Глава 20 «Воздаяние»

Глава 20

«Воздаяние»

06.02.2018

Позднее утро. Некоторые жители привычного дома по некоторым причинам отсутствовали под крышей, а оставшиеся участники команды развлекали себя сами. Первый пример того, кто проводит день за днём в одном и том же место – Рэндел. Сидя на диване и укутавшись в плед, Мейстер смотрел какую-то заурядную телепередачу про игры на выбывание.

— Ну же, прошу, Ребекка, покажи этой стерве, кто достоин Самуила! Давай! Вырви ей волосы! — прикрикивал мужчина, искренне переживая за персонажей по ту сторону экрана.

— Рэндел, и тебе действительно интересно смотреть этот идиотизм? — под недовольные завывания героинь ток-шоу спросил Ника, облокотившись локтями об диван.

— А? Да, очень, по крайней мере, у нас в раю такого не было, если не помнишь. А я никогда не знал, что мне могут понравиться такие сентиментальные и мелодрамные вещи, как эта программа! — ответил ему бог страха, а после, когда началась реклама, сменил тон на более серьёзный и холодный. — А чего это тебя так резко заинтересовали мои интересы?

— Потому что мы часть одной команды с общей целью, а ты так раньше себя не вёл, — сказал солнцеликий, посмотрев на того с неким интересом.

— Да, я не веду себя как раньше, как и ты. Не помню, чтобы тебя так заботила судьба человечества, да и в целом они как отдельные личности. А уж тем более, чтобы ты жил в их домах или терпел подобные выходки как у седой лисы и хорька-барахольщика, — промолвило олицетворение страха, намекая своему товарищу на самых громких и конфликтных членов их команды, а именно на Марию и Агаци. — Или бился спиной к спине с избранником света.

— Один-один, — донеслось от появившегося из комнаты Юки Адольфа. — Пока все решили пройтись и выдохнуть накопившийся стресс, вы захотели выяснить отношения между собой и перемыть кости у всех за спиной?

— А? О, Адольф! И тебе доброе утро, — вернулся к привычному и доброму тону Рэндел, как только услышал кого-то другого и заметил, что реклама кончилась.

— Рэндел, к чему была твоя речь? Ты намекаешь, что я тут всеми вами пользуюсь ради собственной выгоды? — начал гневаться Ника, но ему тут же ответили.

— Ника, не отвлекай, тут в драку девочек вмешался Самуил. И тем более, не неси чепухи, твой мозг тебя просто накручивает, — отмахнулся Мейстер.

— Чего?! Нет, Рэндел, с темы ты не слезешь...

— Тише, Ника, — перебил его Люхтен, а после дополнил. — Не обращай внимания, он такой с первой же нашей встречи с ним пятьсот лет назад, просто ты не обращал на него внимания.

— А когда же это ты во время битвы успел его повадки разглядеть? — спросило божество солнца и не небес.

— У нас, избранников, свои секреты, — ответил ему немец, подмигнув, а после ушёл в сторону кухни. — Если понадоблюсь, то я на заднем дворе!

— Ага... — уныло подал голос солнцеликий и уставился в экран телевизора, где всё ещё шло интересующее Рэндела шоу, как тут раздался звонок в дверь, а спустя несколько секунд послышался проворот дверной ручки.

— У тебя мозгов нет, Юки, кто звонит в дверь дома, в котором ты живёшь и в котором ещё остались люди, — саркастично заявила Мария, проходя внутрь.

— Мария, не забывай, что хоть я и больше не строю из себя Юки-онну, но у моего терпения есть предел, как и у любого другого человека, — пригрозила Юки, крепко сжав в руках наполненные пакеты.

— Как страшно! — насмешливо воскликнула Иванова, взмахнув руками и вздохнув. — И ты не забывай, откуда у тебя волдырь на руке и кто тебя обнаружил в этом городе-муравейнике, а после удачно похитил.

— Да, а потом я на пару с Ледом одолели тебя в твоём же подвале, — ответила ей Ито, взмахнув волосами.

— Со спины и хилый хлюпик атаковать может, тем более в команде, — подметила женщина. Японка хотела продолжить, но нарастающее давление энергии Шушу остановило её.

— Так, ладно, я на кухню, распаковывать покупки, а потом бы кладовую найти. Этим же раньше Шэрон занималась, — девушка прошла вперёд и быстро скрылась в другой комнате, но тихо её скрытность не прошла. — Адольф! Быстро отдай это! Я специально спрятала это, чтобы не вспоминать!

— А? Что это там? — поинтересовался Юрэн, не осмеливаясь выйти из-за спин Шушу и Эна.

— Видимо, Адольф нашёл её заначку, — ответил Фиммонс, разуваясь, в то время как Шушу уже шептался о чём-то с Никой и Рэнделом.

— Какую заначку? Она... Она прячет деньги? Алкоголь?.. Трупы?! — продолжал заваливать вопросами Сюн, но его быстро успокоили.

— Нет, скорее всего, еду или же... Да и в целом это всё что она может прятать, — выдал своё умозаключение безднорождённый, а после, поставив обувь на место, направился на кухню, откуда уже виднелся перекинутый через спину Адольф.

— Адольф! — переживая, выкрикнул Инь и подбежал к упавшему товарищу. — Ты как? Всё в порядке? Ничего не болит?!

— Нет, не болит у него ничего, — ответила вместо немца Юки, держа в руках аккуратную коробочку переплетённую бантиком, которая явно пролежала где-то в сыром месте несколько недель.

— И что это за коробка у тебя в руках, Юки? — спросил медленно плетущийся к ним мужчина.

— Фу, Эн, ты зубы хоть чистишь? От тебя несёт как от помойки, на морозе этого хоть неслышно было, но в помещении терпеть невозможно, — скривилась Ито, а после ответила на поставленный вопрос. — Это... Подарок от Мэриам Сатэс.

— Неужели и правда всё ещё пахнет... — задумчиво пробубнил Эн, пытаясь учуять запах из собственного рта, но его мигом переключило, как только он услышал от кого был этот подарок. — Что? Мэриам Сатэс дарила тебе подарок? Но... Зачем? Почему? Как?!

— Юки, вообще-то, на морозе запах наоборот слышнее, — ворвалась в диалог Юлья, выпивая минеральную воду из бутылки. — Идите к остальным, будем сейчас выяснять, что тут происходит. Юрэн, а тебе вот я помогу перенести эту тушу к остальным.

— Хорошо, мисс Ларен, — послушно промолвил Юрэн.

— Так точно, Юлья! — взяв Юки под руку, Эн прошёл вместе с ней к остальным.

Мария сидела и со скукой смотрела на свои руки, будто бы пытаясь разглядеть на неё какие-либо изъяны. Рэндел пытался сконцентрировано смотреть свою любимую программу, которую закрывали собой Ника и Шушу, обсуждая какие-то важные темы. Агаци в это время просто спокойно стояла у торшера, никто даже не заметил, как она там появилась. Ито и Фиммонс пристроились в стороне, ожидая, когда оставшиеся товарищи принесут к ним немца, но долго ждать им не пришлось. Юлья и Юрэн усадили Люхтена на кресло, а после Ларен пару раз ударила его по щекам, отчего тот довольно быстро проснулся.

— Итак, — похлопав в ладоши и выключив телевизор, француженка привлекла к себе внимание всех. — Юки хочет вам кое о чём рассказать. Это очень важно, связано с какой-то Мэриам Сатэс, — от этого имени все были в недоумении, все кроме Ники и Адольфа, которые тут же слегка погрустнели.

— Да... Это от неё, она подарила это на утро после моего заселения к вам в отель, — сказала Ито, нервничая.

— Вы жили в отеле? — спросила Мария, на что ей ответил Эн.

— Да, жили, пока нас не застали врасплох, когда мы не ожидали. Юки, продолжай.

— Спасибо. Так вот, это произошло как-то так...

20.01.2018

— Юки, к сожалению, их придётся покупать в магазине, средства личной гигиены как-никак. Теперь же я пойду по своим делам. Пока! — ответил ей Эван и, помахав рукой, вышел из номера, предварительно заперев за собой дверь.

— Ага-ага, давай иди, — недовольно пробубнила Юки, закатив рукава. — Ужасный номер, окна ужасные, планировка ужасная. Всё... Всё ужасно! — заявила Ито и принялась наводить свои порядки.

Завязав волосы в высокий хвост, девушка свернула ковёр в трубочку и уместила его под стенкой. Подняв матрас, та закинула его на пол и положила на него одеяло и подушку, а деревянный каркас кровати поставила так, чтобы та занимала минимум места. Содрав шторы, она положила их на подоконник. Посреди творческого процесса, японка услышала звуки приближающихся шагов двух персон.

— Чёрт... Как всегда вовремя, — пробубнила мечница, не переставая заниматься своими делами, но всё же ей мешали расплывчатые голоса извне комнаты.

— Мисс Мэриам, вы уверенны, что стоит к ней идти? Вдруг она... Не знаю, резко отреагирует на вас? — переживая, спрашивала Шэрон, пытаясь не отставать от женщины.

— Да, Шэрон, я уверенна, я умею найти подход ко всем, а в особенности, к таким милым особам как Юки. Она просто не хочет показывать, что она милая, вот и всё, — уверенно и быстро идя вперёд, отвечала ей Мэриам.

— Но... Но...

— Никаких «но» и быть не может, Шэрон, хватит пытаться меня отговорить, — Сатэс свела все попытки переубедить на «нет» и ровно встав у двери, постучалась в неё. — Юки, вы в номере? Я могу войти?

— Нет! — воскликнула наёмница.

— Значит, могу, — произнесла администраторша и зашла внутрь. — Шэрон, подожди меня здесь, а лучше иди и помоги своим братьям, я видела, что у них проблемы с координацией, в особенности у Леда. Хорошо?

— Хорошо... — разочарованно отозвалась Мограмм.

— Вот и славно! — улыбнувшись, та заперла дверь и развернулась к комнате. — Ой, это... Какая-то забава у японской молодёжи такая?

— Да, забава, я же сказала не входить, — сказала Юки, крепко держась за катану, наведённую на Мэриам. — А вы вошли. Это неуважение.

— Я тебя поняла... Но! И ты меня выслушай, у меня для тебя тут есть маленький подарок, — с улыбкой сказала Сатэс.

— Почему вы... Нет, почему ты ведёшь себя так будто бы умереть готова от моих рук хоть сейчас?! — прикрикнула Ито. — И что за подарок? Я на ребёнка похожа?!

— Нет, нисколечко не похожа, а вот о своей уверенности, я бы и хотела поговорить, смотри, — достав из-за спины пёструю ярко-розовую коробку с белым бантом, заявила администраторша.

— Что... Что за херь ты мне пытаешься сказать?! — огрызнулась девушка, не пытаясь быть доброжелательной.

— Просто послушай, эту вещь дал мне мой отец. Он сказал, что эта вещь может показать тебе точный день и ситуацию твоей смерти, которую тебе никак не изменить и просто смириться. Но по его словам, её и использовать можно лишь один раз. Как ты понимаешь, я его использовала. И мне больше нет смысла его держать при себе, а вот ты... Я заметила, во что вы ввязались, и в тебе, я уверенна, меньше всего желания и возможности на самосохранение. Ты такой человек, который будет рваться в бой до последнего. Поэтому... Я считаю, что ты заслуживаешь получить эту вещь от меня, — рассказала ей Мэриам, не делая и шагу в какую-либо сторону.

— Что за чушь?! Мне ничего не мешает взять и зарезать тебя прямо здесь и сейчас! — крикнула ей мечница, топнув ногой.

— И то верно. Но правдивость моих слов ты увидишь завтра вечером, когда белый кот и красная бабочка сделают свой ход, спасибо что выслушала. Продолжай обустраиваться, вижу, у тебя это прекрасно получается, — откланявшись, Сатэс отошла назад и вышла в коридор, а после присела и поставила коробку на пол. — Хорошего дня, — после этой фразы женщина просто ушла, оставив японку наедине с коробкой.

06.02.2018

— ...и я его ни разу не открывала, но взяла с собой. На следующую ночь я и правда убедилась в правдивости её слов, но извиниться и выслушать нормально уже не смогла. Я воистину поражена тем как она приняла сам факт своей грядущей смерти и даже не попыталась ничего предпринять, чтобы изменить свою судьбу, — заключила Юки, а после развязала бант и открыла коробку. — Так что, давайте посмотрим, что это за вещь. Особенно, учитывая количество умных и знающих людей здесь.

— Подожди, получается, эта ваша... Обладательница жалкой пародии на моё имя знала о своей смерти и ничего не сделала? Вот же дура, — заявила Мария, смотря на Ито как на умалишенную.

— Она же говорила что, по словам Мэриам этого не избежать, — ответил ей Адольф.

— И вы вот так верите, что она пыталась это сделать? — поинтересовалась Юлья. — Я не хочу заявлять, что поддерживаю точку зрения кого-либо из вас, но в словах Марии есть доля правды.

— Вот, даже француженка на моей стороне, а вы не верите, — произнесла мафиозница, осматривая всех.

— Юки, может, откроешь крышку? — промолвил Шушу, скрестив руки на груди, и бедром подтолкнул вперёд Рэндел.

— Эй, а что я должен сделать здесь, по-твоему? — спросил Мейстер, как вдруг почувствовал сильный всплеск энергии из коробки, который моментально заинтересовал его. — Так, покажи-ка!

— Как бы то ни было, но его родные корни и привычки всегда будут возвращать его интерес как во времена активной работы ИАНЦ, — заключил Ника, обращаясь к богу воды.

— Ага, несомненно, — ответил ему Шушу, не отрывая взгляд от коробки.

— К слову, говоря об ИАНЦ, как ты думаешь, встретим ли мы кого-либо ещё из этого отдела помимо Рэндела? — спросил лучезарный, встав с дивана и подойдя ближе к товарищу.

— Кто знает... Кто знает, — промолвил бог воды, а после умолк, ведь говорить начал Рэндел.

— Это же... Нет, быть того не может, откуда у простой смертной мог бы взяться оберег первородного бога времени Хоруса, да ещё и сотворённый из дыхания первородного бога смерти Ши, и обрамленный металлом, выплавленным первородным богом кузнечества Клаудом? Да быть того не может... Этот оберег был создан и предназначен для великого воителя и наблюдателя за энергией Грандры – Альвареса Люхтена, — протараторил Мейстер, держа в своих руках кулон, имеющий в себе огромную силу.

— Люхтен... Какая-то знакомая фамилия... — пробубнила Юлья, но заключение за неё вынесла иная персона.

— Так это же фамилия нашего крысемордого Адольфа, — остроумно заявила Юки, оборачиваясь на названного ранее человека.

— Альварес, говоришь... — промолвил Адольф, вставая на ноги и подходя к Рэнделу. — Я знал этого старика из рассказов отца, но не более того. Какой-то дальний родственник.

— Вот оно что, я-то думала, что у всех немцев прародителем Адольф Гитлер был, — откровенно пошутила Мария, развалившись на кресле как местный босс.

— Ха-ха-ха, как остроумно, — недовольно произнёс Люхтен, скрестив руки на груди. — Даже я, немец, рождённый задолго до его появления на свет, искренне ненавижу даже факт того, что наши с ним имена одинаковые.

— Получается, ты мало что знаешь о Альваресе, так? — спросил Рэндел, наклонив голову на бок.

— Ага, ты всё правильно сказал, — заявил немец, кивнув головой.

— Интересно, однако, хотя вы с ним даже чем-то похожи, правда... Ты явно слабо развит мускулатурой, и не так уж и падок на женское внимание, как старик Альварес, — ответил ему Мейстер, а после продолжил. — Ладно, мы тут собрались не о прародителе Люхтенов говорить, а об обереге. Так вот... На моей памяти, этот оберег делал следующее: оберегал от скверной энергии демонов и не позволял быть захваченным под контроль, как культ Чиеро, отключал визуальное старение, но при этом человек жил отведённые ему года, а так же позволял заглянуть в будущее и увидеть свою неизменимую смерть. На этом, вроде, всё, — закончило свою речь воплощение страха.

— Но как он попал к Мэриам? — спросил Ника.

— Хороший вопрос, правда, я не думал, что задашь его именно ты, друг мой, — подметил Рэндел, щёлкнув пальцами.

— Это он меня так тупым назвал? — шёпотом спросил лучезарный у бога воды.

— Ага, — немногословно ответил ему Шушу.

— Чтобы раскрыть занавес этой тайны я использую то, что делал уже не раз. Раскрою вам воспоминания, что осели на этом предмете, — и с этими словами Мейстер закрыл кулон-оберег в своих руках, отчего тот засветился и запустил чёрно-золотые линии каждому из присутствующих в комнате прямо в лоб.

Воспоминание 1. Действующее лицо: Альварес. Место: Небесное Царство. Два миллиона лет назад.

...в обрывках воспоминаний всплыло несколько образов, пара мужчин и женщина. Они стояли в стерильно-белой лаборатории, один из них выглядел довольно встревожено.

— Хорус... — донеслось от Альвареса, что нервно сидел на медицинской койке.

— Да, что такое? — спросил Хорус, обернувшись к своему другу.

— Спасибо, что согласился помочь мне, иначе я бы просто не выдержал, — промолвил Люхтен, посмотрев на третью присутствующую в комнате персону.

— Не нужно сверлить меня своим взглядом, я проверяю сведения, — монотонно произнесла обладательница вытянутого силуэта в белом больничном халате.

— Извините, богиня контроля, я случайно, — постарался, как можно быстрее, оправдаться хранитель энергии Грандры.

— Не обращай на неё внимания, она занята своим делом. Альварес, я хотел бы отдать вещь, которая будет оберегать тебя и помогать тебе. Ведь возможно, к тому временному отрезку, куда мы тебя отправим... Нас уже не будет, — сказал ему Хорус, надевая Люхтену на шею гранённый ребристый кулон из неизвестного тёмно-синего материала на тонкой цепочке, что источал сильную божественную энергию. — Этот оберег будет хранить тебя. Но все его функции уже будут установлены в твоей новой памяти, так что не вижу смысла объяснять тебе всё это...

— Хорус, достаточно, я завершила подготовку, — от слов богини контроля, бог времени тут же замолчал и отошёл на пару шагов назад.

— Удачи... — прошептал Хорус и опустил руки по швам, смотря на друга, который через пару мгновений забудет о нём.

— Итак, — выставив руку вперёд, женщина выпустила нить своей энергии прямиком меж бровей Альвареса, отчего тот заснул. После этого он засветился яркой вспышкой и исчез. — Итак... Во время он вернётся в тысячный год эры Всевышнего в мир Шаронэль.

— Спасибо, — не сдержав слёз, сказал бог времени.

— Не-а, Хорус, «спасибо» в карман не положишь и на хлеб не намажешь, — ухмыльнулась богиня контроля и подошла к тому ближе. — Теперь настала твоя часть...

И на этом воспоминание прервалось, перейдя к следующему осколку...

Воспоминание 2. Действующее лицо: Альварес. Место: Шаронэль. 1032 год.

...грохот раздался справа от Альвареса, тот сидел в западне вместе со своим другом Альбрехтом. Римляне наступали.

— Альбрехт, ты единственный кто сможет донести весть о том, что они пробили наш фронт, прошу, возьми это, — протянув тому кулон, Люхтен заключил. — Мы с командой выиграем тебе время. Римляне не поймают тебя, — похлопав его по груди, мужчина без всяких дальнейших слов отправил своего товарища уходить обратно на родину. — Вот и настало моё время... Проверим, врал мне этот гребаный кулон или нет, — крепко взяв свою рогатину, Альварес направился в свой последний бой, из которого не смог выйти живым, но в котором смог выиграть достаточно времени, чтобы Альбрехт добрался до родины. Он умер за достойную цель с торчащим из спины копьём.

На этом осколок расплылся, переходя в следующий...

Воспоминание 3. Действующее лицо: отец Мэриам. Место: Шаронэль. 2002 год.

...следующее воспоминание всплыло из омута оберега. Мужчина лет сорока сидел на больничной койке под капельницей, а над ним, склонившись, сидела юная Мэриам, вытирая свои глаза шёлковым платком. На её плечо упала тяжёлая ладонь отца, который еле-как сжимал его. Прокашлявшись, тот подал голос.

— Мэриам... Мне осталось совсем немного...

— Не говори так! Шанс есть, врачи говорят, что есть маленький шанс на то, что ты сможешь жить! Папа, прошу... — чувственно выкрикнула Сатэс, но её заткнули следующие слова.

— Эриша... — медленно заведя руки за шею, мужчина снял с себя тёмно-синий ребристый кулон и протянул его своей дочери. — Держи, это последнее что осталось у меня в память о моей семье. Теперь он твой, как и мой отель в Сеуле. Эриша, эта вещь передаётся нашей семье из поколения в поколение... Он может показать тебе день твоей смерти... Как рассказывала мне моя мать, эта вещь досталась нашему предку от... — и в этот момент, отец сильно закашлял и начал трястись в конвульсии, Мэриам быстро нажала на кнопку вызова медицинского персонала, но было уже слишком поздно.

— Папа... Прости меня, я не смогла вылечить тебя... — прошептала себе под нос Сатэс, покинув палату, и вместе с тем как она вышла в коридор, осколок потухнул...

Воспоминание 4. Действующее лицо: Мэриам. Место: Шаронэль. 2014 год.

...последнее воспоминание всплыло в разумах всей команды. Мэриам находилась в отеле, стояла за стойкой регистрации. На улице была гроза и проливной дождь. Постояльцы давно видели свой седьмой сон. Раздался гром, он привлёк собою внимание администраторши. В дверном проёме появилась высокая фигура, промокшая до нитки с парой-тройкой чемоданов.

— Так, тут кто-нибудь есть? Приём ещё возможен? — довольно громко и звонко сказал юноша, вытерев ноги и лишь тогда ступив на красный ковёр и пройдя к стойке регистрации. — У вас тут уютненько, — сняв с себя солнцезащитные очки, он осмотрел Сатэс оценивающим взглядом. — Могу ли я заселиться?

— Для начала, добрый вечер, мистер, — сдержанно промолвила владелица отеля. — На какой период вы хотели бы снять номер? — спросила она, убрав в сторону стопку документов.

— На долгосрочный период, — уверенно ответил парнишка, взяв из хрустальной миски карамельку.

— В каком плане? Что вы имеете в виду? — поинтересовалась Мэриам, вопросительно подняв бровь.

— Так уж получилось, что моя тяжёлая доля упала на мои плечи и... Да это важно вообще? Я просто решил перебраться на другой конец континента, чтобы открыть для себя новую культуру и начать прекраснейшую карьеру. А так как финансы позволяют мне заселиться лишь в отель, то... Я и пришёл сюда, прямиком к вам, мисс... — слегка сощурившись, посмотрел ей на бейдж юноша. — Мэриам. Да, мисс Мэриам, я выбрал именно ваш отель из-за его особенного шарма!

— Звучит как сомнительная история, — недовольно произнесла Сатэс, постучав ручкой по журналу.

— С чего бы? Живём один раз, почему бы не попробовать всё? Тем более, когда на это есть шанс и возможность, — ответил ей парнишка, а после дополнил. — Так как мне заселиться и каким способом проходит оплата?

— Что же за напасть такая... Ладно, кхм, из свободных есть номера 212, 404, 315 и 511, в какой бы вы хотели заселиться? — закрыв глаза на странности, спросила девушка.

— Давайте в 315, повторюсь, как оплатить? — повторил вопрос юноша.

— Оплата предварительная за период жительства, можете как по терминалу, так и наличными, как вам удобнее, — ответила ему администраторша, повернув к нему журнал и терминал. — Оплатите и запишите своё имя, фамилию и контактные данные.

— Ага...

Завершив все формальности, владелица провела его к номеру, помогла донести багаж и после вернулась к стойке.

— Так... Как этого идиота зовут хоть, — надев очки, она пролистала журнал и посмотрела на нужную страницу. — Эван Лоуренс, буду знать.

Шло время. Ночь становилась всё темнее и темнее. А слова нового постояльца всплывали в голове всё чаще: «С чего бы? Живём один раз, почему бы не попробовать всё? Тем более, когда на это есть шанс и возможность!» Обхватив ладонью кулон, полученный от своего отца, Мэриам зашла в свой номер и, закрыв глаза, сжала его крепче, пока тот не проткнул её ладонь своими гранями. В этот момент тот засветился, и перед лицом девушки появилось огромное облако, которое погрузило её в транс, показав день, время и события её смерти.

— Нет... Нет... Почему... — прошептала она, начав плакать. — Я должна это предотвратить любой ценой, — смело решила Сатэс, в то время как воспоминание расплылось в сознании...

06.02.2018

— И это всё? Я ожидала большего, — произнесла Мария, цокнув языком.

— Не думала, что скажу это дважды за день, но я солидарна с ней, — заявила Юлья, скрестив руки на груди.

— Иисус правый, да ты умнеешь на глазах! — восхищённо произнесла Иванова, похлопав в ладони.

— Я не виноват, что для такого быстрого анализа доступны лишь несколько воспоминаний, остальные нужно либо разбирать с сильной затратой времени, либо же с помощью других специализированных богов, — ответил им Рэндел, а после дополнил. — Неблагодарные.

— Но... Почему она отдала этот кулон именно мне, а не тому же Эвану с которым они в разы ближе? — поинтересовалась Юки, отставив коробку на свободную полку, слева от книг.

— А это мы пока не узнаем, — заключил Мейстер, а после отдал кулон его новой владелице. — Держи, это твоё ведь.

— Занятная вещица, — пробубнил Шушу, почёсывая свои ключицы.

— Вижу, всё-таки ваша ИАНЦ штука или как её там не зря существовала в Небесном Царстве, — подметил Ника, заинтересованно посмотрев на оберег в руках японки.

— Спасибо за комплимент, если это таковой есть, — промолвил Рэндел, он хотел добавить что-то ещё, но его перебила мафиозница.

— Так почему бы нам всем не использовать его по порядку? Мы тогда сможем знать, когда умрём и если что, то сможем избежать этого, — промолвила Мария, встав с дивана.

— Но судя по показаниям из воспоминаний, избежать смерти нельзя, — заявил Эн, подойдя к полке на которую была поставлена коробка, и стал вертеть её в своих руках.

— Что? Да ты так говоришь, будто бы кто-то когда-либо это пробовал? В чём проблема попробовать? — продолжала давить Иванова, расставив руки на боки.

— Боже, да сколько можно... — наконец Агаци вышла из тени комнаты и прошла в центр, сблизившись с мафиозницей и начав тыкать ту пальцем в грудь. — Ты за своим великим и раздутым эго не замечаешь парадоксальности этой опасной херни, с которой мы даже не знаем как себя вести, а если бы и знали, то смысла не было. Так как для глухих повторю: «избежать показанной смерти нельзя». Но нет же, наша девочка из холодной русской деревни из далёкой никому не нужной Сибири знает лучше всех что делать! А особенно, с божественными оберегами, которые могут разорвать тебя той огромной энергией, что сокрыта в этом чёртовом кулоне! — выкрикнула она, толкнув оппонентку к стене, отчего та пошатнулась, но быстро встала ровно и с ухмылкой посмотрела на соперницу.

— Ох, так ты у нас зассала увидеть собственную смерть, ведь знаешь, что твоя оригинальная версия увидит это через твою карту памяти, и в потоке эксцентричных и обсессивных идей как же избежать своей смерти попросту сведёт не только себя, но и тебя с ума! Или я не права, чёртова трусиха, — высказала ей Мария, а после крепким шагом подойдя ближе, обхватила ту за плечи и чётко отрезала. — Прямо как тогда испугалась отомстить мне за свою дохлую семейку.

— Да пошло оно к чёрту, — откинув её руки от себя, террористка с грохотом прошла к выходу из дому. — Да пошли вы все к чёрту, психи! — громко хлопнув дверью, женщина покинула команду.

— И что это было?.. — спросил Адольф, посмотрев на Иванову как на чокнутую.

— А, да так, мелкая сошка не выдержала гениального стратегического плана, — заявила мафиозница, вальяжно пройдя к Юрэну и начав поправлять его воротник рубашки, пока тот боязливо отходил в сторону. — Ну, так как вам моя идея?

— Ужасная идея, ведь если Хорус спроектировал точнейший прогноз, то совершенно никак это не изменить, — ответил ей Рэндел, пожав плечами.

— Для меня ответ психа, который даёт клички всему что движется, ничего не значит. Я ожидаю ответа самого адекватного из вас – Шушу, — имя божества она протянула, смакуя каждый слог.

— Я вынужден согласиться, идея плохая, ведь как уже и сказал выше Рэндел – Хорус никогда не ошибается в своих предсказаниях. Точнее... Не ошибался, — ответил ей бог воды, скрестив руки на груди.

— Вот и славно, — зевнув, женщина прошла к лестнице. — Что-то я совсем устала с этой вашей заумной ерундой.

— Это было феерически тупо, — сдерживая смех, заявил Ника. — Тупее я ничего в своей жизни не видел.

— Полностью согласен с тобой, — выглядя открыто недовольно, Адольф подошёл к солнцеликому со словами. — Пойдём, пора бы размяться перед грядущей битвой, она же явно будет со дня на день.

— Парад идиотов... — разочаровано проронил Шушу. — Собрание окончено, можете заниматься своими делами, — с этими словами бог воды ушёл на кухню, чтобы заесть горе.

В это время в здании культа, а конкретно дело происходило в комнате архангела номер восемь, ферзя инверсии – Инои Шахацио. Его комната была самой маленькой из всех владений архангелов. Она похожа больше на детский рай. Уютная кровать с постелью геометрического орнамента сине-чёрных оттенков, клеточный чёрно-белый пол с такими же стенами и потолком. Освещение в помещение было лишь напольным с квадратными тёмно-синими торшерами. На полу красовался чёрный ковёр с белыми шахматными фигурами. Его окно открывающее вид на внутренний сад вечно зашторено плотными портьерами, к ним плотно задвинут рабочий стол с кучей альбомов и любительских художественных приспособлений, но в то же время там лежали и книги по точным наукам. В сторонке же стоял шар, что при включении запускает на потолок красивую геометрическую проекцию. В центре комнаты же стоял стол с двумя стульями стоящими друг напротив друга, а на нём красовалась чёткая, с острыми краями, классическая и привычная как день шахматная доска. По всему помещению разносился звук ударов по секундомеру и переставлению шахматных фигур.

— Итак, Эмми, ты у нас уже больше двух недель... И, да, из них далеко не все были для тебя самыми лучшими, но... Я надеюсь, что тебе тут нравится, — сказал Инои, переставляя своего коня на D4.

— Знаешь, если закрыть глаза на всплывающие недостатки в виде смерти моего друга или же сумасшествия моего брата, то я в целом, очень даже довольна, особенно такому вниманию от Чиеро, — упоминание последнего вызвало у Шахацио мурашки. — Ого, я могу сделать рокировку!

— Да... Слушай, Эмми, а как ты, знаешь, относишься к тому времени, когда ты была вне власти господина Масамуно? — поинтересовался юноша, продвигая ладью вперёд.

— Что же... — поставив слона по диагонали на пару клеток вправо, Лоуренс подала голос. — В детстве я была... Скажем так, гордостью семьи. Если можно так сказать...

Манхэттен, городской округ Нью-Йорка. 2005 год.

Тогда мне было лет восемь, если я правильно помню. Я училась в третьем классе и посещала кучу всяких кружков, что-то наподобие дома благородных дам, школы балета, кружков по рисованию, гимнастике, лёгкой атлетике и паре занятий по корейскому, французскому и русскому. В общем, я была очень разносторонней девчонкой...

— Папа, я вернулась! — крикнула восьмилетняя Эмми, снимая куртку и передавая её брату.

— Хорошо, сейчас повешу, — недовольно пробубнил десятилетний Эван, пройдя к вешалке.

— Эв, но я не виновата, что ты выше меня! И вообще, почему именно ты первый расти начал?! — топнув ногой, она показала ему свой лиловый язык и побежала вглубь квартиры. — Пап, пап! Смотри, чему меня научили в балетной школе!

— Боже, за что мне такая активная сестра... — сказал Лоуренс, положив свой рюкзак и сумку с балетной формой сестры у обувной полки и повесив верхнюю одежду на вешалку. — Пап, ей порцию меньше насыпь, она по дороге съела пару роллини!

— Неправда! Пап, он всё врёт! — донеслось из просторной гостиной.

— Да-да, рассказывай ещё, наш папа ведь так любит, когда ты лжёшь ему, — промолвил Эван, догнав Эмми и заметив, что та уже стояла в углу, а отец, рассевшись на кресле, читал утреннюю газету.

— Проходи, Эван, разогрей еду, я немного занят, — произнёс Камики, отпив горький кофе из своей большой фарфоровой кружки.

— Да, конечно, — свернув на кухню, Лоуренс стал греть себе обед. — Эмми, что ты будешь?

— Я...

— Она ничего не будет. За ложь нужно нести наказание, — перебил её мужчина, закинув ногу на ногу.

— Я понял... — виновато проронил юноша, не понимая, почему ему стало так грустно за свою сестру, которая сама нарвалась на неприятности.

06.02.2018

— Так, получается, ты вовсе не была «гордостью» семьи? — непонятливо спросил Инои, забирая пешку у оппонентки.

— Ну, как сказать, была, но это не означало, что это как-либо меняет тонкости моего характера, — пожала плечами Эмми, отвоёвывая своё место на доске обратно.

— Вот оно что, слушай, а как ты узнала о том, что случилось с твоей мамой? — поинтересовался Шахацио, подняв на неё взгляд, пока раздумывал над следующим ходом.

— Что же... Это было не самым тактичным диалогом с моим отцом... — нервно отсмеявшись, пробубнила Лоуренс.

Амстердам, столица Нидерландов. 2008 год.

Когда мне исполнилось одиннадцать лет, мой отец и брат взяли меня встретиться с матерью. Мы переехали в Амстердам, а в нашей прошлой квартире поселилась наша овдовевшая тётя Лара с двумя детьми. Когда я впервые встретилась с мамой... Все мои ожидания и мечты попросту рухнули. Я буду помнить тот холодный взгляд отца до конца жизни...

— Пап, ты уверен, что я хорошо выгляжу? — спросила Эмми, нервно теребя своё платье под медицинским халатом.

— Я не думаю, что ей будет хоть какое-то дело до того как ты выглядишь, — строго отрезал Камики, открывая дверь в больничную палату. — Проходи.

— Хорошо... А? Эван, ты входить не будешь? — непонятливо спросила сестра, наклонив голову набок.

— Я не хочу, ведь она...

— Молчи, — чётко сказал отец, стукнув по кафельному полу своей тростью.

— Да, отец, — послушно промолвил юноша, склонив голову.

— Заходи, — приказал мужчина, подбивая дочь в спину.

— Ага, — зайдя в палату, та поправила халат. — Мам, привет! Я пришла, как твоя нога? Отец сказал, что ты её потянула, вот и отдыхаешь... — Эмми замерла, как только узрела то, в каком положении находится её мать. Женщина была истощена, её кожа знатно просела, отчего на лице проступали острые черты её черепа. Местами проступали набухшие синие венозные ниточки. Осмотрев её руки, девочка заметила тёмные гематомы на местах, куда вставлялись катетеры. На её голове были полысевшие участки, а выпавшие волосы лежали повсюду на подушке. К женщине были подключены капельницы, датчики слежения и кислородное обеспечение. Внутри девочки что-то будто бы сломилось, и она почувствовала сильное воздействие по всей палате. Что-то странное, очень давящее сжимало всё вокруг. — Мама?.. Нет... — попятившись назад, школьница выбежала из палаты, вытирая слёзы.

— Догони и верни её, живо, — громко сказал Камики, грозно посмотрев на сына.

— Да, отец, — развернувшись, Эван направился за ней, набирая скорость. — Эмми, стой! — помчавшись за ней, тот догнал сестру лишь тогда, когда та покинула здание больницы и села на ступенях, уткнувшись лицом в колени.

— Почему... Почему он мне не сказал?.. — пробубнила она, когда ладонь её брата мягко опустилась ей на плечо.

— Он просто не хотел сделать тебе больно, когда ты была младше, — попытался оправдать действия отца Лоуренс, подсев к ней.

— Я так не думаю... Он... Он глупый, — шмыгнув носом, промолвила девочка. — Он очень глупый, почему наш папа это именно он. Он... Он даже мороженное мне за лишнюю медаль по балету не купит.

— Эмми, он просто... Слишком формальный у нас, и строгий, да, он не такой как все отцы. Но в нём явно есть что-то хорошее. По крайней мере, я так стараюсь думать, ведь что-то доброе есть в каждом человеке, — сам не верил в свои слова юноша, но оттого не мог от них отказаться.

— Да знаю я, знаю... Но это не оправдывает его действий. Зачем ему врать мне? Зачем ему врать... Нам?! — и в этот момент, в голове Эмми что-то щёлкнуло. — Ты знал об этом?

— Эмми...

— Ответь мне. Ты знал об этом? Поэтому ты отказался заходить в палату? Потому что ты её уже видел... — нахмурившись, заявила девочка, отодвинувшись от брата.

— Я... — его глаза забегали, но Эван не собирался уподобляться своему отцу. — Да, я уже видел её. Это было два года назад, когда отец взял меня на якобы инвестиционные обучения во Флориде, но, как ты понимаешь, полетели мы не во Флориду, а в грёбаный Амстердам, — как только юноша произнёс название столицы, то его лицо украсилось гневной гримасой.

— Я тебя услышала, — чётко отрезала она, а после, встав, направилась обратно в больницу. — И ещё... Кажется, во мне что-то изменилось, и я не знаю, как объяснить эти изменения. Просто...

— Просто будто бы тебя стало двое и эта вторая часть временами, словно отделяется от тебя? — привёл свою догадку мальчишка, на что получил одобрительный кивок, отчего сразу же потускнел. — Вот оно что, так ты тоже... Запомни. Ни в коем случае не говори об этом отцу, иначе ты никогда не сможешь выбраться из этого замкнутого круга, — в его глазах читался звериный страх, окутанный измученными годами жизни.

— Хорошо, я не скажу ему, — промолвила Эмми, но этого было недостаточно.

— Пообещай мне, что ты никогда ему не скажешь об этом, пожалуйста, — попросил он, подойдя к ней.

— Обещаю, — нехотя промолвила девочка под влиянием своего брата.

— Спасибо. Я понимаю, что сейчас ты не понимаешь, зачем это, но, прошу, поверь. Мои убеждения, правда, помогут тебе в будущем, — уточнил мальчик, а после, вдохнув и выдохнув, открыл дверь и вошёл внутрь.

06.02.2018

— И, я так понимаю, раз уж мы тут, то ты сказала отцу об этом, да? — вопросил Инои, переставляя ладью вперёд, приближаясь к ферзю оппонентки.

— Да. Тогда я не знала, что из-за воздействия энергии моей матери и психологического потрясения моё побочное тело пробудилось, но теперь, я понимаю, что это было началом моей новой жизни, — ответила Эмми, закинув ногу на ногу и перекрыв пешкой место рядом с королевой. — И отныне я понимаю, что... — она запнулась и быстро переменилась в тоне. — Я правильно поступила, что не послушала Эвана и рассказала отцу о том, что я получила силы.

— И как же ты ему об этом рассказала? Какая ситуация стала тем самым переломным моментом? — спросил Шахацио, переставив слона по диагонали, нацелившись на ранее сдвинутую фигуру соперницы.

— Переломный момент... Что же... — обхватив пальцами коня, та сделала ход.

Амстердам, столица Нидерландов. 2014 год.

В тот день мне только исполнилось семнадцать. И...

— Серьёзно?! То есть, самый лучший подарок, который ты захотел подарить на мой день рождения это свалить за три горы подальше от нас?! От... От меня?! — выкрикивала Эмми, стоя над собирающим чемоданы братом.

— Не кричи мне на ухо, я делаю это, наоборот, для тебя же. Ты этого не поймёшь сейчас, просто...

— Что просто? Вечно у тебя всё просто! «Просто подожди, Эмми, ты всё поймёшь, как станешь старше», «постой, просто остановись и обдумай свои действия», «сделай это ради меня» — меня тошнит уже от этих фраз! Я уже достаточно взрослая, так почему же я до сих пор не поняла ничего?! Может, потому что ты гребаный лжец, которому лишь бы свою шкуру уберечь! — причитала девушка, ходя прямо перед ним. — Да ты вообще меня слушаешь?! Ответь ты что-нибудь! — схватив его за плечо, та взглянула на него. Никогда в своей жизни она не видела своего брата столь живым. В его глазах впервые за долгое время промелькнула надежда. — Ты... Ты чёртов кретин.

— Да, наверное, я кретин раз поступаю так. Я знаю, что для тебя не будут иметь значения мои слова, но... Прошу, сдержи обещание и совсем скоро всё станет на свои места. Ты поймёшь мои мотивы, и ты поймёшь, зачем я так поступаю. Но сейчас, я должен сказать тебе – прощай, — выпрямив руку, тот заточил ноги своей сестры в лёд и, застегнув чемоданы, — сбежал, даже не обернувшись.

— Стой! Остановись, идиот! Ты... Я тебя ненавижу... Я... — и она сорвалась на слёзы.

Спустя некоторое время меня в таком состоянии нашёл отец, и...

Удар.

— Я попросил тебя об одной единственной вещи. Чтобы ты проследила за ним и не дала сбежать. Он и так всё испортил, когда повёлся на наивные слова своего дружка, начав принимать соли. А теперь что? Где мне его искать?! — раздражённо молвил Камики, держа свою дочь за волосы.

— Хватит! Мне больно! — брыкая ногами, кричала она, обхватив своими ладонями его руку.

— Больно? Да что ты! А я будто не знаю?! — крикнул мужчина, резко дёрнув и потащив её к зеркалу, дабы размозжить её череп об стекло.

— Нет... Стой! Подожди! Я... Я... Тогда пять лет назад в палате у мамы я пробудила побочное тело! — Эмми нарушила обещание, а от услышанного Лоуренс остановился и отпустил её.

— Что же... Хоть какие-то хорошие новости. Так уж и быть, придётся мне поменять свои планы на твоего непутёвого братца, — надменно сказал он, разминая запястье. — Приберись тут.

— Хорошо... — всхлипнув, произнесла девушка, отползя к шкафу. — Я тебя поняла...

06.02.2018

— И что было потом? — спросил Инои, пожирая пешку оппонентки своим конём.

— А потом он начал использовать меня как живую силу для прикрытия его тыла. Собственно, я и не возражала, ибо же я, конечно же, должна была быть покорной дочерью, дабы не умереть. Ведь все маски окончательно спали, и притворяться хорошей семьёй уже не нужно было. И я... Окончательно потеряла себя, — ответила ему Эмми, вновь наращивая защиту вокруг короля с помощью... — А? А где мой ферзь?

Амстердам, столица Нидерландов. 2017 год.

— Мам... Я устала... Я очень устала, — поникнув, говорила девушка, прокручивая в руках розу, которая вонзалась шипами в её фарфоровые пальцы. — Прошу, подскажи, что мне делать, — крепко сжав ладонь своей матери, Эмми тяжело вздохнула и задела локтём пульт от телевизора, нажав на кнопку включения. Загоревшийся экран ударил светом по заплаканным глазам, заставив их взглянуть на него. Там шло какое-то незамысловатое интервью, по крайней мере, так подумала Лоуренс.

— Да, я серьёзно считаю, что недавняя премьера Трансформеров была довольно слабой. То есть, кто действительно фанатеет по этой серии фильмов после второй части, когда каст сменили? — молвил игривый голос по ту сторону телевизионной коробки. — По моему скромному мнению, весной было в разы больше качественных премьер.

— Вы действительно так считаете, Эван? Не боитесь ли вы, что в социальных медиа начнутся гневные осуждения вашего мнения? — спросил телеведущий, поменяв карточку с вопросами в руках.

— Что? Эван? — только дошло до Эмми осознание происходящего, встав с места, та подошла к телевизору и горящими глазами смотрела на съёмку. — Это действительно он? Я... Я не сплю?!

— Ох, конечно же, я не боюсь, ибо же кто угодно с достаточным уровнем критического мышления согласится с моей точкой зрения. Я просто уверен в этом, ведь как может быть иначе? — одарив студию своей фирменной голливудской улыбкой, Эван подмигнул, а после добавил. — Я очень жалею, что в наши дни крайне мало качественного кинематографа, например как всемирно знаменитый «Убить Билла» в режиссуре поистине гениального Квентина Тарантино.

— Я действительно не сплю... — попятившись назад, она упала на стул, выронив розу из рук. — Этого быть не может, я... Ха... — протяжно выдохнув, девушка звонко рассмеялась, пустив слезу. — Да ладно! Так вот чем ты занимался, ублюдок! Я... Ох... Мам, я обещаю, что найду этого прокажённого и верну его к нам домой. Мам, я обязательно верну тебя к жизни любой ценой. Даже если мне придётся пожертвовать своим братом и отцом.

06.02.2018

— Ты так и сказала? — задал логичный вопрос Инои, пожирая коня соперницы своим слоном. — Шах.

— А? Я... Я не уверенна, просто я так помню, а память моя принадлежит только мне, — уверенно ответила ему Эмми, отводя короля к правому краю доски.

— Вот оно что, просто, когда вы только встретились, я не сказал бы, что ты так уж его ненавидишь, — произнёс Шахацио, наступая. — Снова шах.

— Да ладно тебе! Каждая дама должна уметь контролировать эмоции и знать, когда нужно вовремя ударить в спину, — самоуверенно сказала Лоуренс, прикрыв короля пешкой.

— Никогда бы не подумал, что у тебя может быть подобная риторика, — допустил юноша, загнав оппонентку в ловушку. — Вновь шах.

— Не надо тут морализировать, я всегда такой была, да и тем более мой братец сам виноват в том, что сделал, а из этого следует то, что он сам виноват в моём подобном отношении к нему, и... Стоп, а где моя ладья? Чёрт... — с потерянным видом, девушка поставила своего же короля в угол.

— Я тебя понял... — подняв своего ферзя, шахматист переместил его к краю доски. — Шах и мат. Спасибо за игру.

— Да... И тебе спасибо... — слегка разочарованно проронила она, пожав ему руку. — Так, мне пора идти, давай, увидимся ещё, пока! — и на этой ноте Эмми убежала, оставив своего противника одного.

— Вот же... Он уже и до её памяти добрался, не к добру это, совсем не к добру... Неужели он собирается вывести её из игры в виде вынужденной жертвы? Ох, господин Чиеро, что же вы замышляете, — начав собирать все фигуры обратно на доску, пробубнил он.

В это же время у архангельской комнаты Эвана, в которой тот больше не жил.

— Эван! Эй, Эван! Я пришёл за шарфом! Я собираюсь улетать обратно в Европу, так что я зашёл попрощаться... — открыв дверь, Майлс увидел не того кого хотел бы увидеть, на кровати, наматывая шарф вокруг руки, сидел Юграм. — Что ты здесь забыл?

— И тебе здравствуй, Майлс, я так давно не пользовался твоей умелой помощью... Ты не представляешь насколько был полезен мне, поэтому, так уж и быть, я отпущу тебя сейчас окончательно в твою Европу, но лишь за одну маленькую, крохотную услугу, — говорил Маркейн, переведя свой взгляд на юношу.

— Вроде как, после убийства Квиста ты прямыми словами сказал мне, что я больше тебе не нужен. Так с чего бы такое резкое обращение? Нужно убить кого-то приближённого к Эвану в очередной раз? Так кого? Эмми? Может, Швальта? Или Длирта?! — недовольно заявил Мориссон, расставив руки в боки.

— Ох, нет... Нет, конечно, с этим я завязал. Мне нужно лишь название твоего аэропорта, очень интересно провести... Ревизию места, которое выбрала шестёрка нашего скряги Хвера, — ответил ему мужчина, протягивая шарф. — Ну, что скажешь?

— Допустим, — выхватив из его рук свою вещь, тот дал ему требуемую информацию и покинул комнату.

— Занятно... И, правда, занятно... Ваташи, ты всё услышал? — сидящий в углу белый кот обернулся в Нами, отряхивающего плечи от пыли.

— Конечно, я всё услышал и задачу понял. Надеюсь, твоя доля сделки так и останется в силе, — ухмыльнулся Ваташи, ловко спрыгнув со шкафа и, облизнув тыльную сторону руки, пригладил шерсть на своих ушах.

— Естественно, я никогда не обманываю своих коллег, если только они не жалкие трусы и предатели, — молвил Юграм, сжав ладонью рамку с фотографией Эвана и Эмми, ломая её и расплываясь в улыбке.

— С тобой приятно сотрудничать, Юграм, — констатировал факт кошкопарень, выпрямляясь и потягиваясь так, как характерно потягиваться котам.

На пару этажей выше, направляясь к Чиеро, Эмми столкнулась с тем, с кем совершенно не ожидала встречи. Стоя в длинном коридоре, высокий парень остановил бегущую девчонку словами.

— Я соболезную, — промолвил Оюки, смотря через окно на внутренний двор.

— А? Ты о чём? — спросила девушка, застыв на месте.

— Я о Квисте, знаю, что поздно, но всё же. Я уважаю тебя и его не без причины. Поэтому, прими мои сожаления о его смерти, он был очень надёжным союзником, — ответил Йор, скрестив руки на груди и поклонившись, а после раздался громкий хлопок.

— Не смей упоминать о нём! Ты... Ты просто хочешь поглумиться надо мной! Как и мой брат, я... Я... — нахмурившись, Лоуренс поспешно убежала вдаль, оставив архангела наедине с собой.

— И что это было? — потирая свою щеку, спросил сам у себя он, пробубнив. — Христос на палке, стараюсь же быть хорошим, а все вокруг этого не ценят, неблагодарные.

Спустя продолжительное количество времени, вечером в подвале здания культа. Открыв громоздкую дверь, Чиеро ступил внутрь, кинув взгляд на спящего Эвана.

— Что же что же... — громко промолвил Масамуно, отчего заключённый проснулся.

— А?.. — невнятно протянул Лоуренс, пытаясь подняться в положение сидя.

— Вставай, пташка певчая, настало твоё время, — ухмыльнувшись, культист отсоединил парнишку от кандалов и, прикоснувшись к его голове, запер в маленьком светящемся шарике. — Главный козырь готов, а теперь пора бы начать представление.

В это же время в доме у Эвана: гостиная. Рэндел спокойно общался с Никой и Юрэном. Они остались сами в доме, пока остальные вышли каждый по своим делам. Боги имели интересную конференцию на тему прошлого Брухмы.

— То есть, он всё же не был лидером мнений и вассалом своего народа? — спросил Сюн, не понимая как переварить информацию.

— Ага, он во многом был мямлей, практически как ты, но всё же, в нём была какая-никакая строгость и... Коварство, — ответил ему солнцеликий, скрестив руки на груди, в ту же минуту, лампочка в торшере пару раз мигнула.

— А так всегда было? — поинтересовался Рэндел, как тут же к нему пришло осознание. — Живо отошли в сторону.

— А? Что такое, Рэндел? — задал вопрос Ника, как тут же по всему дому замигал свет.

— Мастер Ника, я думаю, что нам стоит прислушаться... — стушевался Юрэн, попятившись в угол комнаты.

— С чего бы? Я один из сильнейших богов!

— Был. Не забывай о том, что тебе Всевышний оставил как прощальный подарок вследствие изгнания. Твоя сила сильно урезана, а я падший, и мои рамки наоборот сняты, — констатировал факт Мейстер, почувствовав, как малознакомая ему энергия начала концентрироваться в метре от него. — Вот же прохвост... — вытянув руку вперёд, тот преобразовал в ней жезл и поднял его вверх. Чёрная сфера на верхушке оружия начала переливаться перламутром, отчего одежда божества сменилась на белые около греческие одеяния, в которых появлялись все первородные боги при своём «рождении» в самом начале мироздания. — Отойдите в сторону, быстро! — посох в его руке заискрился и выпустил мощный импульс в землю, что в долю секунды обволокло весь Сеул и впитало рабочее электричество из всех активных и неактивных сетей. Над домом Лоуренса моментально скопился водоворот из туч. В ушах всех находящихся в комнате раздался характерный треск, а после, в момент появления незваного гостя, в облаках образовалась светящаяся дыра и прямиком в то место, где появился неизвестный ударила яркая молния чётким столбом, обесточив всю столицу. Но, на прибывшего это не поимело никакого влияния, как и на дом.

— Занятно... Да что уж тут – похвально! — выкрикнул Чиеро, начав аплодировать.

— Как ты...

— Ох, Рэндел-Рэндел, годы идут, а ты так и остался самым недальновидным божеством во всей вселенной. Ты мог допустить мысль, что электросеть этого города сможет убить или обездвижить меня? Этого совершенно недостаточно, — ухмыльнувшись, покачал головой Масамуно, сев на собравшийся из плоти стул. Заметив, что Ника готовится атаковать, культист, выпустив энергию по радиусу, буквально прибил божество к полу. — Не стоит так на меня реагировать, я пришёл, дабы договориться, не более и не менее.

— С чего бы нам тебя слушать? — спросил Рэндел, прищурившись.

— Ох, понимаете ли, ваш засланный шпион больше не является для меня чем-то полезным. Возможно, я перегнул палку в своих методах воспитания, но этот мальчишка больше меня не интересует. Проще говоря: Эван мне надоел. Да и что я могу сделать, раз своего девятого архангела я вернуть не смогу, а это всё что мне было нужно, — ответил ему Чиеро, положив ногу на ногу.

— И мы должны тебе поверить, ублюдок?! — выкрикнул Ника, но его тут же лишили дара речи, отчего его лицо украсила гневливая гримаса.

— Ну-ну, Ника, в дипломатических разговорах так не выражаются. Но на твой вопрос я, так уж и быть, отвечу. Видишь ли, у меня есть вполне весомый аргумент, — щёлкнув пальцами, тот преобразовал в ладони сияющий бирюзовый шарик, который тут же лопнул, высвобождая сидящего внутри Эвана. — А вот и он – мой аргумент, — на его лице расплылась самодовольная улыбка, ведь он чётко видел, что вторая сторона не могла понять: настоящий ли Лоуренс?

— Извините, я не знаю, как вас звать, но как мы должны понять, что он реален, а не является копией или иллюзией? — донеслось от Юрэна, который с трудом, но мог переставлять ноги, что без каких-либо сомнений удивило Чиеро.

— Какой хороший вопрос, юный Брухма! — воскликнул Масамуно, встав и притащив актёра к ногам Сюна. — Пни его.

— А?.. Подождите, стойте, откуда вы знаете что...

— Чиеро, Юрэн не такой идиот чтобы наносить вред тому, кто его не трогал, — перебил юношу Рэндел, наблюдая за ситуацией.

— Да что ты что ты, Рэндел! — громко промолвил мужчина, сев обратно на свой стул. — Делайте что хотите, это же ваш дом и ваша на то воля! Вы вправе выбирать то, что вы хотите сделать, — улыбнулся он ещё шире, посмотрев на Нику, на лице которого сменялись все возможные и невозможные спектры гневливой гримасы.

— Вау, как остроумно, — выразил своё недовольство Мейстер, тем самым оказав услугу своему товарищу, которому нагло заткнули рот.

— Ох, что вы, что вы, не стоит мне льстить! Но... Я уж и не надеялся, что вы подметите мой юмор, — издевался над ними Чиеро, заливаясь смехом.

— Может, мы перейдём ближе к делу? — воплощение страха перебило его, отчего культист успокоился и чётко заявил.

— Итак, я возвращаю вам этого червя, а вы просто не будете больше пытаться играть со мной, жульничая. Нет, я, конечно, понимаю, что вы хотели позабавить меня этим выступлением, но это выглядело крайне глупо. Это моё первое и последнее предупреждение. В следующий раз, если я засеку кого-то из вас, пытающегося влиться в моё творение... Ох... Тогда, поверьте мне, я заставлю вас завидовать мёртвым, — последние слова он произносил медленно, с характерной хрипотой и доносящимся откуда-то белым шумом. — Что же, на этом у меня всё. Спасибо за тёплый приём, чао! — улыбнувшись всеми зубами, Чиеро покинул их, а вместе с этим и давление тоже пропало.

— Что это сейчас было? — ошеломлённо спросил Ника, посмотрев на Рэндела.

— Я не имею ни малейшего понятия... — ответил ему Мейстер.

— Слушайте, а у него точно всё хорошо? — поинтересовался Юрэн, указывая на Эвана.

— Точно, Эван, чёрт тебя побери, — подскочив к тому, божество солнца и небес начало слегка бить его по лицу. — Вставай, идиот!

— Мне кажется, что вымещать на нём свой гнев не лучшее решение, — сказал Сюн, положив ладонь на плечо солнцеликого.

— Тш-ш, Инь, не стоит, — промолвило воплощение страха, оттащив студента назад.

— Но ему же и так плохо... — попытался возразить парень, но его аргумент умело покрыли.

— Если продолжишь, то плохо будет нам, — прошептал мужчина, а после нормальным тоном сказал. — Пойдём, найдём свечи, иначе, когда наши дорогие сокомандники придут, то сильно удивляться, почему у нас такое прекрасное живое лунное освещение, — и на этом Юрэн и Рэндел удалились из гостиной в кладовку.

— Да твою мать, очнись, идиот, тебя половину месяца не было! — воскликнул Ника, в последний раз ударив актёра, отчего тот проснулся.

— Ну как? Хорошо я сыграл для Чиеро? — с лёгкой ухмылкой спросил Эван, вытирая проступившую кровь из носа пальцем. — Мог бы побыть нежнее с моим лицом, я же актёр как-никак!

— Что?.. То есть...

— Ага, я блистательный актёр, а вы что ожидали, я похищаю сердца милых дам одним своим лицом? — застал врасплох товарища Лоуренс, улыбнувшись сильнее, а после, громко рассмеявшись. — Боже мой, Ника, видел бы ты сейчас своё лицо! Я... Серьёзно, видел бы хоть кто-то твоё лицо, где свет?

— О? А! Рэндел немного переборщил с использованием своей силы, — процедил Ника, на что получил ожидаемый вопрос.

— Стой, стой, кто такой Рэндел? — поинтересовался парень, скинув с себя бога и встав на ноги. — Подожди меня здесь, сейчас продолжим разговор, я за свечами, — и после этого он поспешно убежал в кладовую, где... Его реакция не заставила себя долго ждать. — Ника! У нас воры! Звони в полицию, быстрее!

— Ника, тут труп ожил, быстрее зови Ши! — прикрикнул Рэндел, а после раздался грохот и оба крикуна выпали на пол в коридор, а над ними стоял Юрэн, держа в руках свечи.

— Я нашёл тут какие-то свечи и подсвечники! — искренне сказал юноша, неловко и кривовато улыбнувшись во все зубы.

Спустя минуты три-пять, когда все успокоились и выяснили кто кому союзник, они уже сидели при свечах.

— Итак, с чего бы начать... — проронил Ника, почесав затылок.

— Может, представишь мне наших новых союзников? Ибо же если про Шушу я знаю, то вот они... Настоящая мистерия в плоти, — предложил Эван, закинув ногу на ногу.

— Что же, тогда знакомься, — предложило божество солнца и небес.

— Меня зовут Инь Сюн Юрэн, я – бог баланса, но не стоит слишком волноваться, я... Мягко говоря – бесполезен и больше похожу на обычного студента-подростка, не более и не менее, — произнёс Юрэн, протянув и пожав руку актёру. — Приятно познакомиться!

— И мне тоже приятно с тобой познакомиться, — спокойно ответил Лоуренс.

— Меня зовут Рэндел, я – первородный бог страха, рад познакомится, я отвечаю за наш командный дух, если так можно сказать, а ещё пытаюсь сглаживать углы, — сказал Рэндел, постукивая пальцами по какой-то из книг.

— А ты, я так понимаю, тот самый Эван Лоуренс из-за которого наш Ника так резко стал гуманистом, популистом, главным защитником прав смертных и в целом, решил действовать более человечно, нежели в первый раз своего падения.

— Первого падения? — поинтересовался Эван, переведя взгляд на Нику. — Почему ты ничего об этом не рассказывал?

— Может, потому что тебя не было несколько недель подряд, гений? — сказало божество солнца и небес, скривив недовольное лицо.

— Ах да, точно, постоянно забываю об этом! — воскликнул Лоуренс, а после выдал. — Ну так, может, ты сейчас мне всё и расскажешь?

— Хм... С чего бы начать... — протянул солнцеликий, как вдруг, входная дверь открылась.

— Представляете, по какой-то необъяснимой причине во всём городе пропало электричество, так ещё и такси никак не вызвать, ведь вышки сотовой связи не работают! Тем более ещё и интернет выдаёт бесящее Е, — заявила Юлья, снимая куртку и обувь, в то время как Юки с помощью Эна сбивала с себя снег, Адольф и Шушу несли пакеты, а Мария просто напросто зашла и прямо в обуви развалилась на кресле.

— Так-так, тебя я не помню, что у нас за праздник? Свадьба? Поминки? Крещение? Или вы теперь всех подряд тащите в команду... Как это было с Агаци? — спросила Иванова, кинув осуждающий взгляд на Эвана.

— Что? Какой ещё новый участник команды? — удивлённо спросили Люхтен и Ларен, которые уже были в помещение, в то время как остальные ещё были на улице.

— Как интересно меня встретили, я приятно удивлён, — ухмыльнулся Лоуренс, стараясь сдержать подступающий смех от выражения лиц стоящих перед ним персон.

— Ты... Ты как вообще выбрался?! Я думала, что Чиеро такого предателя как ты освежует! — возмутилась француженка, в то время как немец причитал.

— О, чёртовы идиоты, ну что, когда нам ждать нападения от этого петуха? Сбежал, молодец! А отстаивать тебя нам, в целом, как всегда...

— Что с ними? — спросил у Ники, Рэндела и Юрэна актёр.

— Они просто... Как бы сказать, думали, что ты либо умер, либо предал нас, — спокойно промолвил Мейстер.

— Так, господа паникёры, успокойтесь, Чиеро сам принёс его нам на блюдце с золотой каёмкой, — ответил им солнцеликий.

— Чего так разорались, чертей Рэндела увидели? — поинтересовался Шушу, направившись на кухню. — Я ожидаю обещанного пиршества от Эвана, так что рад видеть, что тот ради кого я согласился тут быть, наконец, вернулся!

— Что-что вы ему пообещали? — удивлённо спросил Эван, посмотрев на Нику.

— А? Ну... Его никак иначе заманить нельзя было! Ведь во всей вселенной нет никого, кто мог бы также как и он идти по пути чревоугодия как он! — попытался аргументировать солнцеликий, но его перебили восклики оставшихся двух членов команды.

— Что?! Эван вернулся?! Да ладно! Лед, будь сдержаннее... Да-да, прости, Эйс... — донеслось от Эна. — Рад снова видеть тебя здесь, Эван!

— Чего? Ого, наш Лоуренс вернулся! Добро пожаловать домой, дружочек! — заявила Юки, а после, быстро пройдя к тому, достала снежок из рукава и кинула его ему в лицо, расхохотавшись. — Видел бы ты свою рожу! Вот умора!

— Ха-ха-ха, как смешно, Юки, — с ноткой сарказма заявил Эван, а после тепло улыбнулся. — И я тоже рад тебя видеть, а... А ты кто?

— А вы ему ещё не рассказали? — поинтересовался Фиммонс, посмотрев на всех присутствующих в комнате. — К примеру, про меня, Шэрон, Агаци и всё-всё остальное, что произошло за это время?

— Нет, но мы только собирались это делать, — ответил Рэндел, встав на ноги и начав свой рассказ. — Итак... Я пойду по порядку. Начну с начала, а именно с того момента как ты ушёл, не спрашивай откуда я знаю, ведь иногда тайна должна остаться... Тайной. Итак, Ника и Адольф были похищены мною, дабы я помог им закрыть конфликт пяти вековой давности. Мы навестили всех участников войны Свято, и кто-то присоединился, а кто-то нет. В прочем, вопросы закрыты, и теперь Адольф больше не горит желанием убить всех и каждого! Далее...

— А далее дай мне слово, — влез в его речь Эн, закрыв рот Мейстера ладонью. — Дальше Эйса похитила Мария. Лед пришёл к Юки и Шэрон, и они пытались это расследовать. Как итог, Юки и Лед попали в плен Марии, которая пыталась ими заставить Эйса говорить. Но у неё ничего не вышло, а уж тем более, потом эти двое набили ей зад и спасли Эйса! — довольно громко воскликнул последнюю фразу Фиммонс, на которую Мария выдала лёгкий смешок. — В общем и целом, команда воссоединилась, у нас была тренировка, а потом произошло столкновение с культом. В конце этой битвы умер Эйс, но мы убили Квиста Эля! — услышав упоминание Квиста, Эван отвёл стыдливый взгляд в сторону. — Лед же впал в кому, но! Потом братья слились вместе в Бездне, и вот мы тут! — завершив на этой ноте свою речь, мужчина подтолкнул Юки локтём, якобы намекая: «твой черёд говорить».

— Угх... Так вот, из-за пропажи Леда в Бездну Шэрон сбежала, мразь короче она. Но потом уже нам явился Эн. После этого боги притащили к нам Юрэна, который оказался очень хорошим пареньком. Далее к нам притопал кто-то из культа и с помощью Шушу, к нам пришла Юлья. А после неё с договором прибыла Мария, которую мы приняли, хотя кое-кто мог бы и обсудить с нами это решение. Ну, а дальше всё просто, мы провели оставшиеся дни спокойно, но к нам пришла ещё и Агаци, с желанием общими силами уничтожить культ. Но, сейчас она свалила после конфликта с Марией. Как-то так, а теперь... Пришёл ты, и на этом всё, — закончила говорить Ито, зевнув.

— Я... Понял... — процедил Эван, а после направился к лестнице. — Я... Отдохну, пожалуй, всё равно делать уже нечего раз света нет.

— Ага, давай, хорошенько отдохни, Эван! — прикрикнула Юки, в то время как все стали расходиться, она тоже уже собиралась идти к себе в комнату, как вдруг, её остановили Мария и Шушу.

— Юки, можно тебя на пару слов? Мария придумала дополнение к нашему плану на следующую возможную битву, — сказал бог воды.

— А? Окей... Я тебя поняла, — Ито прошла к ним и стала слушать их предложение, на что без какой-либо секунды обдумывания чётко ответила. — Да! Это фантастический план! Я... Выложусь на все сто!

— Да, я знаю, мои планы всегда такие, — заявила Мария, ухмыльнувшись.

И на этой ноте все жители дома разошлись по своим комнатам, дабы перевести дух перед наступающим днём.