ГЛАВА 15: ОБЩИЙ ФРОНТ

Утренний свет, пробивавшийся сквозь занавеску, казался теперь безжалостным прожектором, высвечивающим не нежность прошлой ночи, а суровую реальность. Притихшие, они шли по пустынному утреннему кампусу к спортивному комплексу. Рука Кирилла сжимала ее пальцы с такой силой, будто она была его единственной связью с реальностью.

Еще до того, как они вошли в раздевалку, до них донеслись возбужденные голоса. Гул был тревожным, сердитым.

— ...значит, нас просто кинули? Без формы? Без выездов?—Да что он себе позволяет, этот папик!—И главная звезда молчит, наверное, уже чемоданы собирает в «Спарту»...

Кирилл распахнул дверь. Разговор резко оборвался. Десять пар глаз уставились на него — с ожиданием, со страхом, с обвинением. Тори осталась в дверях, чувствуя себя чужой на этом семейном совете.

— Всем доброе утро, — голос Кирилла прозвучал на удивление ровно и громко. Он отпустил руку Тори и шагнул в центр комнаты. — Кажется, вы уже в курсе новостей.

— Кирилл, это правда? — встал Дергачев. — Твой отец зарубил нам финансирование? Из-за тебя?

«Из-за тебя». Слова повисли в воздухе, тяжелые и ядовитые.

— Из-за моего решения остаться в этой команде, — поправил его Кирилл, его взгляд скользнул по каждому. — Да. Он пытается надавить. Заставить меня передумать.

— И что? — Федорцов с вызовом скрестил руки на груди. — Мы все должны страдать из-за твоих разборок с папой?

Вспыхнул старый конфликт. Тори видела, как напряглась челюсть Кирилла.

— Я никого не заставляю страдать, — его голос набрал стальных ноток. — Я предлагаю сражаться.

В раздевалке воцарилась насмешливая тишина.

— Сражаться? С Егоровым-старшим? На что? На палки? — фыркнул кто-то с задних рядов.

— На имя, — четко сказал Кирилл. Он повернулся и взял со скамейки планшет Тори. Быстрым движением он вывел на экран тот самый эскиз — стилизованную волчью стаю. — Сражаться на то, что мы — не просто студенты-любители. Мы — «Акулы Политеха». И скоро об этом узнают все.

Он протянул планшет тренеру Кисляку, который молча наблюдал из угла.

— Андрей Викторович. Новый бренд — это не просто картинка. Это наше лицо. То, что мы можем показать потенциальным спонсорам. То, за что нас полюбят болельщики. Мы можем собрать деньги сами. Краудфандинг. Мерч. Все, что угодно.

Кисляк молча изучал эскиз. Его лицо было непроницаемым.

— А кто этим будет заниматься? У всех учеба, тренировки...

— Я, — сказал Кирилл, не колеблясь ни секунды.—И я, — прозвучал тихий, но четкий голос с порога.

Все взгляды переключились на Тори. Она чувствовала, как горит лицо, но шагнула внутрь.

— Это мой проект. Я доведу его до ума. Мы можем создать кампанию, запустить предзаказы, привлечь внимание в соцсетях. Это... это реально.

— Реально? — Федорцов язвительно усмехнулся. — Пока вы двое будете играть в бизнес, мы будем проигрывать из-за того, что у нас нет денег на новые коньки!

— Тогда будем побеждать на старых! — громко и резко парировал Кирилл. В его голосе впервые за утро прорвалась та самая ярость, что двигала им на льду. Он обвел взглядом команду. — Он думает, что может купить нас. Купить меня. Думает, что без его денег мы разбежимся. Так давайте докажем ему, что мы чего-то стоим! Не как инвестиция, а как команда!

В воздухе снова повисла пауза, но на сей раз в ней было не недоумение, а зарождающаяся решимость.

Первым заговорил тихий, но уважаемый всеми Влад Самсонов:—А идея... не самая плохая. По крайней мере, это лучше, чем сидеть сложа руки.

— Да пошли они все, эти спонсоры! — внезапно крикнул Олег Валенцов. — Играть будем за себя! За университет!

По рядам пробежал одобрительный гул. Даже Федорцов нехотя пожал плечами.

Кисляк наконец поднял голову. Его взгляд упал на Кирилла, потом на Тори.—Ладно. Попробуем. Но, Егоров, — тренер указал на него пальцем, — это твой проект. Твоя ответственность. Не подведи команду. И не подведи её, — он кивнул на Тори.

Кирилл лишь кивнул, сжав кулаки. Давление, которое должно было раздавить его, начало закалять.

Час спустя, когда команда разошлась на тренировку, а Тори осталась в пустой раздевалке, собирая вещи, к ней подошел Кирилл.

— Спасибо, — он сказал просто. — Ты... ты встала со мной в одну линию обороны.

Она посмотрела на него — уставшего, но не сломленного. Напротив, он выглядел таким собранным и целеустремленным, каким не был даже на льду.

— Я же сказала, научу тебя выбирать себя, — она слабо улыбнулась. — Как ощущения, капитан?

Он нахмурился.—Я не капитан.

— А кто тогда? — Тори взяла его руку и положила ладонь на планшет с эскизом волчьей стаи. — Они сегодня смотрели на тебя. И ждали твоего слова. Лидер — не тот, у кого есть повязка. А тот, за кем идут.

Он смотрел на их переплетенные пальцы, потом на ее глаза. И впервые за этот долгий, тяжелый день в его взгляде вспыхнул не просто огонь, а уверенность.

— Тогда пошли, архитектор, — он сжал ее руку. — У нас есть работа. Нужно построить новую крепость на развалинах старой.

И впервые Тори поверила, что у них действительно может получиться. Потому что теперь они были не просто влюбленными. Они были союзниками. А противники у них уже были.

---

💬 A/N: Общий фронт сформирован! Как вам первая битва Кирилла за свою команду? Справится ли он с грузом ответственности? И сможет ли Тори быть ему не только поддержкой, но и равным партнером в этой борьбе?