5 серия. Желание и надежда. Выполнить свой план

POV Кейси.

После всего, что произошло… мой дом стал странным местом. Он был одновременно убежищем, штабом и тонкой передышкой между ударами судьбы. Здесь было тепло, светло, безопасно — и при этом слишком тихо. Тишина давила сильнее, чем любой шум.

Усталые, потрёпанные, но всё ещё упрямо живые, мы собрались в гостиной. Никто не говорил вслух главного, но это висело в воздухе, как невыносимо тяжёлое облако: Кая больше нет с нами. По крайней мере — пока.

Я наблюдала, как Ния, Зейн, Коул и Ллойд склонились над картой острова Тигровой Вдовы. Пальцы скользили по линиям побережья, маршрутам, пометкам. Они тихо спорили, перебрасывались теориями о возможном местоположении Надакана, его корабля и команды.

Ллойд говорил спокойно, но его плечи были напряжены. Ния слишком сильно сжимала карандаш. Коул хмурился, будто каждую секунду готов был ударить кулаком по столу. Зейн анализировал данные с привычной точностью — и всё же в его взгляде было что-то… человеческое. Боль.

Им всем было больно. Каждому по-своему.

А Джей…

Джей сидел чуть в стороне, почти в тени. Сгорбившись, он вертел в руках старый фонарик — без батареек, бесполезный, пустой. Его пальцы механически скользили по корпусу, будто он пытался зацепиться за что-то знакомое, чтобы не утонуть в собственных мыслях.

Я заметила, как он несколько раз открывал рот, будто хотел что-то сказать, но каждый раз останавливался. Сжимал губы. Молчал.

Это молчание было громче крика.

Я подошла и тихо опустилась рядом с ним, положив ладонь ему на плечо. Он вздрогнул, но не отстранился.

— Джей… — сказала я почти шёпотом. — Пойдём. Просто немного поговорим.

Он моргнул, словно вынырнул из глубины, и коротко кивнул.

Мы вышли на балкон. Солёный ветер всё ещё хранил следы недавнего шторма, цеплялся за волосы, за одежду. Я закрыла за нами дверь, оставив шум голосов внутри.

— Ты весь день не в себе, — начала я мягко. — Я не буду давить. Правда. Просто… скажи, что происходит.

Он опустил взгляд. Его плечи дёрнулись — как будто он сделал слишком резкий вдох и не смог сразу выдохнуть. Несколько секунд он молчал. А потом словно сломался.

— Я… я загадал два желания, Кейси.

Я ничего не ответила. Просто позволила тишине дать ему место.

— Когда мы впервые столкнулись с Надаканом… — продолжил он хрипло. — Я не думал. Всё было слишком быстро. Он говорил красиво, уверенно. Сказал, что исполнит любое желание. И я… я попросил узнать правду. Просто понять, кто я.

Он нервно усмехнулся, но в этом смехе не было ни капли веселья.

— А потом… — Он сглотнул, — потом я попросил, чтобы это оказалось ложью. Но фонарь так не работает. Он не отменяет. Он ломает.

У меня сжалось сердце.

— Я не… я не Уолкер, Кейси, — выдохнул он. — Я приёмный. Всё детство я думал, что мои родители — просто мастера техники, странные, но родные. А правда в том, что я… — голос дрогнул, — я сын Клаффа Гордона.

Я моргнула.

Имя было знакомым. Легендарным. Человеком из старых фильмов, голосом прошлого мира, символом героизма. Я знала эту историю. Знала и то, что у него был сын. И сейчас многое вдруг встало на свои места.

Но это было не главное.

— Джей… — тихо сказала я, накрывая его руку своей. — Я понимаю. Правда. Узнать, что вся твоя жизнь — не совсем твоя. Что то, на чём ты стоял, вдруг рассыпается под ногами.

Он кивнул, не поднимая глаз.

— Я просто хотел знать, кто я. А теперь… — он наконец посмотрел на меня, — теперь я не знаю, кем быть.

— Тем, кем ты уже стал, — ответила я твёрдо. — Джей, ты — ниндзя. Ты — герой. Ты — тот, кто не бросает друзей и идёт в бой, даже когда страшно. Приёмная семья не делает тебя менее настоящим. Кровь ничего не решает. Решает то, как ты живёшь и что выбираешь.

Его глаза блеснули — влажные, но уже не такие потерянные.

Я позволила себе лёгкую, почти тёплую улыбку.

— И, кстати, — добавила я, — каждый может случайно загадать желание. Особенно когда больно. Но теперь нам нужно быть вдвойне осторожными. Надакан на свободе. И он будет искать слабые места. В нас.

Джей глубоко выдохнул и кивнул.

— Спасибо, Кейси… — сказал он искренне. — Правда.

— А теперь. — Он легко толкнула его плечом, — возвращайся к команде. Нам нужен твой мозг, твои шутки и твоя молния. Мы Кая не бросим. Ни за что.

Он выпрямился, словно с его плеч наконец упал тяжёлый груз.

И впервые за долгое время я увидела в его улыбке не боль — а решимость.

***

Я сидела на подоконнике, подтянув колени к груди, и не отрываясь смотрела в экран телевизора. Свет от него холодными вспышками отражался на стекле, будто город за окном тоже хотел увидеть, что о нём сейчас говорят.

Ведущая с напряжённым, почти застывшим лицом произнесла:

— Пропал ещё один квартал Восточного Ниндзяго-Сити. Местные жители в панике. Учёные не могут объяснить, как целые улицы просто исчезают, словно их никогда не существовало…

Картинка дёрнулась, и камера резко сменила план. Там, где ещё вчера находился городской парк, теперь зияла туманная пустота. Пространство мерцало, искривлялось, будто кто-то вырвал кусок реальности грубой рукой. Не взрыв. Не разрушение. А отсутствие.

— Это уже третий участок за сутки… — тихо произнёс Зейн. Его брови сошлись, голос стал ниже обычного. — Пространственная дестабилизация. Масштаб растёт экспоненциально.

— Надакан, — угрюмо сказал Ллойд. Его пальцы медленно, но с силой сжали спинку стула. — Он собирает силы. И кристалл миров работает. Что бы он ни делал, он уже начал переписывать саму ткань этой реальности.

Мы переглянулись. Воздух в комнате будто стал плотнее, тяжелее. Мне показалось, что даже стены прислушиваются. Паника зашевелилась в груди, холодная и липкая.

— Мы должны действовать, — резко сказал Коул, поднимаясь. — Прямо сейчас. Пока ещё есть что спасать.

— Согласна, — кивнула Ния, сжав кулаки. — Если мы не остановим Надакана, Ниндзяго просто… исчезнет. Целиком.

Они начали двигаться почти одновременно: схватили оружие, проверили снаряжение, обменялись короткими взглядами. Всё было привычно. Слишком привычно.

Но я осталась сидеть.

— Я не пойду, — сказала я спокойно.

Слова прозвучали тише, чем я ожидала. Но эффект был мгновенным.

Все разом обернулись. Разговоры оборвались. Тишина в комнате стала почти осязаемой.

— Что?.. — Джей моргнул, явно не веря услышанному. — Кейси, ты сейчас серьёзно?

Я медленно подняла взгляд на Ллойда. Он уже знал. Всегда знал. В его глазах не было удивления — только боль, принятие и тяжёлая ответственность.

— Я уже помогла вам, — произнесла я ровно. — Я сделала всё, что могла для команды. А теперь… мне пора выполнить свой собственный план.

— Кейси… — начал Коул, но Ллойд поднял руку, останавливая его.

— Она права, — сказал он тихо, но твёрдо. — У неё есть миссия. Та, которую никто из нас выполнить не сможет.

Ребята растерянно смотрели то на меня, то на него. Никто не спорил. Они знали: если Ллойд говорит это таким тоном, значит, решение уже принято. Значит, это часть чего-то большего, чем они могут понять прямо сейчас.

Я спрыгнула с подоконника.

— Берегите себя, — сказала я. — Идите. Защитите этот мир.

Я чуть помедлила.

— А я… попробую спасти всё остальное.

Один за другим ниндзя покинули дом. Джей задержался, неловко, но крепко обнял меня, словно боялся не успеть. Коул хлопнул по плечу — коротко, по-дружески. Ния посмотрела прямо в глаза и кивнула с уважением. Зейн молча положил на стол маленький кристалл связи.

— На всякий случай, — сказал он.

Последним вышел Ллойд. Он остановился в дверях.

— У тебя получится, — тихо сказал он. — Я верю.

— Спасибо, — улыбнулась я. — Только… пожалуйста. Вернись живым.

Он кивнул — и дверь закрылась.

Дом снова погрузился в тишину. Я осталась одна. Только я и Каори.

***

Мы с Каори шли по тёмным улочкам, скрытые плащами, стараясь не привлекать внимания. Ниндзяго медленно разрушался — не только внешне, но и изнутри. Небо казалось выцветшим, воздух — тяжёлым, словно пропитанным тревогой. Люди говорили шёпотом, избегали встречных взглядов, а улицы пустели всё быстрее.

Это было только начало. Я чувствовала это каждой клеткой.

Дом Мистаке показался впереди — старый, увитый плющом, словно укрытый самой памятью. Фонарь над дверью мигнул, когда мы подошли ближе.

— Она знает, что мы идём, — тихо сказала Каори в человеческом облике.

— Конечно знает, — ответила я. — Она всегда знает.

Мистаке встретила нас на пороге. Её взгляд, полный вековой мудрости, скользнул по нам — внимательный, пронизывающий.

— Проходите, — произнесла она спокойно. — У нас осталось слишком мало времени.

Внутри дом был наполнен тёплым, густым воздухом, запахом благовоний и старых книг. Странно, но именно здесь я впервые за долгое время почувствовала что-то похожее на дом.

Когда Мистаке уселась напротив нас, я глубоко вдохнула.

— Мы пришли не просто так, — сказала я. — Мы готовы. Я хочу вернуть своё королевство. Мой народ. Моих родителей.

Старая женщина кивнула, словно услышала давно ожидаемые слова.

— Ритуал можно провести скоро. Очень скоро, — сказала она. — Когда солнце скроется, а Луна достигнет зенита. Тогда завеса между мирами станет тонкой, как паутина. И ты, Кейси, сможешь разорвать её.

Она сделала паузу.

— Но цена будет высокой.

— Какая цена? — спросила Каори.

Мистаке посмотрела прямо мне в глаза.

— Жертва. Одна часть тебя должна остаться здесь, чтобы другая смогла пройти. Ты не останешься прежней. Ни в этом мире. Ни в своём.

Я сжала пальцы на коленях, чувствуя, как внутри поднимается холодная решимость.

— Я готова. Что бы ни потребовалось. Я не позволю Катастрасу забрать всё, что ещё можно спасти.

— Тогда тебе нужно подготовиться к Лунному Восхождению. Через три ночи, — сказала Мистаке. — И будь осторожна. Джин уже чувствует твои шаги.

Я кивнула. Путь был ясен, даже если он тонул во тьме.

— Мы вернём королевство, — тихо сказала Каори. — Я рядом. Как всегда.

— Я знаю, — прошептала я. — Мы это сделаем. Ради семьи. Ради Дэна. Ради Сони. Ради всего, что я когда-либо любила.

И когда я вышла из дома Мистаке, я уже знала — назад пути нет.

Остались только три ночи. И целая вселенная — на кону.

Продолжение следует…