Пепел и Сталь

   ────────────୨ৎ───────────           ▄︻デ══━一 ⛧°.⋆Глава 8⋆.°⛧                       Пепел и сталь                                "Ни-ки"   ────────────୨ৎ───────────

Дверь захлопнулась за мной с таким грохотом, что, казалось, содрогнулись стены всего проклятого логова. Я не помнил, как вылетел в коридор. Только бешеный пульс в висках, гул в ушах и этот... этот вкус поражения. Горький, металлический, как кровь на лезвии. Ее кровь. От одной мысли ярость клокотала в груди, грозя разорвать меня изнутри.

Я метнулся не в ванную– там зеркала, там я увижу свое лицо, а увидеть его сейчас значило увидеть слабака. Я рванул туда, где можно было дробить, ломать, рвать– в спортзал. Мозг был затуманен адреналином и позором. "Слабый". Ее шепот звенел в черепе громче хлопка двери. "Слабый". Она не дрогнула. Не закричала. Посмотрела. И назвала меня слабым.

Дверь в спортзал я не открыл– я выбил плечом. Она с треском распахнулась, ударившись о стену. Внутри, на скамье для жима, сидел Сонхун. Он только что закончил подход, тяжело дышал, пот стекал по спине. Он обернулся на грохот, и его обычно спокойное лицо исказилось от удивления, а затем– от настороженности. Он увидел меня. Увидел мои глаза. Я знал, как они горят– бешеным, нечеловеческим огнем, в котором гаснет все разумное.

— Ники? Что случилось? Ты... ты в порядке?– Сонхун медленно встал, отодвигаясь от снарядов. Его взгляд скользнул по моей руке– я все еще сжимал кулаки так, что ногти впивались в ладони, и по моей шее... Черт. Я машинально провел рукой по горлу. Чисто? Или там...? Нет, казалось, чисто. Но запах крови, ее крови, казалось, въелся мне в кожу.

— Отвали!– вырвалось у меня хрипло, почти рычанием. Я не мог говорить нормально. Голос был чужим, перекошенным яростью. Мне нужно было бить. Нужно было что-то разрушать. Я нацелился на боксерскую грушу, свисающую в углу. Без перчаток. Кулаки врезались в жесткую кожу с глухим, яростным стуком. Тук. Тук. ТУК! Каждый удар– это ее лицо. Ее холодные, презрительные глаза. Ее шепот: "Режь глубже... Слабый". Я бил сильнее, быстрее, пока костяшки не заныли, а потом и загорелись болью. Но боль была ничто по сравнению с пожирающим меня огнем стыда и гнева.

— Эй, полегче, парень! Ты себе руку сломаешь!– Сонхун сделал шаг ближе, но осторожно, как к дикому зверю. Его голос был низким, пытающимся успокоить.— Перестань говорю! А то от Чонвона не поздоровится. Что произошло? Кричали там, дверь вырвал... с Хисыной поругался?

Имя Хисына ударило, как ледяной душ. Он узнает... Если он узнает... Мысль была как нож в живот. Страх, холодный и липкий, смешался с яростью. Я не ответил Сонхуну. Просто продолжил лупить грушу, изображая глухоту. Удары стали еще яростнее, но уже с оттенком отчаяния. Слабый. Слабый. Слабый.

В дверь заглянул Сону. Он был в наушниках, но грохот двери и мои удары явно докричались. Он снял наушники, его умные глаза быстро оценили обстановку: взвинченный Ники, избивающий грушу голыми руками, настороженный Сонхун.

— Шум стоит на весь этаж,– прокомментировал Сону спокойно, но его взгляд был пристальным, анализирующим. Он не стал лезть в эпицентр, а подошел к беговой дорожке у стены. Включил ее на среднюю скорость и начал бежать, не сводя с меня глаз.—Напрягаешься перед заданием? Или Хисын что не так сказал?– Его вопрос был направленным. Он тоже подумал про Хисына. Логично. Кто еще мог довести меня до такого состояния?

Я не мог сказать правду. Ни за что. "Чуть не перерезал горло напарнице, потому что она назвала меня слабаком, а я струсил перед Хисыном"? Это был билет в один конец. В лучшем случае– в камеру пыток. В худшем– на дно реки в бетонных тапочках.

— Ничего!– выпалил я, пропуская слово между ударами. Голос сорвался.— Просто... завелся. Сама виновата!– Последнюю фразу я выкрикнул с новой силой ярости, вспомнив ее спокойный взгляд. Мои костяшки были содраны, на груше появились темные пятна. Ее кровь. Моя кровь. Все смешалось.

Сонхун перехватил взгляд Сону. Они оба понимали– "ничего" это ложь размером с дом. Но видели и состояние, в котором я был. Лезть ко мне сейчас было опасно.

— Сама виновата?– Сону поднял бровь, бег его был ровным, дыхание спокойным– разительный контраст с моей трясущейся, взмокшей фигурой.— Это про Хисына? Что она такого могла сделать, чтобы ты... так реагировать?– Его голос был ровным, но в нем читалось искреннее недоумение и нарастающая тревога. Хисына была новой, загадкой. А я вел себя как безумный.

Мысль о том, что они догадываются, что это связано с ней, заставила меня ударить грушу с такой силой, что она отлетела и ударилась о стену. Я стоял, тяжело дыша, пот заливал лицо, смешиваясь с пылью от груши. Руки дрожали не от усталости, а от невыплеснутой агрессии и страха. Страха перед тем, что я натворил. Страха перед Хисыном.

— Просто... заколебала!– прошипел я, избегая их взглядов. Я не мог смотреть им в глаза. Они увидят там остатки безумия, стыд, страх.— Сидит, дышит... Смотрит! Как будто все знает! Как будто... как будто свысока!– Я почти выдавил это, пытаясь хоть как-то объяснить свою ярость, не раскрывая сути. Пусть думают, что она меня "довела" взглядом. Пусть. Это было хоть какое-то подобие правды, кроме главного.

Сонхун осторожно подошел ближе, протянул полотенце.

— Дыши, Ники. Глубоко. Что бы ни было... драться с железом– не выход. Руки в кровь избил.– Его тон был скорее отеческим, чем осуждающим. Он видел состояние, и его беспокоило именно оно, а не причина.

Я швырнул грушу обратно на крюк с таким лязгом, что Сону на дорожке вздрогнул. Я схватил полотенце, не глядя на Сонхуна, и сжал его в кулаках, как будто это было горло Хисыны. Ярость не уходила. Она лишь притихла, сдавленная страхом и физической усталостью, превратившись в тлеющие угли где-то глубоко в груди. Угли, которые ждали лишь повода, чтобы вспыхнуть снова.

— Ничего... пройдет,– пробормотал я, глядя в пол. Это была ложь, и они это знали. И я знал. Это не пройдет. Пока она здесь. Пока она дышит. Пока она смотрит на меня этими всепонимающими, всепрезирающими глазами. Пока она знает, что я... отступил.

— Может, тебе воды?– предложил Сону, сбавив темп на дорожке. Его взгляд все еще был полон вопросов, но он понял– копать глубже сейчас бесполезно и опасно.

Я помотал головой. Вода? Что вода? Она не смоет этот стыд. Не зальет этот огонь. Не сотрет память о том, как дрогнуло лезвие в моей руке, когда она назвала меня слабым. И о том леденящем страхе при мысли, что он может узнать.

— Я... пойду,– выдохнул я, отбрасывая полотенце. Мне нужно было прочь. От их взглядов. От вопросов. От груши, которая напоминала о моей беспомощности. От самого себя.

Я прошел мимо них, не поднимая глаз. Сонхун сделал шаг в сторону, давая дорогу. Сону просто смотрел, его бег стал почти бесшумным на фоне моего тяжелого дыхания.

— Ники,– тихо сказал Сонхун мне в спину, когда я уже выходил.— Будь осторожен. С собой. И... с ней.

Я не обернулся. "Осторожен"? Я был слаб. И она это знала. И теперь они... подозревали. Я вышел в коридор, чувствуя, как их взгляды жгут мне спину. Ярость сменилась ледяной, тошнотворной пустотой. И одним железным решением, кристаллизующимся в мозгу сквозь пепел стыда и страх: В следующий раз. В следующий раз я не дрогну. В следующий раз она не успеет шепнуть. Даже если за ее криком придет сам Хисын. Я не буду слабым.

Я шел по коридору, сжимая окровавленные кулаки, и образ ее шеи с тонкой красной ниточкой пореза стоял перед глазами ярче, чем что-либо еще. Не глубокая. Не смертельная. Унизительная. Для нас обоих. Но в следующий раз... в следующий раз будет по-другому. Я заставлю ее бояться. Заставлю кричать. Заставлю узнать, кто здесь слабый.

А пока... пока нужно было прятать руки. Прятать глаза. Прятать ярость. И ждать. Ждать момента, когда страх перед Хисыном перестанет быть сильнее ненависти к ней.

——————————————————Ну что, день криминальной любви настал) думаю многие ждали продолжение этой истории. Не знаю, вроде вас предупреждала, но скажу ещё раз, Этот фф немного преостоновлен в действии, не из-за его написания, работа написана полностью. Фф остановлен из-за выхода другой работы, которая на данный момент заслоняет "Криминальную любовь" из-за своей популярности. Именно поэтому, главы стали выходить реже, и это продлиться не так долго, и в скором обретёт график выкладки)

Котята которые читают эту историю, напишите что-нибудь в коментиках, хоть точку поставьте, хочу убедиться что эта история хоть кому-то нравится) ну а на сегодня у меня всё, всем хорошего вечера или дня) Ваша Polina Park💓✨