старший «брат»

Я пошатываюсь и прикасаюсь выпирающими, лопатками к холодной мраморной стене туалета, медленно скатываюсь вниз, чтобы прийти в себя и заставить сердце биться в обычном режиме. Тело предательски пульсирует, одаривая мурашками кожный покров.

Резко биты музыки прекратились, голоса людей стали вовсе не слышны. Я выхожу из помещения и вижу скопление людей, окруживших диваны. Протискиваюсь сквозь толпу зевак, и руки начинают трястись.

Знакомый парень из школы, шатен, тот самый, из компании Вулфхарда, сидит сверху Эллиота и наносит удары кулаком прямо по лицу, второй рукой он держит его за воротник, вдалбливая его в пол.

Кровь. Кровь на лице парня. Кровь на косточках пальцев шатена. Кровавые брызги на превосходной рубашке Эллиота.

Секундное осознание моего разума, и я грубо распихиваю всех локтями, выходя в центр мнимого «ринга».

— Эй, принцесса, давай ты не будешь встревать в драку, — шутливо раздается передо мной знакомый голос — Вильгельм. Но я нервно отбрасываю его руку на уровне талии, которая преградила мне путь.

— Перестань! — я срываюсь на крик. Мне просто непонятны эти утехи богатых детей. Меня выводит из колеи аморальное поведение каждого из них, не отдающего значения последствиям. Каждый из них увлеченно наблюдает за унизительным действием этого персонажа. Кто-то снимает на телефон, хихикая в руку, но мне просто не по себе от данной иерархии в этих кругах, ведь каждый из «обычных» мог оказаться на месте Эллиота.

Я пихаю шатена в бок, чтобы он упал с тела моего друга.

— Ты тоже хочешь получить за своего ублюдка, путана?! — парень смотрит в мою сторону, прожигая меня своими зелеными глазами. Зрачки расширены, я понимаю, что парень в наркотическом опьянении.

— Так, друг, мы девушек точно не трогаем. Ну, ошиблась она, давай пропустим мимо ушей, — расплываясь в улыбке, произносит Вильгельм. Он пытается утянуть меня за талию в толпу, но мои глаза намертво прикованы к изуродованному лицу моего друга. Глаза стеклянные, а мандраж проходит вдоль всего тела. Нет. Я просто не могу позволить себе такого отношения к нему.

— А, это твоя сука, Вильгельм? Так вот заткни ей чем-нибудь рот! — толпа смеется, придавая этому некий своеобразный смысл.

Я кричу в спину шатену оскорбительные слова, пока зеленоглазый планирует подойти к телу Эллиота, пытаясь добить его. Вырываюсь из рук Вильгельма, пока тот пытается меня увести. Блондин закатывает глаза на каждое мое высказывание.

На одно из моих грязных словосочетаний шатен разворачивается.

— Она у тебя, видимо, вообще бестолковая шалава! — произносит зеленоглазый, уже замахнувшись на меня.

Я прикрываю глаза, но Вильгельм ловит руку парня и наносит глухой, сильный удар в живот, после чего шатен сгибается, подавив стон. Я подбегаю к Эллиоту, касаясь холодными руками его лица, и начинаю учащенно дышать. Я совершенно не понимаю, что делать; он без сознания.

— Я вызвала полицию! — раздается громкий голос со второго этажа — это была Хайди. Все суматошно начинают собирать вещи, ведь каждый из них находился в наркотическом опьянении. Забрав остатки наркотиков в зип-пакеты, все просто выбежали из дома.

Я чувствую, как слезы льются; я пытаюсь оказать первую помощь.

— Сандра, уходи! — приглушенным эхом разносится по комнате.

— Я никуда не уйду без Эллиота! — дрожа и всхлипывая произношу я.

— Ты понимаешь, что у полиции будут огромные вопросы? Сандра, в данный момент ты точно не будешь готова к этому! — он сжимает мои оголенные плечи и держит мою голову так, чтобы я уловила его зрительный контакт.

Он кивает куда-то за мою спину.

Я осознаю кому это он.

Тут же мое тело подхватывают; я начинаю орать и бить его кулаками, но черноволосый упрямо все терпит, ничего мне не говоря.

— Это же твой друг, Вулфхард! Это твой гребанный друг избил Эллиота по твоей просьбе! Ты монстр, осознаешь это?! — истерика наполняет меня; все, что было во мне столько лет, выливается наружу. Все мое спокойствие улетучивается в мгновение; я вышла из себя впервые за долгое время.

Финн перекидывает меня через свое плечо. От безысходности и собственного бессилия я уже открыто плачу. Так жалко я еще никогда не выглядела.

— Эй, Сандра, успокойся. Помнишь: жизнь за жизнь? Ты спасла мою, а я вытащу твоего друга.— Вильгельм говорит со мной как с ребенком. 

Я смотрю ему в глаза, он не лжет, пытается быть мягким, но нервозность все равно проявляется. 

— Я вытащу его и отвезу в больницу, согласна? 

— Как ты это сделаешь? Я должна быть с ним.. — шепотом всхлипываю я. 

Он берёт моё лицо аккуратно в свои большие ладони и ласково произносит: 

— В данный момент это моя проблема. 

Он целует меня в лоб, и я теряюсь, замираю в ощущении чего-то тёплого и заботливого. Никогда не испытывая таких эмоций, я забываюсь, и это становится выходом для Финна, который быстрым шагом относит меня к машине. 

С каждой секундой я только убеждаюсь в единственном верном чувстве — ненависти.