Глава 3

Кевин

Мое тело упёрлось о холодную стенку закусочной. Даже странно, я думал, здесь куда хуже.Не знаю, почему я до сих пор здесь. Видимо, моя жизнь в последнее время стала настолько скучной, что я даже согласился встретиться с Де Дювалями.

Внезапно Каринэль вылетела на меня. Её разъярённое лицо скривилось при виде меня.Ха.Это зрелище подняло мне настроение.Я замер на секунду. Затем улыбнулся.Ну, привет, сектантка.

Даже смешно. Я не сделал ничего, а она уже дрожит. Сама себя загнала.Я прошёл мимо, не задерживаясь.Мне стало даже интересно, зачем же меня позвали.

Я вышел из угла и сразу увидел их.Лицо Демиана было серьёзным, но с лёгким азартом.Это выражение было у него ещё с детства, когда он с родителями приезжал в наш дом, и мы соперничали с ним по любому поводу.Люсьен стоял рядом. Руки в карманах, а на лице эта конченная ухмылка как у грёбаного Джокера.Этот парень либо пересмотрел DC, либо он действительно отбитый.

Я развалился на стуле, а руки закинул назад.

— Ну? — бросил я. — Чего вам от меня?

— У нас сделка, — начинает Демиан.Я зеваю демонстративно.

— Ты же любишь играть, — он щурится. — Давить. Доводить до срыва.

Я усмехнулся. Смешно, как они уверены в своих словах.— Допустим. И что?

— Она рядом с тобой. У нас доступа нет. У тебя есть, — Люсьен впервые открывает рот. Голос тяжёлый, с лёгкой прокуренной хрипотцой.

Ага. Вот оно. Им самим кишка тонка.Я приподнял бровь:— Значит, вы хотите, чтоб я занялся вашей сестричкой?— Ты и так ей занимаешься, — фыркнул Люсьен. — Совмести приятное с полезным.

Я смотрю на них с бесстрастием, но внутри уже заиграло знакомое чувство — азарт.Так и тянет меня во всякое дерьмо.

— И ради чего мне это? — усмехаюсь.

Демиан хищно улыбается в ответ.— Слава. Всеобщее обожание. Ты же любишь, когда на тебя смотрят. Когда тобой восхищаются. Ты будешь первым и главным.

— Я и так им являюсь.— Я бы поспорил.

Я провёл языком по зубам. Усмехнулся шире.

— Хорошо. Только не ждите бережного обращения. Если поломаю её быстро — это ваши проблемы.

— Неважно, главное результат, — Демиан напрягся, но промолчал. Люсьен довольно кивнул.

Я поднялся. Резко.— Значит, договорились.

И вышел, не оглядываясь.Внутри зажглось. То, чего я ждал.Наконец-то есть чем развлечься.

---

Я спустился вниз, уже всё было готово к вечеринке — дом дышал дорогим алкоголем и музыкой, которая ещё не рвала уши, но обещала это сделать через час. Первый этаж сиял стеклом и тёмным деревом, панорамные окна уходили в задний двор, где под огнями лениво блестел бассейн. Всё выглядело так, будто сама ночь под нас подстроилась.

Я плюхнулся на диван, закинув одну руку на спинку. В кресле напротив сидел Нэт. Он поправил очки и глянул на меня поверх стекла.

— Ну и чего от тебя хотели Дювали? — его голос прозвучал спокойно, как будто речь шла о том, кто разлил пиво на кухне.

Я прищурился.— С хера ли ты знаешь об этом?

Он чуть усмехнулся уголком губ.— От меня ничего не скроешь.

Я знал, что он не скажет, откуда у него информация. Он никогда не говорил.Я откинулся глубже в диван и сказал прямо:

— Братишки хотят вытурить из академии свою сестрёнку.

Нэт кивнул — молча, без комментариев. Я видел по глазам: он уже начал раскручивать в голове комбинации, но меня это мало трогало.

— И причём здесь ты?

— Я выполняю грязную работёнку, — фыркая, выдохнул я.

— Типа их шлюшка? — усмехаясь, спросил он, приподняв одну бровь.

— Да, по типу твоей мамаши.

Нэт устало закатил глаза. И тут же, схватив ближайшую подушку, бросил её в меня.— Придурок.

Я расхохотался.

В гостиную ввалился Раф. Он всегда появлялся так, будто место уже принадлежало ему. Чёрная футболка обтягивала его плечи и грудь так, что швы вот-вот готовы были лопнуть, на руках — татуировки, будто выжженные на коже, как клейма. Его лицо — острое, резкое, с той же жёсткой линией скул, что и у Нэта. Они близнецы. Только один занудный и манипулятивный, а второй отбитый на голову придурок.— Готовы? Это будет жаркая ночка, я пригласил своих парней.

— Этих тупых придурков? Хочешь испортить нам первую вечеринку?Нэт тут же начал нудить, но в этот раз он был прав.

— Разгромят тут всё, — продолжил я.

— Да ладно вам, вы просто боитесь, что вам не достанется красивых девчонок, — фыркает Раф.

— В этом месте поподробнее, — задумчиво произнёс я. — Сколько ты пригласил?

Лицо Рафаэля расплылось в похотливой ухмылке, и я уверен, что мне уже понравится то, что он сейчас скажет.

— Много.

— Насколько?

— Настолько, что мы сможем не выходить из комнаты всю ночь, а девушек будет становиться с каждой минутой всё больше.Я вскочил и сделал шаг к нему.— Я обожаю тебя!Наши руки соприкоснулись в звонком хлопке.— Озабоченные, — выдыхая, произнёс Нэт, поправляя волосы пальцами. — Кстати, насчёт девчонок, Кевин теперь занят.

Ублюдок. Я шагнул назад, закатывая глаза.

— Чё? — Раф вскинул бровь.— Нашему Кевину теперь есть чем себе занять, вернее кем.— И кто же эта особа?— Каринэль Элоэн.

Раф тут же разразился громким смехом, таким, что даже стекло в панорамных окнах дрогнуло.— Да ладно! Тебе чё, уже всё равно с кем?

Я скривился и откинулся назад.— Заткнитесь, придурки. Во-первых, я никем не заинтересовался. Во-вторых, я делаю это исключительно из своих целей и интересов.

Раф покачал головой и со смехом толкнул Нэта локтем.— Ты слышал это, Нэт? Какой грамотный ответ. Какой Кев теперь у нас стратег.— Да, я с такой же стратегией перетрахал всю твою семью, — бросил я, игриво.

Раф собирался ответить, но тут на лестнице послышались шаги. Первой спустилась Джози — девушка Нэта. В готическом платье, чёрные волосы каре, аккуратная чёлка, на шее чокер. Голубые глаза сразу нашли Натаниэля. Она остановилась у последней ступени и спросила:— Ну, как я выгляжу?

— Как будто собираешься на кладбище, — хмыкнул Раф.— Да, я собираюсь сделать жертвоприношение из твоего крохотного члена, — фыркая, произнесла Джози, закатывая глаза.Подошла к Нэту, сразу села рядом и легко поцеловала его в щёку. Тот не смог скрыть улыбку, что редкость для него, — и почти машинально провёл ладонью по её плечу.

— Если бы не Нэт, я бы заставил тебя взять свои слова назад этим же членом, детка.— Ещё раз назовёшь её деткой, и у тебя не будет ни члена, ни языка, — холодно пригрозил Нэт, испепеляя взглядом Рафа, тот просто закатил глаза, а я хохотал.

Появилась Кира. Моя сестра-близнец. Чёрные волосы прямо легли по телу, серо-зелёные глаза, в которых всегда было слишком много моих собственных отражений. Она была одета в роскошь — дорогое платье, которое выглядело так, будто его пошили только ради того, чтобы ломать чужие взгляды.

— Ну? — спросила она. — Как я выгляжу?

Я ухмыльнулся.— Как будто собралась соблазнить какого-нибудь папика. Спешу расстроить: их здесь не будет.

Кира только усмехнулась и поправила серьгу, будто я сказал ровно то, чего она и добивалась.

Следом появилась Скарлет. Младшая сестра Рафа и Нэта. Точная копия в женском варианте.Тёмно-рыжие волосы падали мягкими волнами на плечи. Такие же глаза, карие, карамельные, как у братьев, ярко сияли предвкушением сегодняшней ночи. Только её глаза несколько отличались. Крапинки небесного голубого заставляли задержаться на этих глазах целую вечность. Гетерохромия. Как говорит мой отец: «Это самое прекрасное, что есть на свете». У моей мамы гетерохромия, почти незаметная, но только не для него.Скарлет всегда была неисправимой тусовщицей.Платье сияло, цепляло свет ламп и подчёркивало всё, что можно было подчеркнуть. Глубокий вырез открывал ровно столько, чтобы зал держал дыхание. Третий размер груди — и она прекрасно знала, как этим пользоваться.— Ты выглядишь....— Как чёртова проститутка! — Нэт начал, а Рафаэль продолжил.— Я хотел сказать, слишком откровенно.

Я заметил, как Раф сжал челюсть, а Нэт нахмурился так, будто уже готов был сорвать с неё ткань и запереть наверху. Они контролировали её слишком сильно, слишком явно. Но Скарлет будто нарочно шла наперекор, с улыбкой, словно вызывала их на войну.— Эй, вы придурки? Она шикарна, — возразила Кира.

И в тот момент, когда напряжение между их взглядами повисло в воздухе, за Скарлет появилась Калипсо.

Моя двоюродная сестра. Она умела выходить так, чтобы мир переставал дышать. Колготки в сеточку, короткое платье с длинными рукавами, обтянувшее её фигуру так, что казалось — ткань едва держится. Белые волосы с серебристым, почти ледяным отливом, спадающие на плечи, но у висков — алые пряди, тёмно-красные, как свежий порез. Губы бордовые, глаза подчёркнуты длинными стрелками.

Я не удивился её виду. Она всегда играла на грани между «слишком много» и «слишком мало», балансировала там, где другие падали лицом в грязь. Но бесило другое. То, как на неё смотрели. Эти жадные, грязные взгляды, что раздирали её на куски прямо здесь, в гостиной, как будто она — не человек, а товар на витрине.

Я поймал себя на том, что скулы сжимаются. Не потому, что она не справится — Калипсо умела ставить на место. А потому что мир не заслуживал видеть её так. И уж точно никто не имел права смотреть на неё, как на кусок мяса.

— И кого ты собралась охмурить в этом виде? Не знаю этого парня, но мне уже его жаль, — дразняще произнёс Нэт, откидывая голову назад. Джози сразу его толкнула в плечо, но его это по виду особо не волновало.— Отвали, придурок, — ответила Кали, показав ему средний палец.Я усмехнулся.

И всё равно кого-то не хватало.

Я знал это раньше, чем понял — Кетсии нет. Её пустота всегда чувствовалась слишком громко, как царапина на стекле, которую невозможно не замечать. Она снова исчезла — где-то бродила, где-то ввязывалась в то, что в итоге обернётся для неё шрамами.

И каждый раз одно и то же.

Она будто испытывала мир на прочность, и вместе с ним — моё терпение. Ускользала от контроля, рвалась туда, где грязь, шум и опасность. И мне приходилось быть тем, кто её вытаскивал. Тем, кто знал: она не понимает, с кем играет.

Кетси была моей слабостью. Я никогда этого не признаю, но именно её хаотичная энергия делала меня жёстче. Потому что я не мог позволить ей разрушить себя — даже если для этого приходилось самому держать её в клетке.

И то, что её сейчас не было рядом, бесило. Никакие вечеринки, никакие лица вокруг не могли заглушить этот внутренний холод. Потому что я слишком хорошо знал: в ту минуту, когда я отвлекусь, она снова исчезнет. А я снова буду тем, кто её ищет.

---

Музыка гремела, свет дробился на сотни бликов.Все разлетелись. Нэт и Джози уединились сразу же после начала вечеринки, что неудивительно. Они не любители подобных утех.Раф отвёл кучу девушек в свою комнату, и меня с собой позвать успел.Я отказал. Сегодня я почему-то не в настроении, или же я сохранил настрой для чего-то более интересного.

Трейси держалась рядом, словно тень. Волосы с оттенком корицы падали ей на плечи, а глаза, светлые и влажные от алкоголя, цеплялись за меня так же жадно, как её ладони за мой рукав. Платье облегало её тело так, что любая деталь сразу бросалась в глаза — и я не из тех, кто не замечает очевидного.

Она смеялась громко, пританцовывала, и я позволял ей — просто потому что знал, чем всё закончится. Девушки вроде неё не выдерживают игры дольше пары минут.И вот, предсказуемо, я повёл её прочь из зала, сквозь пульсирующую толпу, туда, где стены дышали тишиной.

В коридоре она опустилась передо мной, не теряя ни секунды. Её руки были быстрыми, губы — ещё быстрее. Я смотрел сверху вниз, спокойно, даже лениво, и позволял ей делать то, чего она сама так жаждала.

Зубами она расстегнула ширинку моих штанов, делая это так нелепо, будто пыталась специально удивить меня. Её мечты рухнули.

Я приподнял бровь в ожидании продолжения, и её взгляд, изучающий, на мгновение застыл на моём лице.Да, у меня тоже такое бывает, точнее каждый раз, когда я смотрю в зеркало.

Я тяжело вздохнул и несильной хваткой прижал её лицо к боксёрам.Она моргнула несколько раз, будто возвращаясь в реальность. И выпустила мой едва ли возбуждённый член наружу.

Неумелыми движениями языка и рук она принялась ублажать меня.Чёрт... Придётся брать всё в свои руки.Я воткнул член до упора в её рот, цепляясь за волосы, усиливал толчки с каждым заходом.

Моя голова откинулась назад. И тогда боковым зрением я заметил движение.

Я повернул голову — и наши взгляды встретились.Каринэль.Ха, и что же наша сектантка здесь забыла?

Её глаза мгновенно округлились, и она застыла на месте, щёки мгновенно вспыхнули краской.

Моя ухмылка тронула губы сама собой. Спокойная, почти насмешливая.И моё возбуждение росло от того, что она продолжает смотреть.Я усилил толчки, они стали более грубыми и глубокими. Не знаю, зачем я это сделал, но мне нравится то, как её испуганные глаза бегают между мной и младшим Кевином.

Каринэль резко развернулась и убежала. А я также резко кончил прямо в рот Трейси.

Она подняла голову, влажные губы блеснули в тусклом свете лампы.— Ну... чем займёмся дальше? — спросила она, поправляя прядь волос и смотря на меня снизу вверх.

Я выпрямился, застегнул ремень с ленивой точностью и посмотрел на неё сверху вниз, оценивающе.

— Не знаю, чем ты собираешься заняться, — мой голос прозвучал твёрдо и бесстрастно. — Но в мои дела ты больше не входишь.

Она замерла, не поняв сразу, что услышала, а потом в её глазах мелькнуло уязвлённое смятение. Я отвернулся, не дав ей времени ни на оправдания, ни на глупые попытки задержать меня.

Моё плечо едва заметно задело её, когда я шагнул мимо. Трейси перестала существовать для меня так же быстро, как появилась.

Гостиная. Смех, музыка, запах спиртного — всё смешивалось в один пульсирующий шум. Я протянул руку к столу, взял пластиковый стакан с пивом и сделал пару глотков, чувствуя горечь, растворяющуюся на языке.

И тут я увидел её — Кетсию. Мою младшую проблему в красивой обёртке. Она заметила меня, и на лице сразу мелькнула тень раздражения. Попыталась ускользнуть в толпу, будто ребёнок, застигнутый на месте преступления. Но я был быстрее.

— Где тебя носит? — я перегородил ей дорогу, с холодным взглядом. — Я не намерен снова заметать за тобой следы, как всегда.

Она вскинула подбородок, улыбнулась дерзко, как будто мои слова её лишь позабавили.— Ты достал, Кев. — Голос её был звонким, с вызовом. — Что ты вечно нервничаешь? Расслабься хоть раз, отвлекись. Мир не рухнет, если я сделаю то, что хочу.

Я наклонился ближе, заглядывая ей прямо в глаза, но она лишь фыркнула, развернулась и пошла прочь.

Я одним глотком допил остатки пива, и взгляд сам скользнул к заднему двору. Среди толпы заметил знакомый силуэт. Нил — мой напарник по лакроссу. И рядом с ним... Каринэль.

Я замер, на секунду забыв обо всём. В коридоре было темно, и я не успел рассмотреть её толком. Но теперь... Она стояла передо мной во всей красе. Платье, обтягивающее тонкую талию, тёмные чулки на худых ногах — и я не мог не спросить себя: она вообще ест? Тёмные волосы свободно спадали на плечи, переливались в свете разноцветных прожекторов. На ней не было очков. Её лицо казалось другим, открытым что ли...

Я усмехнулся про себя. Забавно. В тот миг, когда я решил, что мне наплевать на неё, в ней вдруг оказалось слишком много деталей, чтобы пройти мимо.

Нил наклонился ближе и что-то прошептал ей на ухо. Она рассмеялась — тихо, легко. Этот смех заставил меня сжать стакан чуть сильнее.

Ну что ж, Кевин Хорн. Что ты выберешь? Подпортить жизнь новенькой и довести её до нервного срыва, или оставить жить спокойно?Ха, я выбираю явно не второй вариант.