Глава 98

Драко

Затягиваю Гермиону в темницу и быстро выхожу. Знаю, что ей всё это не понравится, но я должен поговорить с тётей наедине, а это может оказаться моим последним шансом, если сегодняшняя вылазка закончится не слишком удачно.

Обхожу тело Сивого и бесшумно двигаюсь к выходу, проходя совсем рядом с тётей Беллой. Она подбирается всё ближе к темнице, и я понимаю, что нужно её остановить.

— Я здесь, — говорю я, снимая с себя Дезиллюминационные чары.

Она резко разворачивается, и наши взгляды встречаются.

— Пора бы нам перестать видеться вот так, милый Драко, — говорит она.

Я слабо ей улыбаюсь. Кажется, она скучает по тем дням, когда я был просто маленьким послушным племянником.

Раздаётся хлопок, возвещающий о том, что Нэри появился в темнице. Тётя Белла оборачивается на шум, но я пускаю Жалящее заклинание, и она отвлекается, посылая в меня яркий импульс энергии. Узнаю её фирменное проклятие с щупальцами. Блокирую его и отвечаю ей парочкой своих любимых.

Одно из них вызывает в животе жертвы грибок, который уничтожает слизистую желудка. Желудочный сок начинает разъедать его стенки, а затем и остальные органы. Другое заклинание превращает волосы на голове жертвы в змей, которые атакуют как её, так и друг друга.

Работа над этими заклинаниями была частью моего обучения — Волдеморт всегда поощрял изобретательность. Я удивлён, что Поттер спросил меня только о том, что я каким-то образом умею выворачивать внутренности, но, наверное, он просто не стал слишком глубоко вникать во всё это.

Мы обмениваемся заклинаниями в быстром темпе, но это даётся мне не слишком легко.

Уворачиваюсь от серии атак и создаю вокруг себя мощный щит.

— Тётя Белла, постой.

Она останавливается, но не опускает палочку, выжидающе глядя на меня.

— Зачем ты это делаешь? — спрашиваю я. — Волдеморт мёртв. Только он мешал тебе освободить меня. Только он мешал тебе поступать правильно. Теперь, когда его нет, ты не обязана продолжать всё это.

— Драко, Драко, Драко. Я думала, ты всё понимаешь, учитывая то, сколько длится эта война, — говорит она, качая головой. — Я ненавижу Орден Феникса. Я боролась не только за Тёмного Лорда. Я всегда боролась против них. Его смерть не изменит...

— Это из-за Фрэнка Лонгботтома?

Её глаза распахиваются от удивления.

— Как ты...

— Неважно, как мне удалось узнать. Неужели ты не можешь просто забыть обо всём? Ты могла бы...

— Что? Предать всё, во что верила? Помочь тебе разделаться с пожирателями? И ради чего? Ради пожизненного заключения в Азкабане? Или, ещё лучше — ради поцелуя дементора? Ты этого для меня хочешь?

Воцаряется тишина.

Я не могу отрицать того, что между тётей Беллой и членами Ордена всегда существовала лишь ненависть, ведь она творила поистине ужасные вещи. Вещи, о которых никто никогда не забудет и не простит. Поттер единственный, кто знает её с другой стороны, но даже он, несмотря на то, как повзрослел за эти годы, не сможет простить ей смерть крёстного.

— И что тогда? — спрашиваю я. — Какой нас ждёт конец?

— Я не знаю, — тихо признаёт она.

Вдруг появляется Нэри и, прежде чем кто-нибудь из нас среагирует, хватает меня за руку и аппарирует, забирая с собой.

В следующую секунду я уже стою в своей гостиной.

Поворачиваюсь к домовику, прилагая массу усилий, чтобы не сорваться.

— Нэри, я думал, я сказал тебе дождаться, пока...

— Нэри очень жаль, Хозяин!

Вздыхаю и пару раз прохожу по комнате, чтобы успокоиться, перед тем как снова повернуться к нему.

— Почему ты так рано появился?

— Мисс Грейнджер сказала, что Хозяин был в опасности. Нэри не хотел, чтобы Хозяин погиб.

Качаю головой.

— Больше никогда её не слушай. Она всегда всё делает наоборот...

— Нэри очень жаль, Хозяин. Это больше не повторится.

Я машу рукой, заставляя его замолчать, неспособный справиться с раздражением, чтобы сказать ему, что всё в порядке. Медальон жжётся, я достаю его и читаю сообщение от Гермионы: «С тобой всё хорошо?». Вздохнув, отвечаю: «Нормально».

Спустя несколько мгновений оживает камин, и в пламени появляется её лицо.

— Идём к нам, — зовёт она.

Я медлю и бросаю взгляд на домовика:

— Можешь идти.

Нэри низко кланяется и отправляется в мою спальню. Интересно, чем он будет заниматься в свободное время, если теперь ему не нужно помогать другим эльфам в Мэноре?

Поворачиваюсь и вступаю в пламя.

В кабинете директора находятся только Гермиона, Блейз и Тео.

— Где МакГонагалл? — спрашиваю я.

— Все заняты обустройством новоприбывших, — сообщает Гермиона. — Хагрид вернулся с подкреплением из Шармбатона.

— Я забыл узнать, где ты пропадал перед тем, как мы пошли спасать Тео? — спрашивает Блейз.

— Отправился в Россию, чтобы попросить о помощи, — отвечаю я.

Гермиона выглядит заинтересованной, скорее всего потому, что я упомянул о России.

— И как всё прошло? — спрашивает Блейз.

— Удачно. Завтра здесь будут ещё тридцать пять человек.

— Звучит здорово.

— Ладно, теперь, когда Драко здесь, можно мне увидеться с матерью? — спрашивает Тео.

— Мы можем попробовать, но я сомневаюсь, что мадам Помфри пустит тебя к ней, — отвечает Гермиона.

— Остынь, приятель, — говорит Блейз. — С ней не случилось ничего серьёзного. Поговоришь завтра утром.

Тео вздыхает.

— И всё-таки можно спуститься в больничное крыло и спросить, — предлагает Гермиона.

Они пока что не доверяют Тео настолько, чтобы позволить ему передвигаться по замку без сопровождения. Это меня задевает, но не слишком — в конце концов, у него ведь и правда на руке Тёмная метка.

Мы выходим из кабинета и направляемся в сторону больничного крыла. Мне кажется, что я ходил этой дорогой слишком часто за последнее время.

Когда мы уже почти у цели, из бокового коридора появляется миссис Уизли, и мы останавливаемся.

— Идите пока без нас, — говорит Гермиона Блейзу и Тео.

Они переглядываются, но всё-таки уходят.

Подавив желание нахмуриться, вежливо улыбаюсь:

— Миссис Уизли.

— Мистер Малфой, — холодно приветствует она, а затем обращается к Гермионе: — Я видела вас вместе на празднике и слышала кое-что о вашей ситуации от близнецов и Джинни. Кажется, они считают... что так для тебя будет лучше.

Я чувствую, что за этим последует какое-то «но», и слегка напрягаюсь. Словно ощутив мою реакцию, Гермиона берёт меня за руку.

— Миссис Уизли, — говорит она. — Мы с Драко...

— Да, я понимаю, — отвечает она. — Я ведь тоже когда-то была молодой, как это несложно представить. Откуда иначе могло взяться семеро детей?

Я замечаю, что Гермиона слегка краснеет, и сжимаю её ладонь, сдерживая ухмылку.

— Я просто хотела сказать, что... желаю тебе счастья, — продолжает миссис Уизли. — Конечно, я была бы рада видеть тебя в качестве невестки, но ты и так мне уже как дочь, и я хочу, чтобы ты была счастлива.

Гермиона улыбается:

— О, миссис Уизли.

— Зови меня Молли, милая.

Гермиона отпускает мою руку, чтобы обнять её.

Когда они отстраняются друг от друга, миссис Уизли бросает на меня суровый взгляд:

— Разобьёшь ей сердце — будешь иметь дело с нами.

Я ухмыляюсь.

— Вот это да, Гермиона. Кажется, я нажил себе немало проблем. Мне уже угрожали возможной расправой Блейз и Поттер, а теперь ещё и целый клан Уизли.

— Тогда тебе, наверное, нужно быть со мной осторожней, — говорит она.

— С тобой я — сама осторожность, — отвечаю я, невинно улыбаясь.

— Ну, мне пора, — говорит миссис Уизли.

— Спасибо, Молли, — прощается Гермиона.

— Не за что, милая.

Миссис Уизли удаляется, и почти сразу же возвращаются Тео и Блейз — какое удачное совпадение.

— Ты была права, Грейнджер. Мадам Помфри даже не пустила меня в покой. Сказала, что там и без меня слишком много людей, — сообщает Тео.

— Да, и ещё она просила тебя помочь ей собрать трав для зелий. Её запасы почти на исходе, — говорит Блейз.

— А как же Невилл? — спрашивает Гермиона. — Он тоже мог бы помочь — он всегда любил травологию.

— Она не знает, где он. Спросила о тебе, потому что ты всегда со мной, — отвечает Блейз.

— Ну ладно, — говорит Гермиона и обращается ко мне: — Хочешь пойти со мной?

— В траве ковыряться? Нет, не горю желанием.

Блейз усмехается:

— На Слизерине никогда не жаловали травологию.

— Что ж. Это были тяжёлые два дня, вам нужно отдохнуть. Я пойду к мадам Помфри, спрошу, чем именно могу помочь.

— Приходи, когда закончишь, — говорю я ей.

— Хорошо, — улыбается она и тянется ко мне, чтобы поцеловать.

Тео громко присвистывает.

— Спасибо, Тео, — саркастично отзываюсь я.

Гермиона снова улыбается:

— Кажется, твои друзья меня одобряют.

Ухмыляюсь:

— Да, они оказались куда дружелюбнее, чем твои. На удивление.

— Только потому, что все знают, что если из нас двоих кто и может кого обидеть — так это ты меня.

— Убеждай себя в этом.

— Ой, да уединитесь уже, вы двое, — говорит Тео.

Гермиона смеётся.

— Пока, мальчики.

— Пока, — отзываемся одновременно мы с Блейзом.

Она поворачивается и уходит в больничное крыло.

— Ты уже... — начинает Блейз, когда она отходит от нас на приличное расстояние.

— Нет ещё, — обрываю я. — Поговорю с ней, когда буду готов.

— Поговоришь о чём? — спрашивает Тео.

— Ни о чём.

— Тётка Драко убила его мать, — объясняет Блейз.

— Это... это правда?

Я киваю.

— Давайте не будем. Я не хочу это обсуждать.

— Ладно, — соглашается Тео.

Какое-то время мы молчим.

— Давно мы не проводили время втроём, — замечает Блейз.

Бросаю взгляд на Тео.

— Идём, — говорю я, направляясь туда, откуда мы пришли.

Блейз и Тео следуют за мной, не задавая вопросов, и мне почти кажется, что мы снова обычные студенты. Раньше они так же ходили за мной, зная, что я обеспечу им веселье без всяких последствий — ну, почти всегда без последствий. Жаль, что те времена уже не вернуть.

Мы снова оказываемся в кабинете директора, я подхожу к камину и бросаю в пламя горсть летучего пороха.

— Драко, ты в этом уверен? — спрашивает Тео.

Значит, он понял, куда мы направляемся.

— Давно пора, — говорю я. — Ты один из моих лучших друзей. Просто нелепо, что Поттер и Уизли увидели это место раньше тебя. Идём.

Блейз заходит первым. Я кладу руку на плечо Тео и провожу его с собой через защиту Доверия. Когда мы на месте, я закрываю доступ к камину.

Тео оглядывается вокруг:

— Значит, ты всегда разговаривал со мной отсюда.

— Ага.

— Я... — начинает он, но замолкает.

— Что?

— Ты назовёшь меня сентиментальным дураком, — говорит он.

Я усмехаюсь.

— Буду держать рот на замке. Обещаю.

Какое-то время он недоверчиво смотрит на меня, но всё-таки говорит:

— Для меня это... очень много значит. То, что ты привёл меня сюда. Я думал, этот день никогда не наступит.

Открываю рот.

— Не смей, — говорит он.

— Я собирался сказать, что рад тому, что ты осознаёшь, как это место важно для меня, — отвечаю я, ухмыляясь.

— Вы заставляете меня чувствовать себя третьим лишним, — наигранно дуется Блейз.

— Кончай ныть. Он привёл тебя сюда гораздо раньше, чем меня.

Обиженная гримаска быстро сменяется довольной ухмылкой, и Блейз отвечает:

— Это правда. Драко, может, не стоит так открыто выделять любимчиков?

— Ты-то на что жалуешься? Тебя всегда выбирали первым и я, и Тео, — говорю я.

— Эй, и когда же это я... — начинает Тео.

— Оказавшись перед выбором, ты предпочёл спасти его, — отвечаю я.

— Это нечестно, — возражает Тео. — Я увидел у тебя Тёмную метку и запаниковал. Разве я не остался с тобой в итоге?

— То есть ты пошёл к ним добровольно? — хмурится Блейз.

— Ну, я...

— Ты бросил меня совсем одного, зная, что от меня отвернулась семья и все друзья. Ты сделал это нарочно?

— Мне очень жаль, — отвечает Тео, поникши под его взглядом.

— Ладно, Блейз, кончай. Ты же знаешь, он не понимает, когда ты шутишь, — говорю я.

Глаза Тео расширяются от удивления:

— Так ты это не серьёзно?

— Ну конечно, — усмехается Блейз.

Он прячется за мной, чтобы увернуться от тумака, и мы смеёмся.

— Почти как в старые добрые времена, — говорит Тео, подходя к дивану. Он указывает на него жестом, спрашивая разрешения присесть, я киваю.

— Блейз, как для тебя прошли все эти годы? Без шуток, — спрашивает Тео, усевшись.

Блейз пожимает плечами.

— Могло быть и лучше.

— Да ну? Я думал, ты жил в сказке, — саркастично ухмыляюсь я.

— А кто сказал, что нет? — парирует он.

Игнорируя наш обмен колкостями, Тео обращается ко мне:

— Что у вас с Грейнджер?

Слежу за тем, чтобы на лице не отразились эмоции, думая о том, что ему ответить. Но прежде, чем я это сделаю, Тео бросает взгляд на Блейза, и его словно осеняет.

— Нет, — говорит он. — Нет, ты шутишь. Гермиона Грейнджер? Та девушка, по которой Драко...

— Советую тебе замолчать, дружище, — предупреждаю я.

Тео продолжает смотреть на Блейза, и я тоже поворачиваюсь к нему:

— Я думал, я просил тебя...

— Эй, вообще-то я сдержал обещание. Я никогда не упоминал её имя, — говорит Блейз, поднимая руки в примирительном жесте. — Ты сам видел его реакцию.

Я качаю головой.

Блейз ухмыляется:

— Тот факт, что ты взял с меня обещание только не произносить её имя, лишний раз доказывает, как сильно ты тогда помутился рассудком.

— Продолжай, Блейз. Продолжай в том же духе, — бормочу я.

— Признайся, тебе не хватало меня все эти годы.

Снова качаю головой, но его ухмылка становится только шире.

— Даже не вспоминал тебя ни разу, — отвечаю я.

Прежде, чем Блейз ответит, Тео заверяет его:

— Всё нормально, Блейз. Я постоянно о тебе думал.

— Спасибо, Тео, но это не совсем одно и то же.

— О, я вижу, — отзывается Тео.

Пару минут мы просто молчим, глядя друг на друга с идиотскими ухмылками, и мне кажется, что мы снова в школе. Я скучал по этим разговорам ни о чём, по обсуждению каких-то обычных вещей. Слишком долго все мои мысли были заняты войной, крестражами, Волдемортом, пожирателями смерти. Очень здорово отвлечься от всего этого на время и подумать о чём-то другом.

— Помните, как мы однажды решили полетать ночью на мётлах? — вдруг спрашивает Блейз.

— Ты имеешь в виду ту ночь, когда меня чуть не прикончила Гремучая ива? Как я мог забыть, — отзывается Тео.

Я усмехаюсь:

— Откуда мне было знать, что она не спит? Когда я пролетал мимо, всё было спокойно.

— Так это ты её и разбудил. К тому времени, как я к ней приблизился, она уже проснулась и была в ярости.

— По крайней мере, тебе удалось избежать наказания, — говорит Блейз. — Снейп заставлял нас скоблить дурацкие котлы часами.

— Да, зато мне пришлось проваляться в больничном крыле неделю.

— Мы помним. Ты заставил нас навещать тебя каждый день.

— Я же не просил вас таскать мне цветы.

Блейз смеётся:

— У тебя их и так было навалом. Пэнси каждый день приносила по венику.

— Только потому, что хотела чаще пересекаться с Драко.

Я качаю головой.

— Давайте опустим. Не хочу даже думать о ней.

— Она напоминает тебе об всём, что ты предпочёл бы забыть? — подкалывает Блейз.

— Как тебе — Дафна? — парирую я.

Блейз перестаёт улыбаться, и мне тут же хочется себе двинуть.

— Прости, это был рефлекс.

— Всё в порядке, я на это напрашивался, — отвечает он.

— Насчёт Дафны... — говорю я, обращаясь к Тео. — Когда я связывался с ней, притворяясь тобой, Астория сказала...

— Астория просто дура, — перебивает Тео. — Ты знаешь, что она всегда врёт, ведь сам же называл её неисправимой лгуньей.

Когда я такое говорил?

— Вообще-то, это я её так назвал, — поясняет Блейз. — В тот раз ты разговаривал со мной, притворяющимся Драко.

Тео хмурит брови.

— Так значит... Когда Драко сказал, что упражняется в человеческой трансфигурации... это на самом деле был ты, Блейз?

Блейз кивает.

— Так, мы немного отвлеклись от темы, — напоминаю я. — Тео, откуда тебе знать, что именно сказала мне Астория?

— Потому что она много раз обсуждала это со мной, — отвечает Тео.

— О чём это вы двое? — спрашивает Блейз.

— Ты врёшь, Тео. Я не люблю, когда ты так делаешь, — говорю я, игнорируя вопрос Блейза.

Я замечаю, как заходили желваки на его лице, но он просто опускает взгляд и, рассматривая свои руки, говорит:

— Да всё нормально.

В который раз доказывая, что он, возможно, самый проницательный ублюдок в мире, Блейз тихо произносит:

— Тебе нравится Дафна.

— Нет, — отвечает Тео.

Блейз лишь хмурится.

— Как давно?

Тео качает головой.

— Я не...

— Ты можешь врать кому угодно, но нас двоих ты не обманешь, — говорю я.

Он вздыхает.

— Ладно. Да, она мне нравится. Но ей на меня плевать, ну, не совсем плевать, но не настолько, сколько мне на неё не плевать. Довольны?

— Нет, — отзывается Блейз.

— Мне жаль, — говорю я, не совсем уверенный, к кому из них обращаюсь. Наверное, к обоим.

— Тебе ли меня жалеть? — спрашивает Тео так, будто собирается огрызнуться. — По крайней мере, я выбрал кого-то из наших. Ты вообще влюбился в грязнокровку.

— Для меня это уже давно не имеет значения, — говорю я.

Он пожимает плечами.

— Тео, — окликает Блейз, — на шестом курсе. Ты уже тогда?..

Долгое время никто из нас ничего не говорит.

Блейз вздыхает и опускает взгляд в пол.

— Чёрт.

— Ты ведь не знал, — говорю я.

— Мог бы догадаться, — отвечает он. — Тео, дружище, ты должен был сказать мне.

— Что я мог тебе сказать? Когда тебе в голову приходит какая-то идея, тебя просто не остановить, — говорит Тео с горечью. — Ты бы не остановился.

— Нет, остановился бы. Ради кого-то из вас я бы остановился.

— Испортив себе репутацию? Я так не думаю, — фыркает Тео.

— Эй, эй, давайте не будем ссориться, — призываю я.

Блейз кивает.

— Я понимаю, почему ты так говоришь, Тео. Но я знаю себя. Я бы...

— Какой смысл обсуждать это сейчас? Уже слишком поздно что-то менять.

— Не могу поверить, что мы ничего не заметили, — говорю я. — Должно быть, ты был самым скрытным из нас.

Блейз мотает головой.

— Нет. Мы просто были увлечены своими делами. Я не видел ничего, кроме своей цели, а ты не мог думать ни о чём, кроме Гермионы. И своего задания.

— Но тебе всё равно как-то удалось узнать, что мне нравится Грейнджер.

— Стареешь, Драко. Это было ещё на пятом курсе.

— Точно.

— Тео, я...

Тео устало вздыхает.

— Хватит. Что сделано — то сделано, давайте больше не будем об этом.

Блейз стоит, опустив глаза, и я знаю, о чём он думает. Если бы он не был так упрям в своём стремлении завоевать Дафну, может быть, у Тео был бы шанс. Но мы ведь не можем быть уверены в том, что он бы и правда ей понравился.

— Уже поздно, — говорю я. — Можете занять комнату для гостей.

— Ладно, — отвечает Блейз, направляясь туда.

Тео встаёт с дивана и следует за ним.

— Никаких драк под моей крышей, ясно? — говорю я им вдогонку, ухмыляясь.

— Да-да, мы обещаем хорошо себя вести, — закатывая глаза, отвечает Тео.

Когда за ними закрывается дверь, я иду к себе в спальню. Нэри нет. Интересно, куда он ушёл?

— Нэри!

Домовик появляется сразу же.

— Да, Хозяин?

— Отправляйся в Хогвартс и помогай эльфам во всём, чем бы они ни занимались.

— Как долго, Хозяин?

— Пока я снова тебя не позову. Теперь ты принимаешь приказы от профессора МакГонагалл, понял?

Он кивает.

— Да, Хозяин.

— Тогда ступай.

Он аппарирует, я опускаюсь на кровать, гадая, когда вернётся Гермиона.

***

Что-то обжигает грудь, я подскакиваю, массируя кожу, затем понимаю, что это был медальон. Немного мешкаю, доставая его в темноте из-под рубашки и зажигая кончик палочки.

Сообщение резко приводит меня в чувства, от былой расслабленности не остаётся и следа: «На помощь. Засада».

Блядь!

Спрыгиваю с кровати и призываю из ванной свою чашу. Вспоминаю открыть дверь только тогда, когда она слегка ударяется об неё. Беру чашу в руки и ставлю на прикроватную тумбочку. Спустя пару секунд она уже наполнена водой, и я вижу Гермиону где-то на окраине Запретного леса. Как и следовало ожидать, окружённую группой пожирателей.

Чёрт меня подери.

Всё вокруг неё начинает размываться, и я понимаю, что она аппарирует. Значит, она была вне антиаппарационного щита.

Ну конечно. Там ведь были пожиратели — конечно она не на территории школы.

Жду, пока всё снова материализуется, чтобы аппарировать.

Держись, Гермиона. Я уже иду.