14

Глава 14Мишка целуется, мягко говоря, не очень. То есть, может кому-то и понравилось бы, но я не испытываю к происходящему ничего, помимо отвращения.Противный, скользкий тип и поцелуй у него такой же.Усиленно пытаюсь оттолкнуть завравшегося бывшего одноклассника от себя, но получается плохо.Он сильнее меня, да еще успел выпить, что видимо придает ему дополнительной наглости и упертости.Голова кружится от волнения, а все тело, словно волнами, захлестывает приступами неприятия.Лишь только Мишка отрывается от меня, как я размахиваюсь и…он перехватывает мою руку.— Тю, тю, тю, юль, — цокает языком, — уж я знаю твои приемчики, как никто другой.И не дает сбежать от него.— Ты идиот!Мне хочется стереть влажные прикосновения хоть чем-нибудь, потому что мои губы просто обмусолены его слюнями. Но Мишка лишь улыбается, глядя на то, как я негодую.— Это было за прошлый раз. Только и всего.— Нет, ты точно идиот.— юль, да ладно тебе. Убыло что ли.— Я хочу домой. Отпусти.Точнее я хочу сначала в дамскую комнату. Поскорее достать влажные салфетки и вытереть губы, а уже потом домой.Но я боюсь, что он последует за мной, а там ведь может оказаться какой-нибудь темный закуток, или что-то типа того, что имеется почти во всех подобных заведениях. Неизвестно еще, что придет на ум этому ненормальному.Я тяну Федорова к нашему столику и жду, когда он, наконец, отпустит мое запястье.— Поеду домой, — снова говорю парню, стараясь делать это спокойно.— Вечер еще только начинается.— Мы обсудили все, что хотели. Если хочешь, оставайся. А я поеду домой.— Ну, ладно, как знаешь, — пожимает Мишка плечами и плюхается на свое место. Снова тянется к спиртному.Я достаю телефон и поскорее набираю вызов такси. Не захотелось под вечер ехать на своей машине, следить за дорогой, не имея возможности хоть немного расслабиться.«Машина прибудет через пять минут, ожидайте», произносит механический голос, и я удовлетворенно убираю телефон обратно в сумочку.Решаю не прощаться с ним, но лишь только я делаю шаг по направлению к выходу, как Мишка выбрасывает вперед руку и снова ухватывает меня, теперь за край длинного свитера.— Когда сделаешь дело? Завтра подкинешь прослушку? И тут же получишь денежки. Свой годовой оклад и даже больше.— Посмотрим по обстоятельствам, — говорю обтекаемо и оставляю пьяного тиктокера продолжить наливаться спиртным.Не представляю, когда он только успевает снимать все эти свои взлетающие в сети видео.Сажусь в такси и от нечего делать открываю популярное приложение. Загружено оно у меня давно, но по своей воле никогда там не зависала, только по работе.Набираю ник Федорова и в ужасе впиваюсь глазами в буквально только что появившееся на его аккаунте видео.Мы с Мишкой сливаемся в жарком поцелуе.Вот черт.А самое ужасное, со стороны может показаться, что мне это даже нравилось. Будто не я три минуты назад, пока ожидала на улице такси, терла и терла свои бедные губы антибактериальной салфеткой.И то, что я замахивалась потом на Мишку, даже не зафиксировано.И просмотров уже под двадцать тысяч, хотя оно только-только выложено.Кто это вообще снимал?— Стоп, стойте, пожалуйста, — кричу водителю и тот резко тормозит. Благо, только начал выезжать со стоянки.— Что случилось, девушка. Забыли чего?— Да, забыла. Не могли бы вы немного подождать?— Если только десять минут. Дальше за отдельную плату.— Хорошо, договорились.Возвращаюсь в заведение и нахожу Мишку на том же месте, на котором оставила. Только теперь рядом с ним сидит еще какой-то парень. Тощий, белобрысый и с лицом, похожим на лошадиное. Его приятель? Вот он, наверное, и снимал исподтишка.Подлетаю к Федорову и нависаю над ним, уперев руки в бока.— О, юлька, решила продолжить наше общение?Мишка ухватывает за талию и пытается притянуть к себе, но я уворачиваюсь и отступаю на шаг.— Удали видео, — говорю ему.— О, ты тоже моя фанатка?— Удали немедленно!— Не могу, — разводит Мишка руками, — правда, юль, проси, что хочешь, но только не это.— Почему? Что все это значит?— Поспорил с приятелями, что поцелую тебя. Знаешь, как после того выпускного они надо мной ржали. А сейчас справедливость восторжествовала. Хоть и спустя время. Где я и где они? Да еще та девчонка, что отшила когда-то, сейчас мне дала. Не это ли успех успехов?Белобрысый начинает ржать и я тут же забираю назад свою мысль про его сходство с лошадью. Милые животные намного симпатичнее чем этот…Так что не будем оскорблять лошадок таким сравнением. Мне хочется заехать белобрысому по лицу. Им обоим.— Да ладно, юль, че такого-то? Или у тебя парень есть, который закипишует?— При чем здесь парень.— Да ладно, юль, не кипятись, удалю.Мишка достает айфон жестом фокусника, жмет на кнопку и видео пропадает из ленты.Вздыхаю с облегчением. Все же он не совсем полный отстой, как я уж было подумала.— Хорошо, — киваю и снова собираюсь на выход.— Но, юль, если подведешь меня в нашем деле, видео попадет-таки в сеть, имей в виду, — кричит вдогонку пьяный Мишка, — и не только это видео. Нагрянем к тебе в гости, и еще наснимаем.Хорошо, хотя бы таксист, оказывается нормальным. Дожидается меня, и мы спокойно и без происшествий добираемся до моего дома.Ложусь спать я снова в расстроенных чувствах, а наутро меня выводит из задумчивости очень странный звонок.С неизвестного номера.Вначале я не хочу отвечать, но предупреждения, что это спам, нет. Обычно мой телефон отслеживает такое. Поразмыслив пару секунд, я принимаю вызов.Но тут же жалею об этом.— Да, я слушаю, — говорю и слышу в ответ какой-то невразумительный бред.— Дура. Ты просто дура. Ненормальная. Двинутая на всю голову. Держись от нас подальше!И еще поток нелицеприятных выражений в мой адрес, после которых неизвестный собеседник отключает вызов.И что это было?В удивлении пялюсь на свой телефон несколько секунд, после чего продолжаю обычные утренние процедуры.Голос мне точно незнаком, может, ошиблись номером? Или знаком? Что-то проскользнуло такое, но никак не могу вспомнить.Слишком торможу, чтобы хоть сколько-нибудь сносно соображать, потому что почти не спала. Машуня капризничала всю ночь. Похоже, у нее начал прорезываться очередной зубик, и я почти всю ночь провела с ней на руках.Сейчас, зато, она сладко посапывает, а мне вот, предстоит ехать в офис.Передаю бразды правления в доме тете Лене и двигаю привычным маршрутом, с трудом подавляя зевоту.Думаю, даня, как и вчера, появится ближе к обеду, но к моему удивлению, он уже здесь.Игнат сообщает, как только я переступаю порог офиса, да вскоре я и сама это вижу.Дверь кабинета распахнута, даня сидит в своем кресле и о чем-то размышляет.Я здороваюсь с ним и проскальзываю на рабочее место. Включаю ноутбук. Снова зеваю и понимаю, что мне необходим хотя бы еще один стаканчик кофе. Два я успела выпить дома, но этого явно недостаточно, чтобы почувствовать себя нормальным человеком.Направляюсь в кухню и, проходя мимо двери, слегка притормаживаю.— Я за кофе, тебе сделать? — спрашиваю у дани, едва глянув на него.— Если несложно.— Хорошо.Через пять минут я вновь оказываюсь у двери, только уже с подносом, на котором стоят две дымящиеся чашки.—юль, зайди, выпей со мной кофе, — говорит даня и я подчиняюсь.Передаю ему одну из чашек, а сама усаживаюсь со второй напротив него.Готовлюсь к тому, что он снова спросит, как у меня дела, или как прошел вечер, но даня молчит. Тогда я сама решаю задать ему эти вопросы.Не знаю, почему.— Как у тебя дела? — спрашиваю осторожно.— Как мило, что ты это спросила, — хмыкает даня и делает очередной глоток кофе.— Почему бы нет? Мне кажется, в последнее время вокруг твоей фирмы что-то происходит, ты так не думаешь?— Что навело тебя на эти мысли?Он так спокоен, в то время как мне на месте не сидится.— Ну…, - захожу издалека, — этот скандал в одном из домов с тиктокерами.— И что с того? Там постоянно скандалят. Творческие натуры как-никак.— Не знаю, просто….Тут я решаю, что время самое подходящее.— Вот, — говорю ему и достаю из кармана прослушку.Кладу ее на стол и двумя пальцами отправляю по гладкой полированной поверхности стола в его сторону.Жучок останавливается ровно перед даней, не доскальзывая сантиметров десять до края, и я поздравляю себя с такой меткостью.— Знаешь, что это такое? — повторяю Мишин вчерашний вопрос.даня пару секунд смотрит на металлический кругляшок, не торопясь взять его в руки, потом переводит взгляд на меня.— Допустим, знаю, и что?Я вздыхаю.— А то, что тот самый Федоров, из-за которого вышел скандал, очень хочет знать о тебе все, что можно. Решил, что он должен прослушивать все твои разговоры.даня чуть склоняет голову набок, а когда я замолкаю, его лицо не выражает ничего.— Понимаешь, что это значит? Он копает под тебя и очень сильно хочет тебе навредить. Не знаю, где и как ты успел перейти ему дорогу, но, по-видимому он просто ненавидит тебя. Тебе следует быть осторожнее, — заканчиваю на самом главном.Никита берет прослушку в руки и вертит в пальцах.— Он предложил мне целый миллион за то, что я ее тебе подкину, — сдаю Федорова.— Почему тебе?— Потому что я твой личный помощник. И потому что, он знает меня лучше всех из твоего окружения, по-видимому. Мы с ним учились в одном классе много лет. Федоров — наш бывший с Полиной одноклассник. Мы узнали друг друга в тот день, когда встретились на стоянке тикток хауса. Договорились встретиться, вспомнить старых знакомых. Ну и вот…Я не знаю, о чем еще говорить, не о поцелуе же.— Ясно. А я все гадал.— В смысле, ты гадал? — не понимаю я.— Да так, неважно. Но я рад, юль, что ты рассказала мне про прослушку. Правда рад.Я хмурюсь и пытаюсь соображать.Само собой я бы рассказала, как же иначе? Брала прослушку и соглашалась на предложение Федорова только с одной целью, открыть глаза дане на всю эту ситуацию. Неужели могло быть по-другому? Но….он даже не удивлен, получив новую и такую важную информацию. Что это значит?— В смысле, ты гадал? — повторяю вопрос.даня поднимается с кресла и отходит к окну.Мне хочется видеть его лицо, заглянуть в глаза, но вместо этого приходится лишь пялиться на его спину. Разве что я рискну подойти чуть ближе и встать рядом с ним.Раздумываю пару секунд, а потом так и делаю. Поднимаюсь со своего места и иду к нему неуверенной походкой.Встаю рядом и начинаю изучать ветви деревьев, качающиеся на ветру за окном.А потом поворачиваюсь к дане.— Насчет чего ты гадал? — требую ответа, но тут в моем мозгу что-то щелкает и, кажется, я начинаю понимать кое-что.Его странный ответ и его спокойную реакцию на новости.Черт, не может же такого быть.— дань, только не говори, что ты знал. Еще вчера знал о том, что я встречаюсь с Мишей в том клубе.Он молчит.Но тогда…Тут до меня доходит кое-что еще. Словно молнией поражает, но я понимаю, кто звонил мне сегодня утром и так орал в трубку. Это же тот блондин, что сидел рядом с Федоровым и ржал над моим возмущением. Тот, лицо которого я сравнила с лошадиным, а потом еще переживала из-за этого. Который снимал на видео наш поцелуй.Зачем бы ему было мне звонить и выкрикивать ругательства, как не…Поскольку мой телефон остался в приемной, я выбегаю из кабинета и кидаюсь к столу. Хватаю телефон и захожу в последние новости.Так, военные действия в…это не то.Певица Соловьева дала скандальный концерт…тоже не то.А вот это…«Известный тиктокер, в миру Федоров Михаил, попал в больницу с черепно-мозговой травмой и множественными ушибами всех конечностей. Пострадали не только Михаил, но и его айфон последней модели, который был разбит зверским ударом о какую-то твердую поверхность.Нападение было совершено, по всей видимости, с целью ограбления, но злоумышленникам не удалось поживиться, потому что в ходе борьбы, телефон все же пострадал.Друг Михаила, а по совместительству его оператор, Сергей Петрунин, отделался более легкими повреждениями, но и его телефон оказался разбит, а сам он также находится в больнице и пробудет там по меньше мере до завтрашнего утра. К сожалению, камеры не зафиксировали…».Делаю несколько глубоких вдохов и выдохов, а потом возвращаюсь обратно к дане.Подлетаю к нему, чтобы высказать все, что о нем думаю, но слова все никак не хотят складываться в нормальные предложения.— Это ты? Ты что, следил за мной? Значит, ты с самого начала все знал? Еще вчера? И про встречу с Мишкой и про прослушку? И про…Тут я замолкаю и прикусываю губу.— Ну, — требует даня, — что же ты замолчала? Продолжай, юдя. И про поцелуй, ты хотела сказать? Да, и про него тоже. Понравилось, кстати?Я молчу и только хмурюсь.— Федоров, между прочим, в больнице теперь, а ты…— А что я? У меня есть алиби, если тебе так интересно.— И кто его подтвердит? Твои друзья?— А хоть бы и так. И не говори мне, что тебе не хотелось врезать им обоим. Не убедишь.Я снова стараюсь успокоиться.Черт. Как же опасно иметь с ним дело.А что бы было, если бы я согласилась принять Мишкино предложение? Я бы, конечно же, этого никогда не сделала. Не из-за дани, вообще, в принципе. Потому что считаю, что вот так шпионить за кем-то — подло. Но если бы приняла?Он бы все знал и только смеялся надо мной, над нами.И он сам ничуть не лучше Мишки, раз фактически шпионил за мной.Но и Мишка сам виноват, нарвался, что называется.— Что вы не поделили с Федоровым, что он так тебя ненавидит? — спрашиваю, когда удается немного успокоиться.— Девчонку.— Что?Ожидала всего, чего угодно. Бизнес, деньги. Но девчонку?А еще внутри что-то так сильно и больно кольнуло, словно острый нож пронзил сразу все внутренности. И теперь засел там и прокручивается, прокручивается…— Что это за история? — спрашиваю, а у самой голос хрипит, будто сейчас сорвется.— Ничего особенного. Его девчонка запала на меня. А потом пришла ко мне в гости, без Мишки. Он посчитал это личным оскорблением.— Ясно, достаточно.Отворачиваюсь и понимаю, что больше не хочу ничего слышать на эту тему. И оставаться в кабинете и болтать с ним, тоже больше не хочу.— Я не спал с ней, если тебе интересно, — говорит в спину даня, — но для Федорова это оказалось слабым аргументом. Его смертельно разозлил сам факт.— Ясно.— юль.даня подходит ко мне со спины. Очень близко. И его кофейное дыхание оказывается на моей шее.— юль, скажи, если бы не та моя измена, у нас был бы шанс сейчас построить отношения заново?— дань…Я закрываю глаза, настолько мне приятны его легкие поглаживания моих плеч. Его вкрадчивый тихий голос. Аромат его парфюма, табачно-древесный, смешивающийся с его личным таким будоражащим и завораживающим.И настолько же расстраивает тема разговора.— юль.— Не знаю, наверное. Но что толку говорить об этом теперь.Его руки обвивают мою талию, сильнее притягивая к себе.— Ты жестока. И мстительна. Знаешь, как я хочу тебя и просто вьешь из меня веревки.— Нет, я так не делаю.— Делаешь и еще как, — шепчет прямо в ухо, а я задыхаюсь от приступа желания, — именно это ты и делаешь, причем с явным удовольствием. Испытываешь мое терпение, которое, знаешь ли, итак уже на исходе.— И что дальше? Возьмешь меня силой?— Надеюсь, мне не понадобится этого делать, — произносит хрипло и его губы начинают движение вдоль моей шеи, — но если понадобится, то…да. Все, как ты любишь.— Я не люблю такого, неправда.Его губы снова у моего уха. Прикусывают мочку. Так чувственно, что я и правда думаю, почему бы нет?Он негромко смеется, а потом резко разворачивает меня лицом к себе, притягивает и впивается в мои губы жестким, требовательным поцелуем.