кювет

Я изредка вздрагиваю в холодной машине возлюбленного моей сестры. Пытаюсь сдержать свои всхлипы, но дается это с трудом. Щеки давно покрылись солеными дорожками от слез, а глаза раскраснелись так, что цвет радужки стал на несколько оттенков насыщеннее. Я сижу на переднем сиденье, упираясь ступнями, и интенсивно надавливаю пятками в бардачок машины. Изначально, я наносила удары худыми ногами по ящику и крепкому лобовому стеклу. Меня не смущает дорогой салон автомобиля; я нагло, насколько это возможно, показываю всю ненависть своему «водителю».

Он сжимает челюсть; я вижу, как перемещаются мышцы на его грубом лице, как напрягаются скулы от моих истерик, но он осознает: я вышла из себя, и виновником моего психоза был именно он. Я отчетливо замечаю, как височная мышца парня напрягается, а сильные руки сжимаются вокруг руля, вдавливая его как можно сильнее. Алкоголь все еще блуждает по моим кровеносным сосудам, и, полностью потеряв рассудок, решаю, что выход лишь один.

— Ради чего это все? Уничтожить меня полностью? — слезно выдавливаю я реплику и поворачиваю голову влево, чтобы смотреть на парня стеклянными глазами, полными ненависти. Он молчит, но каждая мышца на его строгом лице говорит за себя.

— Признайся, что это план действий, спланированный тобой еще давно, — продолжаю вести диалог, пытаясь надавить на него.

Трасса. Лес. Ночь. Лишь свет фар освещает эту длинную дорогу, как в фильмах ужасов. Но мой самый большой кошмар — рядом. Хвойные деревья так спокойны; они стоят по обеим сторонам трассы, словно провожая нас в путь этого зачарованного леса. Знаки о том, что на трассе стоит быть внимательным, ведь в округе дикие животные. Полная атмосфера слэшеров 70-х-90-х. Дорогая ретро-машина, парень, что ведет ее, настолько агрессивно, что я готова быть съеденной диким зверем, быть вспоротой животным, лишь бы не находиться рядом с настоящим монстром.

— Почему бы тебе не выкинуть меня в лесу прямо сейчас? — продолжаю я, набравшись бессмысленной храбрости. — Убив, ты избавишь меня от мучений.

Скорость увеличивается все больше и больше. Финн жмет без усталости на газ. Мы выезжаем на другую пустую трассу. Кроны ёлок смазываются в этой темноте. Финн в бешенстве. Я начинаю потирать пульсирующий висок, понимая, что вскоре отключусь от этой реальности.

— Ну же... Это твой шанс... — напоминаю я ему. — Прекрасный случай.

Мы летим по трассе с огромной скоростью; я вжимаюсь в кресло. Ландшафт меняется за окном с огромным темпом.

— Давай покончим с этим прямо сейчас! — на выдохе произношу я, пока кудрявый совершенно на взводе жмет газ.

— Хочешь закончить все это? — не своим голосом спрашивает он. — Замечательное решение, Эванс!

И увеличивает скорость еще больше. Меня всю прижимает к сиденью. Финн выключает фары. И полнейшая темнота.

Он не освещает трассу, не видит её. Но на этом всё не заканчивается.

— Покончим со всем разом! — и Финн вдруг убирает руки от руля; он заводит руки себе за шею, сцепляя их в крепкий замок. Он не одарил меня ни единым взглядом, но сам стал спокойнее.

Я выхожу из себя, резко трезвею и пытаюсь отдернуть руль, чтобы машина не перевернулась в кювет. Но парень просто не подпускает меня к рулю.

— Хватит! Прекрати! — истерично вырывается из меня.

— Ты же не хочешь так жить, не так ли!? — громко произносит парень настолько агрессивно и серьезно.

— Нет! — я сильно жмурюсь, так как сердце уже предвкушает болезненную смерть.

— Скажи это! Ну же!

Голова ватная; в животе легкость то ли от эйфории, то ли от скорости, при которой машина совершенно невесома, словно мы в космосе.

— Давай же! — Вулфхард просто выкрикивает в момент, когда машина уже близится к кювету, где мы перевернемся.

— Я не хочу, чтобы это заканчивалось! Ты даешь мне ощущение того, что я жива! — схожу на истошный крик, вжимаясь всем телом в кресло авто.

Черноволосый ловким движением сильных рук выворачивает руль на сто восемьдесят градусов, заставляя автомобиль маневренно развернуться на трассе. Авто со свистом проезжает около десяти метров, оставляя опасный срыв позади.

Я учащенно дышу, грудь вздымается в желании вдохнуть больше, а ноги дрожат. Парень наблюдает в лобовое стекло около минуты, а затем выходит из салона с сигаретами.

———————-

Дорогие читатели!

Как вы видите, главная героиня потихоньку выходит из образа правильного сверхчеловека, который пытается угодить каждому, и больше не является жертвенным персонажем. Она чаще выходит из себя, решаясь больше не молчать и показывать свою личность. Надеюсь, вам нравится, что персонаж растет как личность. Копаясь и разбираясь в своих проблемах, она совершенствуется.

Хочу также побольше писать от лица Финна. Приветствуете ли вы такой авторский подход?

Надеюсь на вашу активность! 🫶