Глава 24

Чонгук

В понедельник утром я заявился в офис пораньше, потому что просто не мог оставаться дома. Не терпелось увидеть Лису. Я окинул взглядом ее тщательно прибранный рабочий стол, прошел в свой кабинет, где тоже все лежало по линеечке. Покатался туда-сюда в кресле, ответил на десяток писем. Для звонков по работе было слишком рано, я подхватился ни свет ни заря, мечтая встретиться с моей ассистенткой.

Вернулся в приемную, взял сверкающую белизной чашку и запустил кофейный аппарат. У Лисы везде царил идеальный порядок, даже внутри кухонного шкафчика вся посуда и коробки с чаем выстроены по ранжиру.

Время тянулось невыносимо медленно. С чашкой кофе отправился обратно за свой стол и принялся листать привезенные из командировки документы. Дверь в кабинет оставил открытой.

За полчаса до начала рабочего дня пришлаассистентка. Наконец-то! Дождался! Когда она заглянула в кабинет, чтобы поздороваться, на ее лице застыло нерешительное выражение. Она не знала, чего от меня ожидать. Ну, оно и понятно, учитывая как мы ругались с ней по вайберу всю эту неделю.

А у меня было ощущение, что в глаза брызнул солнечный свет — настолько я обрадовался появлению милой ассистентки.

— Привет, Лиса, — я поднялся ей навстречу. Пульс участился, словно я установил на беговой дорожке запредельные показатели скорости.

— Здравствуйте, господин Чон, — пробормотала девушка. Она вспыхнула. Наверное тоже соскучилась по мне!

Я вышел в приемную и приблизился к девушке, намереваясь помочь ей раздеться. Взял ее пальто, жадно втянул запах. Ее темные волосы пахли изумительно, сегодня она их оставила распущенными.

Мне хотелось сказать ей, что я еле дождался нашей встречи, что постоянно думал о ней. Никогда я не говорил девушке таких слов искренне, только в качестве уловки, чтобы побыстрее уложить телку в постель. Но сейчас я испытывал настоящие, неподдельные чувства, сердце продолжало радостно прыгать, и это меня пугало. Поэтому постарался взять себя в руки.

— Дождалась возвращения любимого шефа? — радостно оскалился я.

Она возмущенно фыркнула и сдвинула к переносице свои чудесные изящно очерченные бровки. Какая же она куколка! Выглядела изумительно. Сегодня надела красное платье-футляр, подчеркивающее ее чудесную фигуру. От этих округлостей у меня захватывало дух, я ведь хорошо знал, что скрывается под плотной тканью платья, и от этого начиналось легкое головокружение.

— Господин Чон, у меня накопились документы на подпись, а еще нам нужно обсудить ваше расписание на неделю, — церемонно заявила она. Она протянула руку через стол, повернувшись ко мне спиной, чтобы включить компьютер, а я рассматривал длинную застежку-молнию на платье и представлял, как потяну за «собачку».

Пульсация на нижнем этаже подсказывала, что рабочий день будет сложным. Я миллион лет не занимался сексом, и виновата в этой беде именно Лиса. Ее следовало бы хорошенько за это наказать. Вредная девчонка довела меня до того, что я даже и думать не хочу о других девушках. Намджун был в шоке, что за целую неделю в командировке я не оприходовал ни одной девицы.

Было бы чудесно сейчас взять ассистентку за предплечье, увлечь в мой кабинет и быстро ею воспользоваться — в качестве утренней разминки, для плодотворного рабочего дня. В следующий момент я подумал, что не хочу «быстро». Хочу долго, яростно, в несколько заходов. К черту работу, мы не виделись целых девять дней! Нам надо сейчас закрыться где-нибудь хотя бы на полдня, мне нужно смять эти вишневые губы, зацеловать ее всю, овладеть и мучить до тех пор, пока она не начнет визжать.

Я представил, как она бьется и извивается подо мной, прижимается своим нежным животом к моему прессу, обвивает ногами мою талию, цепляется за плечи и притягивает к себе, чтобы я вошел в нее еще глубже... У нас все именно так и было, например, в тот раз, когда я приехал к ней домой.

Но сейчас она держалась скованно. Что-то изменилось, пока я пропадал в командировке. Она словно решила очертить границы, через которые теперь мне запрещено переступать. Вот еще!

Она повернулась и окинула меня внимательным взглядом. Что он означает, я не смог расшифровать. Просто смотрел прямо в лицо девушки и думал о том, что никого на свете нет красивее ее. Она возбуждает, пьянит, как дорогое вино.

Я уже почти взял ее за локоть, чтобы настойчиво увлечь в мой кабинет, но тут у меня завибрировал айфон.

— Чонгук, доброе утро, — поприветствовал брат. — Ты должен немедленно приехать ко мне в офис. У нас проблема.

— Что стряслось?

Странно. Вчера мы виделись с ним в спортклубе, и все было нормально. И вот откуда ни возьмись — проблема!

— Не по телефону. Приезжай прямо сейчас.

— Ну, хорошо.

— Что-то случилось? — насторожилась Лиса.

— Хосок вызывает. Сгоняю к нему. А потом вернусь, и мы с тобой обсудим все вопросы.

*****

Брат выглядел мрачным. Он сидел за своим драгоценным дизайнерским стеклянным столом, который я ему отправил, уперев локти в столешницу, и хмурил брови.

— Хосок, что у тебя? — я прикрыл за собой дверь и уселся напротив брата в мягкое кресло.

— Ты знаешь, что Лиса два раза бегала в главный офис «Арсенала»?

— Два?! — удивился я. — Вот это новость.

О первом визите ее к нашим конкурентам я знал прекрасно, потому что поймал крошку прямо в коридоре «Арсенала» и хорошенько ею воспользовался. Но о втором посещение ничего не знал. Наверное, она смоталась туда, пока я был в штатах.

Но зачем?

— Наш человек ее там засек в среду и сразу мне доложил. А сегодня выяснилось, что кто-то слил информацию по «Трейд-сервису» нашим конкурентам.

— Нет! — подскочил я в кресле как ошпаренный.

— Да. Все наши цифры, предварительные договора и проекты... Все отправлено в «Арсенал».

— Блять! — громко выругался я.

Хосок поморщился. Я добавил еще несколько смачных ругательств, удержать их не смог, да и незачем. Такое происходит! Да тут даже мата не хватит, чтобы выразить свои чувства. Столько сил мы вложили в «Трейд-сервис», возлагали огромные надежды на этот проект. А теперь все под вопросом. «Арсенал» может перебежать дорогу, вооружившись нашими идеями и предложив «Трейд-сервису» более выгодные расценки.

Брат вздохнул и запустил пятерню в волосы тем же самым жестом, как это делаю я в минуты напряжения. Только я обычно лохмачу свою челку, а у Хосока с растительностью на голове уже туго, он же старичок. 

— Лиса нас крупно подставила, — удрученно пробормотал брат.

— Да ты что! — возмутился я. — На нее - то не надо валить. Девчонка здесь причем?

— Это ее махинации, — мрачно выдавил он. — Сам не могу поверить, но... Несколько лет с ней проработал, очень ценил, уважал. А она нам такую свинью подложила.

— Погоди-погоди, — заволновался я. — Не верю, что она могла опуститься до такой низости. Она бы не стала сливать инфу конкурентам.

— Чонгук, у меня отчет безопасников. Анализ всех действий персонала, связанных с проектом «Трейд-сервиса». Как ты знаешь, кроме нас с тобой, не так уж много сотрудников было задействовано.

Я знал, как высоко Хосок ценит бывшую ассистентку. Он всегда ее нахваливал и требовал, чтобы я не обижал ее. Поэтому то, что именно мой брат выдвигает обвинение против девушки, особенно меня зацепило.

— Хосок, она ходила в «Арсенал», потому что ее пригласили на собеседование. Она просто подыскивала новое место. А так как она рядовой работник, откуда ей было знать, что мы с этой компанией вот-вот превратимся в ярых конкурентов.

Произнеся это, я понял, что больше стараюсь успокоить себя, чем брата. Да, сначала Лиса могла и не знать о том, что наш холдинг готов вот-вот сцепится в драке с «Арсеналом». Но ведь я ее просветил. Второй-то раз зачем она туда пошла?

— Она искала новое место? Но почему? — удивился мужчина.

— Потому что мы с ней... не сработались. Увы, — я развел руками.

Брат завис на некоторое время. Он напряженно буравил меня взглядом.

— Только не говори, что ты к ней подкатывал, — в конце концов произнес он ледяным тоном.

«Подкатывал — это мягко сказано!» — мысленно усмехнулся я.

— Если честно, то я ее просто тиранил.

— Чонгук, но ведь это... непрофессионально! — возмутился брат. Мою кривую усмешку он расценил как подтверждение своих слов. — Как ты мог! Ну, теперь мне понятно ее поведение. Ты, наверное, ее довел до ручки своими приставаниями. Из-за тебя ей пришлось искать новое место. Вот она и решила отомстить тебе.

— Не верю. Лиса не предательница! — огрызнулся я.

— А еще у нее в семье сложная ситуация.

— Да знаю!

— Отец болеет, нужны деньги на лечение. Вот девчонка и сломалась, — Хосок покачал головой.

— Да не может этого быть! — зло рявкнул я и треснул ладонью по столу. — Не могла она так нас подставить. Она столько сил вложила в проект «Трейд-сервиса», а потом взяла и слила все «Арсеналу»? Все наработки, идеи, расчеты!

— Да, Чонгук, именно. Наверняка, они пообещали ей крупную сумму, — брат потер лицо ладонями, поморщился. — Что теперь с ней делать? За такое, вообще-то, голову откручивают.

— Хосок, не пори горячку. Дай разобраться. Я поговорю с ней. Я не верю, что это сделала она.

— Посмотри отчет нашей службы безопасности, — брат подвинул в мою сторону тонкий файл. — Тут распечатки скринов, сам убедишься. В общем... Лисумы увольняем с черной меткой

— Да ты с ума сошел! — воскликнул я. — Блять, Хосок, ты что! А как ей дальше жить?

— Ну, пока будет жить на деньги, полученные от «Арсенала», а потом пусть думает, — безжалостно отчеканил брат.

Внесение работника в закрытую базу данных — жестокая мера. Эти «черные» списки нигде не публикуются, фамилии «штрафников» никому не видны, доступ к базе ограничен. Но когда Лиса попытается устроиться на работу, ее потенциальный работодатель получит всю информацию о ее прегрешениях на предыдущем месте работы. Ведение таких баз незаконно и нарушает гражданские права сотрудника. Однако эта практика существует.

— Возвращайся в офис и уволь ее.

— Нет, дай мне возможность во всем разобраться!

— Когда ты ознакомишься с файлом, у тебя не останется сомнений. Пусть Лиса напишет заявление, что увольняется по собственному желанию. Распорядись, чтобы ей выдали полный расчет, бонусы, премию и так далее. Все, что у нее набежало.

— Даже так? — удивился я.

— Расстанься с ней корректно, без скандала и обвинений в шпионаже. Нам это не нужно. Зато потом, когда у нее возникнут проблемы с трудоустройством, она не сможет заявить, что мы ей мстим. Это во-первых. А во-вторых, она все же несколько лет служила нашей компании верой и правдой. А то, что бес попутал... Люди слабы.

— Блять, - пробормотал я себе под нос.

— Езжай. Разберись с этим, а потом будем думать, как вытягивать «Трейд-сервис».

В офис я возвращался в угрюмом настроении. Мое сознание отказывалось верить, что Лиса продалась «Арсеналу». Но все факты свидетельствовали против моей ассистентки.

К тому же, я вдруг вспомнил, что она встречалась с компьютерщиком из нашей службы безопасности. Когда я заметил их в ресторане, парень выглядел влюбленным. Он бы обязательно доказал невиновность девушки, используя свои айтишные знания и доступ к базе данных, если бы оставался хоть какой-то шанс спасти Лису. Если он этого не сделал, значит, ее вина очевидна.

Да я и сам в этом убедился, пролистав тонкий файл с распечатками скринов. Черт, черт... Эх, Лиса, что же ты!

Лиса

От господина Хосока босс вернулся мрачнее тучи. Что-то явно стряслось. Наверное, сейчас он мне скажет.

— Зайди, — отрывисто бросил Чонгук, проходя через приемную. На меня даже не взглянул.

Господи, да что у них там случилось?!

— Зачем ты в среду опять ходила в «Арсенал»? — спросил он, усевшись за стол и тут же уткнувшись взглядом в ноутбук.

Аааааа... Вот, в чем дело! Кто-то уже донес боссу, что я посетила штаб-квартиру конкурирующей компании, пока он был в отъезде. Неужели в коллективе есть стукач? Очень неприятно! Даже отвратительно. Когда успели-то?

— Господин Чон, они позвонили и...

— Лиса! — рявкнул вдруг босс громовым голосом и шарахнул ладонью по столешнице. В канцелярском наборе что-то тренькнуло, звякнуло. — Они позвонили! Я давно объяснил, что тебе там делать нечего! Разве нет? Какого хрена ты опять туда поперлась?!

Вот же скотина! Кто ему позволил разговаривать со мной в таком тоне?!

— Что ты кричишь?! — сразу заорала я в ответ.

Кровь бросилась в лицо, у меня сорвалось дыхание, а сердце страшно заколотилось. Я так ждала его возвращения из командировки, мечтала о сегодняшнем утре. После сцены, случайно подсмотренной вчера в бассейне, в душе зародилось какое-то новое отношение к нему. Он так мило развлекал свою племяшку, выглядел совершенно очаровательным.

Но вот появился — и сразу показал зубы. Проявил свою подлую сущность, тут же начал на меня кричать. Он не меняется!

— Повторяю вопрос: зачем ты опять поскакала в «Арсенал», пока я был в командировке? Признавайся!

— Не поскакала! — огрызнулась я. — А пошла нормальным шагом. Я все еще ищу работу, между прочим. Потому что с таким начальником, как ты, работать невозможно! Я не обязана терпеть твое хамство и выходки!

— Выходки? — ухмыльнулся он. — Что-то ты не особо сопротивлялась, когда я разложил тебя здесь на столе или на кровати в твоей квартире!

— Иди к черту! — прошипела я.

— Ты пищала от удовольствия, а теперь называешь меня хамом.

— Потому что так оно и есть на самом деле!

Несколько секунд мужчина пристально смотрел на меня.

— Значит, я не добьюсь внятного объяснения? Лиса, лучше скажи честно, какие у тебя дела с «Арсеналом»?

— Да нет у меня никаких дел! — возмутилась я.

Внезапно лицо словно обожгло молнией. Что он имеет в виду? На что намекает? Уж не хочет ли он сказать, что я бегаю к конкурентам, чтобы поделиться с ними инсайдерской информацией?

Какой кошмар... Неужели он мог подумать такую гадость?!

У меня задрожали губы, а на глазах против моей воли выступили слезы ярости и обиды.

— Подпиши мое заявление... оно у тебя в столе... я хочу уволиться, — тихо прошептала я. Голос срывался, было страшно, что сейчас брызнут слезы.

Громко хлопнув несколько раз ящиками, одним, другим, Чон достал мое заявление и размашисто его подписал.

— Собирай вещи. Потом иди в бухгалтерию. Я распоряжусь, чтобы тебе сразу перечислили все деньги.

Я не могла поверить, что он это сделал... Стояла, как столб, не шевелясь, не моргая. В горле застрял комок, меня не покидало ощущение, что я куда-то падаю, проваливаюсь в мрачную бездну. И нет сил за что-то зацепиться и остановить это падение.

— Иди, Лиса. Ты здесь больше не работаешь, — глухо произнес он. Он опять уткнулся в ноутбук, показывая, что разговор со мной окончен.