6 глава

Весной на Облачные Глубины нападают, но они дают отпор. Вэнь Сюй отступает, потеряв большую часть людей, и Лань Ванцзи не приходится второй раз смотреть, как горит его дом. Следом приходит приказ — наследники и воспитанники Великих Кланов должны явиться в Безночный Город. Орден Гусу Лань не собирается подчиняться ему. В своём письме Вэй Ин пишет, что глава клана Цзян сказал им — время готовиться к войне.Ещё через несколько дней, одним слякотным, промозглым утром к воротам Облачных Глубин подходят два десятка человек, которых ведёт Вэнь Нин.— Сестра осталась, — говорит он, заикаясь. — Пожалуйста, позаботьтесь о наших людях. Я тоже должен вернуться.Он протягивает письмо от Вэнь Цин, в котором она просит позаботиться о всех и не дать её младшему брату сделать глупость. “Я поверила вам, молодой господин Лань, — пишет она в последней строчке, — прошу вас, сдержите своё слово”.Они проводят церемонию — всем пришедшим надевают на лоб ленту, и они перестают принадлежать клану Вэнь. И пусть это решение вызывает несколько вежливых, тихих и напряжённых споров, но в итоге непреклонность Лань Сичэня, поддержка Лань Цижэня и безмолвное присутствие Лань Ванцзи дают понять — решение окончательное.Люди жмутся друг к другу. Они не понимают, в чём смысл произошедшего, зачем их — простых людей — сдёрнули с места и заставили покинуть родные дома. Но Вэнь Цин сказала, и они пошли. Лань Ванцзи слышит тихий детский плач и против воли подходит ближе.Бабушка качает младенца, пытаясь успокоить. Поднимает на Лань Ванцзи испуганный взгляд и шепчет извинения.— Как его имя? — спрашивает он.— А-Юань. Простите, господин. Сейчас он чуть поплачет и перестанет.— А его родители? — почему-то Лань Ванцзи думал, что те погибли во время войны или после. Надеялся, что в этот раз у маленького А-Юаня будет семья.— М-мой кузен погиб ещё до его рождения, — тихо говорит Вэнь Нин, оказавшись рядом. — А его жена после родов. Нас с сестрой не было. Она всё ещё себя винит.— Могу я его подержать? — спрашивает Лань Ванцзи.У всех вокруг округляются глаза, но ему всё равно. Как и с Вэй Ином, ему нужно дотронуться, чтобы убедиться — этот мальчик жив.Бабушка осторожно передаёт А-Юаня в его руки. Тот смотрит на него и тут же 58/99перестаёт плакать, тянется маленькими пальчиками, хватая прядь волос.— Надо же, — говорит бабушка с искренним удивлением.— Вы ему понравились, господин Лань.— Здравствуй, А-Юань, — тихо приветствует ребёнка Лань Ванцзи, — добро пожаловать домой. Надеюсь, тебе понравятся Облачные Глубины.А-Юань беззубо улыбается в ответ.* Цзинь Гуаншань раскрывает всем “истинное лицо Ордена Цишань Вэнь”, четыре Великих Клана объединяются и начинается война — долгая и кровавая. Лань Ванцзи и Вэй Ин дерутся спина к спине. Вместе они сила, с которой приходится считаться. Их проклинают враги, превозносят союзники, раз за разом повторяя главам их кланов восхищённые речи о столь дальновидном выборе. Словно Цзян Фэнмянь и Лань Сичэнь однажды встретились и, обсудив погоду, решили устроить их брак.Больше всего эти речи раздражают Вэй Ина, потому что теперь он знает всю правду.Это вышло почти случайно. Это недоразумение, о котором Лань Ванцзи ничуть не жалеет. В ту, первую с начала войны, их встречу возмущённый Вэй Ин пришёл к нему и спросил, как он мог так долго скрывать правду.Сердце Лань Ванцзи тогда подскочило к горлу, а сам он — опустился на колени и склонил голову.— Прости, — сказал он. — Я должен был рассказать. Прости. Я боялся, что ты не поверишь, что ты оттолкнёшь меня. Что я снова увижу, как ты умираешь.Вэй Ин вытаращил глаза и рванул к нему.— Что? Лань Чжань, ты о чём?Лань Ванцзи прижался лицом к его животу и обнял за ноги, глухо рассказывая их историю с самого начала. Знакомство, неприятие, дружба, тьма и смерть. Возможно, он выглядел блаженным, но Вэй Ин слушал, не перебивая, а его дрожащие пальцы всё гладили и гладили волосы Лань Ванцзи.— Ты умер, — повторял он снова и снова. — Умер. А я — едва существовал. Карал предателей, помогал слабым, боролся со злом и искал смерти, потому что не мог найти тебя. А потом мой брат рассказал мне о ритуале, и я смог вернуться в самое начало. Прости, я должен был рассказать тебе правду. Но ты умер. Пожалуйста, пожалуйста, не умирай.— Лань Чжань, — Вэй Ин провёл пальцами по его щекам, и только тогда Лань Ванцзи понял, что он плачет. — Ради меня ты решил изменить мир? Меня? Но что, если бы… что, если бы я был юн и глуп, и не полюбил тебя с равной силой? Что тогда?59/99— Всё равно. Только живи. Как хочешь, но живи.— Лань Чжань, — Вэй Ин тоже опустился на колени и обнял так крепко, что хрустнули кости.Только потом он узнал, что Вэй Ин пришёл с разговором о “правде”, потому что считал, что их с Цзян Ваньинем держали за малых детей, тогда как Лань Ванцзи о планах Вэней давно рассказали дядя и брат.Но сейчас, когда они слушают, как глава клана Яо снова хвалит их и воодушевленно рассказывает, с какой радостью после войны все отпразднуют победу и их свадьбу, а Вэй Ин рядом раздражённо вздыхает, Лань Ванцзи не жалеет ни о чём. Его сердце больше не тянет груз вины. Вэй Ин точно знает, с кем именно он собирается связать свою жизнь.Всё к лучшему.* Главу клана Цзян тяжело ранят в одной из битв. Госпожа Юй защищает его словно белая тигрица, а потом несколько дней не отходит от постели, выставив прочь детей, слуг и лекарей. Она всё делает сама, огрызаясь на предложения отдохнуть и просьбы поберечь себя.— Так странно, — говорит измученный волнением и ожиданием Вэй Ин вечером, когда Цзян Яньли прогоняет его хоть немного поспать. Вместо этого он приходит к только вернувшемуся Лань Ванцзи и садится рядом. — Она его по-настоящему любит. Я не уверен, что дядя Цзян об этом знает.— Всегда ходили слухи… — Лань Ванцзи замолкает. Все знают, что Цзян Фэнмянь любил Цансэ Саньжэнь так сильно, что вырастил её сына словно родного. Некоторые ещё и добавляют, что он и есть — родной. Вэй Ин не любит эти разговоры.— Знаю, — он тяжело вздыхает и прижимается к Лань Ванцзи всем телом, положив голову на плечо. — Дядя Цзян сказал мне — давно, я тогда ещё был совсем маленьким, — что я не должен верить этим слухам. Что у меня были отец и мать и что я не безродный... Иногда мне так жаль, что все вокруг помнят их намного лучше меня.— Я видел свою мать семьдесят два раза, — говорит Лань Ванцзи. — Шесть лет по разу в месяц. А сейчас никто о ней не помнит.Вэй Ин молча обнимает его чуть крепче. Слова об их родителях уже не ранят, но всё ещё оставляют грусть.— Мне кажется, — говорит Лань Ванцзи несколько мгновений спустя, — глава клана Цзян тоже по-настоящему любит госпожу Юй.— Надеюсь, — фыркает Вэй Ин. — Как думаешь, она станет добрее?— Едва ли.60/99— Да ну тебя, — Вэй Ин шлёпает Лань Ванцзи по груди, и он тут же прижимает его ладонь своей, удерживая у сердца, — не мог что ли соврать?— Мгм.Лань Ванцзи прижимает его руку к губам и целует пальцы. А потом, когда Вэй Ин то ли засыпает, то ли теряет сознание от усталости в его объятиях, он устраивает его на кровати и идёт к комнате господ Цзян.Смиренно просит у открывшей ему дверь госпожи Юй позволения остаться и сыграть её супругу укрепляющую мелодию на гуцине. Она молча отступает в сторону, разрешая ему войти.* Глава клана Цзян приходит в себя, но он всё ещё слаб, а потому практически всегда спит. Госпожа Юй пускает к нему кого-то, кроме лекаря и Лань Ванцзи, только несколько дней спустя и лишь на несколько мгновений. Цзян Ваньиню и Вэй Ину в эти краткие визиты запрещено разговаривать, смеяться и — будь воля госпожи исполнена — слишком громко дышать.Цзян Яньли позволяется остаться чуть дольше.Вэй Ин считает это несправедливым, он физически не способен просто сидеть и ждать, и Лань Ванцзи предлагает ему изучить музыкальные техники, использовав не гуцин, а что-то более для него подходящее. Он почти не задерживает дыхание, когда тот возвращается с флейтой. Это не Чэньцин, просто флейта — деревянная и, кажется, довольно старая. Они разучивают мелодию тем же вечером, и Вэй Ин схватывает всё на лету.Следующим утром госпожа Юй смотрит на него с недоверчивым изумлением, а потом переводит взгляд на Лань Ванцзи и вздёргивает бровь.— Духовная сила двух заклинателей — лучше, чем одного, — говорит он.— Ну, пожалуйста, мадам Юй, — Вэй Ин умоляюще складывает ладони, — я клянусь, что приложил все усилия, когда учил эту мелодию.Госпожа Юй поджимает губы, но отступает. Вэй Ин и Лань Ванцзи проходят в комнату, устраиваются возле окна и начинают играть. Мелодия флейты сплетается с мелодией циня, и ни одна нота не звучит не в тон.* Вэй Ин возвращается после разговора с дядей — тот собрал только своих детей — и на нём нет лица.— Что? — спрашивает Лань Ванцзи.— Его золотое ядро… — Вэй Ин сглатывает, прислоняется спиной к стене и медленно съезжает вниз, вцепившись в волосы.Лань Ванцзи садится перед ним на колени и обеспокоенно сжимает дрожащее 61/99плечо. Вэй Ин рассказывает, не поднимая головы, и в его словах звучит глухая злость:— Золотое ядро было практически полностью разрушено. Оно не исчезло, но лекари не уверены, что он сможет восстановить его в полной мере. Дядя сказал — после войны Цзян Чэн станет главой клана. Они с госпожой Юй будут ему помогать. — Вэй Ин так крепко сжимает кулаки, что костяшки белеют. — А всё этот чёртов Вэнь Чжулю.— Но он жив.Вэй Ин фыркает и поднимает на Лань Ванцзи глаза.— Дядя Цзян сказал так же. Но Цзян Чэна это не очень-то убедило.— А тебя?— Я думаю, что если слишком жалеть о том, что потерял, можно перестать жить. А золотое ядро — не самое важное.— Да, — тихо выдыхает Лань Ванцзи.— Я так устал, — так же тихо признаётся Вэй Ин.Лань Ванцзи прикрывает глаза в ответ. А потом впервые — снова — играет Вэй Ину мелодию, которую придумал много лет назад.* На лице Цзинь Цзысюаня нет ни одной эмоции, Цзян Яньли плачет, Вэнь Нин впервые на памяти Лань Ванцзи по-настоящему зол и при этом не мёртв.— Что происходит?Вэнь Нин резко оборачивается и теряет изрядную долю запала. Это хорошо — он ведь теперь ученик Ордена Гусу Лань, а значит, именно Лань Ванцзи придётся отвечать за его поведение. Он не думал об этом, когда уговаривал брата принять его в клан. Должен был — раз Вэй Ин всегда так ценил этого мальчика, значит его чувство справедливости, словно стрелка компаса, смотрит в верную сторону.— Молодой господин Цзинь оскорбил деву Цзян, — говорит Вэнь Нин и практически не заикается. — Он сказал, что она присваивает себе чужие заслуги, но это не так. Дева Цзян приносила ту еду. Я знаю, потому что я всегда помогал ей.Лань Ванцзи мысленно благодарит Богов за то, что Вэй Ина нет рядом, иначе дело кончилось бы дракой уже после этих слов.Лань Ванцзи подходит к Цзян Яньли и осторожно берёт её ладони в свои руки. Он не умеет успокаивать расстроенных девушек. Впрочем, и расстроенных юношей тоже, все его успокаивающие навыки ограничиваются одним человеком, к которому никогда нельзя было подходить с общими мерками. 62/99Он думает, что сделал бы Вэй Ин, и мягко говорит:— Дева Цзян, позвольте я провожу вас в комнату. Цзян Яньли быстро моргает и кусает дрожащие губы, но слёзы всё равно текут.— Да, — едва слышно выдыхает она. — Спасибо.Лань Ванцзи смотрит на Цзинь Цзысюаня, чьё лицо становится ещё непроницаемей. Словно он, не зная, как реагировать на ситуацию, решил не реагировать на неё вовсе.— Вэнь Цюнлинь, — зовёт Лань Ванцзи, потому что не собирается оставлять их вдвоём. Что-то подсказывает — запал для драки вполне может вернуться, как только он уйдёт.Вэнь Нин в последний раз кидает на Цзинь Цзысюаня выразительный взгляд. Всё-таки за месяцы войны они с Цзян Яньли вместе помогали раненым и… не то чтобы подружились. Лань Ванцзи кажется, что дева Цзян просто посмотрела на него и решила считать ещё одним своим младшим братом. Вэнь Нин же получил старшую сестру, которую нужно было оберегать.Эта мысль возвращает Лань Ванцзи к куда более мрачным мыслям о судьбе Вэнь Цин. О ней нет никаких вестей, и это его волнует.— Спасибо, — повторяет Цзян Яньли, когда они почти подходят к нужному дому. — В вашем присутствии мне стало спокойнее, господин Лань.— Нет нужды в благодарностях. Вам не стоит принимать слова господина Цзиня близко к сердцу.— Знаете, — она грустно улыбается, — некоторые люди иногда ранят сильнее других.Вэнь Нин недовольно выдыхает позади них. Но молчит.— Знаю, — говорит Лань Ванцзи.— Наверное, мне просто нужно найти в себе силы и отпустить его, — говорит она, и тут же быстро добавляет: — Простите. Это было неуместно.— Вы не хотите выходить за него замуж? — Лань Ванцзи хмурится. В той, прошлой жизни, на свадьбе Цзян Яньли казалась очень счастливой.— Хочу. Но… ещё я хочу выйти замуж за человека, с которым мы пойдём по дороге жизни рука об руку. Как вы с А-Сянем. И, если господин Цзинь не хочет этой свадьбы, то мне нужно… отпустить его. Ведь так?— Дайте ему шанс, — говорит Лань Ванцзи, и дева Цзян грустно улыбается в ответ.— Думаете, ему он нужен?— Я не могу говорить за Цзинь Цзысюаня, но в самой многолюдной толпе он 63/99всегда находит вас глазами. — А вы романтик, второй молодой господин Лань, — она качает головой и с улыбкой смахивает набежавшие слезы. — А ты что думаешь, А-Нин?Вэнь Нин до этого державший дистанцию, которая помогала делать вид, что он не участвует в разговоре, подходит на пару шагов ближе и, заикаясь, произносит:— Я думаю, что дева Цзян достойна самого лучшего.— Вы романтик, а он слишком много времени проводит с моими братьями, — Цзян Яньли смеётся и почти перестаёт выглядеть грустной. — Вот что с вами делать?— Любить! — подскакивает к ней Вэй Ин. — А в чём дело? Шицзе, у тебя красные глаза. Ты плакала? Кто-то тебя обидел? Скажи, кто! — требует он. — Цзян Чэн ноги ему сломает!— А-Сянь! — смех Цзян Яньли разносится словно звон серебряного колокольчика.И когда Лань Ванцзи оборачивается, почувствовав чужой взгляд, он замечает стоящего вдалеке Цзинь Цзысюаня, который жадно смотрит на деву Цзян.* Вэнь Цин они находят в темнице Вэнь Чао. Даже истощённая и измученная она держится прямо. Она смотрит на Лань Ванцзи и спрашивает:— Мой брат?— Я обещал, — говорит он. — Вам стоило прийти с ним.— За мной Вэнь Жохань бы отправил людей сразу. Вэнь Нин никогда не был ему особо интересен, так что… он решил наказать его потом, как только представится возможность.Она с трудом сглатывает и сжимает губы, чтобы они не начали дрожать. Вэй Ин молча поднимает её на руки, не слушая возражений.— Вэй Усянь! — требовательно говорит Вэнь Цин. — Немедленно поставь меня на пол. Я могла стоять и прекрасно могу идти.— Да, да — соглашается Вэй Ин. — Конечно, можешь. А потом наш братец А-Нин узнает об этом и расстроится. Не хочешь, чтобы я нёс, могу уступить честь Лань Чжаню.— Не надо! — слишком быстро отвечает Вэнь Цин. — Просто отпусти.— Обязательно. Наверх поднимемся, и отпущу.Лань Ванцзи идёт следом и, к собственному удивлению, не чувствует ревность. Тем занятнее видеть, как она проступает на лице шагнувшего им навстречу 64/99Цзян Ваньиня.— О, Цзян Чэн, ты только посмотри, кого мы нашли в самой тёмной темнице. Там такие замки были, будто Вэнь Чао испытывал ну просто огромный страх перед лекарями.— Дева Вэнь, — Цзян Ваньинь пропускает слова шисюна мимо ушей. — Как вы?— Со мной всё будет в порядке, когда господин Вэй соизволит меня выпустить.— Никакой благодарности, — Вэй Ин закатывает глаза и очень бережно опускает Вэнь Цин на кушетку.— Благодарю, — огрызается она.Вэй Ин фыркает, переводит взгляд на своего шиди, моргает и неожиданно выпаливает на одном дыхании:— Ты такая лёгкая. Тебя вообще кормили? Сейчас мы с Лань Чжанем найдём кухню и что-нибудь приготовим. Да, Лань Чжань? Цзян Чэн, развлеки гостью.Он хватает Лань Ванцзи за рукав и тянет за собой. Позади них стоит гробовая тишина.— Фух, — говорит он, когда они отходят подальше.— Ты ведь не собираешься готовить? — с сомнением спрашивает Лань Ванцзи.— Намекаешь, что я плохо готовлю? — Вэй Ин вскидывает бровь. — А сам всё в прошлый раз съел!Лань Ванцзи не говорит, что из рук Вэй Ина выпил бы и отраву. Некоторые вещи лучше оставлять при себе.— Госпожа Вэнь всё-таки… многое пережила.Вэй Ина сгибает от смеха.— Не зря народная молва так превозносит твои достоинства, о благородный Хангуан-цзюнь. Тактичность входит в этот длинный список сверкающих талантов. Хорошо, ты будешь пристально за мной следить и остановишь, если я увлекусь.— Лучше я приготовлю.— Ты? — Вэй Ин резко тормозит и смотрит на Лань Ванцзи с открытым ртом. — Ты умеешь готовить? Почему я об этом не знаю?!— Мгм.— Это не ответ!— Дева Цзян, — говорит Лань Ванцзи, — была столь любезна, что научила меня. Нескольким блюдам.65/99Вэй Ин улыбается так неуверенно, что щемит в груди.— Правда?— Суп из корней лотоса… тоже. В Облачных Глубинах он всё равно получится не таким, как ты любишь, но-Вэй Ин прижимается к нему, обнимая за талию, и прячет лицо, утыкаясь носом в его шею. Лань Ванцзи мягко целует его в висок.* Призраки прошлого порой подбираются так близко, что их становится сложно отогнать. В своих снах Лань Ванцзи порой возвращается в прошлую жизнь. Вэй Ин в них смотрит на него с отстранённым презрением.— Откуда незнакомому человеку знать природу моего сердца? — спрашивает он.И Лань Ванцзи хочется спорить с ним до хрипоты, но он почему-то всегда молчит. И раз за разом слышит “нет”.— Нет, — говорит Вэй Ин, — я не пойду с тобой в Гусу. Нет, мне не нужны твои мелодии очищения сердца. Нет, мне не нужен ты. С чего ты вообще взял, что можешь быть мне нужен?Даже во сне, когда губы не слушаются, Лань Ванцзи выдыхает:— Нужен.Его вера нерушима. Вэй Ин сказал ему сам.— Вздор, — фыркает Вэй Ин.Лань Ванцзи вздрагивает всем телом и просыпается. Он лежит на спине, а тишину тёмной комнаты нарушает только его сорванное дыхание. Воспоминание легче забыть, когда рядом Вэй Ин.Вэй Ина сейчас нет — полночь только миновала, а в последние дни он засиживается допоздна. Порой Лань Ванцзи просыпается как раз к тому моменту, когда тот — сонный и уставший — приходит в его постель.Лань Ванцзи встаёт, одевается и выходит из комнаты. В небольшой библиотеке он находит не только Вэй Ина, но и Вэнь Цин. Они читают каждый свой трактат о медицине и не обращают на него никакого внимания.Будь на его месте Вэй Ин, он бы просто подошёл, сел под бок и прижался ещё чуть ближе. Лань Ванцзи садится. Вэй Ин устало улыбается ему и придвигается, продолжив читать. Он живой. От него исходит жар и энергия, духовная сила плещется через край. Он кладёт ладонь на колено Лань Ванцзи и чуть сжимает пальцы.Лань Ванцзи накрывает их своей рукой и берёт книгу из стопки. Ему не нужно спрашивать, что нужно искать.66/99На совете госпожа Юй отчитывает всех, как мальчишек, когда в обсуждении военной стратегии личные интересы начинают преобладать, и Цзинь Цзысюнь отпускает комментарий в сторону помощника главы клана Не, на которое Мэн Яо отвечает неожиданно злобной фразой, а не склоняет, как раньше, голову. За его спиной мрачно возвышается Не Минцзюэ с очень знакомым выражением на лице. Лань Ванцзи не сразу понимает, где его уже видел.— Повезло. А могла бы отправить сидеть на коленях в храме предков, — шепчет ему на ухо Вэй Ин, за что тут же получает персональную выволочку и радостно кивает на каждое обвинение.Но даже его госпожа не отправляет сидеть на коленях.Совет продолжается.Вэй Ин показывает флаг для привлечения духов — средство сбить с толку даже тех мертвецов, что получили конкретный приказ. Цзян Ваньинь предлагает, куда их можно заманить, чтобы затормозить мелодиями и уничтожить. Это должно освободить подход к Безночному городу для остальной части войск, где они столкнутся с оставшимися адептами Ордена Цишань Вэнь и самим Вэнь Жоханем.Где они — союз Четырёх Великих Кланов — должны победить.