7 глава

Героями становятся Не Минцзюэ, Лань Сичэнь и Мэн Яо. Это они побеждают Вэнь Жоханя, они же уничтожают два осколка Иньской печати, которыми тот владел. Прибывший в рекордные сроки Цзинь Гуаньшань во всеуслышание признаёт Мэн Яо своим сыном и дарует ему имя Цзинь Гуанъяо. — Благодарю, отец, — почтительно кивает тот и улыбается настолько вежливо, что это кажется неприятным. — Но есть… нюанс.— Какой же? — спрашивает Цзинь Гуаньшань и лучится показным отцовским благодушием.— Я намерен остаться в Ордене Цинхэ Не.Ответ Цзинь Гуаньшаня Лань Ванцзи уже не слышит — Вэй Ин тянет его в сторону, подальше от заинтересованной толпы, через безлюдные коридоры, в тишину их комнаты.— Война кончилась, — весело говорит он, — и очень скоро все вспомнят о приличиях, правилах и нашей мифической девственности до свадьбы. Так что пусть они там общаются, а мы пока… — Вэй Ин захлопывает за ними дверь, отбирает Бичэнь и откидывает их вместе с Суйбянем в сторону, — займёмся чем-то более приятным. А семейную драму Цзиней потом Цзян Чэн перескажет. В лицах.Лань Ванцзи тихо вздыхает и притягивает его к себе. Вэй Ин тает под его прикосновениями как воск. Его безмерно это очаровывает — как один человек может быть то напористым и бесстыдным, то податливым и нежным. Лань Ванцзи хочет его любым.— Ты можешь поехать в Облачные Глубины со мной.— Не могу, — Вэй Ин виновато смотрит, а потом прячется, уткнувшись носом в шею Лань Ванцзи, и продолжает уже оттуда. — Мадам Юй сказала, что скоро объявят дату свадьбы шицзе и павлина. И я должен приложить все усилия, чтобы она была самой роскошной в мире. Не обижайся? Я обещал шицзе давным-давно.— Я понимаю, — Лань Ванцзи крепче сжимает руки, ведёт одну ладонь вверх, поглаживая спину, останавливается на нежной шее и чуть царапает ногтями кожу у самой кромки волос. Вэй Ин вздрагивает и жарко выдыхает.— К тому же, мне нужно приглядеть за дядей Цзяном. Мы с Вэнь Цин нашли одну древнюю технику по восстановлению повреждённого золотого ядра. Понадобятся все силы, чтобы убедить госпожу Юй в её целесообразности.— Я понимаю, — повторяет Лань Ванцзи.— Я больше всего на свете хочу быть с тобой. Правда.— Я знаю.68/99— Правда? — Вэй Ин чуть отстраняется и пронзительно смотрит Лань Ванцзи в глаза.— Ты сказал мне.Вэй Ин выдыхает и спрашивает:— Что будешь делать ты?— Помогу успокоить души на земле Цишань Вэнь. Вернусь в Облачные Глубины. Смиренно попрошу у молодого главы клана Цзян разрешения приехать в Пристань Лотоса.Вэй Ин на мгновение прикрывает глаза, цепляется пальцами за одежду Лань Ванцзи и практически всхлипывает.— О, Боги, — тихо бормочет потом, — я совсем забыл, что Цзян Чэн теперь будет главным. Какой кошмар. Как думаешь, он приставит ко мне охрану из вредности?Лань Ванцзи опускает ладонь с его талии на ягодицу, беззастенчиво сжимает и обещает с непоколебимой уверенностью:— Они не смогут меня остановить.Вэй Ин фыркает и начинает смеяться. Лань Ванцзи поднимает его на руки и несёт к кровати. Им обоим это нравится — Вэй Ин доверчиво прижимается к нему, и Лань Ванцзи сходит с ума от жажды обладать.Он опускает Вэй Ина на кровать, накрывает своим телом и целует подставленную шею, кусает и засасывает нежную кожу, впервые оставляя след, который нельзя будет спрятать. Вэй Ин тихо всхлипывает и говорит:— Ещё.Лань Ванцзи покрывает поцелуями-укусами его шею и плечи, сдёргивая одежду вниз. Он добирается до груди и широко облизывает розоватый сосок, втягивает в рот, сжимает зубами и ласкает языком, пока он не становится твёрдым и алым. Вэй Ин прерывисто дышит, постанывает и цепляется пальцами за его волосы, подставляясь под прикосновения.— Тебе понравится, Лань Чжань? — глухо спрашивает он. — Точно знать, что все вокруг понимают, кто оставил на моей коже засосы и укусы? Понравится, ведь так? Ты собственник, такой собственник, Лань Чжань. Скажи, тебе бы ведь не было достаточно, если бы я просто где-то был? Ну же, признайся. Ты так долго ждал, был таким терпеливым, таким жертвенным. Надо было схватить меня и поиметь ещё в Облачных Глубинах, милый. Ещё тогда. Схватить, утащить к себе и спрятать. Когда-нибудь мы в это сыграем, хорошо? Я надену то ученическое ханьфу и пойду гулять к водопаду. Беззащитная — ах, ещё! — жертва.Лань Ванцзи понравится.И то, что все вокруг будут знать, и игра, которую придумал Вэй Ин. 69/99Лань Ванцзи было бы достаточно, если бы Вэй Ин просто был жив, но не был с ним. Было бы. Он почти уверен, что не лжёт в этом самому себе. Он жаждал бы большего, но смог бы всю жизнь просто идти рядом и не касаться.Ему было бы достаточно, если бы он не знал, каково это — целовать Вэй Ина, трогать его тело, познать его жар и тесноту. Ощущать на себе его смелые, бесстыжие пальцы и слышать стоны, вскрики и лихорадочное дыхание. Теперь он умрёт раньше, чем добровольно от всего этого откажется.Лань Ванцзи стягивает с Вэй Ина штаны и тратит преступно малое время на подготовку, подгоняемый нетерпеливыми мольбами и вожделением. Он целует и вылизывает каждый цунь белой кожи, оставляет засос на животе, укус на внутренней стороне гладкого, стройного бедра.Вэй Ин выгибается с громким стоном и тянет Лань Ванцзи за волосы. Он перехватывает его запястья и, замерев на миг, делает то, о чём так давно думал, связывая их налобной лентой. Он вяжет мёртвый узел, а потом, поразмыслив, добавляет ещё несколько. Вэй Ин громко сглатывает, но не протестует.Лань Ванцзи на всякий случай спрашивает:— Так — нормально?— Д-да. Боги, да. Я никогда об этом не думал, но теперь думаю. Тебе стоило связать их за моей спиной, чтобы я ничего не смог сделать.— Как-нибудь, — обещает Лань Ванцзи. — В Облачных Глубинах.Он прижимает связанные запястья к кровати и, направив себя другой рукой, с трудом входит в его тело. Вэй Ин дрожит под ним и шире разводит ноги. Румянец заливает его щеки, а искусанные, зацелованные губы становятся припухшими и алыми. Его взгляд плывёт, но он всё равно смотрит только на Лань Ванцзи, а потом обхватывает ногами за талию, притягивая ближе и глубже.— Дай мне, — просит он.— Всё, что попросишь, — клянётся Лань Ванцзи и ведёт бёдрами. Вэй Ин выгибается под ним, подмахивает, откидывает голову, выставляя напоказ шею. Лань Ванцзи наклоняется и широко облизывает его кадык, чувствуя, как тот дёргается под языком.Они двигаются в одном темпе, знают друг друга так хорошо. Вэй Ин продолжает шептать непристойности или глупости. Лань Ванцзи запоминает каждое слово, потому что в эти моменты, когда удовольствие замирает на самой грани, он говорит только правду, которую и сам порой не вполне осознаёт.Лань Ванцзи обхватывает ладонью член Вэй Ина, и того выгибает, почти подбрасывает в воздух. Пальцы и животы пачкает сперма.Лань Ванцзи замирает, чтобы дать ему время, но Вэй Ин только крепче сжимает его ногами, закидывает связанные руки ему на шею, обнимая и заставляя нагнуться за поцелуем.70/99— В меня, — требует он сорванным голосом. — Ещё. Никакой пощады, Хангуан-цзюнь.Лань Ванцзи усмехается и сильнее вбивается в податливое, разнеженное оргазмом тело, получая в награду громкий стон. — Ещё, — всё повторяет и повторяет Вэй Ин до тех пор, пока Лань Ванцзи не изливается внутрь, глухо застонав. Они не останавливаются и после, продолжая целоваться и ласкать друг друга до тех пор, пока желание снова не берёт верх.* Совет Кланов, на котором присутствующие должны выбрать нового Верховного Заклинателя, растягивается на несколько дней. С утра и до вечера все вокруг спорят, доказывают свою точку зрения и выдвигают всё новых кандидатов. В итоге их остаётся трое — Цзинь Гуаньшань, Не Минцзюэ и Лань Цижэнь.А потом Вэй Ин, который все прошлые дни подпирал собой стену, нехорошо усмехается и, сделав глоток вина, выходит вперёд. Лань Ванцзи со вздохом прикрывает глаза.— А я думаю, — громко говорит Вэй Ин, — что лучше всех на эту роль подойдёт госпожа Юй Цзыюань.Все замолкают. Госпожа Юй бледнеет от ярости.— Вэй Усянь. Немедленно перестань позорить меня.— Но я не позорю! — Вэй Ин выставляет ладони перед собой, а потом обращается ко всем присутствующим. — Едва ли в этом зале найдётся хоть один человек, который бы не оценил, как госпожа Юй сильна в искусстве заклинательства, а некоторым госпожа и вовсе спасла жизнь. К тому же, госпожа Юй не связана ежедневными и еженощными заботами об Ордене, как главы кланов, а значит, может посвятить себя благу всеобщего мира. Не говоря уже о том, что госпожа сильна и благородна духом, справедлива в действиях и много лет управлялась со мной. Учитель Лань может подтвердить, как трудно было этого достичь на расцвете моего юношества.Вэй Ин широко улыбается Лань Цижэню. Тот поджимает губы и согласно кивает, отчего глаза присутствующих становятся чуть круглее.— А если кого-то смущает, что госпожа Юй — женщина. Что ж, можете вспомнить, к примеру, главу Лань И, которая смогла вернуть маленькой школе славу Великого Ордена, или Баошань Саньжэнь, посвятившую себя совершенствованию тела и духа, или своих матерей, чьи усилия и заботы сделали вас такими, какие вы есть.Он замолкает и возвращается на своё место возле стены. Несколько мгновений в зале стоит тишина. А потом все начинают говорить разом, так что невозможно понять, кто именно и что именно предлагает.В поднявшейся суете Лань Ванцзи придвигается чуть ближе, перекладывает 71/99Бичэнь в правую ладонь и берёт Вэй Ина за руку. Длинный рукав его ханьфу скрывает это нежное прикосновение от посторонних взглядов.— Хочешь спросить, почему я это сделал? — спрашивает Вэй Ин.Лань Ванцзи вздёргивает бровь.— Во-первых, они должны перестать мыслить так узко. Выбрали самых старших из Великих Кланов, и радуются. А, во-вторых, я и правда считаю, что из мадам получится чудесная Верховная Заклинательница. У неё не забалуешь. — Тебя это не останавливало.— И я всегда был соответственно наказан, — тихо фыркает Вэй Ин. — Достопочтенным господам тоже не помешает опробовать это на своей шкуре.— Да.Вэй Ин зажимает рот, чтобы не хохотать в голос.— Как злобно, Хангуан-цзюнь, — он кидает на Лань Ванцзи игривый взгляд из-под ресниц. — А все вокруг думают, что терпения на их политические пляски нет только у меня.Лань Ванцзи ласково гладит большим пальцем его ладонь.* Юй Цзыюань становится Верховной Заклинательницей. Не Минцзюэ с явным облегчением отдаёт голос за её кандидатуру, у Лань Цижэня чуть меньше энтузиазма, но ничуть не меньше поддержки. Цзинь Гуаньшаню остаётся лишь самоотверженно удерживать лицо. Особенно, когда его супруга с радостью поддерживает свою присяжную сестру, громко говоря, что не видит, кто достоин этого больше.В итоге Юй Цзыюань получает высокую должность и головную боль. Ей приходится бесстрастно выслушивать споры о сферах влияния после войны.В один момент кто-то из стремящихся выделиться молодых кланов вспоминает о Вэнь Цин. Доверенное лицо Вэнь Жоханя, говорят они. Бездействие на вершине тоже считается виной.Лань Ванцзи сжимает пальцы на запястье Вэй Ина, взглядом умоляя его молчать. Тот, видимо, чувствует его отчаяние и страх, потому что замирает с приоткрытым ртом.— Как будто вы сами, оказавшись на её месте, нашли бы силы протестовать, — Верховная Заклинательница закатывает глаза. — Она делала то, что могла, за что и была наказана Вэнь Чао. Или вы не знаете, что мой сын освободил её из темницы?— Но, госпожа, — глава клана Яо покрывается потом, — это не отменяет того факта, что Вэнь Цин виновна. Что если она захочет отомстить? У неё ведь есть младший брат, который...— Её брат — ученик Ордена Гусу Лань. Глава клана Лань, есть ли к нему какие-то нарекания?Лань Сичэнь с улыбкой качает головой:— Вэнь Цюнлинь ведёт себя безукоризненно. Он один из самых усердных и способных учеников.— Но когда они воссоединятся с сестрой… — Вэнь Цин отправится в Пристань Лотоса, — говорит госпожа Юй. — И там я лично буду за ней присматривать.Главы кланов переглядываются, и не спорят. Кто-то даже подобострастно заливается соловьем о том, как это благородно — взвалить на себя такую ношу — возвращение на истинный путь заблудшей овцы. Верховная Заклинательница выслушивает этот монолог без всякого интереса.— Если мы закончили обсуждать деву Вэнь, — говорит она, — давайте вернёмся к более важным вопросам.Вэй Ин накрывает ладонью руку Лань Ванцзи, и только тогда он понимает, насколько сильно сжимает чужое запястье.* Вечером они снова сбегают от всех только вдвоём. Вэй Ин оказался прав — про надлежащее поведение до свадьбы очень быстро вспомнили, и теперь они должны степенно прогуливаться вокруг пруда на глазах у людей, а не оставаться в закрытой комнате в одиночестве.Они сидят на крыше. Вроде бы на виду, но достаточно высоко, чтобы никто не мог подслушать разговор. Впрочем, сейчас и смотреть некому — все празднуют, и на улице никого.— Расскажи мне, — говорит Вэй Ин, когда Лань Ванцзи с благоговением и грустью целует проступивший вокруг его запястья кровоподтёк. — Что тебя волнует?— Ты.Вэй Ин фыркает и зарывается пальцами в волосы Лань Ванцзи.— Ты всё ещё думаешь, что я умру?— Нет. — Тогда ты должен понимать, что в некоторых ситуациях я не могу молчать. И не буду.— Я знаю, — Лань Ванцзи целует его ладонь. — Это было сильнее меня. Прости.— У меня чуть сердце не остановилось, — признаётся Вэй Ин. — Я никогда 73/99больше не хочу видеть это выражение на твоём лице. Поэтому я буду… сдержаннее. Но я не буду молчать.— Хорошо, — соглашается Лань Ванцзи.— Ты меня не потеряешь, — клянётся Вэй Ин. — Лань Чжань. Ты веришь мне?— Да.Вэй Ин прижимается ближе, со вздохом опускает голову Лань Ванцзи на плечо и закрывает глаза. От его красоты захватывает дух, и сердце пускается вскачь.Вэй Ин не будет молчать. Лань Ванцзи всегда будет принимать его сторону. В этих двух фразах нет ничего сложного. И всему миру заклинателей придётся их выучить и осознать.* Они снова расстаются. На прощание улыбающийся Вэй Ин снова суёт Лань Ванцзи небольшой свёрток в рукав.На прощание Лань Сичэнь говорит господам Цзян, что после союза девы Цзян и молодого господина Цзинь им стоит назначить дату ещё одной свадьбы.— Откладывать нет смысла, — соглашается Цзян Фэнмянь и сжимает пальцы на плече у Вэй Ина. Тот почему-то заливается краской в ответ.Они расходятся в разные стороны.Лань Ванцзи остаётся в Цишане. Он успокаивает души умерших, отзывается на просьбы о помощи. Одно цепляется за другое и в итоге в Облачные Глубины он возвращается только два месяца спустя.* На крыльце цзинши сидит Вэй Ин и, чуть высунув от усердия язык, что-то ковыряет ножиком в деревянной заготовке. Лань Ванцзи не верит своим глазам.Вэй Ин поднимает голову, радостно улыбается и, отложив в сторону ножик и деревяшку, поднимается на ноги.— Лань Чжань! — говорит он. — А я тебя всё жду и жду. Почему ты так задержался?— Если бы я знал, что ты меня ждешь, я бы пришёл раньше, — отвечает Лань Ванцзи.Вэй Ин на мгновение прикрывает глаза, словно это он из них двоих никак не может справиться с эмоциями.— Ты ведь должен быть в Юньмэне, — говорит Лань Ванцзи.— Ага. Вэнь Цин сказала, что я её достал. Шицзе сказала, что ей грустно видеть меня таким грустным. А Цзян Чэн сказал, чтобы я проваливал и не возвращался 74/99без, цитата, “своего ненормального Ланя”. Так что я написал Цзэу-цзюню, и он прислал мне нефритовый жетон. Ты рад?— Да.— Тогда идём в дом, — он улыбается и протягивает ладонь. Лань Ванцзи переплетает их пальцы.Происходящее всё ещё кажется ему сном.— Твой дядя пытался что-то сказать о доме для “гостя”, но Цзэу-цзюнь так профессионально запудрил ему мозги. Честно говоря, я в восторге, — Вэй Ин продолжает говорить. — И глазом моргнуть не успел, как какой-то младший ученик с ошалевшим взглядом отвёл меня сюда, хотя я и прекрасно мог дойти сам.— Вэй Ин.Он останавливается, поворачивается к Лань Ванцзи всем телом, словно цветок лотоса, всегда обращённый к Солнцу.— Да?— Вэй Ин, — повторяет Лань Ванцзи и обхватывает ладонями его лицо.— Лань Чжань, — выдыхает тот в его губы.Тишину цзинши нарушают звуки их поцелуев и дыхания.* — Я хочу тебя кое с кем познакомить, — говорит Лань Ванцзи на следующий день, когда сонный Вэй Ин садится рядом с ним.Вэй Ин соглашается с немного удивлённой улыбкой, и Лань Ванцзи ведёт его в дом, выделенный для людей из клана Вэнь, оставшихся в Облачных Глубинах. Большая их часть разместились в Цайи, где они под предводительством четвёртого дядюшки начали производство своего вина.— Лань Чжань, мы с Вэнь Нином знакомы, — смеётся Вэй Ин, разглядев того издалека.— Не с ним.Они подходят ближе. Подскочивший Вэнь Нин тут же бросает медицинский трактат и радостно улыбается.— Вэй-сюн!— А-Нин! Прости, что не пришёл вчера.— Я понимаю, — быстро кивает тот.— Лань Чжань не сказал, что мы идём к тебе, а то я бы захватил подарок от Вэнь75/9Цин. Она чуть было не всучила мне какой-то жуткий и гиганский набор склянок с варевом, которое способно и мёртвого поднять, но я смог убедить её, что в Гусу Лань тебе явно не грозит настолько ужасная опасность. Скука — возможно. Несварение от еды — определённо. Но явно ничего смертельного.Вэй Ин говорит и совершенно не замечает, что кто-то маленький, но очень целеустремлённый и заинтересованный медленно, но верно подбирается к нему сбоку.Утром, пока Вэй Ин спал, Лань Ванцзи уже навестил А-Юаня и бабушку, поэтому сейчас ребёнок полностью поглощен весёлым незнакомцем в чёрно-красных одеждах. Лань Ванцзи пытается представить — каково это, увидеть Вэй Ина впервые. Думает — подошёл бы он сам в этом возрасте к нему или просто внимательно следил издалека, боясь упустить из виду?А-Юань настигает свою жертву, плюхается на попу и крепко обнимает за ногу.Вэй Ин замолкает на полуслове и опускает глаза.— О. Здравствуй! — он широко улыбается. — А ты откуда взялся?— Гэгэ смешной, — громко сообщает А-Юань. Ему почти полтора года. Он ходит, немного говорит, громко плачет и громко смеётся. Лань Ванцзи сможет увидеть, как он растёт и становится старше.— Очень смешной, спасибо, что заметил, — весело соглашается Вэй Ин. — Это, дружок, не всякому дано оценить. Как тебя зовут?— А-Юань. Гэгэ играть?— Конечно, — Вэй Ин наклоняется и подхватывает его на руки. — Твой Сянь-гэгэ всегда готов поиграть. Эм. Лань Чжань, ты в порядке?— Да, — разом севшим голосом говорит Лань Ванцзи.* — Знаешь, — вечером, когда Лань Ванцзи уже почти засыпает, Вэй Ин откладывает талисман, над которым работает, и шутливо говорит: — ты так смотрел на этого мальчика, что я на мгновение подумал, что он… ну… твой?— В прошлой моей жизни, — тихо говорит Лань Ванцзи, — когда я впервые увидел его, ты заявил мне, что “сам его родил”. На мгновение я тебе поверил.Вэй Ин хохочет. — То есть, — спрашивает он после приступа веселья, — ты на полном серьёзе подумал, что моя извилистая дорожка тёмного пути могла привести к рождению ребёнка?— В то мгновение, — Лань Ванцзи чуть улыбается, — я, правда, пытался подсчитать сроки вынашивания дитя.Вэй Ин начинает икать от смеха. За время, необходимое ему, чтобы успокоиться, 76/99успела бы сгореть палочка с благовониями. — А потом? — спрашивает он. — Ты ведь спас его? Взял себе, да? Уверен, что ты взял его себе. Вот бы посмотреть на лицо учителя Ланя!У Лань Ванцзи спазмом сжимает горло от воспоминания о безжизненном мальчике в своих руках.— Я… пришёл слишком поздно.Вэй Ин бледнеет.— Лань Чжань, — говорит он и, бросив все бумажки на пол, прижимается к нему всем телом.— Думаю, если бы он остался жив, я бы… я потерял всё, что было с тобой связано. Остались только кролики. Мешочек из-под ароматических трав. Вино и лотосы, которые ты любил.— Лань Чжань.— Всё в порядке, — говорит он. — Воспоминания не приносят боли, если ты рядом.— Этого недостаточно.— Это больше, чем я надеялся получить, — Лань Ванцзи нежно проводит по щеке Вэй Ина, утирая слёзы. В его сердце так много любви к этому человеку, что он мог бы взмыть в небеса без меча.Они засыпают в объятиях друг друга.