34. А ты его девушка?

Мы шли всё дальше от дома, будто мартовский снегопад дал нам разрешение не думать ни о времени, ни о правилах. Снег летел косо, цеплялся за волосы, за ресницы, таял на щеках холодными каплями. Воздух был чистый, почти звенящий, и от этого внутри становилось как-то легче.

— Это вообще нормально? — спросила я, подставляя ладонь под падающий снег. — Конец марта.

— Север — пожал плечами Максим. — Здесь нормально всё.

Он нагнулся, быстро зачерпнул снег и кинул в меня снежком. Я даже не сразу поняла, что произошло — только холодный удар по рукаву и его довольный смех.

— Эй! — возмутилась я. — Ты чего?

— Проверяю реакцию, — сказал он совершенно серьёзно.

Я прищурилась, наклонилась и тоже слепила снежок. Он увернулся, но я не сдалась. Через минуту мы уже бегали друг за другом по двору, кидаясь снегом, смеясь, запыхавшиеся и красные от холода. В какой-то момент я поскользнулась, и Максим успел поймать меня за талию.

— Осторожно, — сказал он.

И вдруг, совершенно неожиданно, подхватил меня на руки.

— Максим! — я засмеялась, вцепившись ему в плечи.

Он закружился вместе со мной, снег летел вокруг, мир на секунду потерял устойчивость. Я смеялась так, что перехватывало дыхание, а в голове было только одно: пожалуйста, пусть этот момент не заканчивается.

— Всё, всё, — он остановился, осторожно поставил меня на землю. — А то уронишься вместе со мной.

— Это ты виноват, — сказала я, всё ещё смеясь.

Мы оба замолчали. Снег продолжал падать, а между нами повисло странное, тёплое молчание. Но холод всё же напомнил о себе — пальцы начали неметь, нос щипало.

— Ты замёрзла? — спросил Максим.

— Немного, — честно ответила я.

Он помедлил пару секунд, будто решался.

— Слушай... — начал он. — Пойдём ко мне? Родителей всё равно нет. Они постоянно на работе.

Я удивлённо посмотрела на него.

— К тебе?

— Да. Отогреемся, чай попьём. Если хочешь, конечно.

Я колебалась совсем недолго.

— Хочу.

Его дом оказался недалеко. Мы зашли в подъезд, стряхивая снег с курток, поднялись на лифте. Квартира была большая, светлая, но какая-то... слишком тихая.

Максим только успел снять куртку, как из глубины квартиры выбежала маленькая девочка.

— Макс! — радостно закричала она и буквально влетела в него.

— Кира, аккуратно, — он рассмеялся и присел, чтобы она его обняла.

Я замерла в коридоре, не зная, куда деть руки.

— Это Рина, — сказал он, обернувшись ко мне. — Мы... знакомы.

— Привет! — Кира тут же подбежала ко мне и с любопытством посмотрела снизу вверх. — А ты его девушка?

Я почувствовала, как щеки начинают гореть.

— Мы... — начала я.

— Почти, — быстро сказал Максим и подмигнул мне.

Кира улыбнулась, будто это её полностью устроило.

— Класс! Пойдём, я тебе покажу свою комнату!

— Подожди, — остановил её Максим. — Сначала суп.

— Фу-у, — протянула она. — Я хочу конфеты.

— Конфеты после еды, — строго сказал он и пошёл на кухню.

Я прошла следом. Он достал кастрюлю, налил суп, поставил тарелку перед Кирой. Девочка нехотя села за стол.

— Он всегда такой, — пожаловалась она мне шёпотом. — Не даёт конфеты. Говорит — вредно.

— Он заботится, — улыбнулась я.

— Он вредный, — заключила Кира.

Максим ушёл переодеваться, а я осталась с Кирой на кухне. Она быстро доела суп и тут же оживилась.

— Пойдём мультики смотреть? — спросила она. — Я одна не хочу.

— Пойдём, — согласилась я.

В этот момент в кухню вошёл Максим — уже в домашней одежде. А за ним... большая собака.

Я инстинктивно отступила на шаг.

— Это Миди, — сказал он. — Она добрая.

— А можно... — я замялась. — Можно с ней поиграть? Я просто немного боюсь.

— Конечно, — ответил он. — Она аккуратная.

Я осторожно присела и протянула руку. Миди подошла, понюхала и ткнулась носом в ладонь. Я погладила её — сначала неуверенно, потом смелее.

— Она классная, — сказала я, улыбнувшись.

— Я же говорил.

Мы устроились в гостиной, включили мультики. Кира уселась между нами, счастливая и довольная. Я смотрела на экран, но всё чаще ловила себя на том, что наблюдаю за Максимом — как он автоматически поправляет плед на Кире, как отвечает на её вопросы, как внимательно следит, чтобы она не баловалась.

— А мама с папой где? — спросила я тихо.

Он пожал плечами.

— Как всегда. Работа.

— Они часто дома бывают?

— Редко, — честно ответил он. — Я за Кирой почти всегда слежу.

Я посмотрела на него по-новому. Не как на того Максима, с которым мы притворяемся. А как на человека, на которого слишком много повесили.

Кира зевнула и прижалась к нему.

— Макс... — пробормотала она.

Он погладил её по голове.

И в этот момент я поняла, что этот день — со снегом, смехом, супом и мультиками — останется со мной надолго. Даже если мы всё ещё притворяемся.