Глава 42

 Упоминание насилия. Самоубийства и тому подобное. Читайте с осторожностью!_____________________________

Вечереет. Небо заволокло тучами. Лучи солнца еле-еле пробивались сквозь серое полотно, но как только свет достигал земли, облака, словно нарочно, запирая в клетке мрака, заслонял божьи посылы. Трава завяла, чувствуя напряжённую и печальную атмосферу. Деревья пригнули ветки к земле, плача в такт капающему дождю, который с каждой минутой становился всё сильнее, пока не заволок всё пространство, будто густой туман.

Всё было серым. Только больница белым пятном виднелась на горизонте. По стеклу стекали капельки воды - следы, которые дождь оставлял абсолютно везде. Только в самом здании было сухо. Но, в отличие от улицы, там царила гробовая тишина. Кто-то спал, кто-то стоял у стойки регистрации, занимая очередь, кого-то только-только перевели в палату, а кто-то сидел на кресле, укрывшись от так внезапно хлынувшего дождя.

Но есть и обратная сторона этого здания. Там, где тишина не успокаивает, а навивает ужас. Там, где нет места смеху и беседам обо всём и ни о чём. Там, куда не ступит нога счастливого человека. Там, где никто никогда не улыбается. Там, где уходят жизни людей. Там, где нет стерильности: всюду кровь и различная жидкость, обшарпанные стены и отваливающийся потолок. Там всегда темно и сыро. Там пахнет прогнившей плотью и кровью. Там работают только люди, обладающие крепкими нервами. Но также...

Там можно проснуться, словно от глубокого сна...

В этом узком, но в то же время просторном помещении, помимо звука капающей на поверхность воды, стали слышны шорохи. Кто-то шёл, медленно перебирая ногами по каменному полу, при этом шаркая краями ботинок. Подол длинных штанов катился вслед за человеком, идущим вдоль стен смерти. Он шёл шатко, словно вот-вот и опорно-двигательная система откажет, повалив на пол парня. Глаза пустые, но в них теплится надежда, словно зайдя в одну из дверей, мимо которых он шёл, мальчик увидит человека, что обнимет его и скажет: "Я жив, всё будет хорошо".

Взгляд зацепился за номер одной из множества табличек. "38". Он собирался это сделать, не так ли? Маленькая рука легла на ручку этой двери, мелко дрожа. Мимо проходили люди с хмурыми лицами и сведёнными к переносице бровями. Они не обращали внимания на вошедшего, ведь таких у них было немало. По звукам сверху, можно было догадаться, что дело движется к грозе. Может, даже божественные силы чувствуют всю горечь потери молодого парня. Ручка медленно опустилась, отворяя дверь с тихим скрипом. В комнате было темно, темнее чем в коридоре. Но запах здесь другой. Стерильный, словно человек ещё не умер, а жив, просто крепко спит. Мальчик медленно подошёл к койке, на которой тело было покрыто белой простынёй. Оглядевшись, Изуку увидел множество шкафчиков с какими-то хирургическими принадлежностями и пробирками. На разделочном столе, что находился сбоку, лежали...

Мидорию начало тошнить. Он снова повернулся к телу, но глаза уже более менее привыкли к темноте, так что ему не составило труда разглядеть чёрные, волнистые волосы, что свисали с поверхности, будто тянулись на свободу, пытаясь вытащить хозяина из пучин смерти. Воспоминания со слезами внезапно накрыли Мидорию. Он медленно опустился на стул, резко вытер слёзы. Ему нельзя быть слабым в таких обстоятельствах. Айзава был бы расстроен. Мальчик, дрожа, взял кончик простыни и открыл вид на расслабленное лицо.

Слёзы вновь своей пеленой закрыли весь обзор, делая все детали расплывчатыми. Он вновь и вновь вытирал их, но солёная жидкость только сильнее приливала к глазам и уже лилась по щекам к подбородку.

Вдруг, сзади раздался щелчок. Мидория резко обернулся на звук, из-за чего стул пошатнулся и он чуть не полетел вниз, но мальчик вовремя успел ухватиться за ручку койки. Дверь скрипнула, и недовольный голос из темноты начал шипеть.

- Чёрт. Почему так темно? - сразу после этих слов свет включился с тихим треском. Это на пару секунд ослепило парня. Он несколько раз поморгал глазами, но тёмные пятна всё равно мешали обзору. Однако, это не помешало разглядеть вошедшего сюда человека. Длинные волосы, цвета яркого блонда, переливались на свету светло-жёлтым оттенком, кожа была бледна, одежда помята, а руки мелко дрожали. Казалось, человек уже почти смог смириться со смертью любимого.

Мужчина поднял голову и зелёные, чуть тускнее обычного глаза, всмотрелись в сидящего перед ним парня. Он поднял руку и потёр лицо, словно неверя увиденному, но, получив тот же результат, прошептал:

- Изуку? Что ты... Откуда... Как ты? - не сразу подобрав нужного вопроса, спросил Мик.

"Могло быть и лучше" - показал Мидория, указывая на стул рядом с собой. Ямада принял молчаливое предложение и присел рядом с парнем. Тишина окутала их, словно мягкий плед, укрывая их от гнетущей атмосферы морга.

Никто не решался произнести и звука, поэтому мужчина и парень сидели два часа в своих мыслях о прошлом, не проронив ни слова. Первым ушёл Мидория. Он встал со скрипучего стула, что готов был развалиться в любой момент, и, попрощавшись с Хизаши, вышел за дверь палаты. Сейчас был день, так что весь вечер был у него в распоряжении. В конце концов, он собирался ещё немного понаслаждаться жизнью...

***

По прибытию домой, Ямада не находил себе места. Каждый уголок дома, будь то холодильник или шкафчик с вещами, где частенько обитал их кот - абсолютно всё напоминало ему о Шоте. Одежда, висящая в шкафу, магнитики, прикреплённые где попало, значки, тетради - всё было прямым и косвенным напоминанием о его погибшем муже. Ему очень тяжело без него.

Но ведь есть ещё человек, который переживает смерть Айзавы, и с каждым разом он становится всё более увядшим, будто потерял не просто друга и наставника. Глаза не выражают ни единой эмоции, потеряли былой, рвущийся наружу, блеск, волосы растрёпаны, словно человек уже давно перестал заботиться о себе. Забыл значение слова "гигиена", словно утратил весь смысл жизни.

Нет. Хизаши не намерен стоять в стороне. Он сегодня же приедет к Незу и скажет ему о ребёнке. О его состоянии, о его молчаливости, в конце концов!

Два часа спустя, из жилого района, где не было и упоминания о людях, по темноте проехала чёрная фура, поблёскивая под светом жёлтых фонарей, тусклеющих с каждой минутой, словно отсчитывая время, что осталось до рождения на небе новой, очень молодой звёздочки...

***

22:30.

Это то время, когда они с Сотриголовой обычно сидели на крыше, болтая о всяких разных мелочах. Если бы он не встретил этого мужчину, который стал чем-то большим, чем просто наставник и проводник в темноте мрачных мыслей, то, скорее всего, он решился бы на последний шаг ещё в прошлом году.

Изуку стоял на крыше того здания, где он впервые встретил Ластика как линчеватель. До сих пор тут есть те злополучные капли крови, которые въелись в бетон, не желая покидать место вечного уюта и спокойствия.

Flashback:

*Ну-с, начнём!* И начали появляться первые переливающиеся звуки гитары. От игры юноши так и хотелось присесть рядом. И кое-кто всё же так и поступил.

Звук поставим на всю и соседи не Кто под нами внизу, вы простите меня.А потом о любви говорить до утра.Это юность моя, это юность моя.Знаю, мы сегодня точно не уснём.Знаю, будем до утра смотреть на звёзды...

И именно в этот момент на небе зажглись первые такие маленькие огоньки, но настолько сильно греющие душу звёзды...

Тебя греют мои руки и костёрТак красиво поднимает искры в воздух. Ветер ласкает глаза, солнце уходит в закат.Кто был со мной до конца, с теми ни шагу назад.И вот мы стали сильней, но накрывает тоска,Я соберу всех друзей и тогда.Звук поставим на всю и соседи не спят,Кто под нами внизу, вы простите меня.А потом о любви говорить до утра.Это юность моя, это юность моя.

Слышит музыку уже весь двори мы ставим это на повтор.Ревёт мотор, катим вперёд,в центре уже отдыхает народ. Эй, прибавляй звук, настежь окно,Снова на всю из колонок Dabro.Пара друзья также подруг,Не предам их и на сердце мечту.Две белые косички подлетают наверх,Я тебя целую в губы, и ты в ответ.Подходи ко мне и только закрывай дверь,Я хочу побыть с тобою наедине.За стеной бит и бас гремит,Мы снова не спим, пока весь город спит.И я знаю одно - наше время летит...

И тут меня будто громом поразило. Я напрягся, так как заметил чьё-то присутствие. Кто-то явно прожигал взгядом мою спину. Я медленно обернулся. На меня смотрело два красных глаза

- Я уж думал не заметишь. Мы ещё не закончили, так что, предлагаю продолжить то, что начали. - Он начал медленно приближаться. Я же наоборот, отступать. - Но-но! Там обрыв. Свалишься, самому ведь хуже будет. - Мне не оставалось выбора, как только стоять и ждать когда злодей подойдёт и вновь уведёт меня в тот переулок... Но тут я вспомнил про ножи на кожаном ремешке, что висели у меня на поясе.             - Послушный мальчик. Со всеми бы так... - Когда он подошёл вплотную и вновь сжал мне горло, я не стал медлить, схватил с ремешка длинный ребристый ножик и воткнул в живот злодею. Он закричал что есть мочи, но тут же закрыл его руками. Послышались шаги неподалёку и я юркнул на лестничную площадку. Там было достаточно темно и меня не должны были заметить.

***- Что за чертовщина такая!?- Выругался Айзава. Он только что прибыл на место происшествия. Вовремя же я успел спрятаться. На крыше можно было разглядеть еле заметное чёрное пятно, которое двигалось в сторону спуска. Пора сваливать. Видимо, жизнь не любит меня, ведь именно в этот момент он посмотрел вниз. Глаза ониксового цвета уловили мои глаза, расширившись в кратковременной панике, но эта эмоция пропала так же быстро, как и появилась.

 - Эй! Пацан! - крикнул он мне - Это было опасно и безрассудно! Тебе очень повезло! Сейчас мне нужно наблюдать за особо опасным преступником, который сбежал не так давно. И между прочим, сегодня почти что украл одного подростка, который судя по всему гулял утром. 

После этих слов я встал в ступор. Он думает, что говорит мне о совершенно другом человеке, но ведь речь идёт обо мне! Я не понимаю, он волнуется что ли? Именно сейчас меня начала бить дрожь.

- Что случилось? Может помочь? - Возможно мне показалось, но в его голосе слышалась немалая такая тревога. Воспоминания нахлынули на меня вихрем из бинтов и алеющих глаз при активированной причуде.

Пацан: В-в.. вы? - прошептал я в неверии. Только спустя тринадцать секунд я понял, что спалился. После осознания я как можно сильнее оттолкнулся от стены, чуть сдирая кожу рук о грубый, давно не шлифованный бетон, и побежал вниз по лестнице. Мои шаги эхом отдавались от стен заброшенного здания. Выйдя на улицу, я почувствовал как ветер бил мне в лицо, но останавливаться я не собирался. Позади послышался вой сирен. Похоже, сегодня я успел убежать вовремя. Но чувство надежды на повторную встречу теплилось у меня в груди искрящимся угольком, который вот-вот даст огонёк.

End Flashback.

Тучи заволокли небо, скрывая мелкие звёзды от тёмно-зелёных болотных глаз. Мальчик грустно смотрел на выступ, где произошла его стычка со злодеем. Мысли о гитаре навевали воспоминания о том времени, когда всё было более менее хорошо. О времени, когда мама была жива, Великодушный и Ла-Брава пили чай в потайном подвале возле дивана, а Айзава тренировал его тело, чтобы он смог поступить на геройский курс.

Его мысли текли стремительным потоком, который смывал все самые хорошие чувства, оставив после себя лишь пустоту и одиночество.

Телефон в его кармане завибрировал. Это был Цукаучи. Он написал небольшое текстовое сообщение, содержащее в себе всю горечь и сожаление, которые испытывал честный детектив. От того, что было написано в смс, у Которстрофы навернулись слёзы на глаза.

Дорогой Риям.

Я очень не хочу писать тебе это. Не хочу, чтобы данное сообщение вообще когда-либо печаталось, но не мне выбирать. Я очень сожалею и приношу тебе глубочайшие извинения, хотя понимаю, что ты, скорее всего, не примешь их. Эта ситуация очень больно бьёт в самое сердце, и то, как поступили наши сотрудники, просто недопустимо. Как бы мне не хотелось этого говорить, я обязан осведомить тебя, как заявляющего о пропаже Тойи, что его поиски стали считаться безнадёжными, бесполезной тратой времени. Тот отряд, что отвечал за помощь в розыске, отказался как-либо сотрудничать именно в этом задании. Этих людей мы уволили сразу же, как только появилась возможность, но теперь твоего брата некому искать. Остальные люди заняты делом о недавнем нападении. Прими мои соболезнования.

Несколько раз перечитав текст, мальчик упал на колени.

Видимо, судьба решила подкинуть ему прощальный подарок. Что ж.

Зато теперь он на все сто уверен, что может спокойно окунуться в вечный сон.

***

Когда Ямада доехал до академии, было около девяти вечера. Блондин выскочил из машины, кое-как закрыв дверь, и побежал к воротам. Те тут же открылись, что говорило об известности его присутствия Незу. Мужчина протиснулся в образовавшуюся щёлку и, достигнув дверей учебного заведения, бросил сумку на первое попавшееся кресло. Коридоры были заполнены жуткой, тягучей темнотой. Она обволакивала каждый уголок коридора и любой предмет, находящийся в кабинете.

В поле зрения мужчины появилась нужная ему дверь. Она была давно знакома ему, но всё ещё пугала и настораживала своими нестандартными размерами. Красная мигающая точка была направлена прямо на Ямаду. Дверь с тихим скрипом отворилась. Тёплый свет вырвался из помещения, разгоняя густой воздух, давая вдохнуть полной грудью. Хизаши не понял причины такой атмосферы, поэтому зашёл в помещение, увидев более чем довольного директора за столом, имеющий громоздкий вид. Огромное множество людей пытались догадаться, на кой чёрт крысе понадобилась настолько большая мебель. В итоге весь учительский состав сошёлся на том, что это даёт хомяку некоторую уверенность и свободу движений.

- Добрый вечер, Ямада! - шерстяной сидел с высокой поднятой лапой, в знак приветствия, на что блондин ответил тем же, но в менее оптимистичной форме. - Возможно, ты задаёшься вопросом, почему я так счастлив? - Хизаши очень надеялся, что директор не нашёл себе подобного гения, поэтому, в надежде на ошибку, кивнул головой, ожидая дальнейших слов. - Я очень рад, что ты думаешь об этом! Ведь эта новость может порадовать и тебя!

Гладкошёрстный взял телефон, открыл чат и развернул экран к радиоведущему. Секунду спустя у Ямады расширились и заслезились глаза. Рука медленно поднялась и прикрыла рот рукой. Тихий всхлип заполнил комнату, а за ним последовали слова:

- К-Как... Этого быть не может... - прошептал блондин. В его потухших зелёных глазах появился маленький искрящийся огонёк, а слёзы потекли по лицу, отражая фотографию с телефона. На экране гаджета был открыт чат с, назначившимся главным, врачом Айзавы. Текст был не так важен, как отправленная на аккаунт Незу фотография. Серые обшарпанные стены, койка, у которой только три часа назад был Ямада и, пожалуй, самое шокирующее, сам Айзава, сидящий на краю койки. Лицо спокойное, улыбающееся, глаза затуманенные лёгкой дымкой, какая бывает только у человека, что долго и мирно спал. Щетина была всё та же, волосы чуть взлохмачены, но это не меняло того бодрого выражения лица спокойного, а главное, живого, Айзавы.

Под самой фотографией была надпись, оглашающая весь тот шок, который испытывают все находящиеся в помещении.

"Я ни разу не наблюдал ничего подобного. Отвергайте это сколько хотите и можете мне не верить, но могу сказать точно, что показатели, как психические, так и физические, в норме и даже выше!"

Хизаши встал – когда он сел? – и пошёл по направлению в больницу. Он обязан увидеть это собственными глазами. Он должен обнять своего безрассудного мужа и закатать того в пузырчатую плёнку, чтобы тот не смог двигаться и подвергать себя опасности.

Он будет долго оправляться от подобного.

***

- Что значит: "Он убежал"!? Как он убежал? Он, чёрт возьми, был бог знает в каком уголке своего сознания три дня! Этого времени вполне достаточно для истощения организма и полного отказа работы мышц! Так что вы имеете в виду под предлогом "Он убежал"?

Ямада был в шоке, ярости и растерянности одновременно. Как только он заявился в больницу и прошёл в комнату, где должен был лежать Шота, ему говорят, что тот сбежал без особой на то причины!

- То и значит! - говорил врач, широко раскрыв от шока глаза - Я зашёл прямо сюда и хотел провести расследования для окончательного диагноза, но Айзава-сан просто вскочил на ноги, несясь по коридору, словно от этого зависела его жизнь! - активная жестикуляция и рваные движения свидетельствовали о том, что мужчина в белом халате находится в том же состоянии замешательства, что и Хизаши. Блондин поднял руку и ущипнул переносицу. Не раз он понимал, что его муж бывает проблемным, но это переходит все границы! Даже тот факт, что он в самый разгар своего патруля влетел в окно, разбив его, с украденным ребёнком и чёрным уличным котом, заявляя, что он их усыновляет, не может превзойти это.

- Хорошо - глубоко вздохнув сказал радиоведущий. - Я пойду и отыщу его, а ты, пожалуйста, подготовь всё для осмотра. Нужно убедиться, что это не какая-то причуда "оживления" или что-то в этом роде. - Сущий Мик развернулся на каблуках, подняв руку на прощанье, и выбежал за дверь, ловя порцию холодного воздуха. Если дело касается Шоты, то он готов пойти на всё, что угодно.

***

Когда сознание начинает проясняться, то странное чувство неопределённости овладевает Айзавой. Лёгкое головокружение сбивает с толку, а волной нахлынувшие воспоминания только добавляют перчинки в мозг, что работал со скоростью сто миль в секунду. По каким-то неизвестным ему причинам, Шота не может двигать частями тела, что ну очень настораживало. Хотя, это не так удивительно. Битва с тем злодеем вывело его из колеи, поэтому тот факт, что он зафиксирован, его не удивляет.

Спустя какое-то время, Сотриголова начинает чувствовать запахи. Это...

очень-очень

странно. Вместо ожидаемого и резкого запаха различных антисептиков, к его рецепторам поступил запах крови и гнили.

К этому моменту он уже мог дёрнуть рукой, которую, не без труда, он приложил к носу, чтобы хоть как-то заглушить ходящие в этом месте зловония.

В больничной палате так пахнуть не может и не должно, значит, он в другом месте. Есть вариант, что его похитили, но это маловероятно, ведь он до сих пор помнит, как пришли его коллеги, спасая задницы его детей. Значит, что-то иное. Но что?

Додумать ему не дало резкое ощущение присутствия. До этого он был словно в дымке сознания, а сейчас смог полностью ощутить своё тело. К счастью, оно свободно двигалось. Он открыл свои тёмные глаза. Рябь заполнила его поле зрения. Это не является хорошим признаком. Значит, он проспал достаточно долгое время.

Мужчина приподнялся на локтях, оглядывая помещение. Отсутствие привычных тумб и лекарств насторожило проснувшегося. Герой сел на койке ровно. Комната была заполнена столами и шкафчиками, а возле него стоял шкаф с различными химикатами, состав которых он знать не хотел.

В тот самый момент зашёл полный мужчина в белом халате. Значит всё-таки больница. Его губы тронула лёгкая улыбка облегчения. Он посмотрел помутнённым взглядом на врача, что успел достать телефон и сфотографировал его. Зачем? А хрен знает. Чудак какой-то.

- С возвращением, Айзава-сан? - неуверенно спросил удивлённый врач. Шота кивнул и почувствовал резкую боль в висках. Сознание вновь помутнело, но на этот раз, он не провалился во всепоглощающую тьму. Он словно смотрел фильм. Он оказался на крыше. Тучи закрыли обзор на звёзды, а вывески не казались такими яркими. Но тут его взору предстал паренёк. Подросток, лет десяти. Тот сидел на коленях, обняв себя руками, рыдая. Что-то Шоте напоминал вид мальчишки. Тёмная толстовка... широкие штаны... пояс с ножами...

Погодите...

- Проблемный ребёнок! - крикнул он, тут же возвращаясь в реальность. Врач стоял на на том же месте, что и до этого, но лицо его было более тревожное.

Сотриголова больше не мог сидеть. Мужчина вскочил с койки, игнорируя резкое потемнение в глазах, двигаясь инстинктивно. Оттолкнув врача в сторону и открыв дверь, Шота оказался в совершенно незнакомом ему помещении. Тёмный коридор, такие же тёмные следы крови... Некогда! Айзава бросился к первой попавшейся двери, нажимая на кнопку. Это оказался лифт. Палец сам нажал кнопку первого этажа, после чего механизм тронулся, протягивая кабинку наверх. Темноволосого никак не смутил тот факт, что он был на минус первом этаже. Сейчас его мысли были заняты ребёнком, рыдающим на самом краю крыши.

Последние метры были преодолены моментально, и вот он уже бежит в сторону места, где он познакомился с Котострофой. Дождь хлестал по лицу героя, пытаясь сбить с надлежащего пути, но если бы Айзава поддался природе, был бы из него подпольный герой?

Спустя несколько минут утомительного бега, он замечает в трёх крышах от себя малюсенькую фигурку хрупкого мальчика. Он стоял на ногах, явно оттягивая момент неизбежного. Шота, не теряя времени, бежит к цели, в виде молодого линчевателя, которого доканала жизнь.

Парень начал делать медленные шаги, отчего Айзаве пришлось ускориться. Чем ближе он был, тем чётче становились мелкие капельки слёз, падающие на бетон крыши, подгоняемые дождём.

Шаг...

Второй...

Нога поднята над пропастью, готовой поглотить такого маленького мальчика и спрятать от такого огромного мира. Ластик шумно приземляется на парапет с противоположной стороны от силуэта, что начал опускаться всё ниже и ниже. Время замедлилось, дыхание Айзавы остановилось. Толчки ног о крышу стали грубее, но при этом мощнее и отчаяннее. Пальцы вцепились в шарф захвата, слёзы жгли глаза, а ребёнок падал на его глазах. Ещё мгновение, и тёмную фигуру размывает дождём. Парень скрывается за стеной крыши. Мысленно Шота уже слышит хруст позвонков мальчишки. Как же он жалеет о том, что был настолько медлительным...

Но произошло то, чего не ожидал подпольник. Серое оружие в его руках затянулось на чём-то. Это "что-то" шевелилось. Мужчина гулко сглотнул и подошёл к краю крыши, глядя вниз. Проследив взглядом за серой тканью, Шота чуть не упал от облегчения. Парень, мальчик, его Проблемный ребёнок был завёрнут в его шарф, покачиваясь из стороны в сторону. Видимо, он без сознания.

Аккуратно, насколько это возможно, он поднял ребёнка обратно, стальной хваткой обнимая обмякшее тельце. Слёзы свободно катились по щекам, оставляя мокрые дорожки.

- Я ведь чуть не облажался... - прохрипел Айзава в мокрую макушку ребёнка.

Две жизни, связанные нитью смерти, обрели ту часть опыта, которую им предоставила судьба. Чем дальше они будут продвигаться, тем больше будет раскрываться их скрытый талант...