fourteen

– Выбирайте пока столик, я схожу за кофе. Вам что принести? – спрашивает он как всегда вежливо.– Я буду чай... «Английский завтрак», пакетик сразу вынуть.Уолтон поднимает брови.– А кофе?– Я его не люблю.Он улыбается.– Хорошо, чай, пакетик сразу вынуть. Сладкий?На мгновение ошарашенно замолкаю, сочтя это ласковым обращением. Но подсознание, поджав губы, возвращает меня к реальности. Идиотка, он спрашивает, сахар класть или нет?– Нет, без сахара. – Я смотрю вниз на свои сведенные пальцы.

– А есть что-нибудь будете?– Нет, спасибо, ничего. – Я качаю головой, и он идет к прилавку.Пока Уолтон стоит в очереди, я исподтишка наблюдаю за ним сквозь опущенные ресницы. Я могу смотреть на него целыми днями. Он высок, широк в плечах и строен, а как эти брюки обхватывают бедра... О, господи! Несколько раз он проводит длинными, изящными пальцами по уже высохшим, но по-прежнему непослушным волосам. Хм... Я бы сама с удовольствием провела по ним рукой. Эта мысль застает меня врасплох, и щеки вновь наливаются румянцем. Я кусаю губу и смотрю вниз, на руки.

-Хотите, я угадаю, о чем вы думаете? – Уолтон стоит рядом со столиком и смотрит прямо на меня.Я заливаюсь краской. О том, что будет, если провести рукой по вашим волосам. Мне интересно, мягкие ли они на ощупь... Я отрицательно качаю головой. Уолтон ставит поднос на небольшой, круглый столик, фанерованный березой. Он протягивает мне чашку с блюдцем, маленький чайник и тарелочку, на которой лежит одинокий пакетик чая с этикеткой Twinings English Breakfast – мой любимый. Сам он пьет кофе с чудесным изображением листочка на молочной пенке. Интересно, как это делается? – раздумываю я от нечего делать. Он взял себе черничный маффин. Отставив поднос в сторону, Уолтон садится напротив меня и скрещивает длинные ноги. Движения его легки и свободны, он полностью владеет своим телом. Я ему завидую. Особенно если учесть, что я – неуклюжая, с плохой координацией движений. Мне трудно добраться из пункта А в пункт Б и не упасть по дороге.

-Так о чем же вы думаете? – настаивает он.– Это мой любимый чай. – Голос звучит тихо и глухо. Я не могу поверить, что сижу напротив Джейвона Уолтона в кофейне в Портленде. Он хмурится – чувствует, что я что-то недоговариваю. Я окунаю пакетик в чашку и почти сразу вынимаю его чайной ложечкой и кладу на тарелку. Уолтон вопросительно смотрит на меня, склонив голову набок.– Я люблю слабый чай без молока, – бормочу я, как бы оправдываясь.– Понимаю. Он ваш парень?Ну и ну... С чего бы это?– Кто?– Фотограф.Джейден.От удивления я нервно смеюсь.-Нет, Джей мой старый друг и больше ничего. Почему вы решили, что он мой парень?– По тому, как он улыбался вам, а вы – ему. – Уолтон глядит мне прямо в глаза. Я чувствую себя ужасно неловко и пытаюсь отвести взгляд, но вместо этого смотрю на него как зачарованная.– Он почти что член семьи, – шепчу я.Уолтон слегка кивает, по-видимому, удовлетворенный ответом. Его длинные пальцы ловко снимают бумагу от маффина.– Не хотите кусочек? – спрашивает он и снова чуть заметно улыбается.– Нет, спасибо. – Я хмурюсь и опять перевожу взгляд на свои руки.– А тот, которого я видел вчера в магазине?– Брайс мне просто друг. Я вам вчера сказала. – Разговор получается какой-то дурацкий. – Почему вы спрашиваете?– Похоже, вы нервничаете в мужском обществе.

Черт, почему я должна с ним это обсуждать? «Я нервничаю только в вашем обществе, мистер Уолтон», – мысленно парирую я.

-Я вас боюсь. – Я краснею до ушей, но мысленно похлопываю себя по спине за откровенность и снова смотрю на свои руки.– Вы должны меня бояться, – кивает он. – Мне нравится ваша прямота. Пожалуйста, не опускайте глаза, я хочу видеть ваше лицо.Ох. Я смотрю на него, и Уолтон ободряюще, хотя и криво мне улыбается.– Мне кажется, я начинаю догадываться, о чем вы думаете. Вы одна сплошная тайна, мисс Харрис.Кто я? Сплошная тайна?– Во мне нет ничего таинственного.– По-моему, вы очень хорошо владеете собой.Неужели? Потрясающе... Как у меня так получилось? Удивительно. Я владею собой? Ни разу.

-Ну, если не считать того, что вы часто краснеете. Хотел бы я знать, почему. – Уолтон закидывает в рот маленький кусочек маффина и медленно жует, не сводя с меня взгляда. И, словно по сигналу, я краснею. Черт!– Вы всегда так бесцеремонны?– Я не думал, что это так называется. Я вас обидел? – Он, по-видимому, удивлен.– Нет, – честно отвечаю я.– Хорошо.– Но вы очень властный человек, – наношу я ответный удар.