Эпилог

Хару нес большую корзину, которую ему дали селяне соседней деревни в благодарность за охоту на злых духов. Заодно он привел в их поля духа доброго – пока еще юную, но уже сильную лисицу. Так что урожай в этом году обещал быть хорошим.

На подходе к "Роще памяти", как прозвали кладбище без имен, инугами свернул в сторону. Узкая тропка была здесь, как и прежде. Вот на ее обочине выросла крепкая рябина, где пролилась кровь небожителя, а вон и поганки, что разрослись от демонской крови. Целая поляна.

На месте старого жуткого храма теперь была площадка из камней с бьющим из-под земли источником, а дальше – деревянный остов дома с разрисованными стенами из рисовой бумаги.

Хару весело улыбнулся и вошел внутрь.

На небольшом постаменте имелась маленькая статуя знакомого светлейшего бога. Вокруг, где только можно, лежали и висели чудные творения: картины, нарядные халаты, резные шкатулки и свитки со стихами, латунные заколки и кисэру, жемчужная паутинка в кружевах. На окнах покачивались и крутились разноцветные ветерки, а птички склевывали оставленные кем-то булки.

Демон положил еще одну на пустое место, а потом снял со спины плетеный короб и сел на пол. Поклонился своему богу, касаясь лбом и руками пола, прошептал молитву.

Чуть позже, закончив, Хару, уже выходя из уютного храма Бога Талантов, столкнулся с горожанином, который чинно с ним поздоровался.

– Передайте мою благодарность господину Ин-Лу, – поклонился мужчина. – Он оказался прав! Мой сын куда лучше обращается с копьем, нежели с молотом кузнеца. Его уже взяли в ученики! И вам большое спасибо, что настояли и уговорили спросить у него совета!

– Обязательно скажу ему. Он будет рад, что мы сумели помочь.

– Вот, возьмите, господин Хару, – протянул он ему в ответ что-то, завернутое в платок, – жена передала.

Инугами замахал руками, отнекиваясь, но мужчина был непреклонен:

– Господин Ин-Лу – великий человек. Он так проницателен и при том так скромен! Я знаю, что он ни за что не возьмет благодарность, но нам с женой будет очень приятно. Пусть это и малость.

Хару, смирившись, взял кулек:

– Надеюсь, у вашего сына все будет хорошо.

– Я тоже. Но, думаю, теперь уж точно. Он делает то, что ему по душе и по силам, даже стал мягче и веселее. Раскрыть свой талант – дорогого стоит.

Попрощавшись с мужчиной, демон пошел дальше. Уже возле дома он снова сбросил свою поклажу и с наслаждением раскинул руки, подставляя лицо солнцу. Ветер трепал волосы и рукава рубахи.

– Ты как раз вовремя, Сюань, – раздался позади голос, от которого на лице инугами тут же расползлась улыбка. – Я только накрыл на стол.

Сонхо подошел к нему, забрал корзинку, и они вместе зашагали домой.

– Трудно было на охоте? Кого победил? Это жители деревни дали? – засыпал юноша вопросами.

– Я притащил им кабана. Обещали, что поделятся с нами копченым мясом и салом, ну и лучший кусок сразу отдали, – с удовольствием рассказывал Хару.

Он открыл перед Ин-Лу дверь, вдыхая вкуснейший запах обеда от самого талантливого смертного во всей Поднебесной. Ну... или не совсем смертного.

Конец