10

Зал гудит.Внутри всё кипит, но никто ещё не подаёт виду.До поры.

Пак-старший и Шим-старший наконец не выдерживают.Слишком много совпадений.Слишком много взглядов.Слишком много помады.

— Ты позволил своему сыну переступить черту, — тихо, но жёстко говорит Пак.— А ты позволил своему пасть к его ногам, — с такой же ядом отвечает Шим. — Он смотрит на моего мальчика так, будто…— …будто любит? — Пак усмехается. — Страшно, да?

Их голоса становятся громче.Люди рядом начинают оборачиваться.Фотографы, затаив дыхание, снимают издалека.

А тем временем — немного в стороне, ближе к арке,стоят они.

Сонхун — весь в чёрном, с холодным выражением лица,и Джеюн — в светлом, с мягкими глазами и заметным волнением.Он уже слышал, как повышаются голоса их отцов.Он уже понял.

— Хун… они сейчас сойдут с ума, — тихо прошептал Джейк. — Нам надо уйти. Пока не поздно.

Сонхун не ответил.Он просто смотрел на него.Смотрел так, как будто видел его впервые,и в то же время — как будто не видел ничего важнее в жизни.

И внезапно, резко, шагнул ближе,схватил его за талию ипоцеловал.

На глазах у всех.На глазах у гостей.На глазах у журналистов.На глазах у их отцов.

Громкий вдох со всех сторон.Шёпот.Шум.Щёлканье камер.

А Джейк — в шоке.Глаза распахнуты.Он мягко, но в панике начинает бить кулачками в грудь Сонхуна,тихо, почти неслышно шепча:

— Хун, Хун… наши отцы… они… тут…

Но тот просто сжимает его сильнее.Обнимает за талию, прижимая ближе,и тихо, только для него, почти касаясь губами уха, говорит:

— Тшш… у меня всё под контролем, маленький.

Слово «маленький»заставляет сердце Джейка бешено заколотиться.Он замирает.И уже не отталкивает.Просто цепляется за костюм Сонхуна,сжимает пальцами ткань.Смотрит в его глаза.И дышит с ним в унисон.

А там, за их спинами —их отцырвут воздух.

— Он поцеловал моего сына?!— Прямо у меня на глазах! Ты это поощряешь?!— А может, это твой сын соблазнил моего?!

— Никакой соблазн! — резко разворачивается Сонхун. —Я сам захотел!Я сам пошёл к нему!И да, я влюблён в него!

Гул.Молчание.Сотни глаз.Но ему — всё равно.

— Если вы, — продолжает Сонхун, —всю жизнь строили мир, в котором чувства — это преступление,то мы с ним строим другой.

И он поворачивается к Джейку.Смотрит в его глаза.И уже не спрашивает разрешения.Он просто знает, что они вместе.

А младший стоит рядом.Сбивчиво дышит.И впервые — не боится.

Он накрывает руку Сонхуна своей.И тихо шепчет:— Я с тобой.Пусть мир сгорит.