Глава 1 | От лица Деклана

Нью-Йорк — город огней, где мечты вспыхивают и гаснут в одно мгновение. Он засыпал медленно, как будто не хотел отпускать эту ночь. Фонари мерцали, дождь стучал по крышам машин, улицы пустели.

Но среди тишины продолжал пульсировать он — «Эль Диабло». Место, о котором говорили шёпотом.

Место, где не действовали законы, где музыка была громче совести, а желания — опаснее оружия.

Там, за массивными дверями из чёрного дерева, скрывался иной мир. «Эль Диабло» жил своей жизнью — тяжёлый бас сотрясал стены, в воздухе витал запах табака и дорогого алкоголя, а тени двигались под красными огнями, словно в бесконечном танце искушения.

Он вошёл.

Его звали Деклан Грей. Высокий, в идеально сидящем тёмном костюме, с холодной усмешкой на губах.

Шумный зал «Эль Диабло» будто на миг притих, когда он появился, словно само место узнало своего хозяина.

Но сегодня он пришёл не ради привычных сделок. Сегодня он пришёл играть.

Он прошёл мимо толпы, не бросив ни единого взгляда, — люди расступались сами, будто чувствовали, что приближается не просто мужчина, а угроза, облачённая в стиль.

Его шаги были уверенными, как и всё в нём: от гладко зачёсанных волос до стального взгляда, в котором не отражалась ни одна эмоция.

В центре всего этого, за отдельным покерным столом, уже сидел он — враг, которого Деклан Грей ждал слишком долго.

Винсент Риверс. Тот, кто однажды предал его и украл больше, чем деньги.

Деклан остановился перед столом, не торопясь садиться.Винсент лениво поднял взгляд, потягивая бокал тёмного рома, и усмехнулся:— Грей. Всё ещё играешь по правилам?

Деклан откинул лацкан пиджака, не спеша опускаясь в кресло напротив:— Только если сам их писал.

Винсент хмыкнул, качнув головой:— Говорят, ты ищешь повод начать войну.— А ты, как всегда, даёшь идеальный повод, — усмехнулся Деклан.— Вечер будет жарким, — сказал Винсент и щёлкнул пальцами, подзывая крупье.

Деклан бросил быстрый взгляд на стол, потом — на Риверса:— Надеюсь, ты поставишь что-то достойное.— О, сегодня ставка особенная, — голос Винсента стал ядовито-мягким. — Очень... живая.

На миг он застыл. Рядом с Винсентом сидела блондинка — слишком яркая для этого места, с глазами, в которых таился ледяной блеск.

Девушка была красива, красное платье отлично сидело на её фигуре. И её лицо... Боже, она была как кукла.

Кем она приходится Риверсу и что, чёрт возьми, она там делает?

Карты тихо скользили по столу, фишки щёлкали, будто отсчитывая секунды до чего-то неизбежного.

Деклан Грей играл молча, уверенно, как всегда, — но взгляд его был прикован не к картам. Он неотрывно смотрел на неё.

Зара.Она стояла у стены, будто потерянная в этом шуме, в этом мире, которому была чужой. Глаза опущены, руки сжаты в тонкие кулаки. Но в её тишине было что-то упрямое. Что-то, что зацепило его сильнее любой ставки.

Винсент заметил.Молча, с холодной усмешкой он протянул руку и резко притянул Зару к себе, усадив её на колени. Она вздрогнула, но не проронила ни слова.

— Малышка, всё хорошо? — прошипел он ей на ухо, но взгляд бросил не ей — Деклану. Жёсткий, проверяющий, как острый нож.

Деклан не дрогнул. Только медленно положил карты на стол и поднял бровь:— Ты всегда держишь ставки так близко к себе?

Винсент держал её крепче, чем нужно, будто хотел не только показать, но и утвердить: она моя.

Но в глазах Зары не было тепла. Она смотрела куда-то в сторону, но не видела клуб, не слышала ни веселья, ни музыку, бьющуюся из колонок, ни шума фишек — только этот взгляд, что будто обжигал кожу.

Он смотрел на неё, не отрывая глаз, уверенно двигая фишками.

Ему казалось, что эта девушка никак не принадлежала этому подонку Винсенту — почему-то он был в этом уверен.

Зара не знала, кто он. Но что-то в нём её тревожило. Не страх — скорее, странное ощущение, будто её душу кто-то держит в руке, гладит по горлу пальцем, как по стеклу. Её сердце стучало слишком громко. Деклан заметил это.

Его губы дёрнулись, будто от слабой усмешки, но в глазах не мелькнуло ни тени удовольствия.

Он больше не смотрел на Винсента — он смотрел только на неё. Спокойно. Без поспешности. Как охотник, что уже выбрал цель и знает, что она никуда не денется.

Шум клуба снова стал громче, но теперь в нём что-то изменилось. Люди чувствовали это — как перед бурей. А за тяжёлыми дверями «Эль Диабло» воздух сгущался, готовясь стать ареной не игры, а войны.