Глава 75

Гермиона

Как будто на голову опрокинули ведро с ледяной водой.

Воздух кажется таким болезненно-холодным.

Зрение ужасно испортилось — я вижу размытые силуэты, один из них будто бы движется в мою сторону. Инстинктивно делаю шаг назад и поднимаю палочку на приближающуюся фигуру.

Она останавливается, и я слышу мужской голос, говорящий что-то неразличимое. Качаю головой, показывая, что не понимаю, что он говорит. Он замолкает и просто стоит, ожидая, когда я приду в себя.

Мерлин, что со мной произошло?

Глубокий вдох.

Я на кухне в доме Драко — узнаю древесный запах, смешанный с множеством лёгких ароматов, доносящихся из различных котелков. Большинство ингредиентов и зелий хранятся в шкафах, которые не дают другим запахам просочиться.

Моргаю несколько раз, и размытые силуэты приобретают чёткую форму.

Драко стоит в нескольких шагах, обеспокоенно и осторожно изучая моё лицо. Заглядывая слегка влево, я вижу Рона, привязанного к стене. Кажется, он без сознания. Что произ...

Вспоминаю прежде, чем закончу мысленный вопрос.

Я думала, что сейчас умру. Я думала, что Драко заставил меня выбирать: либо я смотрю, как он душит Рона, либо выпиваю яд.

Я смотрю ему в глаза, и он понимает, что я очнулась.

От чего я очнулась?

Распахиваю глаза, когда воспоминания начинают наводнять голову.

Обрывки разговоров с Гарри, Блейзом, Драко, Роном. Разочарование на лице Блейза. Замешательство Гарри. Недоверчивый взгляд Джинни, когда я сообщила ей о своих чувствах к Рону.

Своих чувствах к Рону.

Внезапно подкатывает тошнота.

— Гермиона, — мягко зовёт Драко.

Я снова смотрю на него и вспоминаю пустое выражение его лица в ту ночь, когда он пришёл по моей просьбе. Слова постепенно всплывают в памяти, глаза начинает щипать.

Открываю рот, но не могу издать ни звука.

— Ты в порядке? — осторожно спрашивает он.

Я не знаю, чему отдаться — своей ярости к Рону, отвращению к своим действиям или раскаянию над тем, что сказала Драко. Делаю глубокий вдох и подхожу к нему.

— Я... мне так жаль, — шепчу я.

Тревога сходит с его лица, но не меняется на облегчение, или радость, или даже злость — глядя в его серые глаза, я вижу только странную пустоту.

— Забудь об этом, — отвечает он.

Тон голоса очень похож на тот, что я слышала в ту ночь. Когда я понимаю, как сильно его обидела, в груди возникает резкая боль, которую не может заглушить даже мой гнев на Рона.

— Драко... Ты можешь подождать меня в комнате с Нэри? Мне нужно разобраться с Роном, а потом... я бы хотела поговорить с тобой.

Он кивает.

— Мне всё равно больше некуда идти.

Вспоминаю, что он теперь в бегах, что Невилл выдал его пожирателям. Мерлин, я так долго была не в себе — столько всего произошло. Нас предал Невилл! Шок охватывает меня с новой силой.

Хлопок кухонной двери возвещает о том, что Драко ушёл.

Подхожу к Рону и направляю на него палочку.

— Реннервейт.

Его веки вздрагивают, затем он резко открывает глаза. Они округляются, когда он видит меня.

— Гермиона.

— Здравствуй, Рон, — говорю я.

— Отвяжи меня.

Я возмущённо сверлю его взглядом:

— Серьёзно? Ты правда думаешь, что я буду помогать тебе сейчас? За кого ты меня принимаешь?

Он молча смотрит на меня.

— Тебе и сказать нечего. Это потому что ты понимаешь, что твоим действиям нет оправдания, или потому что ты слишком тупой, чтобы попросить прощения?

— Я... — его голос затихает.

— Ты жалок, — шиплю я. — Как ты посмел подсунуть мне любовное зелье? Я тебе верила! Я считала тебя одним из самых близких друзей, Рональд!

— Я просто думал... что если бы ты увидела, как здорово...

— Как здорово? Скажи, Рон, каким образом это могло быть здорово, если я была абсолютно не в себе? Ты серьёзно думал, что я никогда не выберусь? Что никто никогда меня не спасёт?

Сказав это, я понимаю, что прошло слишком много времени, прежде чем кто-то догадался дать мне любовный антидот. Странно, что Гарри, Блейз и Драко ничего не предприняли раньше, — насколько я помню, Гарри и Блейз точно подозревали, что происходит что-то странное. С этим мне ещё предстоит разобраться.

— Прости меня, Гермиона, — мямлит Рон.

Он смотрит на меня с чем-то вроде надежды в глазах, и мне становится невыносимо оттого, что он считает, что я прощу его после такого незначительного жеста. Я в такой ярости, что на секунду теряю контроль. Рука сама рассекает воздух и отвешивает ему звонкую пощёчину.

Когда он снова поворачивает ко мне лицо, в его глазах читается боль.

— Даже не пытайся заставить меня чувствовать себя виноватой, Рональд Уизли. Ты это заслужил, и даже больше. Ты лишил меня воли. Если бы ты слышал, как мы с Гарри и Блейзом обсуждали Коммунименцию сегодня утром, ты бы знал, что любое проявление контроля над человеком я считаю тёмной магией.

Ему удаётся принять сокрушённый вид.

— Я не собираюсь снимать тебя отсюда, — говорю я. — Ты будешь висеть здесь, пока кто-нибудь другой не решит пожалеть тебя. А после того, как я поговорю с Гарри и Блейзом, я более чем уверена, что они тоже не будут настроены на помощь. Какое-то время.

— Гермиона, пожалуйста... не оставляй меня вот так, — умоляет он.

— Думаешь, что заслуживаешь остаться безнаказанным? После того, что сделал? Ты мерзок. Я больше не хочу даже разговаривать с тобой.

— Мне очень, очень жаль, Гермиона! Я ведь люблю...

– Не смей говорить, что любишь меня! — гневно перебиваю я, поднимая на него палочку. — Если бы ты любил, ты бы уважал меня! Ты бы не стал навязывать мне свою любовь!

— Я никогда... — начинает он.

— О, да. Это именно то, что ты сделал. Ты заставил меня испытывать к тебе чувства.

— Я не...

С кончика моей палочки вырывается яркая красная искра, которая бьёт его током прямо в грудь. Он кричит от боли, пока она продолжает истязать его, но вид его страданий никак не облегчает тяжесть в моём сердце.

Меня ждёт Драко.

— Даже не спорь насчёт этого, — говорю я Рону, опуская палочку. — Ты знаешь, что поступил нечестно.

Он молчит, тяжело переводя дыхание.

— Знаешь, а я ведь хотела сохранить нашу дружбу. Я всё ещё считала тебя одним из лучших друзей, даже когда ты всех раздражал и был навязчивым. Но сейчас я даже не уверена, что смогу простить тебя, — говорю я, поворачиваясь и направляясь к двери.

Это блеф, и я знаю это. Я всегда слишком быстро прощала, всегда слишком быстро забывала о своих обидах. Блейз заметил это уже давно, и он прав. Он всегда прав насчёт меня. Я знаю, что когда-нибудь я найду силы, чтобы простить Рона, но не сегодня.

Подойдя к двери, оглядываюсь на него. Он повесил голову.

— Прощай, Рон, — говорю я.

Он ничего не отвечает, так что я просто открываю дверь и выхожу из кухни.

Гостиная выглядит как обычно, я пересекала её несколько минут назад, но меня не покидает ощущение, что я не была здесь уже очень давно. Чёрт бы тебя побрал, Рональд Уизли.

Подхожу к спальне Драко и останавливаюсь.

Что я должна ему сказать? Что я могу ему сказать? Он знает, что я была под действием зелья, но мои слова всё равно очень глубоко его ранили. Скорее всего, ему до сих пор больно. Поворачиваю ручку и толкаю дверь.

Он сидит на краю своей кровати, уставившись в пол. Когда я захожу в спальню, он поднимает голову.

— Можно поговорить с тобой, наедине? — спрашиваю я.

Драко слегка кивает Нэри, домовик быстро вылезает из постели и покидает комнату.

— Куда он... — начинаю я.

— Он будет в гостиной, — отвечает Драко. — О чём ты хотела поговорить?

— Мне очень жаль.

— Ты уже это говорила.

— Значит, решила, что нужно сказать снова.

Он ничего не отвечает, и мы оба замолкаем. Я подхожу к нему совсем близко, останавливаясь прямо перед ним. Слегка наклоняюсь, беру его за руки и тяну вверх. Он поднимает голову, вопросительно глядя на меня.

— Вставай, — говорю я.

Он делает то, что я прошу, но убирает руки. Без них мои ладони кажутся такими пустыми, мне ужасно хочется схватить их снова, но я не должна его злить.

— Драко, почему ты не боролся за меня? — тихо спрашиваю я.

Он смотрит на меня, нахмурив брови.

— Разве ты не помнишь, что ты мне сказала?

— Конечно я помню — за это я и прошу прощения. Но ты... ты должен был сказать что-то, сделать хоть что-то. Что угодно. Почему ты просто так взял и... поверил мне?

— Полагаю, что мне всегда казалось... — он замолкает на середине и начинает отворачиваться.

Нет, так не пойдёт. Поднимаю руки, обхватывая его лицо и поворачивая к себе.

Он удивлённо смотрит:

— Что ты делаешь?

— Прошу не прятаться от меня, — твёрдо говорю я.

Наклоняю его к себе и целую в губы. Он немедленно пятится, пытаясь отойти. Поцелуй разрывается, но мне удаётся удержать его голову и двигаться вместе так, что я всё ещё остаюсь перед ним.

— Грейнджер...

— Драко, я не хочу, чтобы подобное когда-нибудь повторилось. Тебе может казаться что угодно, но мне нужно, чтобы ты знал, что... что у меня есть к тебе чувства, — говорю я.

Он снова избегает моего взгляда, мне хочется кричать от досады. Воспоминание о том, что я сказала ему тогда, для меня просто пытка. Разве он не понимает, что во всём виноват Рон? Я знаю, что обидела его, я понимаю, почему он хочет быть осторожным. Но почему он не может принять мои настоящие чувства? Он очень легко поверил тем, что были фальшивкой!

— Драко, ты должен мне поверить, — говорю я. — Ты знаешь, что я была под действием зелья.

Наконец он встречает мой взгляд, но я вижу, что он замкнулся в себе. Отчаяние давит на грудь тяжким грузом. Что нужно сделать, чтобы он открылся?

— Я верю тебе. Но я не могу допустить, чтобы это случилось снова, — отвечает он. — Я больше не хочу быть таким уязвимым.

Закрываю глаза и делаю глубокий вдох.

— Разве ты не понимаешь? Если ты будешь знать о моих чувствах к тебе — действительно в них верить, — это просто не сможет повториться, потому что ты сразу поймёшь, где обман.

Он мягко обхватывает мои запястья, собираясь оттолкнуть.

— Нет, Драко.

Он останавливается, но всё ещё держит их. Открываю глаза, чтобы посмотреть на него. Глаза цвета растопленного серебра находятся всего в паре дюймов от моих.

— Дай мне шанс доказать мои чувства, — прошу я. У меня возникает идея. — Ты мне должен.

Он приподнимает бровь.

— Объясни.

— Помнишь, ты предложил сделку, а я её выиграла?

Сейчас он выглядит настороженным.

— Да.

— Значит, ты помнишь, что было на кону.

Он кивает.

— Теперь я знаю, о чём тебя попросить.

Он едва заметно прищуривается.

Закрываю глаза, поднимаюсь на носки, чтобы снова испытать его вкус, обвивая руками его шею.

— Я хочу, чтобы ты был со мной этой ночью, — шепчу я прямо в губы. Всё его тело напрягается, и я не могу сдержаться, добавляя:

— Я хочу быть твоей и хочу, чтобы ты был мой.