутила меч волчонка, собираясь со своими мыслями и переживаниями, и начала бой, застав парня врасплох. Но тот быстро влился в бой и уже через несколько мгновений начал атаковать меня. Он совсем не щадил меня, как делал это на тренировках, бился словно мы были с ним худшими врагами, готовыми убить друг друга, но и я не нуждалась в легкой победе и билась в полную силу, используя все уроки волчонка против него. И мы хорошо знали все атаки друг друга.

«Огонёк, ты думала, что я тебя не узнаю?» — послышался хриплый голос Тео в моих мыслях.

«А ты думал, что я не приду?» — парировала я, и наши мечи со звоном скрестились в воздухе. А наши взгляды впервые встретились за весь этот бой. Его глаза все также отливали золотом, хоть в них и мелькала усталость, а сам парень почти незаметно выдавил свою кривую ухмылку, которой он попытался заверить меня, что все хорошо. Но ведь мы оба знали, что это было не так. И даже несмотря на внутреннюю боль, что скопилась в сердце за все эти дни, я хотела верить Тео. Верить, что все было хорошо. Хотя бы тогда...

«Нет. Я знал, что ты будешь здесь, Фоуз.» — с усмешкой в голосе ответил Тео, словно мы были в нашем зале и как всегда тренировались. — «Мне нужно, чтобы ты сейчас победила.»

После его слов, ничего не сказав, я добавила напор на своё новое оружие, с которым у меня быстро получилось поладить, и Тео попятился назад. Наши мечи ещё множество раз встречались в воздухе, когда кто-то из нас нападал. А мы молча наслаждались нашим боем, что был похож на танец, в котором мы кружились, а звон металла был словно нашей музыкой сердец.

Все затаив дыхание наблюдали за нами, и никто не смел даже пошевелиться. Сам Орион не мешал нашему бою, хотя краем глаза мне удалось заметить, что король был не рад видеть, с какой легкостью мы дрались друг с другом, не уступая друг другу ни на один шаг. Вся его стража тоже холодно смотрела на нас и терпеливо ждала нового приказа.

Наши мечи вновь скрестились в воздухе, но в этот раз Тео оказался сильнее меня. И, не выдержав его напора, я попятилась назад и прокрутила своё оружие, чтобы сохранить своё равновесие и не упасть на землю.

«Нападай, Фоуз. Ты должна сейчас выиграть.» — как на наших тренировках с ним, весело сказал Тео, хотя сейчас было совсем не время для веселья.

Я устало усмехнулась и вновь начала атаковать парня. Наши мечи ещё несколько раз со звоном встретились в воздухе, и зрители восхищенно вздыхали и перешептывались между собой. Они желали знать, кто скрывался за капюшоном, кто был тем героем, который дольше всех продержался в схватке с королем.

Когда наши мечи в очередной раз встретились, наши лица оказались на одном уровне, я на пару мгновений задержала свой взгляд на золотых глаза Тео. Как же я по ним скучала!..

«Давай.» — словно прочитав мои мысли, тихо сказал Тео.

Я ослабила свой напор на меч и ловко завела свою ногу под ногу парня. И неожиданно для всех махнула ей. Тогда Тео коснулся моей макушки, проведя своей холодной рукой по моему капюшону. И спустя одно мгновение с глухим стуком упал на землю. Я наступила ногой ему на грудь, не давая встать, и направила свой меч ему на шею.

Орион подскочил со своего места, стража ринулась ко мне, но тут же остановилась. Все остальное погрузилось в тишину, и я могла слышать только своё прерывистое дыхание и, как в ушах быстро пульсировало сердце от всей боли, что вызывало во мне гнев на Тео. Тогда в голове вспомнились все моменты, когда мне приходилось плакать и переживать все самой, хотя во время боем я словно забыла обо всем и наслаждалась нашим моментом. Но сейчас...

Руки сильнее сжали рукоятку меча, сопротивляясь внутреннему желанию поддаться гневу. И, посмотрев в золотые глаза волчонка, в которых была веселая насмешка и гордость, я все же сдалась. Выражение моего лица больше не показывало мою злость, оно перестало скрывать мою боль.

«Фоуз.» — позвал меня тихий голос Тео в моей голове.

«Тео.» — я невольно улыбнулась краем губ, послав к эдам Эридовым Клэр, мадам Дэлрум, которые тоже были здесь, всех собравшихся, самого Ориона и его стражу. Никто не мог помешать нам, никто не мог разделить нас.

— Стоять, — холодно приказал Орион, когда заметил, что кончик моего меча упёрся в шею Тео. Я с хитрой ухмылкой перевела взгляд с волчонка на короля. — Ты?

Моя улыбка стала ещё шире, и я устремила свой взгляд на зрителей. Те, заметив цвет моих глаз, подняли ошарашенный гул и вновь начали шептаться между собой.

— Фоуз! — послышалось несколько знакомых голосов. Один из них принадлежал Клэр, которая тоже была удивлена моему появлению. А владельцев остальных я нашла в той толпе, где мне удалось разглядеть знакомые лица. Там в одной кучке стояли Элеонора, Джеймс, Никс со своей девушкой, Энтони и Каория. Но я, не выдавая своей слабости к друзьям, чтобы они не стали новой игрушкой Ориона, не стала задерживать свой взгляд на них и вернулась к Тео и королю.

— Я, Орион, — с натянутой улыбкой подтвердила я все мысли мужчины. — И я прошу отпустить его, а казнить вместо Теодора меня, — смело заявила я, на что зрители замолкли, а сам король зло рассмеялся. И его смех не предвещал для нас ничего хорошего:

— Интересно получается, — сквозь свой эдовый смех сказал Орион, насторожив нас обоих.

«Огонёк, что ты делаешь?» — ошеломлённо спросил Тео, но, не дождавшись моего ответа, заявил:

— Ваше величество, у нас уговор.

— Значит, так, — уже серьезно заговорил Орион. — Сегодня, в любом случае, кто-то из вас умрет, а кто-то будет жить. И знаете, что, — за этими словами последовала долгая пауза размышлений короля, а вместе с ним в ожидании затихли и все остальные.

В воздухе повисла тишина, сопровождающаяся нарастающим напряжение, что заставляло мое сердце биться то эдово быстро, то не биться вообще. И Орион наконец заговорил вновь:

— Это ваш выбор, — тихо проговорил король с кривой ухмылкой на губах.

После его слов я словно забыла как нужно правильно дышать. Ноги подкосились и больше не могли меня удерживать, но меня вовремя успел незаметно взять за руку Тео, заставляя на мгновение забыться. Я с ужасам в глазах перевела свой взгляд на парня и заметила, что тот всерьёз размышлял о выборе Ориона. Это вызвало у меня крик в груди, который мне удалось подавить. Но я продолжала желать сорвать свой голос от криков на Тео, хотела плакать и бить парня. Но не успела даже попытаться отговорить его, как волчонок сказал:

— Нам нужно поговорить с ней, — на это Орион недовольно посмотрел на Тео, собираясь отказать. Но парень его опередил. — Моя жизнь и так уже в твоей власти, Орион.

— У вас двадцать минут, — закатив глаза, ответил король. — Уведите их.

Стража надела на наши руки кандалы и погнала в сторону замка, где они завели нас в одну из комнат.

А что происходило дальше, я почти не помнила...Помнила от этого только боль, что навсегда осталась в моей сердце...

***

— Ты должна меня убить, — тихо проговорил я, когда стража за мной закрыла дверь.

— Тео, что происходит? — проигнорировав мои слова, в недоумение спросила Фоуз, которая раздраженно сложила свои руки на груди. — Будут какие-либо объяснения, или я вновь буду обманута и гадать, что же происходит, а потом всю ночь не спать, потому что ты мне ничего не говоришь? Зачем ты это сделал?! — девушка уже чуть не срывалась на крик, а в ее голосе был слышен плач.

— Фоуз, послушай меня, — зло процедил я сквозь зубы, ведь времени у нас почти не было. А эти ее постоянные вопросы только отнимали его у нас. Но я быстро собрался с мыслями, когда заметил злой взгляд девушки, что мысленно посылала меня к самой Эриде. — Фоуз, я сделал это ради тебя. Только ради твоей безопасности, чтобы он не успел понять, кто ты.

— Ты вновь что-то не договариваешь, Тео, — с горечью в голосе тихо проговорила Фоуз. — Зачем эта казнь, это шоу эдов с боями?

— Огонёк, — тихо позвал я девушку, собираясь со всеми мыслями, что мешали мне подобрать правильные слова. Больше всего мне тогда хотелось просто обнять девушку и забыть про весь этот ночной кошмар, который был самой настоящей реальностью. — Фоуз, пойми, он знает, что я убил Нэриссу, — при упоминании бывшей королевы огненный взгляд девушки стал мягче и наполнился болью, но я все же продолжил, — Орион знает про связь меча и короны. Он хочет убить меня, чтобы получить власть Алтея. Но я дал клятву твоей маме, что ты получишь корону, как получил когда-то ее я.

— Что? — с болью в голосе спросила Фоуз, хотя девушка прекрасно поняла, к чему я это все ей сказал.

— Да, Фоуз, тебе нужно убить меня, — я подошёл к девушке и, взяв ее за руки, поцеловал в лоб, чтобы хоть немного помочь огоньку справиться со своей болью. — Огонёк, прошу тебя.

— Тео, я не могу. Нет, нет, я... — запиналась Фоуз, ртом хватая воздух, словно мои слова начали душить её. — Я не... Нет, Тео, должен быть другой путь. Волчонок, я не готова тебя потерять. Только не сейчас. Я тебя вообще не хочу терять, — Фоуз попыталась вырвать свои руки из моих ладоней, ударить в грудь, но я лишь крепче сжал их. И по её щеке покатилась блестящая слеза, за которой последовали и другие, что скрывали всю боль девушки.

Она не хотела меня потерять...

— Фоуз, пожалуйста, это приказ, — умоляя, прошептал я. — Ради Нэриссы, ради... Ради меня.

— Пообещай, что ты придумаешь что-нибудь. Пообещай, что ты будешь рядом, — прошептала Фоуз и прильнула ко мне в объятия. Аромат ее крови внезапно ударил в нос, пробуждая во мне голод, который мне с трудом удалось подавить на некоторое время.

— Дай руку, — выпустив девушку из тёплых объятий, попросил я, на что вместо ответа получил непонимающий взгляд Фоуз. — Заключим сделку, закрепив мое обещание, — тихо солгал я и вновь обнял девушку, уткнувшись в ее плечо. А руки ловко достали заколку из волос Фоуз, что сразу стал острым кинжалом, украшенный чёрными камнями. И я осторожно приподнял голову и поцеловал шею Фоуз, готовясь сделать то, что могло не понравиться ей. — Прости меня... За все...

— За все, — грустно повторила она. Фоуз больше ничего не сказала и наклонила голову в бок, давая мне укусить себя.

Я нежно взял девушку за руки и начал водить по её пальцам, словно успокаивал её. И все было, чтобы ей было не так больно и страшно, когда мои клыки впились в ее кожу. Её эдово сладкая кровь попала ко мне, лишая меня контроля над собственными чувствами. Но мне пришлось забыть обо всем, мне нужно было выпустить немного яда, который мог на время «убить» Фоуз.

Когда я отпустил шею девушки, вытирая кровь со своих губ, огонек вытянула перед собой руку, где уже красовался длинный шрам, который остался у неё после встречи с тьмой. Кинжал, что был в моих руках, почти невесомо коснулся кожи Фоуз и моей, оставляя после себя узкие кровавые линии. И наши окровавленные ладони осторожно коснулись друг друга, и комната разделилась на две части. В первой господствовали мои тени, а в другой бушевало ее пламя.

И я в мыслях начал читать старый заговор, передавая все свои силы теней и те силы Рейзена, которым мне удалось овладеть за эти годы. На руках Фоуз начали проявляться чёрные разводы, что повторяли рисунок ее вен. Девушка, заметив их, быстро поняла, что я делал, и начала вырывать свою ладонь.

— Тео! — крикнула на меня Фоуз.

— Поклянись, что ты убьешь меня. Поклянись, что тебя никто не сломает, Фоуз Слэйер, — холодно сказал я. Фоуз лишь зло посмотрела на меня, сдерживая свои слёзы. Девушка знала, что сейчас она уже не могла расторгнуть клятву с Богом, но все равно решила молчать. — Поклянись...

— Клянусь, — сквозь зубы процедила огонёк.

Я отпустил руку Фоуз и прильнул к ее мягким губам, срывая короткие нежные поцелуи. Кинжал, что был в моей руке стал тем же мечом с чёрными камнями и острыми изгибами, которым меня пытались одолеть.

— Но... — удивленно взглянула на него Фоуз, но я ее перебил:

— Если хочешь что-то спрятать, то прячь это у всех на виду, — с улыбкой тихо проговорил я и вновь коснулся ее губ. И это нежное касание переросло в долгий поцелуй.

И так мы с Фоуз заключили сделку на поцелуй, который стал нашим последним, хоть она его могла и не вспомнить.

Нас вновь привели на ту сцену. Ориона нигде не было видно, но его стража окружила нас и оградила зрителей, которые словно ждали продолжения все это время ведь народу меньше не стало.

Огонёк стояла прямо передо мной и прокручивала в руках мой меч, не решаясь лишний раз смотреть на меня. Девушка выглядела слишком задумчивой и внимательно осматривалась по сторонам, словно искала путь для побега.

«Тео, почему не можем сбежать?» — обеспокоено спросила Фоуз, продолжая взглядом бегать по сцене. — «Ориона нет, а со стражей мы сами справимся.»

«Фоуз.» — устало произнёс я имя девушки и попытался объяснить ей, что у нас не было никакого пути назад. Но Фоуз поняла этого и без моих слов:

«Ладно.»

«Ты меч подменила?»

«Да.» — коротко ответила она и впервые взглянула на меня. Ее огненные глаза были полны грусти и беспомощности, хотя губы пытались улыбаться, скрывая всю боль, что приходилось чувствовать девушке.

«Фоуз, я...»

— Вы определились? — прервал меня насмехающийся голос Ориона, который медленной походкой подошёл к своему трону.

— Пусть это решит наш бой, — холодно ответил я, стараясь подавить нарастающие во мне раздражение и желание убить короля.

— Да, будет так, — зло рассмеялся Орион и сел на своё место.

Собравшиеся зрители подняли восторженный гул, желая узнать, чем закончиться наш с девушкой бой, кто же сегодня умрет, а кто убьёт. Не кричали только наши друзья, что с ужасом смотрели на нас, и ещё несколько человек, на головах которых был капюшон, скрывающий их лица.

Я сделал незаметный кивок, давая Фоуз понять, что нужно было начинать. Девушка сделала первые неуверенные удары, которые мне удалось отразить. И наши мечи встретились в воздухе, а глаза совсем на мгновение столкнулись, но даже этого хватило, чтобы мое сердце начало биться то быстрее, то не стучать вовсе. Внутри вновь возникло подавленное желание остановить все это и крепко обнять Фоуз, заверить, что все хорошо, что я рядом и никто не посмеет больше ее тронуть.

«У нас будет длинный бой?» — с наигранной насмешкой спросила Фоуз у меня голове, словно поняла, что я думал о ней. Хоть ее голос и звучал весело, но все равно в нем слышалась бессильная надежда.

«Я хочу растянуть этот миг.» — я усмехнулся девушке, и та тут же отошла на меня и снова начала нападать.

Наши мечи вновь и вновь с мелодичным звоном скрещивались в воздухе и кружили нас по кругу сцены, словно это был нежный танец, а не наш смертельный бой. Фоуз то отдалялась от меня, то оказывалась так близко, что наши губы почти соприкасались, а дыхание становилось единым.

Но каждая новая встреча нашего оружия приближала нас к моей смерти, и это понимание заставляло мое сердце биться все медленнее, ноги были готовы подкоситься, подставив мою шею под меч Фоуз.

Хоть я уже и умирал раньше, но этот раз не был похож на все остальные. Страх все же пробирал меня до самых костей, и мне было страшно представить, каково это умирать от рук своей любимой.

«Нам, наверное, пора заканчивать, огонёк» — передал я девушке, когда она вновь отдалилась от меня. И мое сердце начало быстрее биться в груди от страха перед своей смертью, и мне казалось, что то могло выпрыгнуть из груди в любой момент.

«Тео, но я не готова.» — жалобно воспротивилась Фоуз, хотя ее лицо оставалось таким же холодным, не выдавая ее боли. — «Я не готова тебя потерять.»

«Фоуз, я всегда буду рядом.» — тихо заверил я девушку, стараясь поверить в свои же слова. — «Давай.»

Фоуз вновь начала атаковать меня несколькими быстрыми ударами, которые мне не удалось отразить, получив пару слабых ссадин. Огонёк с болью взглянула на меня, когда наши мечи скрестились вновь, и ещё сильнее начала давить на меч. Я, собравшись со своим страхом, наконец кивнул девушке и сделал пару шагов назад.

Внезапно меч Фоуз вонзился мне в бок. Я не успел отразить этот удар и, почувствовав резкую боль, отпустил свое оружие, что со звоном упало на деревянную сцену. Огонёк неожиданно со всей болью и ненавистью вытащила своё оружие, острые изгибы которого вызвали у меня тихий вскрик. Ноги, не подчиняясь мне, подкосились, и я с глухим стуком упал на землю. А глаза начали, как настоящие предатели, бессильно закрываться. Но я не мог сейчас умереть. Я должен был сказать Фоуз кое-что важное.

Не успел я только подумать об этой девушке, как послышался металлический звон совсем рядом со мной. И неожиданно около меня на колени рухнула и огонёк. По её щеке потекла малозаметная слеза, за которой последовали и остальные. И видел их только я и совсем не хотел, чтобы моя Фоуз плакала. Даже сейчас.

— Фоуз, — тихо позвал я ее, и огонёк нагнулась ещё ниже ко мне, стараясь стереть все свои слёзы и улыбнуться мне, чтобы я запомнил ее именно такой. Моя рука потянулась к ее лицу и помогала избавиться от них, но ее боли не было конца. — Не плачь. Ты такая красивая, огонёк...

— Тео... — сквозь слезы с болью назвала мое имя девушка.

— Не дай никому тебя сломать, — напомнил я, и рот начал наполняться моей кровью. Но даже давясь ею, я должен был ей сказать, должен был признаться. — Я люблю тебя.

Эти слова стали последними для меня. Мое имя из уст Фоуз, проговоренное сквозь слезы, стало последним, что мне пришлось услышать. Боль начала уходить, сердце переставало биться, и дыхание начало замедляться. И мои глаза бессильно сомкнулись.

Я умер и дал себя окутать тьме, что все эти годы ждала меня. Только ради моей Фоуз, хоть она и была моей не так уж и долго.

Нет, она была моей всегда...